Вернигероде - город ведьм: искушение тьмой

Так или иначе, Руна заказала порцию «Шварцвальда» и села у стены на деревянную лавку, покрытую клетчатой подстилкой. Приглушенно играла музыка. На столе, покрытом бежевой скатертью, были расставлены баночки с корицей, мускатным орехом и свечкой. Всё это создавало по-домашнему уютную атмосферу. И уже после первой порции торта (а за ней последовала и вторая) Руна немного расслабилась.

Посетители приходили и уходили почти бесшумно, настолько, что Руна разобрала звучавшую за прилавком песню:

Если труден твой путь

Поделись с кем-нибудь...

Руна этой песни не знала, но почему-то её слова запали ей в душу. Словно кто-то спел их именно для неё. И действительно: почему она прячется в кофейне вместо того, чтобы обсудить ситуацию с кем-то?

Эта мысль была как озарение. Правда, в Швейцарию Руна звонить не хотела. Там все убеждали её, что переезд в Германию – дурацкая затея. И никто её не поддержал. Но в Берлине Руна быстро подружилась с – Карлой, сценаристом видеоигр, с которой познакомилась на одном из собеседований. Пожалуй, ей можно было бы позвонить.

Говорить в общественном месте Руне не хотелось, поэтому она уже без прежней неприязни добежала до дома, переоделась в сухую одежду, забралась на диван с ногами и набрала номер подруги.

– Наконец-то ты позвонила! – ответила Карла. – Я уже начала беспокоиться, не потерялась ли ты в лесах Саксонии... – она хмыкнула. – А если серьезно, я правда переживала, как ты после своей Швейцарии и Берлина будешь там в глуши...

– Да нет, тут всё не так ужасно, – заверила Руна. – Небольшие проблемы в плане того, что меня не особенно хотели здесь видеть. Но ничего серьезного. А вот, что меня немного беспокоит, это то, что мне тут стали сниться сны...

– Эротические? – по-своему поняла проблему Карла.

– Скорее кошмары, – разочаровала её Руна. – И я вот подумала... Ты как считаешь, может как-то другой человек влиять на мои сны?

– С чего такой вопрос? – искренне удивилась Карла. – Уже с кем-то что-то не поделили?

– Нет, – возразила Руна. – Просто у меня такого никогда не было, ну кошмаров, я имею в виду. Вообще таких живых снов. А тут ещё такое чувство, что меня хотят ими напугать или прогнать...

– Да нет, это вряд ли, – голос Карлы в динамике звучал задумчиво, будто в уме она прикидывала, насколько такое развитие событий вероятно. – Сны – это твои собственные сны. То, что именно ты пережила наяву, о чём читала, мечтала, думала, что видела в кино... Если снятся кошмары, – заключила Карла, – скорее всего это твои собственные переживания так визуализируются.

– Ты уверена? – переспросила Руна.

– Вообще, говорят, во время сна человек спит и отдыхает, тело набирается сил, – напомнила Карла.

– А если после сна я чувствую себя "убитой"? – настаивала Руна.

– Ничего удивительного, – попыталась логически размышлять подруга. – Если Во время сна тебе снится, что-то неприятное, то ты просыпаешься психологически подавленной и кажется, что нет физических сил. Но если сны снятся радостные, то и проснувшись ты чувствуешь себя полной сил. – Чуть погодя она добавила: – Знаешь, я где-то читала, что мозг работает так, что не всегда различает сон или реальность. Бывает даже, что снятся какие-нибудь физические работы, мозг подает импульсы мышцам, те сокращаются и устают.

– Но понимаешь, я там не бегаю, – постаралась лучше объяснить Руна. – У меня волосы выпадают. И глаза.

– Чёрт побери! – эти детали произвели впечатление даже на Карлу. – Ну это однозначно стресс. Этот твой проект тебе покоя не дает даже во сне... Ты вот что... Сейчас будут выходные – постарайся расслабиться. А если что звони, ладно?

– Ладно, – согласилась Руна. – Спасибо, что выслушала мои бредни.

– Да пожалуйста. Я только рада, если смогла быть полезной, – и Руна знала, что подруга говорила это искренне.

Поговорив с Карлой, Руна достала из сумки упаковку снотворного, которое купила в обеденный перерыв в аптеке. Она посмотрела на пакетик и отложила в сторону. Посидела минуту и снова взяла: вскрыла, насыпала в стакан порошок, залила водой и выпила. Подруга была права: предстояли выходные, вставать рано было не нужно, а хорошенько выспаться не мешало.

