Османская империя. Историческая хроника

–В гареме у наложницы султана Махидевран, матери первенца Сулеймана Мустафы, появилась влиятельная соперница Хюррем Султан, которая стала фавориткой султана. Хюррем родила первого сына, шехзаде Мехмеда.

1522 год

Правитель Османской империи султан Сулейма́н I.

Великий визирь: Пири́ Мехме́д-паша́.

В мае боснийский санджак-бей Гази Хусрев-бег осадил крепость Книн, старую столицу Хорватии. Карлович со всех сил собирал силы помощи для снятия осады, однако 29 мая командир гарнизона Книна Михайло Войкович сдал крепость османам в обмен на свободный выезд своих солдат. Через несколько дней сдался и город Скрадин. Падение Книна придала дополнительный импульс османскому наступлению, в то время как ведущая роль в обороне Хорватии к югу от реки Сава перешла к Бихачу. После падения Книна и Скрадина верховный военачальник Габсбургов Никлас фон Зальм прибыл в Хорватию, чтобы проконсультироваться с Карловичем о дальнейшей защите от османов.

–Перед началом осады на Родосе насчитывалось около 300 орденских рыцарей и столько же оруженосцев. Кроме них, в защите крепости участвовали 5000 греков-родосцев и около 500 солдат, завербованных на Крите. Таким образом, силы защитников Родоса составляли 6 – 7 тысяч человек. Родосскую крепость отремонтировали и укрепили. Поначалу Родос был блокирован с моря османским флотом из 280 кораблей, число которых в ходе осады возросло до 400 единиц. Султанская армия, многократно превосходившая силы христиан, была доставлена на Родос в два приёма: 26 июня в видимости города прошли первые корабли и причалили к берегу в 10 км от него, где начал высадку авангард Мустафы-паши (10 000 человек), а через месяц подошли основные силы во главе с самим Сулейманом. Всего в осаде участвовало около 100 000 турок, из них более 10 000 янычар. Отдельно стоит отметить турецкую артиллерию, одну из лучших для того времени. До прибытия главных сил турок осада продвигалась медленно. Турецкие инженеры занимались подготовкой земляных укреплений, необходимых для бомбардировки и штурма крепости. Когда турки начали устанавливать свои орудия на брустверах, батареи Родоса сравняли с землёй все их позиции, нанеся немалый ущерб артиллерии. Постоянные вылазки госпитальеров также не давали покоя осаждающим. Всё это вынудило Сулеймана поспешить с прибытием на остров. 28 июля турецкий султан и его армия высадились на Родосе. С августа начался постоянный артиллерийский обстрел Родосской крепости. Османы смогли разрушить колокольню церкви Св. Иоанна, с которой открывался прекрасный обзор их лагеря. Подземная война дала более ощутимые результаты: в начале сентября сапёры турок при помощи подкопа обрушили Английский бастион. Это стало сигналом к перемене тактики: осаждающие предприняли две попытки штурма, но обе они (13 и 17 сентября) были отбиты с большими потерями для турок. Тем не менее 24 сентября состоялся генеральный штурм крепости, в котором участвовали янычары.Утром 24 сентября был открыт шквальный огонь по стенам Родоса. Затем колонны турецкой пехоты пошли на приступ, а артиллеристы перенесли обстрел на внутреннюю часть крепости. Главный удар турок пришёлся на остатки Английского бастиона, наиболее уязвимую часть крепостных укреплений, где сражался сам великий магистр Ордена Филипп де л’Иль-Адам. Османы, пользуясь своим численным превосходством, начали одерживать верх. Когда, казалось, сопротивление госпитальеров уже было сломлено, защитники Родоса резко отступили внутрь крепости, и по бреши, заполненной турками, картечью ударили пушки. Так произошло несколько раз. Атака турок захлебнулась, и третий штурм крепости закончился безрезультатно. После провала трёх попыток штурма Сулейман и Мустафа-паша отказались от активных действий. Снова пошли в ход сапёрные работы, и снова удачно – 22 ноября с помощью мины, заложенной в подкоп, туркам удалось взорвать Кастильский бастион. Через неделю султан отдал приказ о новом штурме. Несмотря на значительные разрушения крепостных стен и усталость обороняющихся, он был отбит. Но вскоре турки смогли овладеть внешними стенами Родоса. Это поставило его защитников в тяжёлую ситуацию с военной точки зрения, которая усугублялась проблемами в их собственном лагере. Ещё 27 октября вскрылась измена великого канцлера Ордена Андре д’Амарала, намеревавшегося тайно впустить турок в крепость. Д’Амарал был казнён 05 ноября. Ко всему прочему началось недовольство среди греческого населения Родоса. Турки бомбардировали город не только ядрами своих пушек, но и письмами, в которых обещали сохранить жизнь всем защитникам Родоса в случае добровольной сдачи; после взятия приступом обещали всех перерезать. Угроза подействовала на греков: сначала митрополит, а затем именитые граждане Родоса обратились к великому магистру с просьбой о капитуляции. Риск восстания в стенах крепости и истощение людских и материальных ресурсов заставили руководство госпитальеров искать мира с турками. Переговоры 11—13 декабря ни к чему не привели. 17 декабря османская армия пошла на очередной штурм Родоса. Эта последняя схватка не принесла решающего успеха ни одной из сторон, однако она показала, что возможности для обороны крепости исчерпаны почти полностью. После окончания штурма и отхода турок на исходные позиции де л’Иль-Адам приказал поднять над внутренними стенами белый флаг. Турки, которые за шесть месяцев осады понесли тяжелейшие потери, с радостью согласились на новый раунд переговоров. 20 декабря Ахмед-паша официально принял капитуляцию Родосской крепости. По её условиям уцелевшие рыцари и греки могли свободно покинуть остров, забрав с собой знамёна, артиллерию и реликвии родосских церквей. Родос и все его укрепления переходили в руки Османской империи. Оставшиеся в живых защитники крепости на трёх галерах («Санта-Мария», «Санта-Катарина», «Сан-Джованни») и 30 судах помельче навсегда оставили Родос.

