Мой укротитель ветра

– Аврелий! – громко звала я парня, не стесняясь барабаня в его дверь. – Просыпайся, если не хочешь вылететь из академии.

Ночевавшая с ним девушка проснулась раньше хозяина и выскользнула из комнаты, намеренно задев меня плечом.

– Еще увидимся, – бросила она кокетливую фразу Антонио, сонно потиравшему глаза.

«Да он тебя даже не вспомнит», – усмехнулась я про себя.

– Смотрю, уже освоился, Антонио, – язвительно прокомментировала я ситуацию. – Собирайся, занятие через десять минут.

Сонный взъерошенный вид парня меня не разжалобил, напротив, вызвал лишь раздражение и негодование. Ему явно никаких предупреждений не присылали. Либо он про них благополучно забыл.

– Слушай, зачем так рано? – зевнув, спросил он. – Дай поспать, потом позанимаемся, целый день впереди.

– Лучшее время для медитации – перед рассветом, – просветила я его. – А медитация – лучший способ развить контроль. Хотя кому я рассказываю, ты же у нас гений в этом вопросе.

Я сжала и разжала кулаки и с трудом расслабила напрягшуюся спину. Меня откровенно бесила ситуация, что какой-то выскочка контролирует магию лучше. Хотя времени и сил для этого мне пришлось потратить уйму.

Поразмыслив вчера над случившимся, я поняла, что отец был прав: Антонио усмирил мой смерч, а вовсе не я сама, как бы мне ни хотелось верить в обратное.

«Но я бы справилась и сама, – не успокаивалась я. – А этот парень… Странный он какой-то. Зачем выспрашивал про академию, если уже учился в ней? Или это он меня так проверял?»

– Да просто расслабься, – снова зевнул Антонио и чуть не уронил скрывавшую его наготу простынь.

Бровь дернулась. Парень подошел к самому краю моего терпения.

– Ладно, сейчас выйду, – пошел он на попятную, видимо, заметив это.

«Будет чудом, если я не придушу его к концу этого месяца, – поняла я. – Если мне придется его вытаскивать так на каждую практику, то не продержусь и недели…»

В зал для медитации мы зашли последними, едва не опоздав, чем вызвали недовольство учителя.

– Чтобы подобное не повторялось, – сухо предупредил средних лет мужчина с седыми волосами, собранными в тугой пучок на затылке. Его пустой взгляд говорил о том, что он и сам предпочел бы спать вместо того, чтобы следить за горсткой студентов.

– Смотрю у остальных нет особых проблем с контролем, – произнес Антонио, глядя на еще двоих студентов, разместившихся слева и справа от входа.

Мне стоило огромных усилий сдержаться, но я все же ответила сквозь зубы:

– Чем сильнее дар, тем сложнее его контролировать. Так вот людей с сильным даром крайне мало, как видишь.

– Просто все нормальные люди спят в это время, – пробурчал себе под нос Антонио, но сел рядом.

Я приняла позу лотоса и прикрыла глаза, попытавшись расслабиться и очистить разум от мыслей.

Антонио искренне попытался последовать моему примеру. Он даже смог закинуть одну ногу в нужное положение, но вот другая при этом так выворачиваться отказывалась.

– Прекрати вертеться! – шикнула я на него. – Ты всем мешаешь.

Парень резко отпустил ногу. Свалившись от возникшей инерции на спину, Антонио так и остался лежать на полу, для удобства подложив под голову руки. Расслабившись, он быстро погрузился в сон.

Не успела я порадоваться, что отвлекавший шум, наконец, стих, как послышался храп.

– Да ты издеваешься! – рявкнула я, заставив Антонио вздрогнуть.

– Что случилось? – непонимающе спросил он.

– Ты случился! – в отчаянии воскликнула я.

Над нами нависла тень. Подняв головы, мы увидели хмурое лицо преподавателя.

– Вышли вон. Оба. И что бы я вас больше на своих занятиях не видел, – равнодушно произнес он.

«Если не будем заниматься – мне конец», – подумала я, выходя в коридор.

Молча пройдя мимо парня, я собиралась отправиться в комнату и попытаться определить наиболее вероятные места нахождения артефакта. Сегодня занятие сорвалось, и отец в любом случае об этом узнает. Пытаться исправить произошедшее не получилось бы в любом случае.

