Никогда не говори о Кетти

Никогда не говори о Кетти

Царство вечного молчания

Раннее утро в морге, как обычно, было наполнено тишиной. И эту звенящую тишину нарушал лишь ритмичный, монотонный стук по клавиатуре: Арина старательно вносила в базу данные о двух телах. Их привезли глубокой ночью. Сонный взгляд напряжённо прожигал то монитор, то разлинованный лист бумаги, пальцы всё активнее бегали по клавишам. В воздухе привычно витал сладковатый запах. Он уже давно стал неощутимым фоном и неумолимо смешался с едким «ароматом» хлорамина.

От ежедневной усталости в душе бушевала пустота, которая была последним щитом, лишь он защищал царство тишины от слишком живых мыслей. Краем глаза Арина видела, что с дальней тележки поднимается тело, но не показала вида. А тело медленно приближалось, движения были механическими и бессмысленными. Собственно, как и положено порядочным зомби. Арина усмехнулась.

— Так-так-так! — крикнула она строго, не отрывая взгляда от монитора. — Кто это тут разрешал вставать? Правила для кого существуют? Без разрешения патологоанатома труп не имеет права самовольно перемещаться по отделению!

— Капец! — послышался знакомый до боли голос: Лёша рывком стянул простыню. — Интересный вы народ, патологоанатомы! Ничем вас не проймёшь. Ни напугать, ни удивить… Каменные какие-то!

— Лёш, — Арина вздохнула, — я уже не та прыщавая студентка патологоанатомического факультета. Мне 29, и ты должен понимать, что все подобные приколы давно пройдены.

— Да уж, — Лёша приблизился. — Представляю, какие у вас на факультете приколы были.

— Всякое бывало, — Арина почувствовала смущение, когда парень встал позади. Её привычная маска бесстрастного профессионала дала трещину, но взгляд по-прежнему был сосредоточен на мониторе, а пальцы продолжали свою работу. — Я один раз вообще проснулась среди тележек с трупами.

— Как это? — Лёша нахмурился.

— Утомилась, — начала Арина, — а потом выпила рюмку коньяка. День медика отмечали. Ну и сморило с усталости. Задремала прямо за рабочим столом. Девчонки решили приколоться и переложили меня на свободную тележку. Открываю глаза, а по бокам покойники.

— Ясно, — хмыкнул Лёша. — Видимо, после этого тебя даже напоить не получается.

— Интересно, — задумчиво протянула Арина. — А чего ты вдруг решил, что меня надо спаивать?

— Чтобы воспользоваться пьяным состоянием, — Лёша ухмыльнулся. — Я же не виноват, что трезвая ты не даёшь! — он коротко засмеялся и начал разминать хрупкие плечи, чтобы разогнать физическое напряжение.

— Ты когда-нибудь отстанешь от меня? — Арина отвлеклась от монитора и закрыла глаза. Она невольно наслаждалась массирующими движениями: приятное тепло мгновенно разлилось по плечам и ключицам, а внутри настойчиво бубнил натренированный голос внутреннего цензора.

«Останови его! Это неправильно. Он нарушает интимное пространство!» — но тело не слушалось этого голоса и предательски отзывалось каждому прикосновению.

— Не отстану, — через короткую паузу пробормотал Лёша. — Ты же сама знаешь… — на этих словах он усилил массажный нажим.

— Ой, мама! — не сдержалась Арина. — Ты мысли читаешь, что ли? — девушка ухмыльнулась, её глаза по-прежнему были закрыты.

— Нет, мысли не читаю, — Лёша с интересом наблюдал, как хрупкое тело извивается под его руками. — Просто ты частенько жалуешься на сидячую работу и застоявшиеся мышцы.

— Есть такое, — согласилась Арина. — У меня вообще, кажется, всё тело застоявшееся. А если точнее — засидевшееся.

— Ммм, это мы исправим, — прошептал Лёша и склонился над девушкой.

— Каким образом? — она смутилась, горячее дыхание коснулось её щеки.