На всякий случай Руна переложила подушку на другую сторону кровати и закрыла глаза... И внезапно поняла, что уже не лежит, а идёт.

Вокруг было темно, лунный свет еле пробивался из-за облаков.

Руна не могла вспомнить, как она оказалась на улице? Почему она находится в лесу? При этом мозг её судорожно работал, стараясь разобрать очертания предметов, маячивших впереди. Остановиться было также страшно, как идти вперёд. Наконец, стало понятно, что преграда на пути – большой камень и поднимающийся из него крест. А рядом как пни на поляне – едва торчащие из земли поднимались плиты. И Руна сообразила, что она не в лесу, а на кладбище.

Ближайшая к девушке плита сильно накренилась вперёд. И Руна могла бы поклясться, что на каменной поверхности было выбито её имя. Ниже стояли даты жизни. Дыхание застыло, будто всё нутро сжалось, мешая Руне вдохнуть...

Ухватив глоток воздуха открытым ртом, Руна проснулась. Пальцы её рук были холодными, горло всё ещё было пересохшим.

«Неужели это будет повторяться каждую ночь?» – подумала она в отчаянии и заплакала. Ей было страшно. Ей было жалко себя. И она не знала, как с этим справиться.

Проплакав не меньше получаса, девушка взяла себя в руки, зажгла свет по всей квартире и пошла на кухню. Пока варился кофе, на кухонной полке Руна нашла оставленный для жильцов путеводитель и стала его листать, чтобы не заснуть. Небольшая брошюра рассказывала, что регион Саксония-Анхальт был известен серебряными рудниками: многие сельские жители зарабатывали себе на жизнь под землей, и богатство местных городов происходило из шахт в горах Гарц.

Это простое и в то же время поэтичное описание заставило Руну задуматься, а почему бы и вправду ей не сходить на экскурсию? Карла была права: Руна зациклилась на работе. В чем-то и фрау Крюгер была права: было глупо приехать в командировку и не посетить достопримечательности, раз уж место здесь оказалось таким привлекательным. Пролистав путеводитель до конца, девушка решила, что самой заманчивой целью для посещения ей казался Бланкенбург.

Кое-как дождавшись утра, Руна выдвинулась к железнодорожной станции.

Погода стояла идеальная для прогулок: дождевые тучи сменились лёгкой дымкой, пропускающей солнце, что придавало воздуху особую, присущую только осени, вязкость. Поезда до Бланкенбурга ходили каждый час: напрямую здесь было совсем близко (недаром трубы фабрики были видны из окна квартиры Руны), но железная дорога огибала горы, делая крюк. Пассажиров в вагоне субботним утром оказалось больше, чем могла ожидать Руна, но всё же свободное место для неё нашлось. И по дороге она скачала аудиогид по городу.

Выйдя на станции, девушка надела наушники и включила запись.

Добро пожаловать в Бланкенбург – средневековый город со статусом оздоровительного курорта. Вместе с аудиогидом вашим проводником здесь станет милая черная кошечка, изображение которой на каменных бордюрах не позволит вам сбиться с пути.

Итак, отправной точкой нашего путешествия станет железнодорожная станция, построенная ещё вы конце XIX века. Если вы посмотрите на вход, то справа на стене будет как раз наша метка.

Руна, которая уже стояла на улице перед вокзалом, оглянулась. И правда – на стене по трафарету была нарисована черная кошка.

А теперь давайте отправимся по Герцогштрассе прямиком в старый город. Дорога займёт примерно 15 минут. Кстати, первое письменное упоминание Бланкенбурга относится к 1123 году...

Руна следовала указаниям аудиогида и находила, что такой способ осмотра города весьма занятным – даже пожалела, что раньше она никогда им не пользовалась. Периодически девушка сверялась с меткой-кошкой и фотографировала виды, которым золотая осень придавала царственное или императорское величие. Уж такое было свойство у октября.

А между тем аудиогид продолжал:

Альт-Бланкенбург – старейшая улица города, которая упоминается в документах 1375 года. Сохранившаяся на ней сельская церковь, окруженная вековыми деревьями, издавна была центром общественной жизни Бланкенбурга. Современный общественный центр – ратуша, а также рыночная площадь, находятся неподалёку. На площади вы можете наблюдать оставленный здесь в назидание потомкам столб для наказаний провинившихся.

