Измена. Ты много хочешь, милый

– Алис, ты не дурная, – улыбнулась ей через не могу, – просто не хотела волновать перед посещением врача. И мы не поссорились. Мы разводимся.

Оказывается, есть большая разница – сказать вслух о разводе мужу-изменщику и дочери, которая окажется между нами. Взяла чашку в руки и крепко сжала, отвернувшись к окну. К глазам снова стали подбираться слёзы обиды, а пауза слишком долго затянулась.

– Мам… В смысле разводитесь?! Почему? Что могло такого случиться? Ведь вчера всё было хорошо.

Набрав побольше воздуха в лёгкие, проглотила слёзы и вместе с чаем – ком в горле. Вот тот момент, когда грязная правда должна вывалиться на мою единственную дочь. Миша, вот что ты за человек такой? Почему, когда ты ложился с этой подстилкой в постель, не думал о той боли, которую причинишь двум другим, самым близким и родным женщинам?

– Ты права. Всё было хорошо до того момента, пока я случайно не стала свидетельницей измены твоего папы.

– Измены? Офигеть… Мам, как?

– Ты правда хочешь это знать? Мне, если честно, очень больно и противно это вспоминать.

– Понимаю… Хотя не понимаю, но поддерживаю. Мам, а точно была измена? Ничего не могла перепутать?

Видела, как Алиса пытается уцепиться за малейший шанс и не принять правду. Но факт был, и любовница Белоусова всё нахально подтвердила.

– Нет, Алис, я всё видела своими глазами. Я ведь полетела к нему, чтобы сделать сюрприз. Отдохнуть вдвоём. Сама понимаешь, – дочь кивнула, отодвигая от себя пустую десертную тарелку. – Проникла в его номер и стала ждать мужа после переговоров, а он… Он ввалился в номер не один. Горячо целуясь и буквально срывая вещи с себя и с этой…

– Боже… – дочь закрыла рот ладошкой, в её глазах читался шок. – А потом?

– А потом я прервала их звериные игры, и начался кошмар. Алис, дальше не буду рассказывать. Это уже неважно, простить я в любом случае не смогу. Особенно зная, что твой отец изменял мне два года…

Всё, мои силы иссякли. Голос стал садиться, а слёзы всё же вырвались наружу. Алиса подала салфетку, чтобы я промокнула влажные дорожки, а потом в поддержке сжала руку.

– Вы поговорили с папой?

– И да, и нет. Но зато отлично пообщалась с его любовницей.

– В каком смысле?

Я ухмыльнулась, вспомнив, как визжала эта искусственно накачанная. Мелочь, а приятно.

– Этой нахальной особе хватило наглости заявиться ко мне в номер и выложить правду, которую побоялся сказать твой папа. Оказывается, у меня был рак, мне вырезали матку, и я теперь неполноценная женщина! Представляешь, что насочинял Миша, чтобы под красивым предлогом мне изменять!

Снова вернулась безумная злость! И я до сих пор задыхалась от понимания, насколько подло поступил муж.

– Ужас… Но ведь это не так!

– И от этого больнее вдвойне, – поджала губы.

– Мам, ты прости, но я не верю, что папа мог так опуститься… Такое про тебя наговорить. Это надо быть последним мерзавцем, чтобы… Боже! У меня нет слов. Я в шоке…

– Дочь, прости, что всё рассказала. Мне очень тяжело и плохо. Я морально умираю от двойного удара в спину. Но ты должна знать. И должна понимать, что я не смогу даже на толику допустить, чтобы его как-то понять и простить. Это просто невозможно.

Алиса кивнула, не в силах ответить. Теперь у неё в глазах стояли слёзы, а другая рука лежала на животе. Пора закругляться, а то ещё ей станет плохо, а такого я не хочу. Дочку люблю больше жизни и должна ей всячески показать, что мир не рухнул.

– Алис, ты, главное, так не переживай. Мы с папой разберёмся, тебя впутывать не станем. Ты наша дочь, и мы очень сильно тебя любим. А развод… Ну, многие через это проходят.

– Я понимаю… Но всё равно пока не могу поверить.

– Знаю. Время всё расставит по местам и залечит раны.

Моя стойкая девочка всю дорогу до своего дома молчала, но потом взяла с меня слово, что я буду держать её в курсе. Конечно, буду, вот только не во всех подробностях. Просто Алисе многое знать не надо. Хватит и того, что она и так уже глубоко переживает.

А после я поехала на встречу с юристом, где меня огорошили сумасшедшей новостью. Теперь стало ещё понятнее, почему мой муж категорически не хочет разводиться.

