Нелегальная разведка

До 10-летнего возраста Борис жил в местечках Ковенской губернии по месту службы отца. Окончил Лукникское трехгодичное народное училище. Затем семья переехала в город Вильно.

Родители стремились дать своему сыну приличное образование. В 1911 году Борис окончил Виленское реальное училище, а в 1914 году – Виленское военное училище. Позже во всех анкетах на вопрос «основная специальность» Базаров будет отвечать: военная.

12 июля 1914 г. молодой офицер прямо с выпускного бала был направлен на германский фронт. Служил в звании подпоручика командиром взвода в 105-м пехотном полку. В конце 1914 года он уже был поручиком, ротным командиром. За проявленную отвагу в боях был награжден. Однако в начале 1916 года оказался в немецком плену.

После трех лет пребывания на чужбине благодаря ноябрьской революции 1918 года в Германии Базаров был освобожден из плена и отправлен водным путем на юг России, в Крым.

Возвратившись на Родину, Базаров вначале остановился в Ростове-на-Дону, а затем переехал на жительство в Екатеринодар, где поступил на работу в местную типографию. Там же он познакомился со своей будущей женой – молодой и красивой вдовой с малолетним ребенком на руках.

В январе 1919 года Базаров был мобилизован в белую гвардию. Служил младшим офицером в штабе одной из частей деникинской, а затем врангелевской армии.

После того, как в ходе Перекопско-Чонгарской операции войска Красной Армии 17 ноября 1920 г. освободили Крым, остатки врангелевских войск под прикрытием французской эскадры были эвакуированы в Турцию. Вместе с ними Базаров оказался в Константинополе, а затем – в Берлине.

В архивах Службы внешней разведки, к сожалению, не удалось обнаружить точных сведений о том, как Базаров пришел в разведку. Этому существуют две версии. По одной из них, находясь в начале 1921 года в Берлине и окончательно разочаровавшись в «белой идее», он добровольно предложил свои услуги российской разведке. По второй версии Базаров именно по заданию разведки стал служить в белой армии, а затем вместе с ее остатками ушел за границу.

Так или иначе, но доподлинно известно, что в марте 1921 года Б. Базаров уже являлся кадровым сотрудником Иностранного отдела ВЧК, где работал вначале оперативным работником, а затем – руководителем нелегальной резидентуры в Болгарии, в круг интересов которой входили также Румыния и Югославия. Это был незаурядный молодой человек, который свободно владел немецким, болгарским, французским и сербскохорватским языками, неплохо говорил по-английски.

В период репатриации бывших военнослужащих русской армии на родину, начавшейся в 1921 году, Базаров провел ряд важнейших оперативных мероприятий, способствовавших возвращению в Россию патриотически настроенных солдат и офицеров. Разведчик и сам стремился домой, к своей невесте. Однако по решению Центра он был оставлен за рубежом для развертывания нелегальной работы на Балканах. Одновременно Центр способствовал приезду к Базарову из России его невесты, которая вскоре стала надежным помощником разведчика.

Первой оперативной командировке Базарова суждено было продлиться до 1924 года. В служебной характеристике на нелегального резидента, относящейся к тому периоду, в частности, отмечалось:

«С марта 1921 года по 1924 год тов. Базаров пробыл на подпольной работе на Балканах (Болгария, Югославия), где в условиях крайне тяжелых, в условиях жесточайшего террора сумел создать и организовать работу группы источников, освещавших самые разнообразные политические и оперативные вопросы по Балканам».

С 1924 по 1927 год Базаров работал сотрудником полпредства СССР в Вене и под прикрытием этого учреждения в качестве резидента руководил нелегальными группами источников, действовавших в Болгарии, Югославии и Румынии. Одновременно поддерживал связь с лидерами македонского и албанского национально-революционных движений на Балканах, снабжая их оружием и материальными средствами. По заданию Центра «провел ряд особо ценных оперативных мероприятий».

В 1927 году Борис Яковлевич получил разрешение вернуться на Родину. Находясь в Москве, он руководил Балканским сектором внешней разведки в должности особоуполномоченного ИНО ОГПУ. Его отличало исключительно глубокое знание политических и экономических проблем стран этого региона. В июле 1927 года стал членом ВКП(б).