Столб, конечно, Руну неприятно поразил. Но что она могла поделать – он тоже был частью той истории, за которой она сюда приехала. К тому же впереди девушку ждала самая пышная и нарядная часть города – барочные дворцы и сады с чайным домиком, мельницей и питомником фазанов.

Но настоящим волшебством была пряничная фабрика, где вручную изготавливали медовые саксонские пряники, традиция которых насчитывала без малого пятьсот лет. Принципиальным отличием саксонских пряников от других было заваривание теста в медово-сахарном сиропе, что определяли их бесподобный аромат. В лавке при пекарне чего только не было: пряники в форме сердечек, домиков, с гвоздикой, корицей, мускатным орехом, красным перцем, с начинкой, в глазури и без. Руна будучи сладкоежкой просто не могла остановиться, набрав целый кулёк пряников с собой.

От пряничной фабрики аудиогид уводил Руну на юг – в парк, в глубине которого расположился реабилитационный центр. Этот парк был излюбленным местом для семейных прогулок и назывался «Чертов котел», поскольку в центре его располагался фонтан-чаша с двумя чертями. И ничего тут было не поделать – почти всё в Гарце кричало о нечисти. Даже деревья в парке были закручены, что по народным повериям означало, что в них поселился дух.

Далее аудиогид уводил Руну в сторону от больницы, на восток, где парк превращался в лес со множеством родников и ручейков. К сожалению, девушка не знала, что за лесом находилоськладбище Бланкенбурга, знаменитое старинными семейными надгробиями, охраняемыми как памятники истории. Так, ничего не подозревая, Руна вышла прямиком к ним.

Бежать было бесполезно и развидеть кладбище было уже нельзя. Поэтому Руна решила действовать от противного. Она прошла по главной аллее под руководством аудиогида, надеясь таким образом побороть собственные страхи. Но, – о ужас, – на одной из боковых ответвлений дорожки она увидела надгробие из своего сна! Большой камень, морская скала и крест. Установленный рядом указатель гласил, что это могила Карла фон Мюллера, национального героя и одного из самых известных морских корсаров, бороздивших Тихий океан в начале Первой мировой войны, снискавшего уважение даже своих противников и пленных.

Руна словно заново переживала свой кошмарный сон: она медленно повернула шею вправо – за монументом действительно была поляна с надгробными плитами. Ближайшая к плита сильно накренилась вперёд. Руна чувствовала себя так, как если бы её ударили пыльным мешком по голове. Спотыкаясь, она подошла ближе: из мокрой почему-то рыхлой земли торчала как старый зуб плита времен Первой мировой войны. Принадлежала она некой Руне Эккерт...

Уже давно не слушая, что там вещал аудиогид, Руна стремглав бросилась к выходу. Выскочив за ворота, она понеслась вниз по мощёной булыжником дороге по направлению к центру (по крайней мере ей так казалось). И лишь когда решетка кладбищенской ограды пропала из виду, свернула в закоулок, чтобы отдышаться. Простояв несколько минут согнувшись, уперев руки в колени, девушка, наконец, распрямилась и не поверила своим глазам. Перед ней располагалось туристическое агентство «Ковен тур».

Руна поправила на себе одежду и подошла к витрине. На окнах агентства были вывешены рекламные предложения, чтобы люди с улицы могли увидеть красочные зазывающие картинки.

Вот предлагали путешествие на паровозе на гору Брокен, самую высокую вершину не только в массиве Гарц, но и во всей северной Германии, склоны которой покрыты туманом триста дней в году.

А вот туристический пакет: посещение замка Вернигероде плюс три музея.

Можно было выбрать и организованный треккинг-тур к городу Тале, расположенному на высоте 156 метров над уровнем, но микроклимат которого скорее соответствует горным вершинам высотой в 2 000 метров.

– Вас что-то интересует? – окликнул Руну вышедший на порог работник агентства с натянутой на лицо улыбкой.

– Не вижу тут предложения «Тёмный ритуал»? – обернулась Руна, очень стараясь чтобы вопрос её прозвучал праздно.

– Откуда вы о нем узнали? – лицо тур-агента выражало крайнюю заинтересованность и даже тревожность, и он пригласил руну пройти внутрь помещения, где было удобнее разговаривать.