1523 год

Правитель Османской империи султан Сулейма́н I.

Великий визирь: Пири́ Мехме́д-паша́, Паргалы́ Ибраги́м-паша́.

Султан Сулейман Кануни отправил великого визиря Пири-пашу на пенсию. Поводом для отставки послужил возраст Пири Мехмеда. На своё место он рекомендовал второго визиря Хаин Ахмеда-пашу.  Однако правивший в то время султан Сулейман I решил в обход принятого порядка назначить великим визирем своего близкого друга Паргалы Ибрагим-пашу. Сделав вид, что примирился с данным прецедентом, Ахмед-паша попросил назначить его бейлербеем Египта; его просьба была удовлетворена, и он возглавил египетский эялет.

–Свергнутый казанский хан Сагиб I Гирей в послании к турецкому султану Сулейману I Кануни объявил себя его подданным, отправив посольство для заключения договора о превращении Казанского ханства в «юрт» Османской империи.

–Повседневная жизнь султана Сулеймана с утра до вечера следовала ритуалу. Когда султан утром вставал с кушетки, избранные из числа слуг должны были одеть его в кафтан, который он надевал лишь один раз, с двацатью золотыми дукатами в одном кармане и тысячей серебряных монет в другом. И кафтан, и неизрасходованные монеты в конце дня становились «чаевыми» постельничего. Еду для трех его ежедневных трапез подносила ему длинная процессия пажей. Он съедал её в одиночестве из превосходных фарфоровых и серебрянных блюд, поставленных на низком серебрянном столике, в присутствии стоящего рядом доктора в качестве меры предосторожности от возможного отравления. Ночью султан спал на трех бархатных матрацах малинового цвета, одном из пуха и двух из хлопка, летом под простыней из тончайшей дорогой ткани, а зимой – завернувшись в мягчайший мех соболя или черной лисицы.

1524 год

Правитель Османской империи султан Сулейма́н I.

Великий визирь: Паргалы́ Ибраги́м-паша́.

