Чародей XXI века: Увидеть "Париж" - и не умереть

Саша не видела такого взгляда никогда: зрачки заметно сузились, зеленые глаза мальчишки посветлели, обретя салатовый оттенок с золотым ободком по краю радужки,

, после чего он сполз со стула и подошел к Реду.

Вновь его маленькие пальцы впились в руку Реда, пальцы которой были заклеены пластырями после случая с осколками в той злополучной комнате.

Мальчик с интересом рассмотрел руку парня, а затем, проведя по ладони тоненьким коготком, опасно оскалился.

Ред попытался вырвать руку, но в следующую же секунду услышал:

– Ты – меченый… она придет за тобой…

– Отпусти меня, – приказал твердо Ред.

– Она придет, – его коготь вонзился глубже в ладонь, выдавив несколько капель крови, – она идет за тобой…

– Да больно мне! Пусти!

Ред дернул рукой, после чего несколько капель крови с его ладони брызнули на лицо мальчику.

Саша уже схватилась за салфетки, чтобы убрать последствия странного поведения паренька, однако в этот момент мальчик, вскочил и, не говоря больше ни слова, выбежал из комнаты – и пропал где-то в темных коридорах здания.

Ред тут же ринулся за ним, прихватив свой пистолет.

Саша была в ужасе, но решила довериться магу: она и сама почувствовала, что с этим мальчиком явно что-то не так.

Да и его прикосновения, как помнила Александра были ледяными, словно паренек вылез вместе с ними из того уличного бассейна…

Ред и Саша выбежали в коридор, уловили мелькнувшую около двери на лестницу фигуру и ринулись следом.

Маг включил миниатюрный черный фонарик, закрепленный на оружии. Его луч освещал пространство вокруг, не оставляя шансов врагу подобраться незамеченным.

Саша следовала за ним попятам, держа наготове обнаженную рапиру и озираясь по сторонам не хуже совы.

Они вышли на лестницу и увидели, как мальчик убежал наверх – и сразу, переглянувшись, кивнули друг другу, прекрасно поняв, что незнакомец как-то связан с загадкой этого места.

Ред и Саша подобрались к дверям четвертого этажа, которые были прикрыты, и встали по обе стороны от створок, после чего маг, достав из сапога небольшой клинок, поддел приоткрытую дверцу со стороны девушки – и тут же посуровел.

Саша ощутила, как ее кожи коснулся холод – такой, какого не могло быть, если бы за дверью была стена.

Однако Ред ясно дал понять кивком: проход открыт, и их явно ждут.

Саша ощутила, как по спине пробежали мурашки, и поняла: коленки дрожат сами собой – организм посылал сигнал опасности.

Однако девушка делает усилие – и следует за магом дальше, мотивируя это очень просто: раз может он не бояться, то чем хуже она?

Ей нужно было зарабатывать репутацию, ведь скоро предстоит войти в новое общество — такое же, как она, где родители служат Фемиде и Министерству, а их отпрыски, кажется, умеют все.

Стоило ребятам войти на четвертый этаж, как створки дверей за ними захлопнулись с таким грохотом, что даже Ред обернулся, направив луч фонарика и ствол пистолета на исчезнувшую замочную скважину и отвалившиеся на глазах ребят ручки.

Саша толкнула дверь, но вместо поддавшегося старого механизма Ред услышал ее вскрик и увидел, как она потерла лодыжку — удар отдался болью.

– Придется остаться, – усмехнулся маг, повернув голову к окну, в которое они прыгнули днем.

И каково же было их удивление, когда на месте проема оказалась свежая стена из кирпича и не до конца застывшего бетона.

Некто даже не заботился о виде, просто набросал кирпичей, лишь бы закрыть выход.

Однако Саша успокоила себя: второе окно в конце коридора не было замуровано. Вряд ли его успели бы заложить за те полчаса, что она рассчитывала здесь пробыть.

Но у Реда были другие планы:

– Останемся тут до рассвета.

– Что?!

– Нас упорно сюда заманивают, а судя по тому, как некто перекрывает пути отступления, так невежливо отказываться от гостеприимства.

– Ты спятил?! – Саша схватила Реда за кофту. – Ред! Мы не знаем, с чем играем!

– Вот мне и хочется узнать. А ты будешь помогать, – сказал Ред так, словно намеренно усугублял ситуацию. – Все-таки ты должна хоть чему-то научиться, а не просто ходить за мной хвостиком. Или ты что, боишься?