– Подруга рассказала, – соврала первое, что пришло на ум Руна, и села, глядя полными наивности глазами на агента.

– «Тёмный ритуал» – это наше специальное предложение, – сообщил мужчина, занимая своё место.

Руна ожидала, что он достанет из стола какой-нибудь буклет (хотя какой буклет – его макет готовила она сама!) или расскажет о предложении подробнее, но агент молчал. Тогда девушка сделала характерный жест ладонями, показывая, что ей не терпится услышать подробности.

– Вы знаете места, где собирается вся нечисть мира? – спросил вдруг агент, засучивая рукава рубашки и оголяя жилистые руки до локтя. На тыльной стороне его левой руки Руна заметила татуировку в форме звезды в круге. – В Германии это горы Гарц, – продолжил между тем агент. – Мы проводим красочные мероприятия с ограниченным количеством людей. На «Тёмный ритуал» всего 666 билетов.

– Страшновато, – заметила Руна.

– Знаете почему именно 666? – прищурился агент напротив.

– Понятия не имею, – призналась девушка. – Ну, помимо того, что речь идёт про дьявольское число...

– Согласно легенде, записанной в одном из гримуаров, в 1589 году Святая Инквизиция уничтожила почти всех ведьм, что были на Земле. Спаслись только 666 ведьм и колдунов. И с тех пор, это число стало числом Зверя. И в каждый век, если кто-то из 666 умирает, его место пополняют другие, – пояснил агент, догадываясь, что такие истории производят впечатления особенно на юных барышень.

– И это правда? – спросила Руна, не понимая, говорит ли мужчина об этом серьезно или просто морочит ей голову.

– Этому есть исторические подтверждения: в 1540 году, в период охоты на ведьм, гору Брокен впервые назвали местом шабашей... – агент замолчал, предлагая Руне самой решить, насколько эти сведения могут быть достоверными.

– А... а можно мне узнать программу? – бесхитростно спросила Руна со всей своей непосредственностью.

– Само действие, как вы понимаете, держится в секрете, а рекламные проспекты пока не готовы, – отрицательно покачал головой мужчина, делая вид, что ему крайне жаль. – Но могу распечатать краткие сведения, – предложил он.

Руна одобрительно закивала, и через минуту агент подал ей появившийся из принтера листок. Девушка бегло пробежала по нему глазами:

31 октября 20:00

Торжественный зал старой крепости Бланкенбурга

Сбор гостей, приветственное слово

Фуршет

Ритуал

Мероприятие проходит под патронажем Администрация города

Исполнять ритуал будет Владычица Вига

Под описанием была черно-белая картинка. На ней были изображены люди, вставшие в круг. В центре же стояла, вероятно, та самая владычица – Вига Крюгер, начальница Руны.

Лицо девушки перекосило от неожиданности. Поблагодарив агента за любезность, она убрала распечатку в рюкзак и поспешила уйти подальше.

Ноги сами несли Рунувдоль каменной стены, проходившей по обрыву. Тропинка эта проходила по живописному маршруту с незабываемыми видами на леса, реки и горные вершины. Но девушка не могла любоваться ими, её занимала теперь новая ипостась руководительницы, которую та по понятным причинам скрывала. Поэтому когда Руна остановилась, поняла, что давно уже сошла с тропинки и потерялась.

Каменной стены рядом больше не было, лишь крутой обрыв, у края которого начинала кружиться голова. Солнце уже клонилось к закату, поэтому девушка испугалась. Она попыталась включить геолокацию на телефоне, но интернет-связь отсутствовала. Руна живо представила, что может остаться на холме на ночь, и начала метаться во все стороны. К счастью, совсем скоро, чуть ниже на пологой стороне холма она увидела людей и прямо по лесу побежала в их сторону. Выскочив на дорогу, Руна увидела сувенирные лавки. Оказалось, что она плутала совсем недалеко от бойкого место с туристами. А всё оттого, сто не надо было ходить по горным дорожкам, если они ведут к Чёртовой стене (а как же иначе она могла здесь называться?).

Это маленькое приключение вконец убедило Руну, что пора было домой. Перед отъездом она решила, что нужно бы привезти с собой какой-то сувенир и пробежала глазами по рядам сувенирных лавок, выбирая, куда бы зайти. Выбор оказался простым – девушка вошла в винтажную дверь, на которой была метка чёрной кошки.