Внутри египетского эялета после смерти его прежнего наместника Хайрбея, разгоралось народное недовольство. Хаин Ахмед-паша, придя к власти, восстановил законы, действовавшие при Мамлюках, и в своём управлении Египтом опирался на компромисс с местными  бедуинскими вождями в обмен на их содействие в обеспечении законности и порядка. Но новый визирь Сулеймана Великолепного Паргалы Ибрагим-паша выдвинул в качестве нового кандидата на должность губернатора Египта Кара Муса-пашу. Практически сразу же начали циркулировать слухи, что Ахмед-паша будет отправлен в отставку и затем казнён в Стамбуле, и эти слухи очень быстро достигли Египта. В январе Ахмед-паша объявил Египет независимым от Османской империи, провозгласив себя под именем «аль-Малик Мансур» новым султаном Египта. Соответственно, от его нового имени началось чтение хутб (проповедей). Местные янычары оказались осаждёнными в Каирской цитадели, которая вскоре была взята. В качестве султана независимого Египта Ахмед-паша попытался установить дружественные отношения с местными христианами. В восставший Египет был направлена османская армия под командованием полководца Аяс-паши. Одновременно с окружением и солдатами Ахмед-паши в Египте были установлены тайные отношения в попытке использовать их против Ахмет-паши. В конце концов в окружении Ахмед-паши удалось найти лояльного к Османской империи человека, которому за предательство было обещано наделение титулом визиря в Трабзоне; им стал кадизаде Ахмеда-паши Мехмед-бей, который устроил засаду на своего господина во время процедур в хаммаме (турецкая баня) и попытался убить его. Ахмед-паша в результате этого покушения был тяжело ранен, но сумел бежать от заговорщиков. Однако вождь племени Бакр, у которого он, будучи ранен, искал убежища, передал Ахмед-пашу кадизаде Мехмед-бею. Ахмед-паша в итоге был обезглавлен. Великий визирь Паргалы Ибрагим-паша, подавивший восстание, лично прибыл в Египет (на корабле адмирала Пири-реиса) для приведения в порядок местной государственной администрации.

–Наложница Хюррем родила ещё одного сына, шехзаде Селима, а через год умер Абдулла. Махидевран лишилась положения матери единственного наследника престола. Сулейман с равным уважением относится к обеим наложницам.

–Осенью, после отступления ногайской орды крупные крымские беи избрали новым ханом Газы Герая, как самого старшего из уцелевших сыновей покойного Мехмед Герая. Газы Герай назначил калгой младшего брата Баба Герая. Однако крымские беи не согласовали свой выбор с османским султаном. Вскоре Газы Герай потерял поддержку крупных татарских беев, которые во главе с Мемиш-беем Ширином обратились к султану. Ширинский бей лично отправился в Стамбул, где попросил султана Сулеймана прислать ханом в Крым Саадет Герая.Крымский хан Газы I Герай правил Крымским ханством всего лишь шесть месяцев, так как вскоре османский султан Сулейман Кануни остановил свой выбор на другом кандидате. Новым ханом стал дядя Газы Герая Саадет I Герай, длительное время проживавший в Стамбуле при султанском дворе. Весной Саадет Герай с турецкими янычарами высадился в Крыму и занял ханский престол. Саадет Герай прибыл в Кафу, где во время встречи с Газы Гераем приказал его убить. Царевичи Баба и Чобан Гераи, младшие братья Газы Герая, были заключены в тюрьму. Новый крымский хан Саадет I Герай назначил своего предшественника и племянника Газы Герая калгой, однако через три месяца после этого Газы Герай и его брат Баба Герай были убиты по приказу Саадета Герая.

–Турецкий флот, вышедший из Джидды, разгромил португальцев в Красном море, которое было таким образом временно очищено от европейцев.

1525 год

Правитель Османской империи султан Сулейма́н I.

Великий визирь: Паргалы́ Ибраги́м-паша́.

Весной янычары начали мятеж, грабя таможни, еврейский квартал, дома высших чиновников и знати. Группа янычар даже ворвалась в аппартаменты султана, который своей рукой убил троих, но был вынужден удалиться, когда остальные стали ему угрожать. Мятеж был подавлен с помощью казни их аги и несколькихофицеров, другие офицеры были уволены со своих постов. Солдаты были успокоены денежными выплатами, изрядно опустошившими османскую казну.