В декабре 1927 года, отмечая десятилетие создания органов государственной безопасности, Коллегия ОГПУ наградила Базарова почетным именным оружием, на котором было выгравировано: «За преданность делу пролетарской революции».

В середине 1928 года Борис Яковлевич уволился из ОГПУ по состоянию здоровья и стал работать в аппарате Высшего совета народного хозяйства СССР. Однако его оперативный и разведывательный опыт вновь понадобился Иностранному отделу. Уже в том же году Базаров возвращается в ОГПУ и снова направляется на нелегальную работу, на этот раз – в Германию. С позиций Берлина ему предстояло руководить нелегальными резидентурами в Англии и во Франции, а также балканской линией внешней разведки.

Наша справка:

В мае 1927 года консервативное правительство Великобритании разорвало дипломатические отношения с Советским Союзом, что привело к ликвидации лондонской резидентуры ИНО ОГПУ, действовавшей под прикрытием советского представительства. Это обстоятельство вынудило руководство советской внешней разведки искать иные пути проникновения в интересующие ее английские учреждения, в частности с позиций континентальных европейских стран.

Одновременно перед руководством ИНО ОГПУ со всей актуальностью встал вопрос: как организовать разведывательную работу по конкретным странам, чтобы она не зависела от состояния межгосударственных отношений? И выход был найден – перевести деятельность разведки преимущественно на нелегальную основу. Исходя из этого вывода, подкрепленного в дальнейшем решением Политбюро ЦК ВКП(б) от 30 января 1930 г., начался активный период работы советской внешней разведки с нелегальных позиций.

В конце 1920-х годов Германия с учетом ее центрального положения в Европе, относительно либерального режима и широких международных связей превратилась в основную оперативную базу советской внешней разведки, в частности в работе по Англии. В эти годы с территории Германии были задействованы сразу несколько нелегальных резидентур. Одной из них и руководил резидент Кин – Б. Я. Базаров.

Возглавляемая Базаровым нелегальная резидентура, действовавшая в Лондоне, получала через своих источников ценную информацию об экономической политике Великобритании, англогерманских отношениях и по ряду других проблем.

Помимо работы по Англии и уже привычной для Базарова работы по балканским странам перед ним была поставлена задача по руководству нелегальной группой разведчиков во Франции. Резиденту и его сотрудникам удалось провести ряд успешных оперативных мероприятий по приобретению ценных источников информации. В частности, используя нелегальную агентурную сеть в Париже, Базаров получил исчерпывающую информацию о деятельности предателей Беседовского и Агабекова.

Относительно деятельности резидентуры по балканской линии во втором томе «Очерков истории российской внешней разведки» отмечается:

«Возможности резидентуры по освещению обстановки в ряде балканских стран значительно расширились. Ценную, в том числе и документальную, информацию резидентура получала из МИД Румынии и румынских посольств в Белграде и Париже, а также югославского посольства в Париже. Так, в 1928 году были получены копии соглашения начальников генштабов Франции и Югославии, секретной конвенции между Францией и Румынией, а также соглашения между Румынией и Польшей, доклад о состоянии румынской армии. В ноябре 1928 года резидентура писала в Центр: „В первую очередь сейчас ставим добычу документов по основным узловым политическим вопросам Средней Европы и Польши с Румынией. Картина на Балканах ясна, и при наличии документов, уже посланных Вам и направляемых текущей почтой, можно предопределить и всю обстановку на полуострове“».

В августе 1930 года Базаров был награжден нагрудным знаком «Почетный чекист». В представлении к награждению отмечалось: «К особой заслуге тов. Базарова необходимо отнести четкое выполнение серьезных оперативных заданий Центра».

Одним из выдающихся достижений Б. Я. Базарова того периода явилась вербовка шифровальщика британского Форин-оффис «Арно», которую он осуществил совместно с сотрудником своей резидентуры Андреем – известным в дальнейшем разведчиком-нелегалом Дмитрием Александровичем Быстролетовым. В результате этой операции разведка нашла пути проникновения в кабинеты Уайтхолла[7]. В дальнейшем в течение трех лет резидентура получала от «Арно» английские шифры и коды, еженедельные сборники шифротелеграмм МИД, другие секретные документы.