Торговый зал был небольшим. Пахло в нём, не совсем как положено «колдовским лавкам»: дымом и кофе. На столах были расставлены не штампованные китайские сувениры и ароматические масла, а в большинстве своем оригинальные антикварные (по крайней мере девушке хотелось в это верить) предметы быта: чугунные котлы, бронзовые фигурные подсвечники и подстаканники. Чуть выше на полках расположились статуэтки котов, череп козла, заячья лапка и чучело ворона.

– Настоящие? – спросила Руна мирно сидевшего за прилавком пожилого продавца в очках с толстыми линзами, который не хотел быть навязчивым, а потому не покидал своего места и продолжал разбирать часовой механизм.

– Череп и чучело? – переспросил продавец, откладывая в сторону инструмент. – Да что вы, нет, разумеется. Возьмите лучше вот, – он тяжело поднялся со своего табурета и вынул из подставки зонт-трость. – С никелированной ручкой в форме собачьей головы с высунутым языком, – отрекомендовал он. – Начало прошлого века, когда в Бланкенбурге ещё была по-настоящему развита металлургия.

– Зонт? – удивилась Руна. – На улице вроде бы ясно...

– Сразу видно, что вы не местная, – улыбнулся продавец. – Особенность наших мест в том, что дождь начинается внезапно и вода очень быстро превращается в бурлящий поток. Поэтому нам заранее приходят оповещения об уровнях погодной опасности...

– Спасибо, но лучше я возьму вот это, – Руна потянулась к дальнему углу полки, где задвинутая за пыльный хрустальный шар была давно забыта с бархатная подушечка с серебряным кольцом, украшенным небольшими полусферами по окружности. Как девушка смогла там его заметить, она и сама бы объяснить не смогла, но чутьё дизайнера подсказывало ей, что это стоящая вещь. – Сколько вы за него хотите?

– Сделаю вам скидку, – пообещал мужчина, заворачивая приобретение.

– Вы очень добры... – ответила Руна.

– Просто хочется иногда с кем-нибудь поговорить, – признался продавец.

Домой Руна пришла уставшая. Cтольковпечатлений и столько странных открытий! Прежде всего, конечно, вещий сон! Могила фон Мюллера, которую Руна увидела накануне. И возникал логичный вопрос: а были ли и другие сны вещими? Не верилось и в то, что фрау Крюгер в свободное от работы время – Владычица Вига. Зато понятно, почему она не хотела, чтобы Руна в этом деле рылась. И внутреннее женское чутье подсказывало Руне, что всё встанет на свои места и сложится в единую картину лишь тогда, когда она узнает, кто пакостил ей в офисе. Мысли роились в голове девушки. Но не успела она даже разогреть ужин, как зазвонил мобильный телефон.

Это была Карла, поэтому Руна ответила.

– Привет, хотела узнать, не снилось ли тебе что-нибудь ещё? – бодро спросила подруга.

– К сожалению, да, – сказала Руна ровным голосом. – Собственная могила.

– Ты издеваешься что ли? – не поверила Карла. – А я ведь узнала о дримерах.

– О ком? – скептически уточнила Руна.

– Ну вчера, когда ты мне сказала, что тебе кажется, что кто-то вторгается в твои сны, я подумала – бред. А потом вспомнила, что была такая игра «Дримфол», – пояснила Карла. – В общем, есть такие люди дримеры, они проникают в чужие сновидение с различными целями: получают информацию, управляют, внушают необходимые мысли...

– Ты сейчас прикалываешься надо мной что ли? – Руна не знала обижаться ли или пожалеть поехавшую на почве компьютерных игр подружку.

– Погоди, дай мне договорить, – попросила не перебивать Карла. – Я зашла в чат пользователей этой игры. И помимо игроков там был парень-разработчик. Я его сразу выявила и разговорила. В общем, он утверждает, что во время создания «Дримфол» изучил о дримерах всё, что можно. И он высказал одну здравую мысль...

– Карла, мы не в игре... – взмолилась Руна.

– Разумеется, – согласилась подруга. – Именно поэтому он сказал: если дело не в твоём больном воображении – это нужно ещё доказать. То есть, если твои сны кто-то посещает, в них будет обязательно присутствовать «чужая» информация, то, о чём ты не знаешь. Тебе нужно зацепиться за что-то, что ты сможешь подтвердить или опровергнуть наяву.