Глава 9

Алиса

После разговора с мамой ещё долго не могла прийти в себя. Сложно, практически невозможно поверить, что папа мог так подло поступить!

Вышагивая по кухне из угла в угол, понимала, что ничего сегодня делать не смогу. Буквально всё валится из рук, а в голове так и крутились слова мамы: «…Морально умираю от двойного удара в спину… развод. Многие через это проходят». Бедная мама! Сложно представить её раненые чувства. Хочется помочь, быть рядом и поддерживать, но я не могу, понимая, что доведу себя и её до истерики.

Малыш притих с той минуты, как новость поразила моё сознание. Мой мальчик чувствовал мои переживания и не пинался, тихонько выжидая, когда его мама придёт в себя. Погладив живот, присела на стул и взяла телефон, удерживая себя от звонка Игнату. Расскажи я ему всё сейчас, он ведь сразу раскусит моё состояние, чувствует меня, даже когда очень далеко. И точно знаю, что бросит всё и примчится ко мне успокаивать. Нет, поделюсь бедой с мужем вечером.

Снова прошлась по квартире в попытке отвлечься, но хватило меня ненадолго. Злость на папу взяла верх.

– Алиска, привет! Ты снова маму ищешь?

– Нет, папочка, я тебе звоню. Ничего не хочешь рассказать? – встала у окна, одной рукой опираясь о подоконник.

– Э. Даже не знаю. Ты так издалека спрашиваешь… Может, намекнёшь?

– Хорошо. Мама дома. Такой намёк понятен?

– Ясно, – папа тяжело выдохнул в трубку, а я только сейчас различила гул голосов на заднем фоне. – Значит, мама всё же решила втянуть тебя в эту грязь. Умница, что ж…

– Папа! Если бы ты сам не влез в эту грязь, то ничего бы не было! И мама бы не запачкалась! Я ведь думала, что ты самый чудесный, самый честный, а ты…

– Алис, послушай меня. Я не знаю, что тебе наговорила Даша, но всё не так! Я сейчас в аэропорту и буквально через несколько часов буду дома. Давай я заеду к вам с Игнатом, и мы поговорим? Хорошо, дочка?

– Заедешь один или с любовницей?

– Ты перегибаешь, дочь. Не веди себя как истеричная особа, таких мужчины не любят.

– Вот спасибо, папочка! Не надо приезжать, мне и так всё ясно. И очень больно за маму. Она не заслужила от тебя такого предательства!

Последние слова я выкрикнула в трубку и сбросила вызов. Чёртовы гормоны в стократ увеличили эмоциональность организма. И ведь не хотела грубить, лить слёзы, а получилось наоборот. Шмыгнув носом, вытерла влажные щёки и уставилась на входящий звонок от тёти Юли. Неужели она уже в курсе?

– Привет, тёть, – голос показался слегка осипшим.

– Привет, зайка. Как ты себя чувствуешь? Как там мой будущий внучок?

– Всё хорошо. Была сегодня на плановом приёме, развитие идёт согласно сроку. Как сама? Как мои братья?

Тётя Юля была старше мамы на три года, и эту разницу невозможно было не заметить. Они были внешне очень разные. И года старшей сестры, казалось, бежали быстрее, чем у моей мамы. Я никогда не понимала, да и не спрашивала, почему между ними словно чёрная кошка пробежала. Но ко мне тётка всегда хорошо относилась. Её любила, как и она меня. А мои двоюродные братья относились ко мне как к родной младшей сестре.

– Ой, да что у них может произойти? Всё как обычно, треплют нервы отцу, я не лезу. А почему у тебя такой расстроенный голос? Случилось что?

Всхлипнув, снова почувствовала на сердце горечь, злость на отца и жалость к маме. Не выдержала и всё рассказала родной тётке. Не чужая, близкая ведь.

– Ужас какой… Не верится мне, что Миша так мог поступить. А матери передай, что б не рубила сплеча, пускай успокоится.

– Не стану, я полностью на её стороне. Нельзя такое прощать!

– Тише-тише, Алис! Ты-то не лезь туда. Они взрослые и пусть сами решают, как им быть. И не нервничай, ещё как бы хуже не стало. Куда, говоришь, мама потом поехала?

– Вроде к юристу.

– Ох. Торопится Дашка… Может, приехать к тебе, пока муж на работе?

– Не надо, тёть Юль. Вроде легче, пойду полежу и книжку почитаю.

– Вот и правильно. Но если что, то сразу звони. Целую.

Мира

До посадки на борт оставалось полчаса, а Юля обрывала мой телефон. Что могло такого случиться срочного после того, как я ей написала, что мы вылетаем и скоро будем дома? Ведь промолчала на это.

