Странный пират. Часть 1
– Минут через пять будет легче, боль уйдет, рука в заморозке, инфекций не будет. Если найдем потом медкапсулу, вылечим быстро, – сказал Коля. – У нас есть еще минут десять на то, чтобы спрятаться в этом мертвом ангаре, выход наружу нам перекрыла система безопасности станции, а сейчас еще и пираты припрутся, так что ноги в руки – и ползем на верхний ярус в разлом между кубриками. Там пересидим.
В итоге Коля, конечно, перестраховался: пираты притопали на зачистку только через сорок минут, судя по выстрелам из коридора. Еще через три часа к нам в ангар вошло человек пятнадцать пиратов, десять – штурмовики охранения и пять техников. Среди техников все было не так однозначно: двое были свободные, старшие, и трое – явно рабы. У них на шеях были специальные ошейники-блокираторы. Техники вогнали в ангар трех роботов, начали вскрывать кубрики и вывозить валяющиеся по всему ангару контейнеры. Они нашли примерно человек тридцать заключенных, может, больше, раненых в кубриках, двух охранников и одного техника, которые прятались в одной из технологических ниш. Сильно раненых заключенных тут же добили, тех, кто мог стоять, забрали и увели из отсека. Техник и один из двух охранников последовали с ними, второй охранник был застрелен для развлечения одним из пиратов. Все это мы наблюдали из одной ниши под самым потолком ангара. Спустя еще час все пираты покинули ангар. Он опустел, все целые контейнеры исчезли, машины, погрузчики, оборудование, некоторые модули типа нашей кухни тоже были демонтированы. Все, что можно было забрать, унесли. Коля выдохнул и предложил лечь в нашем убежище и поспать, так как пираты будут тут ползать еще часов шесть. Как вы понимаете, ни я, ни Увар, который был под уколами, особого рвения встречаться с пиратами не проявили и завалились спать. Разбудил нас Коля через нейросеть, оказалось, что мы проспали двенадцать часов и на станции уже вечер. Коля стоял внизу, на месте, где раньше была кухня, и звал нас спуститься поесть. Увар после сна выглядел вполне терпимо для человека со сломанной рукой. Я же чувствовал себя хорошо: в двадцать лет организм еще быстро побеждает невзгоды, плюс тренировки в академии не прошли даром. Главное было не трогать голову, шишка независимо от возраста никуда не делась, это я ощутил, когда легонько задел пластиковую перекладину по дороге к Николаю. Десантник нас опять выручил, хозяйственный он у нас оказался: пока мы дрыхли, он спустился вниз, проверил, где пираты, нашел еду, проверил состояние службы безопасности станции.
– Расклад такой, – начал объяснять Коля, – пираты ушли, на станции мы и трупы. Икскин станции обнулен, системы безопасности нет. Предлагаю проверить медотсек, если повезет и там есть хоть что-то, вылечим руку Увару. Дальше, сделаем полный обход станции для понимания нашего положения.
Мы с Уваром трескали сухой паек, слушая Колю, и кивали. После ужина вышли из ангара и потопали известным маршрутом в сторону медблока, это примерно на два этажа выше нашего ангара. Картина там нас не порадовала. Медблока больше не было как вида. Пираты все демонтировали из того, что не было разбито при атаке станции. Коля предложил расползтись по отсеку и поискать, может, что-то найдем. Отсек был немаленький – с учетом всех перегородок метров триста на триста, так что походить там было где. Все полезное и не тяжелое Коля предложил сносить к входу в отсек, чтобы не искать дважды. Вот в одну из таких ходок я случайно наткнулся на странно вибрирующую стенку одного из технических люков. Я по нейросети позвал народ ко мне, Коля прицелился иглометом, мы с Уваром открыли люк. Из него выпала перепуганная Мила с трясущимся бластером в руках. Коля быстро выбил бластер, Мила испуганно посмотрела и потеряла сознание. Коля поднял ее на руки и понес в один из кабинетов, который мало-мальски сохранился, положил на стол. Достал из остатков аптечки какой-то шприц и вколол ей в шею.
– Что это? – спросил Увар.
– И что с ней делать? – добавил я.