– Считай, что я это уже сделала, – сухо ответила Руна.

– Что? – не поняла её Карла.

– Я нашла то кладбище, которое мне снилось. Оно у нас тут неподалеку... – вздохнула Руна.

– И ты уверена, что никогда не видела его на фото или..? – Карла не успела закончить фразу.

– Эй, проснувшись, я в деталях могла описать тебе надгробие фон Мюллера, о котором до этого знать не знала, – не сдержалась Руна.

– Верю, – примирительно сказала Карла. – Тогда есть только одно средство от того дримера, который тебя пугает.

– Ну? – поторопила её Руна.

– Когда поймёшь, что ты в кошмаре, нужно плеснуть святую воду в отражение, и дример наутро будет иметь те же увечья, что были у тебя во сне, – поделилась добытой с трудом, но весьма сомнительной информацией Карла. – Так можно его выявить. А там уже можно будет и запретить проникать во сны.

– Отлично, но откуда, по-твоему, я возьму святую воду? – спросила Руна не потому, что собиралась отправиться на поиски воды, а больше из благодарности за то, что подруга за неё беспокоится.

– Освятить воду довольно просто. Нужно взять обычную воду, прочитать над ней молитву, а потом поместить в неё атрибут с крестом. Это в общем-то всё, что я хотела тебе сказать... Не благодари. , – закончила Карла. – А так надо нам куда-нибудь вместе выбраться. Как ты на это смотришь?

– Я что-нибудь придумаю, – пообещала Руна и добавила обречённо: – Если выживу.

– Давай, и не кисни в своем Нёшенроде, – пожелала ей Карла и отключилась.

И Руна наконец-то пошла ужинать. За едой она вспомнила, что в рюкзаке у неё были саксонские пряники, а потому, достав их, девушка вынула заодно и пакетик с кольцом, и программу «Тёмного ритуала». Положив всё несъедобное на тумбочку, Руна отыскала в шкафу оставленный заботливым хозяином квартиры ароматизированный чай с брусникой. Но заварив его, девушка поняла, что буквально валится с ног и отправилась прямиком в постель.

На удивление той ночью Руна спала спокойно. Не ворочалась. Не кричала. И сны ей никакие не снились. Проснулась она поздно. За окном шёл дождь под стук которого так сладко спалось!

Попивая воскресный кофе на кухне, завернувшись в одеяло, девушка подумала, что ведь продавец из сувенирной лавки оказался прав, предлагая ей зонт – погода испортилась. И её захотелось рассмотреть поближе то кольцо, которое она себе прикупила в Бланкенбурге.

Покончив с пряником, Руна разорвала бумажный упаковочный пакет и положила кольцо на ладонь. Оно было серебряным, но сильно потемневшим. Девушка взяла салфетку и немного потёрла его. Форма кольца была интересной: на лицевой стороне по окружности располагался крест, одиночная поперечная перекладина которого едва выступала за края. На боковых поверхностях и задней части были «горошины». В центре креста было изображение. Руна пригляделась: похоже на замок и надпись на латыни. Девушка попыталась прочесть, но буквы не складывались в слово. Тогда она примерила кольцо: к большому разочарованию Руны оно оказалось ей велико. Немного поразмыслив девушка надела его на цепочку и повесила на шею.

А рядом с пакетом из-под кольца лежало распечатанное описание готовившегося обряда. Девушка раскрыла листок: что она вчера упустила при беглом просмотре? А, вот: «Жуткие игры, черная церковь и лабиринт страха». Руна поморщилась: «Нет. Это точно попахивает чем-то нездоровым». И предпочла посвятить день зарисовкам холмов Вернигероде, видневшимся из окна.

Ночь без страха уверила Руну в том, что она действительно переутомилась. Стоило отвлечься от работы, как тревожность прошла. Хотя проходя мимо зеркала в прихожей, девушка старалась в него всё-таки не смотреть. Потому что если она начинала вглядываться отражение, то ей мерещилось, будто в темных углах мелькает чья-то тень... В общем день прошёл спокойно и продуктивно. Под вечер девушка даже дочитала сказку братьев Гримм про мачеху и падчерицу, ту, за которой в первый раз уснула. Всё в истории у героев кончилось хорошо. Однако, перед сном Руну всё-таки одолело беспокойство.