После разговора в номере и моего искреннего вранья Мише, он словно замкнулся в себе. Пару фраз после кинул и всё. Словно рядом с ним не любящая все эти два года женщина, а пустая болванка или тяжёлый багаж, который забыл сдать при регистрации. Вроде как нужен, но и тяготит. Бесило!

Уткнувшись в свой телефон, Миша читал новостные ленты либо кому-то названивал по работе. Я несколько раз пыталась обратить его внимание на себя. То прижмусь плечом, то по руке поглажу, скажу что-то приятное. Результат – игнор! А тут Юля!

Отошла подальше от любовника, нутром чую, что важное скажет.

– Привет.

– Ну, наконец-то! Ты чем там занимаешься? Какие новости? Моя сестрица уже вовсю мчится на развод подавать.

– Очень замечательно, – довольная улыбка растянулась на лице. – Прям радостно.

– Мне тоже. Правда, дочери всё рассказала, а та уже отцу позвонила.

– Да, слышала, как Миша имя дочери называл. И что она?

– Что-что… Встала на сторону матери, естественно, – хмыкнула в трубку подруга и продолжила откровенно ликующим тоном: – И нам это на руку! Быстрее разведутся. А ты там давай дожимай Белоусова, чтобы твоим полностью стал и Дашку без копейки оставил. Хочу видеть её слёзки и страдания.

– А ты правда её родная сестра? – снова вставила старую шутку, не в силах подавить улыбочку. – Про беременность сказала. Теперь надо устроить приём у проверенного гинеколога и получить справочку.

– Есть у меня хорошая знакомая, но сумма будет зверская. Готовься расчехлять кошелёк.

– На такое дело даже кредит возьму. Без проблем, договаривайся с ней.

Обожала эту женщину. И то, что она полностью на моей стороне. Это ж надо так ненавидеть младшую сестру, чтобы разрушать её семью и радоваться факту. А мне только на руку.

Глава 10

Дарья

– Добрый день, проходите сразу в кабинет. Денис Гордеевич вас уже ожидает.

Моего возраста женщина с доброй улыбкой и таким же взглядом проводила до кабинета, тихо прикрыв дверь за мной. Навстречу мне встал высокий молодой мужчина, обогнул стол и протянул руку.

– Никитин Денис Гордеевич, но можете просто по имени. Не все выговаривают моё отчество, – улыбнулся он, легко пожимая руку.

– Белоусова Дарья Николаевна. Давайте для простоты будем обращаться друг к другу по именам.

– Согласен, – он вернулся за стол и сложил кисти домиком. – Итак, Дарья, изложите мне суть вашей проблемы, и я максимально постараюсь вам помочь.

Всё же, когда я искала нужного мне юриста по бракоразводным процессам, никак не думала, что им станет настолько молодой специалист. Реклама и многочисленные отзывы – все как один кричали о другом Никитине, и тот явно был старше. Склонила голову набок, слабо верилось, чтобы этот парень смог с высоты своего жизненного опыта мне помочь. Сомнения стали терзать мысли, и, наверно, это отразилось на моём лице.

– Дарья, давайте начистоту. Вы немного шокированы моим возрастом и сейчас сомневаетесь в сотрудничестве, – я кивнула его проницательности. – И я вас понимаю. Хочу внести немного ясности. Наша юридическая контора имеет двоих Никитиных. Мой отец – директор и практикующий юрист. Но, к сожалению, его на данный момент нет в городе, поэтому вас могу принять я. Давайте попробуем начать, и если вас что-то не устроит, то обратимся к моему отцу. Либо вы всегда можете поменять контору и самого юриста.

– Справедливо. Я согласна, но у меня один вопрос.

– Смело задавайте, – Денис Гордеевич развёл руки в сторону, показывая, что ему нечего скрывать и он на всё ответит.

– Какой у вас опыт именно по разводам? По тяжёлым разводам?

– Не сильно большой, но успешный на сто процентов. Видите ли, Дарья, мы единственные, кто берётся именно за тяжёлые случаи. Мы не просто ведём сам развод, но и берём на себя все обязательства перед клиентом в течение, но и какое-то время после. Бывают, на первый взгляд, совсем безвыходные ситуации. И это даже интереснее.

– Насколько безвыходные? – было очень интересно.

– Например, мы возвращали детей матерям, которые отчаялись их увидеть. Был случай, когда влиятельный муж чуть ли не в плен жену взял и не хотел отпускать, пока она не откажется от развода. Вызволили, так ещё и мужа вернули в действительность перед законом. Очень много случаев. И прятали клиентку от мужа-бандита, как выяснилось позже его тёмное дело.