Он прищурился, и в его глазах заплясали противные искры издевки.

Саша посмотрела ему в глаза с такой яростью, что магу, похоже, это даже понравилось: губы изогнулись в дьявольской улыбке, а руки, спрятав пистолет за пояс, спрятав пистолет за пояс, легли поверх ее рук и осторожно отвели их от кофты.

– Я не боюсь, – процедила сквозь зубы Саша. – Я просто не хочу умереть.

– А кто тебе сказал, что ты умрешь?

– Ред, я знаю, что бояться смерти в моем случае глупо, но… если что, мы не сможем убежать.

– Заметь, пока ты со мной, ты всегда в безопасности.

– Да, но…

– Вот и сейчас не бойся, – успокоил Ред, направив фонарик вглубь коридора, в стороны замурованного окна. – Если тебя это успокоит, опасность вокруг нас, но ее что-то сдерживает. Что-то не желает нападать.

– Пока да.

– Пока да, – парировал маг. – Но у нас есть время все изучить до полуночи.

– Почему до полуночи?

– Нечисть часто активизируется в это время, – Ред провел рукой по стене, осматривая следы когтей. – Будь у меня лаборатория… – Он глубоко вздохнул. – Но в любом случае нам нужно остаться. От нас что-то хотят, а отказывать сущностям, которые так настойчиво тебя домогаются, не стоит. Проклянут — не отмоешься.

– Иногда мне кажется, что у тебя с головой непорядок, – призналась Саша, также начиная осматривать следы от когтей на полу.

– Назови мне хоть одного стопроцентно адекватного гения.

– Дай время – назову.

– Что ж, – Ред поднял рукав на водолазке и уже собрался включить таймер на часах, как вдруг его лицо изменилось.

Саша это заметила: света фонарика вполне хватало, чтобы разглядеть его лицо.

Он снял часы с запястья и, зажав фонарик в зубах, принялся их крутить.

– Опять встали? – уточнила Саша, подойдя ближе.

– Подержи, – Ред придвинул ее фонарик с рукой ближе к часам, свой положил рядом, чтобы освещать коридор.

– Ты их носил в ремонт? – Саша помнила, как после «Обсидиана» он грозился купить новые, но так и не дошел.

– Дома шли нормально, – Ред прокрутил стрелки, нажал на заводную головку, но ничего. – Все, кончились?

Он прислушался к механизму, после чего недовольно цокнул языком – и спрятал часы в карман джинсов.

– Ладно, приеду – разберусь.

– Откуда они вообще у тебя? И чего ты их так бережешь? Не легче купить электронные?

– Да дома лежат, – легко признался маг. – Все руки не дойдут зарядить.

– А эти откуда? – повторилась Саша.

– А это уже тебе знать не нужно, – вдруг выдал Ред.

Сашу кольнула обида: маг сказал это абсолютно бесстрастно, и девушка ощутила резкий дискомфорт, исходивший от него.

Он не желал по каким-то своим причинам рассказать о чьем-то подарке.

Саша была почти на сто процентов уверена, что маг их купил не сам, потому как об электронных часах он сказал сразу и без особой заботы. Мол, лежат и лежат, а тут…

– Предлагаю осмотреть весь этаж, – сказал маг, посмотрев на экран смартфона. – Интересно, тут один такой класс или остальные в таком же состоянии.

Саша молча повиновалась и направилась следом, вглубь коридора, к тому самому замурованному окну, которое стало для нее камнем преткновения.

Оно представлялось ей символом опасности, риска, ловушки. Словно кто-то показывал: бежать некуда, прятаться негде.

Ред толкнул самую первую от окна дверь – и увидел за ней просторное помещение, абсолютно пустое, с пустыми нишами из-под батарей и со свисающей с потолка на толстой цепи кованой люстрой.

Саша невольно залюбовалась ею, никогда не видав подобной красоты. Ред же, освещая пространство фонариком, подошел к нише под окном и поддел двумя когтями с пола кусочек скотча.

– И зачем он тебе? – уточнила осторожно Саша.

– Это специальный скотч, – Ред поднес кусочек к носу, и тут же скривился. – Ну да, специфический запах аммиака и смешанных с клещевиной и аконитом.

– Чего?

– Это растения такие ядовитые. В древнем Китае раствором аконита обрабатывали стрелы. Его яд и сейчас опасен, но для нечисти, тем более для детей, у которых не выработался до конца механизм защиты от токсинов, эта смесь смертельно опасна.