В оперативном письме от 16 сентября 1931 г, направленном по этому поводу из Центра на имя резидента Базарова, заместитель начальника разведки Отто подчеркивал:

«Я считаю это блестящим оперативным шагом. Письма твои прочел Артур (начальник разведки А. Х. Артузов. – Прим, авт.) и просил написать, что он очень доволен проделанной работой… Еще раз, перечитывая твой отчет, восхищаюсь образцово проведенной оперативной работой».

В 1934 году Б. Я. Базаров возвратился из командировки в Москву и занял должность начальника отделения И НО ГУГБ НКВД СССР.

Тогда же, в 1934 году, в Нью-Йорке при невыясненных обстоятельствах погиб нелегальный резидент ИНО НКВД в США Валентин Борисович Маркин.

Наша справка:

Маркин Валентин Борисович родился в апреле 1903 года в городе Грозном в семье железнодорожного рабочего. До 1920 года учился в коммерческой школе. Затем до 1922 года находился на комсомольской работе в Кабардино-Балкарии. В 1922 году поступил на учебу в Коммунистический университет им. Свердлова. В 1923 году вступил в РКП(б). С 1924 года – секретарь ячейки РКП(б) московской типографии «Рабочей газеты», член Краснопресненского райкома партии, депутат Моссовета. Свободно владел английским языком.

В 1926 году Маркин становится сотрудником Разведывательного управления Штаба РККА. По линии военной разведки сразу же выехал на работу в Германию. Один из его коллег следующим образом характеризовал Маркина того периода: «Надо сказать, Маркин был очень способным: он быстро выучил немецкий язык, быстро освоился в новой стране и обещал стать первоклассным разведчиком».

В 1930–1932 годах являлся аспирантом Института мирового хозяйства и мировой политики. Одновременно занимал должность руководителя агитпропотдела в Исполкоме Коммунистического интернационала молодежи.

В 1932 году Маркин перешел на работу в ИНО ОГПУ и в том же году был направлен нелегальным резидентом в США. Действовал под псевдонимами «Оскар» и «Дэвис».

В 1934 году труп В. Б. Маркина был обнаружен в одном из районов Нью-Йорка. По основной и единственной версии, которая рассматривалась в Центре, но не получила четкого подтверждения, он стал случайной жертвой гангстерской разборки.

Правда, некоторое время спустя после гибели Маркина Абрам Слуцкий, являвшийся начальником внешней разведки НКВД, заявил в беседе с одним из видных сотрудников разведки Вальтером Кривицким, ставшим в декабре 1937 года невозвращенцем: «Маркин был троцкистом». Такое заявление позволило последнему сделать вывод о том, что Маркина убили агенты НКВД по приказу Сталина. К тому же троцкисты уже в конце 1930-х годов занесли Маркина в свой мартиролог «умученных от Сталина». В то же время каких-либо серьезных доказательств того, что Маркин был убит по приказу Москвы, ими никогда не было представлено.

Решением руководства советской внешней разведки в Соединенные Штаты на замену нелегального резидента В. Маркина был направлен Б. Базаров. При этом учитывались большой оперативный опыт разведчика и его способности, в первую очередь в воспитании молодых сотрудников. Действительно, под началом Базарова за океаном действовали молодые, но исключительно активные разведчики-нелегалы Исхак Ахмеров и Норман Бородин, ставшие впоследствии профессионалами высокого класса.

Нелегальная резидентура Базарова успешно взаимодействовала с «легальной», которую возглавлял замечательный профессионал Петр Давыдович Гутцайт. Резидентуры вели совместное изучение иностранцев, активно взаимодействовали при подготовке и отправке информации в Центр, выполнении заданий руководства разведки. И не случайно в третьем томе «Очерков истории российской внешней разведки» подчеркивается:

«Значительных успехов достигла советская разведка в 1930-х годах в США. Нелегальная резидентура под руководством Б. Я. Базарова завербовала нескольких ценных агентов, имевших непосредственные подходы к сотрудникам госдепартамента, и получала от них сведения по широкому кругу вопросов. Был приобретен источник со связями в окружении президента Рузвельта, передававший уникальную информацию о позиции правящих кругов страны в период вызревания в Европе военного конфликта».

