Халдей и Сулла

Андрей Маевский

Халдей и Сулла

Владыка, я слышу твое приближенье!

Поступь я чую, что шагам твоим подобна!

«Когда Боги, Подобно Людям…»

Сказание об Атрахасисе

1.Наместник

Римский лагерь. Ночь. Палатка.

Наместник Киликии Луций Корнелий Сулла расположился на походном ложе. В серебряном кубке с альбанским вином отражается пламя масляной лампы. На кедровом сундуке лежат греческие пергаменты: труды Платона и Аристотеля. Палатка украшена свежими миртовыми ветвями. От них исходит терпкий хвойный запах. Снаружи доносятся приглушенные голоса легионеров.

День увенчан победой. Парфянский посол Оробаз унижен. Ариобарзан, царь Каппадокии, признан Оробазом. Союз с Парфией заключен. Властью Суллы, а не дряхлого Сената.

А что в Риме?

В Риме правят сенаторы. Жирные болтуны, не способные обуздать собственное чрево. И Гай Марий. Старая деревенщина с навозом под ногтями.

Риму нужна единая, неограниченная власть. Власть, которая покончит с распрями и дрязгами. Власть, которая опирается на силу, а не на дряхлые законы.

Путь к власти вымощен костями. Годы беспощадной борьбы, ночи без сна, предательство друзей.

Есть и другой путь. Путь Эпикура. Наслаждения. Вино, гетеры, пиры. Пей, ешь, радуйся. И что дальше? Горстка пепла. Прах и забвение. Бесконечная ночь.

Философы вещают о загробном мире, жрецы сулят милость богов. Напыщенные болтуны. Их вера в загробный мир и богов – это уверенность в собственном заблуждении.

Вино выпито. Серебряный кубок летит в угол. Сулла ложится на ложе и закрывает глаза.

2. Халдейский маг

Полог шатра откинулся. Входит Марк, верный телохранитель Суллы. Обожженное солнцем лицо, квадратная челюсть, широкие плечи. Рука привычно лежит на эфесе меча.

Сулла открывает глаза.

– Что случилось, Марк? Митридат?

– Войска Митридата на месте, наместник. Тебя хочет видеть халдей из свиты Оробаза. Говорит, что знает твое будущее.