Login: L.O.V.E

Влад отправляет этот ненавистный “+”, смотрит на время и недовольно морщится: до тренировки осталось чуть больше часа, а ведь домой нужно успеть заскочить. Тут ещё Огнёва, которая ясно выразить свои мысли не может. Раздражает.

– Что, девушка бросила? – усмехается Лика, заправляя волосы за уши.

– Меня нет. А вот тебя, видимо, парень бьёт.

– Что? – напрягается девушка и вновь возвращает прядки на прежнее место. – С чего ты взял?

– У тебя… остались следы, – с неловкостью произносит Влад, отмахиваясь, а потом берёт рюкзак. Ему нужно торопиться. – Впрочем, это не моё дело… Поэтому, сорян, конечно, но я пойду. В отличие от некоторых у меня есть дела, – говорит парень и идёт к выходу из кабинета.

– Нет, подожди! – Огнёва хватает его за руку, что ему категорически не нравится.

Касания – худший вид взаимодействия между людьми, если после этого их нельзя ударить. Понятно, что к семье эта неприязнь не относится – мама может обнимать его сколько ей угодно. Но вот малознакомые и малоприятные люди вызывают в нём только агрессию.

– Проект нужно делать в парах, историчка обещала составить пары сама и скинуть мне, так как я староста.

– Я рад за тебя. Ты от меня чего хочешь? У меня нет провалов в памяти, – нервно произносит Влад и выдёргивает руку из слабого захвата одноклассницы.

– Нас поставили в пару.

Влад не отвечает и выходит из кабинета. Только этой сумасшедшей ему не хватало.

Парень чуть ли не бегом добирается до дома, перепрыгивая через лужи, ступеньки, лавируя между людьми.

Осталось сорок минут до тренировки. Он, тяжело дыша, останавливается напротив двери, достаёт из кармана ключ, быстро проворачивает его в замке и заходит в квартиру. Дома никого – родители ещё на работе, младший брат уже на своих занятиях. Влад, не разуваясь, забегает в комнату, кидает рюкзак около стола, берёт сумку и выбегает из квартиры, громко хлопнув дверью.

Около подъезда парень останавливается, чтобы достать наушники из сумки и включить музыку. “Моя волна” помогает настроиться на нужный лад и темп, поэтому он успевает в спорткомплекс за десять минут до начала. Влад тянет на себя тяжелую дверь, здоровается с охранником и поднимается на второй этаж в раздевалку. Там уже почти вся группа, поэтому сложно найти место, чтобы переодеться. Со скрипом и подпиныванием нескольких товарищей ему всё-таки удаётся отвоевать себе клочок лавочки и место под ней.

Сумка сразу летит туда. В целом, это уже успех.

Влад быстро переодевается в трико и борцовки, набрасывает сверху футболку и выходит в зал. Кивает Севе, который уже находится в противоположном конце и разговаривает с тренером, вероятно, о предстоящих соревнованиях, ведь они последние в его юношеской карьере – скоро ему исполнится восемнадцать, после чего друг перейдёт в категорию юниоров.

– Влад, привет, – к парню подходит его подопечный, двенадцатилетний мальчик Миша.

В их спортивной школе принято, что старшие ребята берут на себя роль наставника для младших, поэтому подобного взаимодействия было не избежать. На самом деле Владу очень нравится проводить время с этим ребенком, потому что он невероятно милый, но в то же время не по возрасту мудрый. Иногда Владу кажется, что каждый из них по-своему является наставником.

– Привет, как прошла твоя тренировка? – Влад слегка приседает напротив Миши, чтобы оказаться с ним на примерно одинаковом уровне.

– Хорошо… если бы Димы не было, было бы зашибись, – бурчит Миша.

– Уверен, что он просто тебе завидует, у тебя же статистика лучше, – вздыхает Влад.

Про грызню с эти пацаном он слышал уже раз десять. Но зависть и желание самоутвердиться в спорте – дело повседневное, на такое не нужно обращать внимание, по крайней мере, Влад, будучи наставником, пытается вбить в голову это своему подопечному.

