А потом были мы

«Ты убил ее».

Пелена, которая окружала меня эти два дня, да что там, все эти семь лет, разлетелась в клочья.

«Живи в аду, который сам создал».

Это был он. Он забрал ее в тот день. Он сказал, что она умерла. Я знал, знал, что она осталась жива!

Меня словно полоснули кнутом. В приступе бешеной ярости я рванулся к Дейлу и врезал ему в челюсть, а потом снова, и снова. Он упал на пол, и Шин бросился на меня, пытаясь удержать от очередного удара.

Дейл вдруг рассмеялся. Он встал, стирая кровь с лица. Я дрожал так сильно, что даже не решился сразу заговорить.

– Надо же… – снисходительно сказал он. – Кажется, я смотрю в глаза человека, который наконец-то прозрел… Садитесь, господин Тюдор. Я так подозреваю, у вас есть вопросы…

– Что вы с ней сделали?!

Он вновь указал мне на стул.

– Сядьте. И вы ведь прекрасно знаете, что я сделал. Я поклялся защитить Кайли от Тюдоров. И в этот раз я сдержал свое слово.

Глава шестая

Даррен

В воздухе разливался терпкий аромат свежего кофе. Дейл, который явно задался целью еще больше меня разозлить, неторопливо наполнял чашки. Я в грубой форме отказался от напитка, меня достаточно бодрило осознание того, что мне врали семь гребаных лет. Шин неподвижно сидел рядом со мной; он сжимал в руках чашку и явно пребывал в замешательстве, однако хранил стойкое молчание.

– Вас не узнать, – заметил Дейл, опускаясь в кресло напротив. – Превратились в настоящую акулу делового мира.

– Не будем тратить время на сомнительные комплименты, – отрезал я. – Я хочу знать правду о Кайли. Что на самом деле произошло в тот день?

– Сам не знаю, – задумчиво сказал Дейл. – До сих пор. Могу только предполагать. Когда мы нашли ее, она была мертва. Возможно, это была клиническая смерть или состояние, близкое к этому. Вы сами это видели.

Неправда. Ничего я не видел. Я не верил в это. До конца не верил.

– Я понял, что ошибся, уже в аэробиле. Сделал анализ крови, другие тесты. По всем параметрам она была здорова, но оставалась в коме. Почти два года не приходила в себя. А потом, когда мы сделали все мыслимое и немыслимое, Кайли наконец очнулась.

– Мы? Кто это мы?

– Я позвал на помощь старых друзей. Друзей ее родителей.

Дейл открыл ящик своего стола, порылся в нем, а потом бросил передо мной старую фотографию, на которой была изображена кучка молодых людей в школьных формах и одинаковых синих галстуках.

– Мы все познакомились в специальной группе гимназии «Шервуд». Когда учились, в нашем городе царила нищета, и от преступности на улицах было не продохнуть. Постоянно на кого-нибудь нападали. Тогда наш классный руководитель решил ввести курс самообороны. А в старших классах мы уже сформировали своеобразный гражданский патруль. Даже взяли кодовые имена.

Он принялся по очереди указывать на людей на фотографии.

– Анита, которая с детства собиралась служить церкви, назвалась Послушницей. Джон – Лейтенантом. Я был Менестрелем. Скарлетт – Фехтовальщица. Вот родители Кайли, Робин и Анна, мы звали их Лучник и Леди.

Я скользнул взглядом по фото, и у меня вдруг челюсть отвисла.

– Это мой психотерапевт.

Дейл приподнял брови.

– Скарлетт? Вот как… Она нашла вас. Всегда поступала, как ей вздумается… Значит, она вывела вас на Кайли.

– Я бы так не сказал.

Хотя именно она посоветовала мне отправиться в Нинхань. Но чудом было то, что мы с Кайли пересеклись. На том маскараде я мог пройти мимо нее и не заметить. Я мог так и не узнать правду.

Сражаясь с очередным приступом тупой боли, я откинулся на стуле и подозрительно взглянул на Дейла.

– Почему она меня не помнит?

– Скарлетт использовала гипноз, чтобы заблокировать болезненные воспоминания. Смерть родителей, приют, жизнь в Весталинге – все. Мы решили, что так будет лучше.

– Будет лучше? – рявкнул я. – То есть вы посовещались на вашем очередном собрании группы подпольных анархистов и просто решили стереть Кайли память?!

– Она не приходила в себя, – жестко сказал Дейл. – Она была напугана, ранена! Ее сознание осталось в том моменте, когда человек, которому она доверяла, попытался ее убить. Для Кайли было лучше вас забыть!