–Бейлербей Румелии,Ферхад-паша, супруг сестры Сулеймана Великолепного Бейхан-султан, казнил личных врагов, как врагов Османского государства, вопреки законам, и брал взятки. Это не понравилось Сулейману (с подачи великого визиря Ибрагима-паши), и он был снят со своего поста и отозван. Однако мать и сестра Сулеймана (жена Ферхада-паши) уговорили Сулеймана простить зятя. Сулейман назначил Ферхаду испытательный срок, отправив его санджакбеем в Семердире. Ферхад-паша не сделал выводов из прошлых ошибок и продолжил самоуправствовать на вверенных ему землях, брать взятки. В итоге он был опять снят с поста. На диване, во время суда над ним, Ферхад-паша проклял и оскорбил великого визиря Ибрагима-пашу. Сулейман велел его вытащить наружу. Когда его попытались вывести, он ругался и сопротивлялся, и его пришлось тащить силой. Ферхат вытащил нож и сражался, его скрутили и отрубили ему голову. «Мать повелителя из-за этой смерти впала в великую скорбь, а повелитель оправдывался, что всего лишь дал приказ заключить его в тюрьму, но тот сопротивлялся, и случайно был убит». Это произошло 19 октября, в Эдирне. Великий визирь Ибрагим-паша становится вторым человеком в империи.

1526 год

Правитель Османской империи султан Сулейма́н I.

Великий визирь: Паргалы́ Ибраги́м-паша́.

Выступившая в поход из Стамбула летом армия султана Сулеймана I достигла границ Венгрии к концу августа. По пути турки штурмом взяли несколько венгерских крепостей, перебив их защитников, разоряя селения и ведя за собой богатую добычу. Султан был твёрдо настроен навсегда покончить с Венгрией, и король Лайош II также не собирался уступить Венгрию без сопротивления. Местность возле города Мохача, на правом берегу Дуная, где расположились войска венгерского короля, была равнинной, что было очень удобно для действий кавалерии. Лайош II имел под своим командованием 25 тысяч человек и 80 пушек. Основу войска составляли наёмники из Чехии, Словакии, Хорватии, а также Австрии, Италии, Польши и немецких княжеств. Сулейман I располагал силами не менее 50 тысяч человек и 160 пушками. Венгры надеялись на помощь трансильванского князя Яноша I Запольяи, но он со своим войском не пришёл на помощь Лайошу II. Ещё 5 тысяч тяжеловооружённых хорватских всадников не успели вовремя прибыть к месту сражения, что также могло отразиться на его исходе. Битва состоялась днём 29 августа. По плану венгерской стороны, кавалерия должна была атаковать при поддержке пушек позиции турок, смять пешие отряды, а затем, вместе с пехотинцами, атаковать лагерь султана. Сражение началось с атаки рыцарской кавалерии архиепископа Пала Томори на правый фланг турецкой армии, а центр и левый фланг венгерской армии, состоявшие из пехоты, ровным маршем и при поддержке пушечного огня двинулись вперёд. Вскоре конные рыцари вступили в бой с турецкой кавалерией, командующим одного из отрядов которой был сам Малкочоглу Бали-бей. Турки сразу же начали отступать. Решив, что сражение идёт успешно, венгры начали преследовать отступавших. Одновременно в бой вступила пехота, завязав в центре и на левом фланге рукопашную схватку с янычарскими полками. Тем временем венгерская кавалерия, преследуя отступавших турецких всадников, попала под ураганный огонь турецких пушек и стрелков с мушкетами, и атака захлебнулась. Введя в бой резервы, открыв артиллерийский огонь по всему фронту и имея решающий численный перевес, турки вскоре начали теснить венгерскую армию к Дунаю, лишив её возможности организованно отступить. В итоге остатки рыцарской кавалерии побежали назад, а пешие наёмники стойко продолжили сражаться до конца. Через полтора часа битва завершилась полной победой армии Сулеймана I. Вся армия Лайоша II была уничтожена, сам король и все командующие армией погибли при отступлении. Погибло 15 тысяч христиан, оставшиеся пленные были казнены. Победа при Мохаче открыла султану Сулейману I путь к венгерской столице Буде. Через две недели после битвы город капитулировал перед турецкой армией. Турки разграбили и частично сожгли венгерскую столицу, вывезя оттуда королевскую сокровищницу и Корвиновскую библиотеку. Собрав в Пеште венгерских магнатов, султан объявил, что согласен признать Яноша Запольяи в качестве вассального короля. Турецкие отряды продвинулись до Эстергома, собрав большую добычу. Потери Венгрии убитыми и угнанными в рабство, предположительно, могли достигать 200 тыс. человек, то есть почти 1/10 населения. 24 сентября османская армия отправилась назад, и в ноябре султан вернулся в Стамбул. Закрепляться на венгерской территории турки не стали, и ни одного гарнизона севернее Срема не разместили.