– Да не расстраивайся, так посидеть где угодно можно. И без его занятий обойдешься, – попытался взбодрить меня Антонио, но я никак не отреагировала.

«Можно, но в зале гораздо продуктивнее. С другой стороны, надзирать за нами будет сложнее. Что ж, может даже из провала смогу извлечь выгоду».

– И вообще, медитация эта – бесполезная вещь. – Продолжил говорить Антонио. – Ну разве что поспать, да и то жестковато…

– Жестковато тебе будет завтра на земле, – ответила я. – Я разбужу тебя в то же время, что и сегодня. Надеюсь, ты соизволишь иметь приличный вид к тому времени.

– Только не говори, что сегодняшний тебе не понравился, – самодовольно произнес парень.

– Ничего примечательного, – пожала я плечами.

Я врала. Фигура у Антонио была идеальная. Но не могла же я ему в этом признаться?!

– Так простыня скрывала все самое прекрасное, – не смутился он.

– Пусть и дальше скрывает, – пожелала я. – А в моем присутствии потрудись скрыть свое сокровище еще и штанами.

Я посчитала разговор оконченным, надеясь по крайней мере сегодня больше не встречаться с наглецом.

Спустя два часа, позавтракав и взяв необходимые тетради и учебники, я вошла в лекционную аудиторию. Большую часть из того, что рассказывали на первом курсе академии, я уже знала, но папочка наверняка будет бдить, посещаю ли я занятия.

Теорию магических потоков вел пожилой профессор Августин. Он отчаянно молодился, хотя в его почтенном возрасте никакие ухищрения не помогали. Парик едва держался на лысой макушке, то и дело съезжая. Руки тряслись, хотя наложенная иллюзия и создавала видимость молодой кожи. Но больше всего о возрасте говорил хоть и новый, но весьма старомодный костюм.

«Лучше бы вы, профессор, добавили побольше энтузиазма в голос», – подумала я, сонно разглядывая остальных студентов.

Со сном боролись лишь два первых ряда, да и то из последних сил. Задние повально спали. А из дальнего угла начал доноситься храп, становясь все громче.

Единственное, что у профессора Августина сохранилось прекрасно – слух. Уверена, он услышал храп с самого начала, но давал возможность нерадивому студенту время проснуться.

Когда же раскаты храпа стали такими, что разбудили всех остальных прикорнувших, мужчина не выдержал.

Он прошел к дальнему ряду и навис над парнем, в котором я с изумлением узнала Антонио.

«Надо же, я была уверена, что ты продрыхнешь до обеда и на занятиях уже не появишься».

Профессор Августин неспроста преподавал именно теорию. Магических способностей у него почти не было. Поэтому и наказания для студентов он изобретал специфические.

Взяв Антонио за ухо, мужчина потянул его вверх и, когда парень пошевелился, просыпаясь, гаркнул изо всех сил:

– Имя, студент!

Антонио дернулся, попытавшись вырваться из цепкого захвата, но безуспешно.

– Антон… ио, – произнес он с паузой.

– С вас доклад по теме сегодняшнего занятия, господин Ио. Не меньше пяти листов. И потрудитесь рассказывать материал, а не читать по бумажке.

– Понял, – жалостливо проговорил Антонио.

– А сейчас вон из аудитории!

Парень остался сидеть, скособочившись, ведь его ухо профессор так и не отпустил.

– Живо! – рявкнул старик.

– Ухо, – прошептал парень, показывая пальцами на уже ставшую бордовой часть тела.

Профессор, опомнившись, разжал пальцы, и Антонио, не теряя ни секунды, вылетел в коридор.

«С таким напарником проблем не избежать», – поняла я, собираясь с силами.

Глава 5

Освободилась я от занятий лишь к вечеру. Даже несмотря на то, что большую часть лекций я слушала вполуха, поскольку знала материал, чувствовала себя уставшей. Однако ощущение того, что поиски нельзя откладывать, не покидало.

К тому же в голове крутилась легенда, рассказанная мне в поселении в самом отдаленном уголке нашего королевства.

Тогда я охотилась на редкого и опасного зверя и была рада передохнуть не посреди леса, а в теплой постели.

Вечером, сидя у крохотной печи, наполовину вкопанной в землю, я слушала рассказ старца – местного главы.