Однако в этой ситуации его смущает молчание тренера и приставленного к Диме “старшего”. Открытую неприязнь должны пресекать именно они, ведь проблема не в Мише, а в том, что за тараканы роятся в голове у Димы.

Миша обрисовывает актуальную обстановку минуты три, после чего Влад спрашивает:

– Хочешь, я с ним поговорю?

– Пока не надо, – Миша смотрит Владу в глаза. – Подножки – дело не самое приятное, да и насмешки выслушивать не в кайф, конечно, но я же понимаю и вижу, что он ведет себя как ребенок, – мальчик переводит взгляд и усмехается. – Хотя мы оба дети.

– Ага, – ухмыляется Влад.

А потом парень становится вновь серьёзным.

– Но если он зайдёт за грань, не молчи.

Миша слабо улыбается.

– Я раздражаюсь, но вроде держу всё под контролем. Мне сейчас достаточно того, что я могу это кому-то рассказать. Я… Я маму тревожить не хочу.

Влад замечает, что тренер собирает всю группу, чтобы дать установку на тренировку, поэтому даёт ещё несколько советов и вариантов выхода из ситуации, подбадривает, а потом прощается с подопечным и подбегает к остальным.

Но в голове ставит себе заметочку, что надо будет поговорить с тренером. Мишу понять можно, но он на то и старший, чтобы заступаться и быть крепким плечом. Пусть иногда и незаметным плечом.

Взгляд вновь падает на Севу – высокого темноволосого одногруппника, который, по совместительству, является другом. Если про Влада говорят, что он достаточно большой и габаритный, то Сева просто гигант. Иногда парень благодарит судьбу за то, что они в разных весовых и возрастных категориях, потому что победить его в поединке просто нереально. Но при этом, несмотря на устрашающий внешний вид, Сева хороший и добрый человек. К тому же, как заявляет сам Влад, парень – самый умный из всех, кого он встречал. Друг учится в одиннадцатом классе физико-математического лицея, при этом находится в числе отличников, так ещё и один из лучших в группе по борьбе.

Сверхчеловек.

– Что, опять рассказывал, как стать сильным и смелым? – усмехается Сева, наклоняясь к уху друга.

– Нет, Миша задолбался уже терпеть “приветы” от Димы. Вроде говорит, что всё нормально, но на самом деле злой уже, мне кажется, скоро он ему вставит, – говорит Влад, пожимая протянутую товарищем руку в знак приветствия.

– О-о-о, – протягивает друг. – Серьёзная ситуация… Погоди, Дима, которому Саня Андреев помогает? – он начинает крутить головой, чтобы взглядом найти объект обсуждения и дальнейшего осуждения. Саня стоит в первом ряду около тренера и потирает запястья, готовясь к разминке и спаррингам.

Влад кивает и пытается прислушаться к установке на тренировку, но Сева вновь его отвлекает:

– Тогда всё понятно. Мы же с Саньком в одном весе, нас постоянно вместе ставят, он всё время грязно играет. Подначивает, заставляет выходить из себя и терять контроль. Видимо, мелкого тому же учит.

Парень не успевает ничего ответить, так как тренер, заметив, что его не слушают, обращается к ним:

– Макеев, Ефимов! Раз вы всё знаете, то после разминки подойдите ко мне, есть индивидуальное задание для вас, – безэмоционально произносит мужчина и возвращается к своему монологу. – План тренировки: разминка, отработка, спарринг. Особое внимание уделим сегодня вытеснению соперника из зоны площадки. Всё, разминаемся.

– Нам конец, – обречённо выдыхает Влад, обращаясь к Севе и начиная бег трусцой по кругу вместе с остальными парнями.

– Ага…

Дальше следуют растяжка, отжимания, прыжки и ещё несколько видов бега: с высоким подниманием коленей, перекрёстный и с захлёстываниями. Разминка уже выматывает, а ведь ещё необходимо подойти к тренеру, чтобы получить порцию наказаний. Именно наказаний, потому что Руслан Альбертович, честно говоря, не самый мягкий человек.