— Самым естественным, — Лёша начал трепетно целовать подругу в шею, его руки смело скользнули по животу к груди. Арина прерывисто выдохнула, но тут же вскочила на ноги, словно её ошпарили кипятком.

— Так, стоп! — она проглотила ком в горле и стала суетливо поправлять халат. — Перестань! Это уже перебор! Ты совсем обнаглел? Чего ты меня лапаешь?

— Нормально всё, не кипятись, — Лёша плотно прижался к девушке. — Меня дико заводит твоё сопротивление, — его руки скользнули по спине и сосредоточились на заднице.

— Лёша, — с губ Арины снова сорвался неровный выдох: близость мужских губ становилась максимально волнительной. — Ты не много себе позволяешь?

— Хочу тебя, — тихо прошептал искуситель. — Только тебя.

— Уверен? — съязвила Арина. — Уверен, что только меня?

— Твёрдо уверен, — спокойно ответил Лёша.

— Да-да, — Арина ухмыльнулась, — я чувствую, как твёрдо ты уверен в своих словах...

— Может, вечером затусим вместе? — не унимался молодой человек. — Сходим в кафешку, пивка попьём, а потом поедем ко мне и посмотрим киношку.

— Что-то я сомневаюсь, — Арина смутилась, — что мы будем смотреть кино…

— Если честно, я тоже... — Лёша трепетно коснулся желанных губ. Поцелуй оказался таким невинным, что лицо Арины невольно расплылось в растерянной улыбке.

— Давай не будем, а... — нерешительно попросила она.

— Сладкая девочка, — улыбнулся Лёша. — Скажи, у тебя везде так сладко?

— Есть сомнения? — Арина изобразила удивление.

— Я привык доверять только фактам, — заявил Лёша, — поэтому намерен убедиться лично.

— А тебя не смущает, — спокойно начала Арина, — что у меня есть парень?

— Он же не муж, — Лёша был невозмутим.

— А это что-то меняет? — тихо спросила Арина.

— Это всё меняет, — поведал собеседник.

— Я всё равно не понимаю, — недоумевала Арина.

— Он не муж, — напомнил Лёша. — Поэтому я легко его подвину.

— Да? — взгляд Арины стал презрительным. — Для начала сам подвинься! — она собрала всю волю в кулак и резко отстранилась.

— Пламенный привет царству вечного молчания! — внезапно послышался наигранно таинственный голос с ярко выраженным английским произношением: в помещение бодро вошла худенькая брюнетка в белом халате.

— О! — Лёша оскалился. — Вот и Кетти пожаловала с визитом. Мир посмотреть и себя показать.

— Чайник-то горячий? — спросила гостья. Она приблизилась к столу и выставила на него два рулета в целлофане.

— Ладно, не буду мешать женсовету, — хмыкнул Лёша и сделал шаг к выходу. — Я вечером зайду, — хищный взгляд скользнул по хрупкому телу Арины. — Надеюсь, за это время ты передумаешь… — наконец, он покинул помещение.

— Можешь не утруждать себя визитами! — вслед крикнула Арина. Она с размаху включила старый электрический чайник, её руки едва заметно дрожали. Девушка злилась на самоуверенного наглеца. Но ещё больше она злилась на себя за внезапный вихрь смятения, который поднялся из глубины души.

— О, май гад! — протянула Кетти и присела на стул. Её взгляд наполнился любопытством. — Интриги, страсти, борьба характеров?

— Я же не виновата, что он такой неугомонный, — буркнула Арина.

— Соблазняет? — Кетти игриво закусила губу.

— Да! — Арина махнула рукой. — Достал уже, если честно!

— Зря ты так, — задумчиво произнесла Кетти. — По-моему, он нормальный парень.

— У меня уже есть парень, — Арина вцепилась в эту мысль, как в единственный спасительный круг в бушующем море сомнений. — Женя тихий и спокойный, всегда в мыслях о высоких материях. Он никогда в жизни не позволил бы себе такого грубого натиска, как Лёша!

— Ой, ладно тебе! — воскликнула Кетти. — Разве этот Женя мужик?