В относящихся к тому периоду материалах личного оперативного дела резидента Базарова появилась новая запись: «Владеет оперативным опытом в совершенстве». Он был награжден вторым нагрудным знаком «Почетный чекист». В марте 1937 года Б. Я. Базарову было присвоено звание майора госбезопасности.

Однако полнокровная жизнь разведчика-профессионала Базарова неожиданно оборвалась в 1938 году, когда его под предлогом отпуска (которого он настойчиво добивался) отозвали в Москву. 3 июля 1938 г. Б. Я. Базаров был арестован, а 21 февраля 1939 г. «за шпионаж и измену» приговорен к расстрелу. Необоснованные обвинения против разведчика были сняты только в 1956 году.

* * *

…В небольшой двухкомнатной квартирке на последнем этаже 9-этажного дома в одном из микрорайонов Теплого Стана в Москве проживает пожилой мужчина, которому сейчас около 90 лет. Это Георгий Борисович Базаров – приемный сын резидента Базарова. Вместе с матерью он находился в Австрии в период работы там отца, выезжал на некоторое время и в Германию. В юности он увлекался фотографированием. Благодаря его увлечению до нас дошли многие фотографии Бориса Базарова и его семьи.

Перед войной Г. Базаров окончил Политехнический институт в Ленинграде. Пройдя Великую Отечественную войну с первого идо последнего дня, отслужив в армии и выйдя в отставку в звании полковника, Георгий Борисович возглавил молодежные поисковые отряды следопытов, отправлявшиеся по местам сражений с фашистскими захватчиками. Благодаря усилиям ветерана и его добровольных помощников были восстановлены сотни имен безымянных героев минувших сражений.

Много сил и энергии потратил Г. Базаров, собирая по крупицам в различных официальных учреждениях сведения о своем отце. Копии этих материалов, а также другие документы он передал в Кабинет истории внешней разведки.

В декабре 1956 года Георгий Борисович получил из Военной коллегии Верховного Суда СССР справку о том, что «приговор Военной коллегии от 21 февраля 1939 года в отношении Базарова Бориса Яковлевича по вновь открывшимся обстоятельствам отменен и дело за отсутствием состава преступления прекращено. 22 декабря 1956 г. Базаров Б. Я. реабилитирован посмертно»…

Перед нами два свидетельства о смерти Б. Я. Базарова, выданные его сыну отделом ЗАГСа Ленинградского района города Москвы.

Первое свидетельство выдано 3 января 1957 г. Более страшный документ трудно себе представить. Сообщается лишь, что умер Б. Я. Базаров 4 января 1944 г. Причина смерти – прочерк, место смерти – прочерк. Исчез человек, и все. Прочерк…

В январе 1990 года в ответ на запрос Георгия Борисовича из Военной коллегии Верховного Суда СССР поступило письмо, в котором, в частности, указывалось:

«Сообщаем, что Базаров Борис Яковлевич 1893 года рождения, до ареста – сотрудник НКВД СССР, майор госбезопасности, 21 февраля 1939 года Военной коллегией Верховного Суда СССР был осужден по ст. 58-1а, 17-58-8 и 58-П УК РСФРС к расстрелу.

Базаров Б. Я. признан виновным в том, что он якобы с 1924 года являлся агентом немецкой и французской разведок, которым передавал шпионские сведения.

В материалах Военной коллегии сведений о точной дате расстрела Базарова Б. Я. не имеется.

22 декабря 1956 г. Военная коллегия реабилитировала Базарова Б. Я. посмертно.

Примите искренние соболезнования в связи с незаконным репрессированием Базарова Бориса Яковлевича».

И наконец, лишь 18 июля 1990 г. Георгий Борисович получил повторное свидетельство о смерти своего отца, в котором сообщалось, что Б. Я. Базаров был расстрелян в Москве 21 февраля 1939 г. Обратим внимание на то, что разведчик был расстрелян сразу же после вынесения ему смертного приговора.