– Опа, вот и мои девочки-болтушки подошли, – усмехается мужчина, разминая шею покачиваниями из стороны в сторону. – Смотрите, вы сейчас пропускаете этап отработки приёмов, сразу переходите в спарринг.

Парни в шоке смотрят на тренера, всё ещё мысленно надеясь, что он шутит. Спарринг сразу после разминки? Без отработки?

Сегодня прольётся чья-то кровь.

– А с кем мы станем в спарринг, если все сейчас отрабатывают? – задаёт вполне логичный вопрос самый смелый, но далеко не самый сообразительный из пары – Влад.

First blood.

– Ефимов, дорогуша, ты же взрослый мальчик, два плюс два сложи. Вы с Макеевым встанете вместе. Да, ещё учтём тот факт, что вы, две девочки-припевочки, подружки, из-за чего вам может стать друга друга жалко. Так вот, замечу хоть минимальное проявление подобной любви… будете с завистью смотреть на некастрированных котов.

Страшно, очень страшно.

– И что вы встали? Вперёд, на ковёр!

Поймав на себе полный сочувствия взгляд Севы, Влад понимает, что целым с сегодняшней тренировки не уйдёт. Нет, конечно, их учили, что необходимо всегда верить в свою победу и даже против сильного соперника показывать себя достойно, но… Но не против Севы же? Мало того, что он друг, так ещё и килограммов на десять тяжелее. В общем, единственная задача на бой – выжить.

Зона ковров представляет собой просторное понижение, в котором одновременно может проходить пять поединков. Никаких зеркал или хрупких предметов – только маты на полу и плакаты на стенах.

Парни становятся по разные стороны ковра и пожимают руки, звучит сигнал о начале первого двухминутного периода, и руки Севы сразу же начинают ощущаться тяжелейшим грузом на шее Влада. Просто стоять в базовой стойке тяжело, а перейти в атаку почти нереально. Влад чувствует, насколько напряжены руки друга, чувствует, как он пытается сдерживать силу вопреки угрозам тренера.

Прошло двадцать семь секунд.

– Прости, – шепчет Сева и надавливает сильнее на зону между шеей и лопатками.

Влад практически слышит, как начинают хрустеть позвонки, и выходит из захвата. Их разделяет всего примерно метр. Друг делает шаг вперёд, и всё начинается заново: стойка, давление, выход.

Прошла минута.

– Стоп, – прерывает тренер. – Вы вообще бороться собираетесь? До конца периода минута. Соберитесь!

Сигнал, стойка, давление. Влад не успевает понять, каким образом оказывается лежащим на мате, но инстинктивно поднимает корпус, опираясь только на голову и стопы, чтобы туше не засчитали. Совершает жалкую попытку переворота, цепляется рукой за ногу соперника, заставляя того подогнуть её. Берёт Севу за шею и тянет вниз, но разница в массе и размерах слишком ощутимая, из-за чего приём не получается выполнить верно. Небольшое ослабление со стороны Влада, и друг уже давит сильнее, оттесняя Влада за пределы ковра. Кожу жжёт, парень пытается изменить положение, но делает только хуже. Как же тяжело.

Конец первого периода. Счёт 1:0 в пользу Севы. Две минуты, которые длились вечность. Нужно пережить ещё одну вечность.

Тридцать секунд перерыва проходят слишком быстро: Влад успевает только вытереть лицо и, по его ощущениям, пару раз вдохнуть.

Снова сигнал, стойка. Друг начинает действовать агрессивнее, выполняя больше атакующих действий, из-за чего Владу приходится перейти в оборону. Он бросает взгляд на таймер – ещё минута. И именно это незначительное действие стоит ему равновесия на ковре. Сева подлавливает его и, зацепив за бедро, бросает на маты, но Влад не хочет сдаваться просто так и берёт соперника за плечо, утягивая за собой. Друг поскальзывается и падает сверху, попадая рукой по шее парня. Ему на несколько секунд становится тяжело дышать, бой прерывается. К счастью, ничего важного не задето – просто потом появится синяк, как поясняет врач группы, который всегда находится в зоне поединков. Так некстати в голове парня всплывает образ Огнёвой, у которой несколько часов назад увидел синяки на шее.