– Погоди, ты думаешь…

– Почти уверен, – Ред осторожно завернул кусочек скотча в платок и положил в карман. – Хорошо, если им рты тут не затыкали этой гадостью.

– А руки?

– Останутся ожоги, может быть рвота, но это меньшее зло, если эта смесь попадет в организм через кожные покровы.

– То есть, у нас тут орудует не призрак?

– Похоже, что нет, – кивнул маг, снова осматривая нишу. – Призраки обычно выбирают более простые способы подчинить жертву. Скотч, да еще и минстерский, им вряд ли нужен.

– Так выходит, надо искать среди живых?! – изумилась Саша.

– Да. И причем – быстро. Если дети были тут, значит, их для чего-то тут держали. А значит – это не маньяк. Они сразу убивают, и зачастую по одной жертве. А мальчиков было трое.

Саша нервно сглотнула. Они с Редом обошли еще три кабинета, и только в четвертом она нашла у дверного косяка резиновый браслетик с люминесцентными рисунками черепов.

Ред осмотрел находку и приказал:

– Припрячь в карман. Я уверен, это от наших ребят осталось.

– Осталось два кабинета, – заметила Саша. – Но тебе не кажется странным, что здесь мы нашли браслет, а в первом – скотч? Или ребят держали порознь?

– Вряд ли, – Ред склонился к подоконнику и вновь выпустил когти, пытаясь что-то поддеть из-под нависающих деревяшек. – Скорее всего, их зачем-то перемещали из одного кабинета в другой.

Он сделал усилие и все-таки выудил из-под досок клочок бумажки.

Это была обертка от жвачки, причем новой, выпущенной пару лет назад. Ред сам такие покупал, а потом бросил: слишком приторные были. Аж скулы сводило.

Парень развернул аккуратно сложенную обертку, сам не понимая, зачем она ему понадобилась, и тут же увидел несколько кривых, написанных не пойми чем, букв.

– «Помогите», – прочел парень, свернув аккуратно обертку и спрятав другой карман джинсов. – Похоже, что дети верили, что на четвертый этаж кто-то придет.

– Погоди, но разве руководство, зная, что на четвертом этаже какая-то аномалия, не стало бы в первую очередь искать здесь? – уточнила Саша.

– Директриса и ее мать не имеют отношения к нашему миру. У них нет способностей видеть призраков. Они могли сюда не соваться, опасаясь за жизнь. Это, кстати, объясняет, почему они не сказали нам о замурованных дверях.

– То есть похититель держал детей прямо у них под носом – и она даже не вызвала офис, чтобы они осмотрели этот чертов этаж?! – возмутилась Александра.

– Похоже на то. Они верили, что во всем виновата девочка-призрак. Конечно, на это легче скинуть, чем на реального человека, которого нужно искать. А это значит: распускать смену, возвращать деньги, брать на себя позор за лагерь и еще раз очернить репутацию «Парижа».

– Логично, – выдохнула с печалью Саша.

– Единственное, что меня интересует: куда делить дети и почему пропаж не было почти полвека. А тут вдруг сразу – и трое?

– В каком смысле?

– В том, что пятьдесят лет все было тихо, а тут все соблюдено: даты, возраст детей, конфликт с преподавателем, внезапное исчезновение – ну прямо как под копирку дела минувших веков.

– Ты хочешь сказать, что кто-то сымитировал пропажу детей так, чтобы подумали на призрака?

– Думаю, что да, хотя доказательств мало. И то – все косвенные.

Ред еще раз осветил комнату фонариком. Они с Сашей уже собирались идти дальше, когда ее внимание привлекла куча картона на полу.

Саша никогда не переезжала, однако коробки в своей жизни видела не раз, как и их остатки после распаковки. Однажды у них в подвале почти год пролежали картонки – и настолько отсырели, что в них завелись жуки и даже плесень.

А тут – практически новенькие и сухие.

Ред навел фонарик на кучу картона, приблизился, тронул ее и попытался сдвинуть. Приложив усилие, он чуть не рухнул: картон легко поддался, съехал в сторону и открыл взорам Саши и Реда странную картину.

Небольшой люк, который впопыхах можно было и не заметить. На нем не было ни пылинки, а пол вокруг был чистым. Из щели тянуло холодом — признак еще одного помещения.

Ред взглянул на Сашу, отдал ей пистолет, снял с предохранителя, поддел клинком крышку люка и, направив в темноту луч фонаря, ахнул.