–Султан Сулейман полностью переключил своё внимание на наложницу Хюррем и попал под её влияние.

1527 год

Правитель Османской империи султан Сулейма́н I.

Великий визирь: Паргалы́ Ибраги́м-паша́.

Когда Сулейман пришёл к власти, у туркоман – тюркских кочевников, как правило имевших неортодоксальные исламские взгляды, духовными лидерами продолжали оставаться так называемые баба̀.Туркоманские баба̀ были народными шейхами-мистиками, часто воинствующими и с радикальными суфийскими взглядами. Бывшие исторически влиятельными во фронтире между христианскими и мусульманскими государствами, они продолжали, как и в былые времена, притязать на наставничество над султанами. Веруя в эзотерическую суфийскую концепцию о «велаяте» (святости), они стремились к удержанию султанов под собственным влиянием. Главный баба̀, называвшийся «Столпом Мира», считался абсолютным воплощением Бога во Вселенной, или Божественной Истиной (аль-хакк), или посланником Бога. Народные суфии верили в то, что он управляет всем в этом мире, включая султаном и его поступками. Последователи баба̀ обладали фанатичной верой во все это и не отличались верностью султану. Баба̀ без колебаний использовали все символы верховной власти – трон, корону, скипетр, а также царские титулы султана, хюнкара и шаха. Баба̀ считали, что султан был обязан советоваться с ними и получать от них благославление во всех вопросах, включая военные и политические – в противном случае на страну должно было обрушиться божественное наказание в виде поражений, природных бедствий, землетрясений, эпидемий или голода. Не только непосредственные последователи этих мистиков, но и широкие массы простолюдинов среди оседлого населения верили в баба̀ и почитали их при жизни, а после смерти баба̀ вокруг их могил возникали культы почитания и новые религиозные ордены. Радикальные баба̀-календери никогда не принимали султанское покровительство и оставались со своими кызылбашами («красноголовыми») в качестве воинствующих вожаков собственной паствы. Сулейман верил, что он сумеет восстановить мировое единство ислама посредством своего беспрецедентного могущества, он также считал, что для него императивом было обеспечение абсолютного господства исламского законодательства в своих собственных владениях. В этом деле его вдохновлял и поддерживал выдающийся османский ученый Эбуссууд, шейх уль-ислам Османской империи. В целом этот период ознаменовался превращением Османской империи в более консервативное шариатского государство. Одним из итогов деятельности Эбуссууда стало строительство мечетей в каждом селении и принуждение сельских жителей к молению в них с целью выявления еретиков. Во имя шариата он проклял еретические секты, тем самым ещё более отдалив туркоман, которые и без того были маргинализированы в ходе социальных и политических изменений в империи. Такие господствовавшие в среде туркоманов-юрюков – и ставшие с приходом к власти на землях к востоку от Османской империи Сефевидов более агрессивными, чем когда-либо – народные религиозные ордены (тарикаты), как календери, хайдари и бекташи, превратились в наиболее серьёзную угрозу патримониальной абсолютной власти османского султана. Под влиянием баба̀ из тариката календери, анатолийские туркоманы-юрюки и подвластное наследственным беям население придунайских пограничных территорий туркоманского происхождения подняли восстание против Сулеймана. При этом религиозный конфликт не был единственной причиной волнений; главным фактором выступления населения против центральной власти было социальное противоречие между кочевниками-скотоводами и оседлым населением. Экспансия зависевшего от тимариотов-сипахов земледельческого населения ускорилась за счёт пастбищ туркоманов. Результатом этого стал взрывной рост (более чем в 40 %) населения в рассматриваемый период. Следуя традициям ближневосточной имперской системы, бюрократический аппарат Сулеймана систематически поощрял и поддерживал интересы земледельцев против скотоводов в рамках определённой земледельческой организации (системы чифт-ханэ) и демонстрировал энергичную идеологическую и военную реакцию, направленную против туркоманских повстанцев. Своей религиозной политикой Сулейман задал новое направление, заключавшемся в политике пуританского суннизма, и при помощи своих шейхульисламов, сперва Кемальпашазаде, а затем Эбуссууда, стремился преобразить основные османские государственные учреждения в соответствии с принципами шариата исламской религии. Таким образом, османское государство, оставив в прошлом исторически развившийся эклектичный характер фронтирного бейлики, превратилось в достойного преемника классического исламского Халифата в своей политике, учреждениях и культуре.

