Я знаю 5 имён девочек… Марианна

Кристина Стрельникова

Я знаю 5 имён девочек… Марианна

© Стрельникова К. И., 2025

© Лапшина Д. Ю., рис. на обл., 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

Такое бывает с другими

История Марианны

Она чертит линию не спеша,Пальцы – продолженье карандаша.Там – погуще тень, тут – поярче блик,И его портрет на листе возник.Как же ей теперь оживить его?Это не рисунок, а колдовство.Равнодушен взгляд, и улыбки нет,На неё не смотрит его портрет.Как его любовь ей нарисовать?Надо новым способом штриховать,Карандаш сменить, взять другой блокнот,И портрет получится. Но не тот…

1. Марианна берёт курс

Когда Марианна пошла на курсы компьютерной графики, она не думала, что ей придётся делать скучную рекламу. Реклама – тоже искусство, но не на том этапе, когда ты целый час ковыряешься на панели инструментов, чтобы отыскать нужный. Надо набраться терпения, надо… Где его набраться?

Марианна хотела создавать иллюстрации. В её понимании живопись, в том числе компьютерная, должна нести красоту, а не втюхивать покупателям копчёную курицу, порошок, раковину или дезодорант. На занятиях, накладывая слой за слоем в фотошопе, Марианна через силу выполняла задания, а потом отвлекалась на свои романтические рисунки. В конце концов преподаватель компьютерной графики позволил ей рисовать дамские костюмы и платья.

Марианна создавала невероятные одежды – воздушные, мерцающие, летящие. Такие живые, что казалось, вот-вот слетят с экрана и направятся в старинное французское кафе. Там, за чашечкой кофе, костюмы и платья примутся щебетать, сплетничать, подмигивать и колыхаться от смеха.

Сокурсники с интересом заглядывали на экран через плечо Марианны.

– Марька, ну где ты найдёшь таких дам? Это же нереально! – усмехалась Женя, вездесущая блондинка с выступающими вперёд зубами.

Марианна не знала, и её это пока не волновало.

– Найдёт в своё время, не волнуйся, на свой экран смотри, – заступался за Марианну Владимир, самый старший в группе компьютерных живописцев.

Марианне совсем не хотелось общаться с другими учениками, она увлекалась только своими нарисованными образами, шепталась с ними, уговаривала стать покладистее.

Кроме Марианны, двадцатишестилетнего серьёзного Владимира, который здесь считался почти стариком, и блондинки Жени, в группе обучались ещё трое. Черноглазый Фарид, талантливый график, уже получающий первые заказы на рекламу. Полненькая замужняя Люся, у которой имелся ребёнок и которая всех раздражала сюсюкающими манерами и далёкими от юных художников темами разговоров. «Носки мужа я стираю в таком-то порошке, они так лучше отстирываются. Насморк своему Даничке я лечу такими-то капельками».

– Как интересно и познавательно! – язвила Женька.

Ещё была худая вялая Катя, которая пришла на курсы, кажется, от скуки.

К Марианне быстро прилепилась Женя. Может, потому что они были ровесницами, обеим – по пятнадцать, а может, просто не к кому больше пристать. Кроме того, Женя постоянно вертелась возле Фарида и просила его помочь, что-нибудь подсказать. Фарид, спокойный и умный, охотно и доходчиво объяснял, как использовать инструменты, как правильно накладывать слои в фотошопе. А уж в редакторах векторной графики он так ловко строил фигуры, так легко рисовал изящные линии, будто взмахом руки.

Марианна судорожно сжимала мышку в пальцах и вела, вела её, вела, прижимая к столу… Линии выходили рваные. Курсор на экране дёргался, срывался вниз, в невидимую пропасть, и терялся из виду.

Марианна потихоньку накапливала свои работы и терпеливо ждала, когда закончатся курсы, чтобы получить удостоверение об окончании. Она точно знала, что не пойдёт работать в рекламную сферу. В свободное время она словно спала с открытыми глазами, вполуха слушая, что щебечет Женька. Бывало, Марианна, домучив свои задания, откровенно спала, облокотившись на стол. Иногда случались простои из-за того, что компьютеры внезапно выходили из строя.

Компьютеры в классе терпеть не могли неловких учеников, делали всё назло, нарочно ломались. Преподаватели на курсах вечно ждали какого-то Давыдова.