– Быстро! Пошли!

Зажав фонарик в зубах, он спустился по прогнившей деревянной лестнице. Саша заглянула в темноту и с ужасом увидела двух мальчиков, лежавших друг на друге валетом, со связанными скотчем руками и ногами.

Ред разрезал скотч, усадил мальчиков и попытался привести их в чувство, шлепая по щекам, но безуспешно. Принюхавшись к их одежде и лицам, маг понял:

– Их накачали снотворным. Причем, судя по запаху, опять наше, офисное.

– Вытаскивай их!

Ред аккуратно взял первого мальчишку на руки, после чего направился с ним по лестнице, как вдруг вытаращил глаза на Сашу – и крикнул:

– Сзади!

Но Саша не успела.

Ее со всей силы ударили по затылку чем-то тяжелым, после чего девушка, почувствовав жуткую боль во всей голове, спине и глазах, в которых заискрилось, рухнула на что-то холодное – и окончательно провалилась во тьму.

Глава 5

Саша не помнила, сколько прошло времени и что было после того, как ее оглушили. Она очнулась на ледяном полу, с мокрой от капель воды щекой и порезанной чуть ниже локтя рукой.

Рана была неглубокой, но, едва придя в себя, Саша ощутила жгучую боль по всей руке, а не только около локтя.

Она приподнялась, огляделась и с ужасом обнаружила, что находится в том самом помещении, в которое они с Редом успели проникнуть, но, как поняла девушка, откуда не успели удрать, пока не пришел хозяин.

Саша попыталась встать, но, едва опершись на колени, почувствовала, как мир поплыл, а очертания комнаты и длинных ламп, зажженных за время ее беспамятства, поплыли и расплылись.

Она упала на локти и, застонала и вдруг почувствовала, как ее рука коснулась чего-то мягкого и теплого.

Девушка осторожно повернула голову и увидела тело Реда, лежавшее так близко к ней, что она даже смутилась. Но тут же ударила себя по щеке так сильно, что в глазах посыпались искры, и это вернуло ее к действительности.

Она мгновенно подумала о том, что с магом, оставшимся один на один с опасностью, могли сделать, и увидела последствия: у него была разбита губа, струйка крови засохла на щеке, костяшки правой руки сбиты, а джинсы на левой ноге ниже колена были распороты лезвием, оставившим кровавую полосу.

Саша осторожно повернула голову мага и с ужасом увидела рассеченный висок и слипшиеся от крови черные пряди парня.

На миг ей показалось, что он не дышит, но стук сердца, слышный в гробовой тишине, и ровное дыхание, поднимавшее его грудь, успокоили ее.

– Ред… вставай…

Саша поняла, что еле ворочает языком, поэтому говорить громко она не смогла. И единственное, что ей оставалось, это просто держать мага за плечо и немного потряхивать, чтобы привести в чувство.

– Ред, пожалуйста,… проснись…

И в этот момент, словно маг и правда ее услышал, его ресницыдрогнули, а брови нахмурились от боли и возвращающегося сознания.

Пальцы сжались, пульс участился — Саша это заметила. Она осторожно убрала со лба липкие от крови пряди и увидела его приоткрывшиеся темные глаза.

Ред тут же попытался встать, но его, видимо, тоже серьезно ударили по голове. Его пошатнуло, когда он, опираясь на стену, поднялся и попытался оценить обстановку.

Но боль оказалась сильней, и он, упав на колени, прижал руку к больному виску.

– Где мы? – выдавил из себя парень, стиснув зубы.

– Похоже там, где держали мальчиков, – легко пояснила Саша, с удивлением поняв, что все помнит.

– Ах, да… припоминаю, – процедил сквозь зубы Ред, облизав пересохшие губы и тут же зашипев от боли. – Черт… серьезная у него сила…

– У кого? – удивилась Саша, наконец-то сев.

– Ты не видела лица? – в тон ей уточнил Ред, прислонившись к стене. – Похоже, что наш Дюран все-таки замешан тут.

– Дюран? – Саша тряхнула головой.

– Я тебе не рассказывал?

– Как всегда.

Ред вкратце поведал девушке о встрече с учителем французского и рассказал, как они вместе были в комнате, где вдвоем увидели девочку-призрака.

Сашу это не удивило, но, чувствуя, как болит голова и ломит спину, она готова была проклясть учителя при первой же встрече.