Такова оперативная и жизненная судьба одного из лучших и активных представителей первого поколения советских разведчиков. Имя Бориса Яковлевича Базарова занесено в Книгу памяти Кабинета истории внешней разведки, а его разведывательная деятельность отражена на стендах экспозиции.

Исхак Ахмеров

В сентябре 1939 года на стол наркома НКВД Л. Берии лег рапорт из Вашингтона разведчика-нелегала, действовавшего под псевдонимом «Юнг». В ответ на указание всесильного наркома законсервировать возглавляемую им резидентуру и всем составом ее оперработников отбыть в Москву резидент нелегальной разведки просил разрешения… на вступление в брак со связником резидентуры, американкой Хелен Лоури. Случай по тем да и по нынешним временам редкий. Л. Берия пришел в ярость. Он вызвал начальника внешней разведки П. Фитина и устроил ему разнос, заявив, что «в нелегальную резидентуру НКВД в США пробрались американские шпионы». Нарком приказал «разобраться» с молодым разведчиком. К счастью, судьба оказалась благосклонной к «Юнгу»: он не только не погиб в подвалах Лубянки, но и возвратился в США и в годы военного лихолетья снабжал советское руководство важнейшей стратегической информацией.

«Юнг», он же Исхак Абдулович Ахмеров, родился 7 апреля 1901 г. в г. Троицке Челябинской области в бедной татарской семье. Его отец умер, когда будущему разведчику было всего несколько месяцев от роду. Мать мальчика перебралась к своему отцу – кустарю-скорняку – в Царевококшайский уезд Казанской губернии, поскольку после смерти кормильца семья осталась без средств к существованию. Однако ей так и не удалось выбиться из бедности: у деда Исхака было и без того много едоков, и все они перебивались, как говорится, с хлеба на квас, да и того вдоволь не хватало. Дед потихоньку обучал внука своему ремеслу, которое тому пригодилось в будущем.

С малых лет Исхак познал нужду. Его дед умер, когда мальчику было всего двенадцать лет. Подростку пришлось пойти в батраки к местным богатеям. За пять лет самостоятельной жизни он сменил много профессий: был мальчиком на побегушках в галантерейной лавке, работал подмастерьем, курьером, шлифовальщиком в типографии. Позднее стал учеником электромонтера, затем хлебопеком. Но булочная закрылась, и Исхак вновь отправился в батраки. Когда в России произошла Февральская революция, шестнадцатилетний Исхак «выбился в люди» – он был принят приказчиком в мануфактурный магазин.

Октябрьскую революцию Исхак встретил с воодушевлением. Ему, как и многим его сверстникам, казалось, что скоро наступит новая, лучшая жизнь. Однако в стране началась Гражданская война. Магазин, где служил Исхак, закрылся из-за отсутствия товаров, и он по путевке Казанского Совета был направлен в Москву на курсы счетоводов. Там по крайней мере платили небольшую стипендию и выдавали скромный паек.

В 1918 году после окончания курсов Исхак был рекомендован на работу в Наркомпрод Татарской Республики. Здесь молодой специалист из национальных кадров положительно зарекомендовал себя. В 1919 году Ахмеров был принят в партию. В 1920 году его избрали депутатом Казанского городского совета. В 1920–1921 годах он работал начальником губернского управления снабжения армии, затем – начальником управления снабжения Наркомпрода Татарской Республики.

После окончания Гражданской войны Ахмеров выразил желание получить высшее образование. Его просьба была удовлетворена: страна остро нуждалась в грамотных специалистах, а незаурядные способности татарского юноши были очевидны. В 1921 году Исхака направили на учебу в Коммунистический университет народов Востока, где он стал изучать турецкий язык. Это был своего рода подготовительный факультет, где молодежь с разным уровнем знаний получала среднее образование, а в дальнейшем – и высшее. Двадцатилетний Ахмеров сразу же проявил большие способности в изучении иностранных языков. Уже через год он был переведен на факультет международных отношений в 1-й Государственный университет (ныне МГУ).

Помимо общеобразовательных дисциплин в университете И. Ахмеров упорно изучал турецкий, французский и английский языки. После окончания университета в 1923–1925 годах работал заместителем директора Московского педагогического техникума им. Профинтерна. В те годы это было для выпускников вузов своеобразной «производственной практикой», в ходе которой представители новой интеллигенции осваивали конкретные участки работы и получали необходимые практические навыки.