– Давыдов придёт – наладит. Давыдов появится – программу установит. Давыдов разберётся. Подождём Давыдова.

– Кто этот Давыдов? – сощурилась Женька. Ей всё надо было знать.

– Местный кудесник техники.

– Этот кудесник приходит, видимо, по ночам, – удивлялась Марианна, обнаруживая по утрам, что компьютеры снова в строю. – Домовой, что ли?

– Да он вечно занят, забегает поздно, после колледжа и подработки, – объясняли ей.

Иногда за Марианной заходил её друг. Он терпеливо ждал, когда закончатся занятия, гулял с Марианной или провожал до дома, что-то бубнил басом.

– Симпатичный у тебя парень, – восхищённо шептала Женька. – Накачанный такой.

– Ага, – зевала Марианна. – Это Антон. Он очень хороший, добрый.

Больше ей нечего было о нём сказать.

Во время прогулок Антон что-то монотонно рассказывал Марианне, а та думала о своём, не слушала и радовалась, что ей не обязательно отвечать. Марианне казалось, что её жизнь – скучный сон, а утро всё никак не наступит.

Но однажды Марианне пришлось проснуться. В студию графиков вошёл парень в ослепительно-белой футболке. Марианна открыла глаза. Сонливость улетучилась. Она заворожённо следила за перемещениями парня по студии, за каждым его стремительным движением.

Дело было не в футболке, конечно. Марианна гадала, в чём же. Может быть, в уверенных движениях, в мужественном силуэте, в повороте шеи, в светло-серых глазах, в прямых пепельных волосах, в обаятельной улыбке? В чём ещё? Марианна не знала.

– Давыдов пришёл! – заулыбались сотрудники учебного центра.

Ну да, можно было догадаться…

Преподаватели потянулись к нему – посоветоваться, пожаловаться на проблемную технику, просто поболтать.

– С Давыдовым интересно беседовать на любую тему! – говорили они.

Парень обходил все рабочие места, что-то налаживал, возился с компьютерами, отвечал на вопросы, давал советы. Его движения были чёткими, уверенными. Он перебрасывался деловыми фразами с Алиной – преподавательницей рабочих офисных программ.

Они разговаривали как друзья, Алина звала его Олежа.

– Олежа, у нас тут программа слетела. Олежа, чаю выпьешь? Олежа, подпишешь ведомость?

Марианна не стала бы звать этого парня Олежей. Ему подходит имя Олег – смелое, героическое. Если надеть на Олега доспехи и дать в руки меч, он будет точь-в-точь воин из учебника по истории. Даже глаза у Олега были подходящими для воина – холодно-серые, почти стальные.

Марианна завидовала Алине – та могла говорить с Олегом на одном языке. Марианна улавливала профессиональные словечки айтишников и жалела, что ничего не понимает в программировании, технике и вообще – в «железе».

Алина и Олег явно хорошо друг друга знали и были друзьями, а не только коллегами. Конечно, Алина могла звать его Олежей, ведь она была старше его. Олегу примерно семнадцать. Алина старше года на два. А может, и больше. Она всегда выглядит свежо и очаровательно, а стройная хрупкая фигурка придаёт ей лёгкости и детскости. Алина очень нравилась Марианне – у неё такие большие бархатно-карие глаза, как у симпатичного ослика. Так и ласкает своими глазами с длинными пушистыми ресницами. При этом Алина почти не красится, и ресницы у неё не накладные.

Раз уж Марианна очнулась от своего сна наяву, она решила разузнать побольше об этом Олеге. У кого же ещё, как не у Алины?

– Это ваш программист? – спросила Марианна, когда Олег ушёл.

Алина внимательно посмотрела на Марианну взглядом: «А что?»

– Я просто никогда его раньше не видела, – добавила Марианна.

– Да, это внештатный сотрудник Давыдов, – сказала Алина.

Марианна продолжала на неё смотреть, ожидая более развёрнутого ответа. Она чувствовала себя любопытной Женькой, но ничего не могла с собой поделать.

– Умненький мальчик, светлая голова, – добавила Алина и обаятельно улыбнулась.

Марианне этого было достаточно.

«Какая она всё-таки милая», – подумала Марианна.

Если взрослая девушка называет парня умненьким мальчиком, что это означает? Что она относится к нему как к младшему брату, немного снисходительно и заботливо.