Из-за чего они у неё всё-таки?

Влад мотает головой, возвращаясь к поединку. Осталось тридцать семь секунд, а счёт 3:0 всё ещё не в его пользу. На победу парень и не рассчитывал, но всухую даже лучшему другу проигрывать не хочется.

Сигнал, стойка, обманный манёвр со стороны Влада. Он обхватывает Севу под грудью и изо всех сил тянет вниз на ковёр. Друг не выдерживает давления и всё-таки падает на бок, не удержавшись на ногах. Сигнал.

Конечно же, победил Сева, но отвоёванные в упорной борьбе два очка греют душу Влада. Смог!

– Ну что, девочки, необходимые для себя выводы я сделал, – удовлетворённо начинает тренер. – Надеюсь, вы для себя тоже. Подобный бой – разовая акция. До конца тренировки сорок минут, поэтому сейчас вы идёте тягать железяки, а в семь подходите в тренерскую, мне есть, что вам сказать. Понятно?

– Понятно, – синхронно произносят парни, разворачиваются и выходят из помещения. Дышать сразу становится легче.

– Прости меня, я не хотел, – начинает Сева, пока они идут через зону общих тренировок и разминки.

– Да ладно, не парься. По сути, я сам виноват, – отмахивается Влад и нажимает на ручку двери, ведущую в пустой тренажерный зал.

Время за “тяганием железяк” пролетает незаметно: сначала парни ещё переговариваются друг с другом, шутят, а потом каждый фокусируется на своих мыслях. Влад думает о предстоящих соревнованиях, о прошедшем поединке, о синяке, который получил. Внутренний разговор с самим собой опять возвращается к однокласснице. Откуда у неё все-таки те пятна на шее? Они же с двух сторон, будто её… душили. Парня передёргивает от этих мыслей.

Это не его дело.

А всё-таки жалко, какой бы язвой Огнёва ни была, она девушка, причём вполне симпатичная. Ну, была бы такой, если бы не её ужасный характер.

– Ладно, погнали! Послушаем, чего от нас Альбертыч хочет, – произносит Сева, укладывая гантели на место. Сорок минут прошли слишком быстро.

Влад кивает и вслед за другом направляется в тренерскую.

Ещё несколько лет назад это место было его самым любимым во всем комплексе (сейчас сердце парня завоёвано тренажерным залом): маленькое, но очень уютное помещение, под завязку наполненное грамотами, кубками, медалями, благодарностями и фотографиями великих выпускников в рамках. Когда-нибудь и его фотография будет висеть здесь. Точно.

– Ну что, дамочки, подумали над своим поведением? – тренер, сидя за столом, поднимает взгляд на вошедших парней. – Ладно, я шучу, можете не отвечать.

Влад и Сева переглядываются. Что от них хотят?

– Позвал я вас не поэтому. До соревнований осталось две недели, я хотел посмотреть на то, как вы поведёте себя в случае такого соперничества, какое было сегодня. В случае Макеева противник по всем объективным параметрам уступает, а в случае Ефимова – превосходит. Вы оба меня не разочаровали. Результат поединка более чем объективный. Я доволен вашей работой. Но вот с разговорами надо что-то делать, они мне не нравятся. Ещё раз повторится – так легко не отделаетесь, поняли? – уверенно произносит Руслан Альбертович, прищуривая глаза. – Да, ещё, вы сейчас в хорошей форме, я уверен, что это первенство вам дастся легко. А сейчас свободны.

Тренер заканчивает свою речь и утыкается в документы, разбросанные по столу – все медицинские заключения, согласия, акты и положения в период подготовки к соревнованиям обычно находятся в творческом беспорядке, но потом всегда находят своё место.

Попрощавшись, парни вылетают из кабинета и идут в раздевалку. Наконец-то домой.