– Стимулятор, сейчас очухается, а что делать, решим по ходу разговора, – проговорил Коля, убирая бластер Милы в карман своего комбинезона. Препарат подействовал быстро, как и сказал десантник: пару минут спустя Мила сидела на столе и непонимающе осматривала кабинет и трех сильно потрепанных мужиков в тюремных комбезах. Ее испуганные глаза и бледное лицо говорили о том, что она не понимает, чего ей ждать. Первым заговорил Коля, так получалось, что как он назначил себя старшим, так им и оставался, мы же с Уваром пока оспаривать его первенство не собирались.
– Мила, мы офицеры флота, хоть и бывшие, обижать женщин не приучены, так что можете не бояться, но если попытаетесь на нас еще раз наставить оружие или как-то еще нам навредить, я вас убью.
Слова, сказанные Колей, при его внешнем виде и телосложении, сомнений не оставляли ни в первой части, ни во второй. Мила кивнула, самообладание еще не вернулось к ней.
– Итак, вопрос первый: на станции есть еще медицинское оборудование? У нас раненый товарищ, ему нужно починить руку и в идеале снять с нас чипы блокировки знаний.
Мила задумалась. Слезла со стола, ее лицо приобрело нормальный цвет. Она отодвинула рукой Колю, вышла из кабинета и пошла в сторону медотсека. Мы с Уваром улыбнулись: подвинуть Колю и пройти мимо него так, как будто это не она была только что в диком ужасе, это класс. «Железная тетка», – пришло сообщение от Увара мне по нейросети. «Угу, посмотрим», – ответил я. Николай уже двигался за Милой на расстоянии пары шагов. Мила вышла в большой зал, где раньше стояли почти все капсулы, там было пусто. Она осмотрела стены слева от нас, рядом с пультом управления капсулами.
– Есть еще один медицинский блок для персонала и еще один для начальника тюрьмы, – сказала Мила. Она подошла к пульту. Он был весь разворочен, из него торчали провода, элементы кожухов панели. Видимо, пираты не сильно парились с аккуратным демонтажем, выдрали все полезное и ушли. Мила выглядела немного растерянно.
– В чем дело? – спросил Коля.
– Пульт сломан, икскин станции не работает нормально, мне не открыть дверь в медицинский отсек для персонала, он тут, у меня за спиной. Его, видимо, не нашли, раз переборка цела.
Дверь была замаскирована под отделку всего помещения, и эта сдвижная панель была не видна.
– Где медотсек для начальника? Он ведь наверняка самый новый, – спросил Увар.
– Да, он у него в доме. Та часть станции, где находится жилой модуль для персонала и охраны.
– Пойдем, – сказал Коля. Мила вышла из медицинского отсека и направилась по коридору, ведущему в другую часть станции. На удивление она была достаточно спокойна от вида трупов, разрушений и прочих прелестей штурма и разграбления станции. Коля мне потом объяснил, что это отчасти результат укола, который он ей сделал. Мы прошли уже примерно метров пятьсот по станции, когда на очередном переходе увидели, что в месте, где был пристыкован жилой модуль, чистый, ничем не замутненный космос.
– Вот суки, забрали самый новый модуль станции, – выругался Увар.
– Откуда знаешь, что он был новый? – поинтересовался я.
– Флем, вот скажи: ты отличишь истребитель 5 поколения от истребителя 7 поколения? – Киваю. – Вот и я отличаю модули третьего поколения от модулей пятого поколения. На эту базу круче не поставить – слишком старая.
– Ясно.
– Мила, пойдем обратно в медицинский отсек вскрывать ту дверь, – сказал Коля. Она кивнула и пошла.
– Увар, а где тут может быть что-то для вскрытия переборок, как думаешь? – поинтересовался Николай.
– Если не все утащили, то найдем на палубах и в ремонтных зонах, без этого все равно не вскроем переборку.