–02 ноября пропповедник Молла Кабыз предстал перед членами Государственного Дивана (Диван-и Хумаюн). Причиной этого стало то, что Молла Кабыз распространял свои утверждения о том, что «Иса превосходит Мухаммеда». Великий визирь Паргалы Ибрагим-паша поручил казаскеру Румелии Фенаризаде Мухиддину-челеби и казаскеру Анатолии Кадри-челеби опровергнуть его идеи, но они не смогли это сделать. Ибрагим-паша обвинил их в некомпетентности и сказал, что это нужно решать учёным людям с применением доказательств. Молла Кабыз был отведён в тюрьму без вынесения приговора. Султан Сулейман I, слышавший разговор, был недоволен тем, что ложные идеи Кабыза не получили опровержения и приказал назначить новый суд. На следующий день Ибрагим-паша пригласил на суд шейх-уль-ислама Кемаля-паши-заде Ахмета и кадия Стамбула Саддедина-эфенди. Шейх-уль-ислам внимательно выслушал Кабыза и затем объяснил, что тот неправильно понял аяты и хадисы Корана, на которые опирался. Кемаль-паша-заде выявил противоречия утверждений Кабыза, на которые Молла Кабыз не смог дать ответа. Шейх-уль-ислам издал свою фетву, в которой говорилось, что «Молла Кабыз должен отречься от своих убеждений и вернуться к вере». Молла Кабыз отказался отречься от своих убеждений и по приговору кадия был обезглавлен 4 ноября.

1528 год

Правитель Османской империи султан Сулейма́н I.

Великий визирь: Паргалы́ Ибраги́м-паша́.

Губернатор Багдада заявил о том, что подчиняется турецкому султану Сулейману, но вскоре его убили и власть Сефевидов была восстановлена. Затем на сторону султана переметнулся персидский губернатор провинции Азербайджан, а на сторону шаха – курдский эмир Битлиса.

–Вассалом султана Сулеймана признал себя правитель Трансильвании – Янош I Запольяи, претендент на венгерский трон.

–Захват турками округа Яйце в Боснии.

–Исмаил Машуки был сыном Пира Али (Алаэддина) Аксарайи, шейха общины Байрами-Малами. После смерти отца Исмаил уехал в Стамбул, где начал читать проповеди в мечетях столицы. Проповеди Исмаила приобрели многих последователей, что встревожило горожан, которые говорили, что «молодой шейх сеет раздор». Через некоторое время Исмаил Машуки уехал в Эдирне, где продолжал свои проповеди и привлёк большое внимание общественности. Султан Сулейман I посоветовал ему вернуться в родной город, но Машуки продолжал свои проповеди. Была принята фетва шейх-уль-ислама Кемаля-паши-заде Ахмета и Эбуссууда-эфенди, которая по словам Садуллы Сади-эфенди была «неправдивой, но соответствовала их утверждениям». Среди пунктов обвинения Исмаила Машуки было также то, «что он разрушил моральные ценности и институты, терпя такие действия, как прелюбодеяние и содомия». Исмаил Машуки был казнён путём обезглавливания, вместе с 12 учениками на площади Ипподром. Его голова и обезглавленное тело были выброшено в море.

1529 год

Правитель Османской империи султан Сулейма́н I.

Великий визирь: Паргалы́ Ибраги́м-паша́.