– Когда-то и в нашем краю рождались маги, – с легкой ностальгией в голосе произнес мужчина, узнав, что я училась в магической академии. – Это было очень давно. Один из них, как и ты, даже учился в Королевской Академии Магии. Да…

– А сейчас разве маги не рождаются? – спросила я, протягивая руки к мягкому теплу очага.

– В нашем поселении существует легенда, что в те времена мы хранили у себя сильный артефакт. Именно он дарил магическую силу нашему народу. Может, это и правда, – старик вздохнул, – но теперь не узнать. Все, что осталось от того артефакта – этот амулет.

Мужчина достал из-за пазухи ярко-голубой камень на кожаном шнурке.

Я почувствовала исходящую от камня силу. Она обволакивала, успокаивая нестабильные потоки моей магии. После поступления в академию они внезапно взбунтовались и не нормализовались даже после моего ухода оттуда. Я смотрела на кулон, размышляя, как бы все сложилось, будь он тогда у меня.

– Вижу тебе приглянулась эта безделица. – Старик улыбнулся. – Амулет успокаивает магические потоки. Так говорится в легенде. И только с помощью него можно найти артефакт. У нас нет ни артефакта, ни магии. Возьми, может тебе он пригодится.

Именно тогда у меня зародилось подозрение, что в Королевской Академии Магии находится тот самый артефакт. Это объяснило бы то, что я перестала контролировать свою магию именно тогда, когда поступила туда.

Я много думала насчет этого, читала книги, разговаривала со множеством магов и исследователей. И вывод, к которому я пришла, пугал: артефакт, не отдавая магию людям, накапливал ее в себе. Было непонятно, что ему мешает, но рано или поздно он не выдержит хранимой мощи.

Что произойдет в этом случае, я точно не знала, но понимала, что случится катастрофа.

У меня было три варианта, как поступить. Первый – рассказать отцу. Но я была уверена, что он мне не поверит, посчитав, что я ищу оправдания своей неудаче. Второй вариант – забыть. Но совесть сгрызла бы меня заживо. Третий – вернуться и отыскать артефакт самой.

Именно последний вариант я и пыталась сейчас воплотить в жизнь. Но где искать артефакт?

Очевидно, что учебные комнаты и столовую можно было исключить. Как и личные комнаты студентов. За время моего отсутствия они уже сменились. Был бы артефакт у кого-то из них, – мои магические потоки оставались бы стабильными.

Проверять личные комнаты преподавателей было слишком рискованно. Да и вряд ли кто-то из них держал бы артефакт и не использовал при этом его силу.

Самым очевидным местом, на мой взгляд, являлся факультет артефакторики. Именно туда я и направилась.

Я зашла в здание артефактников незамеченной и сразу отправилась в Выставочную галерею. Там хранились редкие артефакты, на которые мог посмотреть каждый желающий. Правда, даже подходить к ним близко было запрещено, не говоря о том, чтобы трогать или забрать.

Если искомая вещь окажется именно там, то мне придется потрудиться, прежде чем я отыщу способ ее оттуда изъять.

Но сколько бы я ни ходила между рядов, нужного артефакта я так и не нашла. Ни один из них не откликнулся на близость амулета. Да и я почти не чувствовала воздействия на свою магию.

«Что ж, я и не рассчитывала, что легко его обнаружу. Если бы все было так просто, его давно нашел бы кто-то из преподавателей, а то и студентов».

Я уже почти вышла из галереи, когда краем глаза заметила Антонио. Он стоял у самого выхода, рядом с прозрачной витриной, в которой лежал простой с виду браслет.

«А он что здесь делает? – насторожилась я. – Неужели шпионит за мной? Да нет, не похоже…»

Я спряталась за витриной массивного артефакта и стала наблюдать. Парень явно интересовался именно этим браслетом. Он украдкой осмотрел все в радиусе пары метров от него, даже под подиум заглянул, когда думал, что его никто не видит. Затем, бросив последний взгляд на артефакт, покинул галерею.

– Блокиратор магии, – прочитала я табличку возле браслета. – Способен не только заблокировать магию носителя, но и нейтрализовать все наложенные заклятия и вывести из строя амулеты, находящиеся в радиусе полуметра от носителя.

«Полезная вещь, – оценила я артефакт. – Но зачем она Антонио? Он что, проклят? Разве что кобелизмом. Но это скорее врожденное».