– Вы сделали выбор за нее!

– Как и вы, когда ввели ей несертифицированный лекарственный препарат, – огрызнулся Дейл. – Разве вы заслуживаете доверия? Не знаю, чем думает Скарлетт…

– Снимите этот гипноз, – оборвал его я. – Пусть она все вспомнит.

– Да зачем? Она мало страдала? И это не так просто. Если она вспомнит, то вспомнит сама. Искренне надеюсь, что этого не произойдет.

– Еще бы.

Дейл окинул меня презрительным взглядом.

– Память к ней вернется, если Кайли будет в состоянии сильного стресса. Вы этого ей желаете? Разве не хватит с нее потрясений?

Я рывком встал, отодвинул стул и направился к выходу.

– Послушайте, – горячо заговорил Дейл мне вслед. – Если у вас сохранились хотя бы намеки на чувства к ней, оставьте ее в покое. Она получила второй шанс, она счастлива. Не разрушайте ее жизнь снова.

Не удостоив его слова ответом, я вышел в коридор. Шин шагал за мной, но я едва замечал его присутствие. Слова Дейла, которые поначалу просто рассердили меня, теперь как яд проникали в сознание. Неужели это правда? Неужели я худший враг для Кайли, тот, от кого ее следует оберегать любой ценой?

– Куда мы теперь? – кротко поинтересовался Шин, когда мы пересекли канал и сели в аэробиль. – В гостиницу?

– Нет. Я хочу увидеть, где она живет.

Аэробиль плавно тронулся с места. Голова у меня раскалывалась, раненый бок ныл, и я то и дело отпускал приглушенные ругательства. Шин поглядывал на меня с явным беспокойством.

– Вы мне скажете, что происходит? – негромко спросил он. – Вся эта история… Она как-то связана с человеком, которого мы держим в подвале?

– Напрямую, – отозвался я, глядя в окно на ночной город.

– Кто она? Я так понимаю, у вас были отношения…

Я оставил его вопрос без ответа. Боль в висках все не унималась.

Кайли жила на севере города в довольно тихом районе вдали от неоновых огней. Мы остановились у ее дома, и я стал рассматривать окна, в слепой надежде увидеть знакомый силуэт. В серой рассветной дымке все казалось особенно депрессивным. Но я взбодрился, когда внезапно заметил изящную фигуру в зеленом пальто. Кайли показалась из переулка и теперь торопливо шагала к дому. Повинуясь мгновенному порыву, я вышел из аэробиля, но застыл на месте. И неожиданно она тоже замерла, будто ее окликнули. Я увидел, как напряглись ее плечи. Потом она медленно повернулась, и настороженное выражение ее лица сменилось изумлением, когда Кайли заметила меня. Признаюсь, я растерялся. После бессонной ночи, со всеми этими потрясениями и обезболивающим, которое я глотал горстями, соображал я туго. Я даже не знал что скажу ей. А Кайли вдруг поджала губы и решительно зашагала ко мне. Мне вдруг стало очевидно: пусть она и потеряла память, характер ее ничуть не изменился и лучше не стал.

– Вы прекратите меня преследовать? – резко сказала она. – Серьезно… Думаете, миллиардерам все позволено?

Этот тон был мне знаком даже слишком хорошо. Смешок, который вырвался из моей груди, удивил меня самого.

– Я не нравлюсь тебе при каждом нашем знакомстве.

Ее брови поползли вверх.

– Прошу… прошу прощения?

Я тряхнул головой, словно отгоняя морок, и попытался сгладить впечатление. Честное слово, Кайли уже поглядывала на меня как на умалишенного.

– Это вы меня простите. Я неправильно выразился. И я не преследую вас, просто хотел извиниться. Произошло недоразумение.

– Хм.

Она недоверчиво посмотрела на меня, на мой аэробиль и снова хмыкнула.

– И вы примчались в такую рань, чтобы извиниться? Ну-ну.

– Я немного потерял счет времени. Никак не привыкну.

Кайли наклонила голову и поежилась.

– Ясно. Что ж… Всего доброго.

– Постойте, – быстро сказал я. – Мне правда очень жаль. Мои люди вас не обидели?

– Со мной все в порядке, господин Тюдор. Пожалуйста, не беспокойтесь.

– И я благодарен вам. Вы спасли мне жизнь.

Она взглянула на меня с легким интересом. Потом крепче обхватила себя руками. Я вдруг понял, что утро выдалось холодное. До этого момента я едва это осознавал, похоже, мои чувства притупились от потрясения.