Первым в уже опустевшую раздевалку заходит Сева. Пустые пластиковые стаканчики разбросаны по столу в центре, а от устойчивого запаха пота чуть ли не режет газа.

– Собаки сутулые, – недовольно ворчит парень и подходит к окну, чтобы открыть его. – Сложно было открытым оставить? Хотя бы на проветривание.

– Да ладно, в первый раз как будто, – выдыхает друг, садясь на лавочку. Как же он устал. Сегодняшний день его ужасно вымотал.

Парни переодеваются, как вдруг Влад замечает, мягко говоря, необычный элемент одежды у товарища.

– Сев, а красный сейчас цвет сезона, да? – усмехается парень, смотря на ярко-красные носки с нарисованными на них фигурками Железного человека.

– Ты про что? – сначала не понимает он, а потом опускает взгляд на свои ноги. – А, блин, это Варя подарила. Я бы их никогда в жизни не надел, но это были единственные чистые носки, которые я нашел перед выходом. Треню же сегодня сдвинули, я бегом после лицея – сначала домой, потом сюда. Ну вот и… как-то так вышло, – неловко улыбается друг.

– А чего ты их не выкинул сразу? И почему она вообще тебе носки дарила?

– Ну, она же это… Повёрнутая на всех этих картах нотариальных, матрицах судьбы, таро, и вот, короче, она сказала, чтобы мне проработать какой-то там акцендент в Скорпионе, надо носить красные носки по четвергам, – на одном дыхании проговаривает парень.

– Сегодня, кстати, четверг, – усмехается Влад, всё больше шокируясь странными отношениями своего друга. – А ещё не акцендент, а асцендент, у меня мама астрологией увлекается.

– Блин, ну ты же знаешь, как я отношусь к этим шарлатанствам, – обречённо выдыхает Сева, продолжая переодеваться.

– И сколько вы уже встречаетесь?

– Не дай Бог. Она же сумасшедшая, – нервно отвечает парень.

– Но при этом ты носишь носки, которые она подарила, – довольно добавляет Влад, укладывая форму в сумку.

– Я уже говорил, что выбора не было. И вообще, давай закроем эту тему, мне хватает Машки, которая нас шипперит.

***

Домой Влад возвращается ближе к восьми вечера. Уже все вернулись – это он понимает ещё около подъезда, так как и машина отца припаркована, и свет горит во всех окнах квартиры. Когда парень заходит, его приветливо встречает мама с лопаткой в руке и обнимает, целует в щёку.

– Что с шеей? – обеспокоенно спрашивает она, оглядывая начинающий проявляться синяк. – Так, ты говори, а я сейчас что-нибудь холодное тебе дам, – она отходит на кухню, кладёт лопатку и открывает морозилку, чтобы достать фарш, – чего ты стоишь? Разувайся. Скоро ужинать будем.

Влад, вздохнув, начинает неаккуратно снимать обувь – наступая носком одной кроссовки на пятку другой, на что получает очень недовольный взгляд мамы. Проходит по коридору в кухню и садится на один из стульев за столом, берёт ледяной фарш и прикладывает его к шее.

– Да что рассказывать, – начинает парень, – мы в спарринге были с Севой, он меня бросил и сам поскользнулся, пока падал, задел шею мне. Всё. Обычные травмы, я не понимаю, почему ты всё ещё переживаешь из-за каждого синяка, я уже столько лет в этом спорте…

– Потому что ты мой сын, – тихо отвечает мама, начиная помешивать рагу в сковородке. – Я знаю, что ты взрослый мальчик, который может постоять за себя, которого приглашают на просмотры в сборную и который уже получил столько медалей, что стены не хватает. Но для меня ты всегда был, есть и будешь мальчиком, за которого я переживаю и которого очень люблю, – она разворачивается и с нежностью смотрит на Влада, в уголках глаз уже собрались слёзы.

– Ну ма-а-ам, – протягивает парень, откладывая несчастный фарш, который уже покрылся белым налётом в тепле кухни.

Встаёт, чтобы заключить маму в свои крепкие объятия. Она тут же принимает их, утыкаясь в грудь сына, про себя подмечая, насколько же он вырос.