Марианне ничего не оставалось делать, как ждать редких приходов Олега и наблюдать за ним. Он стремительно входил, шутил, красиво улыбался, быстро и деловито проверял машины и убегал. Он всегда был занят-занят и куда-то спешил, этот Олег.

Марианна обнаружила, что ждёт его появлений. Как-то утром, посмотревшись в зеркало перед выходом, она была удивлена. Оказывается, вся её любимая одежда в последнее время была чёрного цвета. Пришлось как следует порыться в шкафу, чтобы отыскать что-то пожизнерадостнее. На свет выползли ярко-жёлтые рубашки, пыльно-розовые блузки, футболки с принтом тай-дай всех оттенков радуги, сиреневые и зелёные брюки. Марианна про них забыла. «Здравствуйте, давно не виделись. Неужели я вас когда-то носила?»

Марианна выбрала белую футболку оверсайз. С тех пор почти каждое утро она надевала белые блузки и футболки, простые или с ажурными вставками, ведь они всегда смотрятся невинно-красиво и нарядно. Марианна распускала длинные светлые волосы. Прядки она тонировала оттеночным бальзамом цвета «Ирис». Казалось, от неё самой исходит фиолетово-сиреневое сияние. Прядки – как лепестки ириса.

Неизвестно, сколько бы продолжались наблюдения Марианны за Олегом, если бы не Женька. Напористая, даже несколько навязчивая, Женька в свою очередь тоже наблюдала. Она заметила, что Фарид общается с Олегом как хороший знакомый. От неё не ускользнуло и то, что Марианна заглядывается на Олега.

– Ах, как жарко! – сказала однажды Женька, обмахиваясь блокнотом. – А давайте сходим на пляж? Ну или в парк хотя бы, а?

Женька посмотрела на Фарида. Тот равнодушно пожал плечами. Марианне стало почему-то неудобно, будто это она предложила Фариду пойти на пляж.

Неожиданно идею подхватил Олег.

– А что, отличная мысль – сходить в парк! – Олег посмотрел на часы. – У меня на сегодня больше ничего не запланировано.

– Ну и всё, решено! – сказала Женька. – Мы с Марькой идём.

Фарид снова пожал плечами, и Женька приняла этот жест как согласие.

Каким-то образом она умудрилась отмести в сторону остальных одногруппников.

– Марька, собирайся, – скомандовала Женька.

Марианна помедлила для вида, нехотя встала, сложила в сумку планшет и скетч-бук, мельком посмотрела в зеркало.

«Интересно, влияет ли как-нибудь мальчишеское имя на характер девочки?» – подумала Марианна. Она считала имя Евгений мальчишеским, и теперь ей казалось, что Женька ведёт себя как мальчишка, всегда проявляя инициативу. Ну нет, не может же имя влиять на всех девочек одинаково!

Оказавшись за столиком в парке на открытом воздухе, Марианна удивилась самой себе: «Зачем я пошла? Вряд ли я буду с ними и дальше общаться».

Недалеко от летнего кафе находилась деревянная сцена. Оттуда доносились звонкие голоса. Видимо, выступал детский хор, но слова и музыка перебивались криками с детской площадки, разговорами в кафе и превращались в бурный радостный шум.

Фарид и Олег принесли напитки и мороженое. Марианна не представляла, о чём разговаривать с этой компанией.

«Как хорошо было дружить в детстве, как легко… Почему сейчас так сложно?» – думала Марианна.

Парни завели разговор о своих делах. Мелькали рабочие фразы, будто они в офисе. Реклама, возможности нейросети, новые программы, будущее учебного центра, его руководители.

– Не нравится мне ваш директор, – сказал Олег Фариду. – Дундук какой-то. Руководитель из него никакой, опыта нет.

Марианна удивилась: ну и разговоры у семнадцатилетнего мальчишки!

Женька что-то вполголоса говорила Марианне, откидывала волосы назад и бросала на мальчиков томные взгляды.

– Как он на меня посмотрел! – шепнула Женька.

– Кто? – переспросила Марианна.

– Фарид, конечно. На меня все парни так смотрят, я знаю этот взгляд. Между прочим, я – натуральная блондинка, это редкость. Видишь, у меня даже брови белые!

Марианна присмотрелась, а Женька тут же зашептала ей в ухо:

– Всем парням нужно только одно! Я-то знаю!

– Неужели? – пожала плечами Марианна, ей не хотелось вникать в подробности Женькиного опыта.