Иллария. Рождение Света

– Да примут вас создатели земли и неба, – прошептал Лиам в гробовой тишине.

Они двинулись дальше. В боковых проходах возвышались статуи, изображавшие спящих квазариан в длинных одеждах. Основания статуй были испещрены письменами, рассказывавшими о добрых делах усопших.

– Это могилы? – прошептала Элара. – Разве сейчас не принято сжигать тела?

– Сейчас – да, – так же тихо ответил Лиам. – Но до прихода к власти Сиралиона у мёртвых было своё место.

– А где хранилась Скрижаль?

– Дальше, в самом конце этих коридоров.

Идя позади, Элара заметила, как у него от волнения напрягся и замер хвост.

Впереди показался поворот, ведущий в следующий зал. На входе Лиам снова прошептал слова уважения к усопшим. Элара последовала его примеру.

– Крипты строили в форме квадрата или круга, – поделился Лиам знаниями. – И заканчиваются они с обратной стороны от лестницы, по которой мы спустились. Это символизирует перерождение, вечный цикл.

– Хочешь сказать, после смерти мы рождаемся снова? – с недоверием спросила Элара.

– Да.

– Тогда зачем ты желаешь, чтобы боги их приняли?

– Согласно изначальной вере, проживая каждый цикл в согласии с Законом и творя добро, однажды ты заслуживаешь право войти в земли богов. Где нет ни страданий, ни болезней.

После этих слов Эларе уже не терпелось найти заветную Скрижаль. Она светила фонариком в каждое помещение, разглядывая статуи. Описаний благодеяний на стенах становилось всё больше с каждой новой комнатой.

Наконец впереди, в луче фонаря, показался последний поворот, открывающий путь в конечный, заветный зал.

– Все, кто похоронены в следующем зале, наверное, уже в землях богов, – прошептала Элара.

– Думаю, да, – подтвердил Лиам. – Если захочешь, потом сможешь почитать, чем они прославились.

Они подошли к повороту, как вдруг крипту сотряс высокий, жалобный крик, разнёсшийся эхом по залам. Лиам резко остановился, уши напряглись, ловя звук. Он обернулся и с удивлением посмотрел на Элару. В её больших голубых глазах читался чистый ужас.

– А… кого-нибудь могут вернуть обратно? – дрожащим голосом спросила она.

Лиам уже собрался ответить, как раздался новый крик. А потом – плач. Детские рыдания в крипте, полной останков захороненных настоятелей, где вот уже две тысячи лет не ступала нога живого. Это не укладывалось в голове. Лиам осторожно заглянул за угол. Элара вцепилась ему в руку, а второй дрожащей рукой водила фонарём по углам просторного зала.

«Но как?» – в голове Лиама боролись непонимание и отчаяние. Он шагнул за угол. Элара не отставала ни на шаг.

Наконец она взглянула из-за его плеча. У дальней стены небольшого зала стояла статуя, изображавшая высокого квазарианина, восседающего на троне. Стена позади него была сплошь расписана его благодеяниями. А на его воздетых к небу ладонях лежал свёрток из белоснежной ткани, расшитой золотыми нитями. И внутри этого свёртка, надрываясь от плача, кричал ребёнок.

***

Лиам застыл в оцепенении, тщетно пытаясь осознать происходящее. Сердце Элары сжалось от жалости, и она, не в силах больше слушать эти крики, подошла и взяла свёрток на руки. Ребёнок почти сразу затих. Лиам осторожно приблизился к ним.

Элара аккуратно отогнула край ткани, прикрывавший лицо младенцу. В свете фонарика показалось чистое, светлое личико девочки шести месяцев от роду. Выделялись её необычно округлые черты и большие, ярко-синие глаза, которые светились куда интенсивнее, чем у обычных квазариан.

Девочка молча и очень внимательно разглядывала незнакомцев, словно пытаясь их узнать.

– Как это возможно? – наконец выдохнула Элара.

– Похоже, боги тебя услышали, – пробормотал Лиам, глядя на пустые руки статуи.

– Но мы же здесь первые за тысячи лет! – не унималась она.

– Не знаю. На этих руках, – он направил луч на статую, – я ожидал найти Скрижаль. Уж точно не ребёнка.

– Может, это что-то значит?

– Да, думаю, так и есть, – он перевёл взгляд на ребёнка. – Но что именно?

Оба замолчали, тщетно пытаясь найти разгадку. Элара от усталости и нервного напряжения опустилась на колени. Лиам ходил вокруг, изучая стены и убранство зала.

– Мы… мы её оставим? – казалось, это был самый трудный вопрос в её жизни.

– Разумеется, – Лиам посмотрел на неё. – От дара богов не отказываются.

Элара снова взглянула на ребёнка. Первые эмоции постепенно отпускали, уступая место холодной, пугающей реальности.

– Но как мы её сохраним? – голос её дрогнул. – Мы в вечном пути. У нас мало еды, ещё меньше воды. Вокруг война, бури, грязь и враги. Я бесконечно рада этому дару, но я не знаю, как с ним справиться. Я даже пеленать не умею…

От этих слов её тело задрожало, а на глазах выступили слёзы.

– Справимся, – твёрдо сказал Лиам и присел рядом. – Как и планировали, пойдём в Жестянку. После холодов двинемся на запад, в Унд'ир, подальше от войны. Это наша дочь. Ты – её мать. Я – отец. От посторонних будем её скрывать. Дети сейчас – роскошь. А люди в отчаянии способны на что угодно. Хорошо?

– Да, – тихо ответила Элара, глядя в сияющие глаза ребёнка. – Как её назовём?

– Я уж и не думал, что мне придётся давать имя ребёнку…

– Может, Д'ора?

– «Дар», значит? – с улыбкой произнёс Лиам. – Пусть будет Дар.

Глава 5

Ритмичный стук каблуков по кафельному полу оглушительно грохотал в тёмных коридорах энергетического корпуса.