После двух лет работы на педагогическом поприще Ахмеров был направлен на работу в Народный комиссариат иностранных дел. В 1925 году молодого дипломированного специалиста командируют в г. Термез, в полпредство СССР в Бухарской Советской Социалистической Республике. В Термезе он занимает первую дипломатическую должность – работает в качестве дипломатического агента. Однако вскоре эта республика была ликвидирована, ее территория вошла в состав трех вновь образованных советских азиатских республик (Узбекистана, Туркмении и Таджикистана). Молодой дипломат переводится на работу в Турцию в качестве секретаря генконсульства СССР в Стамбуле. В 1928 году Ахмеров получает повышение по службе: он назначается временно исполняющим обязанности Генерального консула СССР в Трапезунде и работает на этом посту до середины 1929 года.

Именно к этому периоду относится начало сотрудничества Ахмерова с советской внешней разведкой. Находясь в Турции, он не только усовершенствовал знания иностранных языков, но и получил навыки общения с иностранцами, познакомился с основами вербовочной работы. За период работы в Турции он сумел завести обширные связи в иностранной колонии и приобрел в ней ряд ценных источников политической информации.

В то время Стамбул и близлежащие балканские государства представляли большой интерес для советской внешней разведки. После поражения белогвардейцев в Гражданской войне армия генерала Врангеля была эвакуирована из Крыма в район Стамбула и размещена в лагерях беженцев на Галлиполийском полуострове. Часть белой эмиграции осела в Турции, однако подавляющее большинство бывших офицеров и рядовых Добровольческой армии переселилось в Болгарию, Сербию, Грецию и другие европейские страны.

В сентябре 1924 года русская военная эмиграция объединилась в Русский общевоинский союз (РОВС), насчитывавший в своих рядах до 20 тысяч активных членов. Руководитель РОВС барон Врангель стремился сохранить костяк Добровольческой армии за рубежом для организации интервенции в Советскую Россию. Поэтому Центр крайне нуждался в получении достоверной информации о планах и замыслах контрреволюции. Именно на решение этой задачи были направлены усилия Ахмерова и других разведчиков в Турции.

По возвращении в Москву Ахмеров был назначен на должность референта Наркомата иностранных дел. Руководство органов государственной безопасности внимательно присматривалось к молодому дипломату и пришло к выводу о том, что он подходит для работы в ОГПУ. В марте 1930 года Ахмеров зачисляется на работу в контрразведывательное подразделение ОГПУ в качестве оперативного сотрудника и вскоре направляется в Бухару, где активно участвует в борьбе с басмачеством. Он успешно справляется с поставленными задачами, и руководство ОГПУ принимает решение о переводе его на работу в Иностранный отдел (внешнюю разведку).

Поскольку в то время в ОПГУ еще не было специального учебного заведения для подготовки будущих разведчиков, в 1931 году, по возвращении из Бухары, Ахмеров был направлен на учебу в Институт красной профессуры. На факультете мирового хозяйства и мировой политики он совершенствует знания, необходимые для работы за границей. В 1932 году Ахмеров зачисляется в штат Иностранного отдела ОГПУ, где знакомится с работой внешней разведки и задачами, решаемыми ее загранаппаратами.

В январе 1933 года молодой разведчик был приглашен в кабинет начальника внешней разведки А. Х. Артузова. В начале беседы Артур Христианович сразу же подчеркнул, что перед Ахмеровым ставится новая, исключительно важная задача. Артузов отметил, что помимо угрозы с Запада со стороны белогвардейской эмиграции и их покровителей на Востоке страны вырисовывается дополнительный очаг напряженности. Дело в том, пояснил он, что Япония захватила китайскую провинцию Маньчжурию и создала там марионеточное правительство. Японцы упорно работают над тем, чтобы превратить Маньчжоу-Го в плацдарм для агрессии против СССР и Китая. Оперативная обстановка в этом регионе чрезвычайно осложнилась. Белогвардейская эмиграция, окопавшаяся в Маньчжурии, открыто перешла на службу Японии и вынашивает планы агресии против СССР вместе с японской императорской армией.