– Позвольте отблагодарить вас. Может, поужинаем сегодня?

Она покачала головой еще до того, как я успел закончить предложение.

– Не думаю, что это уместно.

– Вы сердитесь на меня?

– Нет. Конечно, нет.

– Значит, – пробормотал я, протягивая ей руку, – вы меня прощаете?

Она поколебалась пару мгновений, но все же вложила руку в мою ладонь. Я ощутил тепло, и до боли сжал челюсти. В глазах Кайли мелькнуло недоумение.

– Все хорошо, – сказала она невпопад.

Я благоразумно держал рот на замке. Мне казалось, еще минута – и я разревусь, как младенец.

– Вы в порядке? – спросила Кайли с ноткой беспокойства в голосе.

Мне хватило сил лишь на кивок.

Да, все хорошо… Ты жива. Ты жива, любимая. Только это важно. Я нашел тебя, ты вернулась ко мне, а значит все еще можно исправить.

Я опустил взгляд на дрожащие пальцы в моей ладони, улыбнулся и поцеловал ее руку.

– Спасибо.

Ответа не последовало. Я вернулся в аэробиль, сел рядом с Шином, но Кайли все еще не двинулась с места. Она выглядела абсолютно растерянной. Ко мне же возвращалась уверенность. Я словно впервые за долгое время ощутил твердую почву под ногами.

– Поехали в отель. Нам предстоит много работы.

Очень скоро я вернулся в свой номер, где без сил упал на кровать и проспал сутки. После такого основательного отдыха можно было приняться за дело. Я отправился в офис, где мы встретились с Шином, и тот сразу насел на меня с благотворительными проектами.

– Вы на этом форуме так и не засветились толком, а нам нужен позитивный отклик в прессе. Вот тут основные варианты, куда можно направить пожертвования: детские приюты, музыкальная консерватория – это исторический памятник, но она разваливается на части… Лаборатория «Биокорпа».

– Приюты – да, – сказал я, принимая из рук Шина бумаги и тотчас бросая их на стол. – «Биокорп» – нет, ходят слухи, что они разрабатывают оружие.

– У них есть патент.

– Плевать. Я не собираюсь с ними связываться, на Тюдорах и так достаточно грязи.

– Консерватория?

– Черт с ними, отправь немного. И еще…

Я сел, сцепив руки в замок, и посмотрел на Шина.

– Клиника «Асклепий». Позаботься о том, чтобы им перевели сумму в пятьсот тысяч. Нет, лучше восемьсот. С моими наилучшими пожеланиями. И передай, что действия Кайли Вудс глубоко впечатлили меня лично.

Шин с невозмутимым видом сделал пометку в ежедневнике.

– Кто же она такая…

– Узнаешь в свое время.

– Будете и дальше ее преследовать?

Я посмотрел в окно на город, в котором мне теперь придется задержаться. Семь лет назад мы с Кайли планировали приехать сюда и начать новую жизнь. Между нами пролегло семь украденных лет… И после всего, что было, после того, что я сделал, было бы правильно оставить любимую девушку в покое, позволить ей быть счастливой без меня. Так поступил бы хороший человек.

Но когда я был хорошим человеком?..

Глава седьмая

Кайли

И снова меня вызвал главврач. В последнее время чувствую себя школьной хулиганкой, которую то и дело посылают в кабинет директора. Я решила, что Тернер опять собрался за что-то меня отчитать, но все оказалось гораздо хуже.

– Даррен Тюдор профинансировал нашу больницу, – сообщил доктор Тернер, едва я успела сесть. – Мы получили восемьсот тысяч атонов.

Опять он?! Ушам своим не верю… Да он просто не дает о себе забыть! Только не понимаю, почему главврач испепеляет меня подозрительным взглядом вместо того, чтобы радоваться новому спонсору. Я растерянно улыбнулась.

– Щедро. Он… молодец.

– Что у вас с ним произошло?

Доктор Тернер славился тем, что любое обращение к сотруднику мог превратить в наезд. Главное не теряться, когда он начинает свой очередной допрос.

– То есть? Я не понимаю.

– Он особо подчеркнул то, что ты его впечатлила. Очень впечатлила.

– Вот как… Ну, мы ведь помогли ему на балу и…

– Блант там тоже был. Его Тюдор не упоминал.

– Это странно… – промямлила я, а сама вдруг вспомнила нежное рукопожатие, которым миллиардер одарил меня при нашей последней встрече. Так-так… Ну не запал же он на меня, нет, быть такого не может…