– Но в защиту этого бедолаги я готов выдвинуть гипотезу, что он – во власти некоего третьего лица.

– Не мели чуши, – разозлилась Саша. – Если он дух, то он практически не может попасть под воздействие. Это даже в учебниках прописано.

– Да, только вот Фальковский в «Теории духа» не описывал полудухов, а также тех, кому дар передался спустя несколько поколений, – заметил с раздражением Ред, утирая с виска кровь.

– Откуда ты…

– Поверь, его книжку критикуют на всех уровнях – и вскоре запретят в школах. Потому что все, что он пишет – бред собачий.

– А к чему это ты?

– К тому, что Дюран – полудух. Так вдобавок к этому ему дар передался спустя три поколения, ибо все время до него в роду рождались девочки, которые не могли перенять дар крови предка по мужской линии. Вот и получилось, что на нашего бедненького французика обрушился весь шквал ответственности.

Саша лишь поджала губы: ей было досадно, что не удалось поймать Реда на незнании. Но еще больше восхищало, насколько он образован — читает не только для удовольствия, но и по необходимости, и даже ориентируется в современных исследованиях.

– Так вот, я готов положить голову под топор, что Дюраном управляют.

– Головы не жалко? – усмехнулась Саша.

– Нет. Потому что я уверен: француз не причем. Его грубо пытаются подставить и при этом очень хорошо используют.

– Ты сказал, что у него не самая радужная репутация, – вспомнила Саша. – Не думаешь ли ты, что…

– Именно. К этому пытаются присовокупить и похищение. Кто-то очень хочет убрать с дороги Дюрана и при этом зачем-то крадет детей.

– Ред, а чисто теоретически, если ты предполагаешь, что Дюран – под воздействием кого-то третьего, то мог ли похититель сделать такое же с детьми?

– Подселение? – уточнил Ред, вскинув голову и посмотрев с минуту в потолок. – Чисто в теории это реально, только есть проблема.

– Какая?

– Мозг детей, рожденных от нечисти, менее уязвим к иллюзиям.

– А не наоборот? – удивилась Саша, придвигаясь ближе. – Все-таки они – маленькие.

– Именно. Их защищает сама неопытность. Знаешь, на чем строится подчинение? – Ред повел ладонью, и с пальцев сорвался каскад искр, сложившихся в полупрозрачные фигурки. – Подчинение — это когда тот, кто управляет, играет на желаниях своей жертвы. Вот смотри, – он мельком глянул на Сашу, и фигурки превратились в ее силуэт с отцом. – Если ты потеряла отца, манипулятор, почувствовав твою слабость, создаст иллюзию семейного счастья. И будет держать тебя в этой иллюзии, пока сможет.

– Что значит «пока получится»?

– Рано или поздно подчинение кончается либо летальным исходом, либо психушкой. Иного – не дано.

Фигурки растворились в полумраке, после чего лампы странно замерцали, а Ред, взяв Сашу за руку, прижал к стене рядом с собой.

Девушка сначала хотела дать ему по щеке, но тут же услышала над собой четкий цокот мужских каблуков. Похоже, кто-то даже не пытался скрыть свой подход.

Ред быстро встал. Оружие валялось рядом с Сашей — оно было при них. Он встал справа от деревянной лестницы, на которой виднелись красные следы и зазубрины от клинка.

Саша осталась лежать на месте, чтобы преступника не сразу смутил факт сразу двух сбежавших жертв, а Ред, приготовив пистолет, снял его вновь с предохранителя и стал выжидать, когда люк откроется и наверху покажется фигура похитителя.

Саша тоже прислушивалась к цокоту. Вдруг раздался жуткий скрип и оглушительный грохот — хлопнула дверь. Одновременно ее ударил в нос резкий запах духов, от которого защекотало в носу.

Ред же, услышав и аромат, и грохот дверей, различил среди цокота мужских туфель легкую поступь по скрипучим доскам.

Конечно, маг не исключал, что аромат мог быть подменным, однако почти на сто процентов был уверен, что к ним пожаловал не только исполнитель, но и манипулятор.

Саша уже легла, приготовившись изображать жертву без сознания, а Ред наставил пистолет на люк, как вдруг оба услышали женский вскрик, а затем уловили кислый аромат какого-то газа, от которого вдвоем закашлялись.

Это и позволило им выбраться.

Точнее, помочь им той, которая проследовала за Дюраном и смогла – как ей казалось – изобличить преступника и помочь детективам.