— А кто же он, по-твоему? — Арина присела и крепко обхватила горячую кружку обеими руками. — Мужик, я неоднократно видела… — она ухмыльнулась.

— Был бы настоящим мужиком, — начала Кетти, — давно бы уже Лёшу на место поставил. Так, чтобы тот и думать забыл в твою сторону смотреть. А он что делает? Терпит…

— Женя — человек интеллигентный и воспитанный, — Арина пожала плечами. Она защищала скорее абстрактный идеал, чем живого человека. — У него менталитет учёного, и он не может позволить себе опускаться до уровня каких-то эмоциональных разборок, драк и выяснений отношений. Это ниже его достоинства.

— Ой, не морочь мне голову! — засмеялась Кетти. — Какое там достоинство?

— Обычное мужское достоинство, — пояснила Арина.

— Это называется трусость! — возразила Кетти. — К его даме пристают, он об этом знает, но ничего не делает. Ни тебе поддержки, ни конкуренту внушения. Сидит в своей стоматологической келье, как суслик в норке. Что это за мужик?

— Хватит! — Арина почувствовала жгучую обиду. И на подругу за её прямоту, и на Женю за его пассивность, и на себя за то, что в глубине души согласна с каждым словом. — Ты сначала свои отношения заведи, а потом уже будешь рассуждать.

— Как тут заведёшь, — Кетти усмехнулась, — когда вокруг такие, как твой Женечка!

— Ладно, всё! — хмыкнула Арина. Она отчаянно желала переключиться с этой темы. — Лучше расскажи что-нибудь отвлечённое. Весёлое, например!

— Что весёлого может быть в психиатрии? — Кетти пожала плечами.

— А по-моему, психиатрия — это самое весёлое отделение, которое только можно вообразить, — заметила Арина.

— У нас же не психодиспансер с толпой шизиков, — невозмутимо ответила Кетти, — а вполне себе мирное отделение стационара. Поэтому у меня самые спокойные и предсказуемые пациенты во всей больнице.

— Не-е-ет, — протянула Арина. — Самые спокойные и предсказуемые у меня! — она разрядилась коротким смехом, в котором звенело куда больше нервного напряжения, чем истинного веселья.

— Ну да, — Кетти смутилась, её взгляд мельком скользнул по тележкам, накрытым плотными простынями. — Не поспоришь…

— Вот и они не спорят, — себе под нос пробормотала Арина.

Ближе к вечеру Кетти сидела за рабочим столом перед чашкой кофе. Она устало подпирала щеку и смотрела в одну точку, а напротив, словно зеркало, сидела Роза, перед её лицом тоже испарялся ароматный напиток.

— Знаешь, — задумчиво начала Кетти, — Аринка сегодня опять сама не своя.

— А что с нею? — Роза нахмурилась.

— Лёша к ней клеится, — Кетти вздохнула, — а она разрывается между чувством долга перед этим Женей и тем, чего ей на самом деле хочется. А хочется ей совсем не такого, как Женя.

— А какого же ей хочется? — поинтересовалась Роза.

— Ариночка — запредельно страстная натура, — Кетти пожала плечами. — И её страстность может проявляться до крайней степени.

— Не совсем понимаю тебя, — Роза смутилась.

— Аринку люто заводит хамское, дерзкое обращение, — поведала Кетти. — Причём масштаб хамства может быть неприличным — её это ничуть не оттолкнёт, а скорее, наоборот!

— Ну да, — Роза кивнула. — Аринка у нас девочка горячая.

— Горячая, — согласилась Кетти. — Тут и не поспоришь.

— Но с другой стороны, это же классика, — продолжила мысль Роза. — Вечный конфликт между «надо» и «хочется». Это модель правильного поведения — «не бросать тех, кого приручил».

— Дело не в правильности, — Кетти покачала головой. — Дело в страхе.

— В страхе? — удивилась Роза.

— Да, — Кетти кивнула. — Аринка боится, что если расслабится, то случится непоправимое. Учёный, одним словом. Кроме того, она патологоанатом и привыкла, что всё под её контролем, а живые эмоции — это хаос для неё.