Пожав плечами, я вышла из галереи.

Одновременно внутрь прошел неприметный парень, сверкнув голубоватыми линзами очков.

«Кажется, я его уже видела».

Я напрягла память, но так и не смогла вспомнить, где именно. Поломав над этим голову минуты две, я вновь подумала про Антонио.

Его увлечения меня не интересовали. По крайней мере я пыталась себя в этом убедить. Но мысли то и дело возвращались к его загадочным действиям.

«Он ведь упоминал, что иностранец, – вспомнила я его рассказ в экипаже. – Что, если он проник в академию, чтобы украсть ценные и редкие артефакты? Возможно, но выбор странный. В галерее есть гораздо более привлекательные с точки зрения цены экземпляры. Хотя, возможно он нужен ему для проверки. А если все пройдет удачно, стащит и что подороже».

О мотивах парня я только догадывалась, и это пробуждало интерес. К тому же…

«А не один ли артефакт мы ищем? – Закралось подозрение. – Тогда браслет бы очень пригодился. Придется за тобой проследить, Тони».

Имя Антонио меня раздражало, оно казалось чуждым и неестественным и отказывалось ассоциироваться с моим вынужденным напарником. А вот измененное на Тони, напротив, идеально ему подходило.

– Так и буду тебя называть, – решила я, подходя к своей комнате.

Передо мной тут же материализовалось знакомое сизое облако, заставив поморщиться.

– Интересуешься артефактами? – услышала я ироничный голос отца. – Для контроля ни один из них тебе не поможет. Но я прослежу, чтобы во время проверки их у тебя не было. И да, выходка на уроке медитации – не самая здравая идея. Впрочем, она только доказывает отсутствие у тебя контроля. Развлекайся, пока есть возможность.

Последняя фраза царапнула слух.

«Если не отыщу артефакт до сдачи – мне конец!»

Глава 6

Следующее утро снова началось для меня стоянием под дверью напарника.

На этот раз он не торопился просыпаться.

«Неужели один ночевал? – подумала я удивленно. – Что-то не верится… Или ночь была настолько бурной, что теперь не добужусь ни его самого, ни его пассию. Да, это вероятней».

Но сдаваться я была не намерена. Отец и так сделал мне однозначный намек насчет нашего поведения во время занятий. Если мы и дальше будем отлынивать от совместной практики, это грозит нам исключением. По крайней мере, мне точно.

Отпереть дверь не составило особого труда, тем более подобный опыт у меня уже имелся. Замок тихо щелкнул, и я осторожно приоткрыла дверь.

Комната утопала во мраке. Солнце только собиралось показаться из-за горизонта, и его робкие лучи не могли проникнуть сквозь плотно задернутые шторы.

Кровать я увидела сразу, но она оказалась пуста. Недоуменно замерев посреди комнаты, я задумалась.

«И куда ты подевался? В такую рань точно сам бы не встал, значит, не ночевал у себя вовсе? Вот же гад!»

Брови недовольно нахмурились, в голове начали рождаться планы мести за такое безответственное поведение, но неожиданно со стороны ванной комнаты послышался какой-то шум.

«У него что, еще и крысаки завелись?»

Сформировав над ладонью шар сжатого воздуха, я медленно отворила дверь в ванную.

Вместо ожидаемых зверей я увидела подвешенного к стене Тони. Руки были крепко привязаны к торчавшим из противоположных стен крючкам. Во рту обнаружился кляп из мочалки, а самое ценное в мужском организме стыдливо прикрывалось крохотным полотенцем.

«И как оно там держится?» – возникла мысль, прежде чем я от души расхохоталась.

– Мв-м-м, – гневно промычал Тони, чем вызвал очередной взрыв смеха.

Поняв, что в данный момент ничего от меня не добьется, парень затих, пытаясь взглядом просверлить во мне дыру.

– Ради такого зрелища, стоило к тебе войти, – отсмеявшись, произнесла я.

Щелкнув пальцами, я активировала основной светильник. Разумеется, общую картину я видела и при тусклом свете настенных, но зрелище хотелось запечатлеть в памяти во всех подробностях. Припоминать все я планировала напарнику долго и со вкусом.

Два воздушных лезвия, запущенных мной следом, мгновенно освободили руки Тони. Он покачнулся и первым делом вын