Люк распахнулся, впустив тусклый свет от обычного фонарика на батарейках. Свет тут же выхватил из темноты лицо Реда, а затем Саша и маг услышали взволнованный вздох:

– Господи! Вы?!

– Серафима Родионовна?! – еще больше изумился Ред, убрав пистолет. – Вы тут что делаете? И как вы вошли?

– Через дверь…

Она помогла ребятам выбраться из подвала, после чего, осмотрев обоих, приказала:

– Немедленно в медпункт! Скажите, а дети там? – вдруг спросила Туранова, светя фонариком в пустой подвал. – И вообще – откуда тут эта комната?

– Вы серьезно? – Ред стряхнул с джинсов пыль. – Вы не знали об этом месте?

– Да упаси боже! – Туранова закрыла люк. – Мы все так испугались, когда вы проследовали за Хвориком, что и представить страшно!

– За кем? – не поняла Саша. – Погодите, вы как сюда пришли?

– Да говорю же: мне пацанята за ужином рассказали, что вас увел на четвертый этаж Хворик, а ваш приятель, Натан, выйдя к нам, уточнил, где вы и что с вами, а мы с Лизой, как услышали про Хворика, так сразу и бросились за вами! А тут еще и этот Дюран, будь он проклят сто раз!

– Погодите! Стоп! – Ред схватился за висок и зажмурился от головной боли. – Вы сказали, что проследовали сюда за Дюраном после того, как мы пошли на четвертый этаж за кем?!

– За Хвориком! – повторила Туранова. – Как знала, что нужно вас предупредить.

– О чем?

– Ред, – Саша дернула его за руку, – тебе надо лечь.

– Погоди, – маг приложил к кровоточащему виску ладонь, чтобы кровь не стекала по лицу. – С самого начала. Прямо сейчас. Кто такой Хворик?

Туранова вздохнула и, сунув руку в карман пиджака, выудила оттуда сложенную в восемь раз фотографию: ту самую, которую нашли Ред и Дюран в той комнате с девочкой.

Реда пошатнуло от волнения, но Туранова и Саша удержали ее, схватив за руки. Парень несколько секунд моргал, чтобы глаза вновь сфокусировались на фотографии, однако слабость и сильный удар по голове клинком заставили его немного поумерить свой пыл и уверенность.

– Вот, смотрите, – Туранова указала на рыжеволосого мальчика в огромных очках и в пионерской форме: черных шортах и белой рубашке с красным галстуком. – Он пропал в семьдесят шестом, во время летней смены.

– Это он, – только и смогла выдохнуть Саша, увидев знакомое лицо. – Только…

– Серафима Родионовна, – Реду стало тяжело дышать, он потер горло, что заставило Сашу понервничать. – Как представитель офиса я требую, чтобы детей отправили на досрочные зимние каникулы по домам.

– Это невозможно, – уверенно сказала женщина.

– Речь идет о жизни детей! – воскликнул маг, посмотрев в глаза Турановой. – Жертвами могут стать другие ребята!

– Погодите, двадцать четвертое прошло…

– Да ничего не прошло. Похищение просто подстроили так, чтобы выдать вам злодеем призрака, – Ред уловил холод, коснувшийся его руки, но не придал этому значения, а лишь глубоко вздохнул. – Похититель – живой человек, из плоти и крови.

– Я даже знаю, кто именно ему помогает! – воскликнула вдруг Туранова, ослепив лучом фонаря лицо Реда. – Это Дюран! Я только что видела, как он прокрался сюда, прошел в эту комнату, но…

– Но?

– Я только вошла и хотела уже схватить его за руку, как он тут же юркнул в окно. А тут четвертый этаж, все-таки…

И тут Ред, бросившись к раскрытым оконным ставням, высунулся на улицу, опасно перегнулся и, крикнув Турановой и Саше, заставил их подойти, после чего выхватил из рук женщины фонарь – и направил свет вниз.

Саша вскрикнула, а вот Туранова, ахнула и, задрожав, приложила руку к лицу. Ее глаза выражали такой ужас, что у Александры возникли к ней смешанные чувства.

– О бог мой…

– Скорую сюда! Срочно! – крикнул Ред, ринувшись к выходу.

Саша побежала за ним, еле успевая из-за раненой ноги, а Туранова, оставшись стоять у окна, словно вкопанная, вдруг вздрогнула, сгорбилась и, закрыв двумя руками лицо, всхлипнула.