— Ого! — воскликнула Роза и с интересом глянула на сестру. — Глубоко копаешь. А сама ведь с Лёшей трахаешься периодически. Запала на него?

— Ерунда! — Кетти дёрнулась, словно её ужалили. — Ничего у меня с ним нет, просто физиология. Подумаешь, напряжение сбросили. Ты же знаешь, я не создана для любви.

— Знаю, — Роза вздохнула. — Только у тебя глаза горят, когда ты о нём говоришь. Даже сейчас, когда пытаешься сделать вид, что тебе всё равно.

— Не выдумывай, — отрезала Кетти. — Он просто удобный. Как тренажёр.

— Ага, — усмехнулась Роза. — Тренажёр для одинокого сердца.

— Явно не для сердца, — Кетти смутилась. — Для другого места.

— Да уж! — Роза коротко захохотала. — Это место у тебя и дня без ласки не проживёт. Шлюшка ты моя.

— Отвали, — Кетти показала «фак».

— Мне даже интересно стало, — с некоторым ехидством протянула Роза, — как Лёшкин «тренажёрчик»? В норме?

— Гораздо больше нормы, — в голосе Кетти снова послышались нотки смущения. — Так, чего за вопросы? — она вдруг покраснела. — Ты лучше на свою личную жизнь посмотри. Спишь с каким-то мужиком под полтинник и при этом никаких планов на будущее.

— Во-первых, — Роза вздохнула, — мне нравятся мужчины постарше. А во-вторых: я с ним заигрывала ещё по переписке, когда в Америке была. А вот тебе должно быть страшно вести такой аморальный образ жизни. Так и до шлюхи недалеко.

— Стать шлюхой не страшно, — возразила Кетти. — Знаешь, что по-настоящему страшно? Стать опасным для общества.

— Что ты имеешь в виду? — растерялась Роза.

— Мы все ходим по краю, — пояснила Кетти. — Аринка, например, опасна своей окаменелостью. Она вроде живая, однако этот серый халат отличает её от нас — он словно поработил её душу. Мы вроде знаем эту девочку, но каждый день знакомимся заново.

— Есть такое дело, — согласилась Роза.

— А Лёшка опасен жаждой обладания — он безупречный манипулятор и обольстительный подлец, от его приставаний очень сложно отбиться! — голос Кетти зазвучал с усмешкой. — Мне кажется, он не успокоится, пока не перетрахает нас всех.

— И Димку заодно! — Роза накрыла кабинет звонким смехом.

— А Димка опасен тем, что во всём поддерживает Лёшку, — не унималась Кетти. — Он разум, а Лёша — действие. Собственно, поэтому эти двое создают большое влияние на нашу компашку, хотя по уровню интеллекта и образования самые слабые.

— А Дашка — скромняшка! — хихикнула Роза.

— Дашенька хочет быть скромной малышкой, — не согласилась Кетти, — но в любой момент может сорваться на блядки, если в её жизни исчезнут все поклонники.

— Благо, у неё их хватает, — подметила Роза.

— Дашке постоянно необходим мужчина, который в неё влюблён, — задумчиво пробормотала Кетти. — Иначе она опять пойдёт по рукам, как тогда…

— А я? — резко спросила Роза.

— А ты — нежный цветочек, который нуждается в бережном уходе, — Кетти вздохнула. — Моя вторая сущность, одним словом. То, что скрыто во мне.

— Закон близнецов, — Роза пожала плечами.

— Это точно, — Кетти сделала нервный глоток кофе.

— А ты? — голос Розы стал тихим. — Чем опасна ты?

— А я… — начала Кетти. — Я погрязла в наблюдении за вами и полном бездействии, но мне почти нечего добавить в ваш круговорот эмоций.

— Ты и правда ничего не добавляешь, — Роза вздохнула. — Всё чаще молчишь. Замкнулась...

— Возможно, — Кетти снова сделала резкий глоток кофе. — Только без меня вы все сойдёте с ума…

— Чёткий психологический портрет ты выдала, — задумалась Роза.