– Тогда так: бери Флема, и топайте в ремонтную зону, а я с Милой пойду на палубу. Встретимся через два часа в медицинском отсеке, – сказал Коля Увару. Мы с Уваром без приключений притопали в ремонтную зону – ангар, где чинят и обслуживают корабли. На крепежах вдоль стен стояли наполовину разобранные церты и пара кораблей, которых я раньше не видел, класса «крейсер», но тоже разобранные. Увар осмотрел хозяйство, зашел в один из фрегатов – пусто, проверил еще пару – в цертах было пусто. Я отправился осматривать незнакомые мне крейсера, странные старые корабли были разобраны процентов на двадцать. Пока я внутри них копошился, меня вызвал Увар, он нашел покалеченного малого технического робота, и ему нужен был я для приведения того в божеский вид. Спустя час к нам пришел сильно недовольный Николай с Милой. На его вопрос, какого мы не пришли на точку сбора вовремя, Увар ответил:
– Коля, ты нашел, чем открыть? Вижу – нет, а мы нашли, сейчас чиним, так что организуй лучше с Милой всем что пожрать, пока мы с Флемом все добьем.
Коля был явно не очень рад такому ответу, но здравый смысл говорил: Увар прав, ели последний раз часов пять назад, а с роботом он все равно не поможет – базы отключены. Мила спросила, сколько примерно времени нам нужно. Увар посмотрел на частично собранного робота, что-то прикинул в уме.
– Часа два, плюс-минус минут сорок.
– А что так долго?! – возмутился Коля. – Это же мелкий робот, для тебя, техника, работы минут на тридцать максимум.
Увар взглянул на большого сердитого Колю и, обращаясь к Миле:
– Забери его туда, где есть еда, накорми и нам принеси, пока он нас всех не съел. А ты, Коля, не учи меня, что и как, я техник пятой категории, а мне доступна максимум вторая, еще и инструмента нет, модулей нет, так что отвали, не мешай.
Мила улыбнулась, взяла Николая за руку, и они вышли из отсека. Увар, тихо матерясь на непутевого десантника, собирал робота. Прошло полчаса, пришел Николай в новом комбинезоне службы безопасности станции с кобурой, где висел бластер, аптечкой и двумя тюками в руках. Вид у него был довольный.
– Эй, горе-мастера, ходь сюды.
Я как раз под руководством Увара крепил тяжелый шарнир, и крики Николая меня отвлекли – я прищемил себе палец. «Убью гада», – подумал я.
– Эй, Флем, Увар, идите сюда, бросьте эту хрень и идите сюда, – настаивал Николай. Мы, матеря его на чем свет стоит, вылезли из всех проводов, шлангов и прочих частей робота и направились к Коле. Мила раскладывала нам еду на столе рядом, запах был соблазнительный, а Коля протянул нам каждому по новому комбезу: мне – летчика, а Увару – комбез техника, и не третьего, как у него, а седьмого поколения, вполне современный. Увар аж расцвел. Хотя, пока переодевался, два раза сильно бледнел из-за руки – перелом давал о себе знать. Быстро перекусили офицерским пайком. Мила, оказывается, отвела Колю в небольшую секцию, где хранили резервные комплекты одежды и еды для командного состава на случай бунта заключенных. Пираты эту скрытую часть не нашли. Радость Увара была вызвана тем, что в этом комбинезоне было много встроенного оборудования, и после еды мы с ним починили робота действительно быстро. Вскрытие роботом переборки в медицинском отсеке заняло не более десяти минут. Отсек был поделен на несколько помещений: склад, капсулы реанимации, капсулы восстановления и несколько капсул обучения, как сказала Мила. Быстро уложив Увара в капсулу восстановления, она пощелкала по пульту. Получалось, что починка руки займет восемь часов. Меня же интересовало, можно ли тут снять блокиратор в нейросети и есть ли у них имплантаты с базами знаний. Мила как будто прочла мои мысли:
– Имплантатов особо нет – средние. Блокировку я вам сниму, а вот с базами все не так плохо: их штук десять разных, все до четвертого уровня, но не самые свежие.
– Сколько времени займет меня разблокировать и что есть из имплантатов на интеллект, скорость и память? – поинтересовался я у Милы.
– Этих имплантатов нет, так что могу только снять блокировку. Из баз есть следующие: шахтер, техник, медик, буровые лазеры, дистанционные манипуляторы, пилот крейсера, промышленный буровой лазер, сканер, штурмовик-десантник, пилот фрегата. Демонтаж блокиратора займет примерно час, и заливка каждой базы – около двадцати минут.