– Я тоже тебя очень люблю, – говорит, легонько упираясь подбородком в макушку мамы, – и папу. И, ладно, так и быть, Димку, – усмехается. – Кстати, а где они?

– Отец пошёл соседу помочь, там у него с машиной что-то, а Дима уроки делает, всю дорогу домой мне ныл, что там какую-то огромную таблицу по истории задали, чуть ли не на ватмане её рисовать надо, – посмеивается мама, возвращаясь к готовке.

– Блин, точно, – спохватывается Влад, убегая в прихожую, чтобы взять телефон, который оставил на тумбочке.

– Что такое? – заинтересованно спрашивает мама, выглядывая из кухни.

– Да у меня тоже по истории засада, – начинает парень, открывая беседу класса в Телеграме, чтобы найти контакт Лики. Удивительно, что эта ответственность на ножках ещё ему сама не написала. Обиделась, что ли? – Проект надо в парах делать, а меня с Огнёвой поставили, блин блинский.

– И что в этом такого? Лика, вроде бы, неплохая девочка, но родители у неё, конечно…

– Сумасшедшие.

– Специфические. Особенно бабушка, – грустно вздыхает мама, и в этом вздохе столько жалости к девушке, что даже Владу становится немного стыдно за свои поступки по отношению к ней. Совсем капельку.

– А что с ней? – кто бы сколько ни говорил, что сплетни любят только женщины, Влад – прямое подтверждение обратного.

Интересно же.

Парень возвращается на кухню, параллельно печатая дежурные фразы для обозначения готовности начать плодотворную (ну, или какую получится) работу над проектом.

Влад:

“привет, сорян, что поздно, ты что-то про проект сегодня говорила…”

“че по теме?”

“че вообще делать будем?”

20:03 – Сообщения отправлены.

20:04 – Сообщения прочитаны.

20:05 – Лика вышла из сети.

– Мам, так что там с бабушкой Огнёвой? – раздражённо повторяет свой вопрос Влад. Нет, он злится не на маму, его просто бесит одноклассница. Очень сильно бесит.

– Ой, я сама в эту историю не сильно вдавалась – дело-то не моё, но я слышала, что у них очень неспокойно дома, – мама опять вздыхает и ставит чайник на плиту. – Говорят, что к ним как бабушка переехала, так и не стало жизни. Там чуть ли не до драк доходит, как она скандалит, бедная Лика…

Мама начинает причитать, а Влад вспоминает следы пальцев на тонкой шее. Видимо, не парень. Да и парня у Огнёвой никогда не наблюдалось – кому нужна такая дурная? Но всё равно жалко как-то, девушка всё-таки.

– Я вообще удивлена, как в таких условиях Лика учиться хорошо продолжает, – мама отвлекается на входящее сообщение на телефоне, из-за чего начинает говорить медленнее. – Бедный ребёнок, такое на неё свалилось.

– Мне кажется, ты драматизируешь. Это её родственники, её жизнь, почему ты вообще её жалеешь?

Мама недовольно цокает, откладывает свой айфон и недовольно смотрит на сына, поджав губы и сложив руки на груди.

– Потому что родственники иногда могут быть даже более жестокими, чем чужие люди. Сам посуди: её мама не защищает, папа вечно на работе, а бабушка скандалит. Это ты живёшь в тишине, покое и любви, а к ним полиция по несколько раз в неделю приезжает из-за шума. Смог бы пожить в таком хоть пару дней? Представь: идёшь домой и знаешь, что тебя ждёт скандал, а больше ничего. И никто тебя не защитит, – в уголках глаз мамы скапливаются слёзы, но она их смахивает – очень чувствительный человек.

– Ну, может ты и права, – признаёт Влад.

Мамин рассказ заставляет его по-другому посмотреть на одноклассницу: её дёрганность, боязнь резких движений и громких звуков. От мыслей его отвлекают входящие сообщения, заставляющие взглянуть на экран телефона.

Лика:

“Привет, норм, не поздно”