Весной султан Сулейман собрал в Болгарии мощную армию. Он намеревался взять Венгрию под полный контроль и ослабить силы братьев Габсбургов. Численность его войск составила не менее 120 000 человек. Помимо янычарских полков, в османскую армию вошли молдавские, сербские части. Командование армией Сулейман принял на себя, и в апреле он назначил своего великого визиря Ибрагима-пашу, сераскиром и дал ему право отдавать приказы от имени султана. Турецкие войска выступили в поход 19 мая, но с самого начала обстоятельства сложились против них. В ту весну шли особенно сильные дожди, в Болгарии началось наводнение, и вода размыла дороги. В грязи увязло множество пушек и верблюдов, которых пришлось бросить. 6 августа турки вступили на венгерскую землю. 18 августа к султану явился князь-воевода Трансильвании Янош Запольяи. Он засвидетельствовал Сулейману своё почтение и помог ему отбить у австрийцев несколько крепостей. 8 сентября турки захватили Буду. По мере продвижения турок гарнизон Вены готовился к осаде. Австрийцы знали, что турки их не пощадят – они убедились в этом после того, как последние вырезали весь австрийский гарнизон Буды. Фердинанд I срочно выехал в Богемию и попросил помощи у своего брата Карла V. Но тот был втянут в тяжёлую войну с Францией и не мог оказать Фердинанду значительной поддержки. Несколько испанских кавалерийских частей – вот и всё, что Фердинанд получил от брата. Маршал Австрии Вильгельм фон Роггендорф взял на себя руководство обороной Вены. Своим заместителем он назначил 70-летнего немецкого наёмника – Никласа фон Зальма. Зальм прибыл в Вену во главе отрядов немецких ландскнехтов и испанских мушкетёров и сразу занялся укреплением городских стен. Он приказал замуровать все четверо городских ворот и укрепить стены, толщина которых в некоторых местах не превышала двух метров. Он также приказал построить земляные бастионы, повелев сносить все дома, мешающие строительству. Османская армия подошла к стенам Вены в конце сентября. Но положение турок было не из лучших. Европейская природа была против них. На трудном пути в Австрию через весь Балканский полуостров турки потеряли множество тяжёлых пушек, предназначенных для разрушения венских стен. Многие реки вышли из берегов, и дороги оказались размыты. Орудия застревали в грязи и тонули в болотах. Погибли сотни верблюдов, которые везли амуницию, оружие и боеприпасы. В итоге под Вену турецкая армия подошла значительно ослабленной: в стане турок свирепствовали болезни, многие солдаты были неспособны сражаться. И тем не менее Ибрагим-паша, встав под Веной, послал к осаждённым трёх богато одетых европейцев с предложением сдать город. В ответ Никлас отправил к паше трёх богато одетых мусульман, без какого бы то ни было сообщения, что само по себе было ответом. Началась осада. Турецкая артиллерия всё же принялась разрушать городские стены, но османские пушкари так и не сумели нанести сколько-нибудь значительный вред австрийским земляным укреплениям. Даже лучники турок не смогли нанести осаждаемым большого вреда. Попытки прорыть ходы в город или минные траншеи также закончились полным провалом. Осаждаемые постоянно делали вылазки и срывали рытьё траншей и туннелей, а однажды чуть было не захватили в плен самого Ибрахима-пашу. Они также обнаружили и уничтожили несколько минных ходов, а 6 октября 8 тыс. европейцев совершили крупную вылазку за пределы города и уничтожили множество подземных ходов турок (правда, при отступлении они сами понесли большие потери). 11 октября прошёл особенно сильный ливень. Планы турок взорвать городские стены потерпели полный крах, и их шансы на победу стремительно таяли. У турок заканчивался фураж, росло число дезертиров, заболевших и умерших от лишений и ран. В тяжёлом положении оказались даже янычарские части. Ибрагиму-паше ничего не оставалось, кроме как отступить. 12 октября он созвал военный совет, на котором предложил предпринять последнюю попытку штурма. В случае успеха он пообещал солдатам увеличить их вознаграждение. Но и этот штурм был отбит. Европейские аркебузиры и пикинёры успешно отбили атаку турок. В ночь на 14 октября осаждённые услышали истошные крики, доносившиеся из вражеского лагеря – турки выреза́ли всех пленных христиан перед отступлением. Уход турок, осаждённые восприняли как чудо. Уже, когда турки отступали, повалил необычно ранний для этого времени года снег. Им пришлось бросать амуницию и пушки. Турецкая флотилия на Дунае снова была атакована, и множество турок погибло в мелких стычках на пути домой.