— Мы все ходим по краю! — не унималась Кетти. — Одно неверное движение — и всё рухнет к чертям!

— Кет, ты меня пугаешь, — Роза обошла девушку со спины и склонилась над ней. — Что за мысли?

— Просто предчувствие, — Кетти крепко сжала ладонь сестры.

— Всё будет хорошо, — Роза нежно чмокнула её в щеку. — Только не бухай, пожалуйста, а то я тебя закодирую скоро! Всё, давай! Утром постараюсь сменить пораньше.

— Да можешь не спешить, — Кетти махнула рукой. — Мне один хрен дома делать нечего, семьи у меня нет.

— Дома всегда есть чем заняться, — хмыкнула Роза. — Даже если семьи нет. Я тоже не замужем, однако нахожу полезные занятия дома.

— Конечно, — задумчиво начала Кетти. — Творческие люди всегда найдут занятие. А мне что делать дома?

— Прибраться! — сквозь смех крикнула Роза. — Я уже задолбалась одна убираться! Ты хуже свиньи стала последнее время.

— Да приберёмся, чё ты начинаешь? — буркнула Кетти.

Лоховатый

Арина вернулась в общежитие и, лениво волоча ноги, вошла в комнату. За столом у окна сидела Дарья и мирно пила вечерний чай; перед задумчивым лицом на подставке стоял телефон, из которого бодро доносился голос популярного блогера.

— Доброго вечера, — Даша так и не оторвалась от экрана.

— О, привет, — Арина скинула сапоги и метко швырнула сумочку на свою кровать. — Дашк! А ты уже дома, что ли? Раненько сегодня.

— Да, — равнодушно пробормотала девушка. — Заведующая отпустила пораньше.

— Ох, и дубак сегодня! — Арина поспешно скинула пуховик, словно вместе с ним хочет сбросить напряжение рабочего дня. — Чайник горячий? — её взгляд наполнился надеждой.

— Угу, — спокойно ответила Дарья и убавила звук на телефоне. — Недавно только закипел.

— Отлично! — Арина присела за стол. — Как отработала? — поинтересовалась она и залила пакетик чая кипятком.

— Как обычно, — Дарья махнула рукой. — Обычный день.

— А чего такая замороченная? — Арина нахмурилась. — На тебе же лица нет!

— Просто устала, — Даша вздохнула, но вдруг оживилась, в её глазах загорелся огонёк. — Слушай… Кетти писала, что к тебе Лёшка опять клеится…

— Быстро вы слухи разносите, девочки, — Арина усмехнулась.

— Ну что, признавайся! — Дарья закусила губу. — Когда комнату освобождать? И на сколько? Час? Два? Три?

— И ты туда же?! — воскликнула Арина. — У меня есть парень, сколько можно говорить!

— А, ну да, — хмыкнула Дарья и сделала шумный глоток чая, словно пытается осознать нечто важное. — Извини. Просто твой Женечка такой невыразительный, что я периодически забываю о его существовании. Даже Лёшка забывает…

— Так, девочки! — Арина начала терять остатки терпения. — Я вас очень прошу: оставьте в покое мою личную жизнь! Мне и так нелегко! — её тон был похож на крик души, которую загнали в угол.

— Никто в твою святая святых и не лезет, — Дарья пожала плечами. — Но подкалывать тебя по поводу твоих странных отношений с этим тютей ты нам запретить не можешь. Свобода слова, все дела! — она весело захохотала.

— Да понимаю я всё, не дура! — Арина нахмурилась. Она уставилась на тёмную поверхность чая в кружке, словно это гадальный шар. — Но что поделать, если он такой… ну… правильный, что ли…

— Лоховатый! — уточнила Даша.

— В общем, да… — Арина грустно вздохнула.

— Знаешь, мне кажется, тебе сама судьба Лёшку подкинула! — Дарья озорно стрельнула глазами. — Смотри сама: симпатичный, сильный, настойчивый. Влюблён в тебя до беспамятства! Чего тебе ещё надо, дурочка моя?