Толстушка в пролете? Как бы не так!

– Вы о чем, девушка? – женщина за стеклом поднимает голову и подслеповато щурится, – у вас карта с собой или у нас?

– Вы не поняли, я пришла не на примем. – Внезапно, я понимаю, как глупо выгляжу и теряюсь, – по этому адресу проводят марафон красоты. Он называется «Покори мужика на раз–два», а его основатель – Ангельский Максим Борисович. Может, вы слышали о таком?

– Ангельский…Максим… – я вижу, как насмешливо на меня смотрит эта незнакомая женщина, и радуюсь, что соседнее окошко пустует, – вы, знаете, фамилия, конечно, очень красивая, и я бы сразу ее вспомнила, но, – увы. А что это за марафон такой? Какие–то курсы по соблазнению?

– Не совсем… – бормочу дрожащим голосом и с усилием сдерживаю слезы, – впрочем, неважно. Извините за беспокойство.

Я вылетаю из здания пулей и целую остановку иду быстрым шагом – мне кажется, что под ногами горит земля – хочется просто исчезнуть, испариться. Но, даже добравшись до дома, я не чувствую себя спокойно: и, как выясняется, не зря.

– Надя?

Услышав, как с тихим щелчком захлопывается входная дверь, из кухни появляется Алевтина Григорьевна – хозяйка квартиры. Я замираю с пакетом на локте и едва дышу: пришла на мою голову, без предупреждения!

Привычки своей арендодательницы я успела прекрасно выучить – она может зайти в квартиру в любой момент, и никогда не позвонит и не сообщит о приходе.

Наверное, ей нравится создавать эффект неожиданности и ставить людей в неловкое положение. Прямо как сейчас. Стоит, и рассматривает меня, уперев руки в бока: брови сведены к переносице, глаза ощупывают каждую морщинку на моем лице, а накрашенные яркой помадой губы изгибаются в легком высокомерном презрении:

– И где тебя черти носят? Чего такая всклокоченная, пьяная что ли?

– Здравствуйте, Алевтина Григорьевна. – Я стараюсь не потерять остатки самообладания и улыбаюсь, – я выходила по делам. А почему вы не позвонили, не сказали, что придете?

– А что такого? Я мимо проезжала, решила быстренько заглянуть. – Она подозрительно прищуривается и потягивает носом, – я смотрю, у тебя гости вчера были? Стол накрыла?

Я мысленно «чертыхаюсь» и иду в гостиную. Ну, конечно, на журнальном столике остались следы моего одинокого пиршерства: полупустая бутылка вина, салатики, рыбка, торт. В комнате не убрано, но ведь и я никого в гости не ждала!

– Ты что, мужчин водишь, пока Кирилл на вахте в поте лица горбатится? – Алевтина Григорьевна с удивлением на меня уставилась, – вот уж не ожидала от тебя, с виду такая тихоня, да и фигурой Бог не наградил, а всё туда же, мужики нужны…

– Никого я не приводила! – от обиды щиплет в носу, и я судорожно всхлипываю, – с чего такие выводы?!

– А ты на меня не кричи, я тебе не мама, чтобы тут характер свой показывать. Ты у меня, милочка, квартиру эту снимаешь. Надеюсь, не забыла? – я подавленно молчу, и понимаю, что она точно пришла не просто так, – так я тебе напомню. И так же напомню про долг с прошлого месяца. Итого, ты должна мне уже за два месяца, но, похоже, даже и не собираешься ничего платить!

– Что? Какой долг? – внутри все обрывается от плохого предчувствия, – я ведь отправляла вам деньги! Я всегда плачу строго по графику, у меня все платежи настроены!

– Да ты, я смотрю, не в курсе… – Алевтина Григорьевна усмехнулась и смерила меня пренебрежительным взглядом, – впрочем, ты сама должна со своим мужчиной разбираться, верно? Я тут ни при чем. Ваша личная жизнь меня никак не касается, а у тебя глазки были на лице, когда его выбирала.

– Я не понимаю, о чем вы сейчас говорите…

– Кирилл попросил у меня денег в долг, и я вычла их из двух месяцев аренды. Вот как от сердца оторвала, но он так уговаривал, чуть ли на коленях не стоял. Сказал, что ты все знаешь и отдашь деньги. Вот только время идет, а ты даже не чешешься. А может, у тебя память отшибло, и наступила внезапная амнезия?