Да, выбор «потрясал воображение», и, главное, все свежее, прям только из музея. Вздохнув и прикинув, что делать все равно пока нечего, предложил Николаю залить все эти базы по принципу «хуже не будет». Мила внесла коррективы в наши планы:
– Сколько у каждого из вас интеллект?
– У меня, – сказал я, – 221.
– 155, – добавил Николай. – А у Увара – мы не в курсе, но должен быть под 160—190, иначе он бы не стал пятым техником.
– Тогда так, – подумав, ответила Мила, – Увару и Флему залью все базы, Коле – только те, где он пролезает по интеллекту. Возражений нет?
Мы кивнули, и за Увара тоже. Коля предложил делать поэтапно: нас с Уваром первыми, потом его. Меня уложили в медицинскую капсулу, и на три часа я выпал из реальности.
Глава 3
Прошли сутки, как мы на базе одни. Блокираторы Мила благополучно сняла, Увара починила. Николай вроде стал ей доверять. Мы же с Уваром были более беспечны. Собравшись в медицинском отсеке, где мы пока обосновались, стали решать, что делать дальше. Разговор начал Увар:
– Перспективы непонятны. Могут прилететь пираты, продолжить разбирать базу и тогда найти нас. Может прилететь флот, привезти еще осужденных. Может просто кто-то прилететь на неохраняемую базу и попробовать ее пощипать. Вообще оставаться на этой базе долго – явно ненужный экстрим. Вопрос: сколько у нас времени до появления следующего геморроя? На чем будем отсюда уходить? Чем будем заниматься с учетом того, что мы осуждены пожизненно, за исключением Милы? И куда попробуем уйти?
Первой подала голос Мила:
– Я тоже на пожизненном, так что мне, видимо, придется быть с вами. Пополнения со стороны заключенных ждать не приходится – их привозят раз в год, так что в этом плане у нас еще почти год. Дежурный облет нашей станции военным патрулем будет через шесть месяцев. Ну а пираты – это не ко мне, я не в курсе, они ребята непредсказуемые.
– Мила, расскажи нам о себе немного, – вежливо попросил Коля.
Мила задумалась на несколько мгновений и начала рассказ. Она служила в звании старшего лейтенанта в подразделении аналитиков на флагманском крейсере. Ее подразделение в составе десяти крейсеров проводило зачистку небольшой системы, где была пиратская база. Она отвечала за план атаки этой базы. По информации разведки, это была недостроенная малая военная база трошов третьего поколения. В охранении базы должны были быть пять эсминцев пиратов пятого поколения и четыре крейсера четвертого поколения. Против их десяти крейсеров седьмого поколения шансов у пиратов не было. Подразделение вошло в эту систему. Разведчики проверили информацию – все совпало. По ее плану атаки три крейсера атаковали эсминцев, благо по огневой мощи превосходили их раз в шесть, и те, скорее всего, даже не могли их пробить. Еще пять крейсеров должны были атаковать крейсера противника. Командный крейсер и крейсер поддержки были в резерве, чтобы с базы никто из пиратов не мог уйти. Начало было гладкое: вышли в зону атаки эсминцев и крейсеров синхронно, резерв встал четко напротив доков станции. Начался бой. Тут я заметил, что ее лицо немного побледнело.
– К тому моменту, как мы безболезненно развалили уже все эсминцы и добивали предпоследний крейсер пиратов, на нас вывалился их тяжелый флот. В атаке на нас приняло участие десять топовых линкоров восьмого поколения и двадцать крейсеров, каждый из которых выпустил дронов. Против наших крейсеров это было чересчур. За три минуты были уничтожены семь наших крейсеров. Нам повезло – флагман стоял за базой пиратов, и это спасло нас. Мы успели уйти в варп-прыжок в другую систему, оттуда подали сигнал на ближайшую базу флота, к нам выслали в поддержку тяжелое ударное соединение. В его составе мы вернулись уничтожать пиратов. Когда мы пришли в систему, выяснилось, что база – пустая коробка, рядом валяются остатки пиратских эсминцев и крейсеров, остатки наших разбитых кораблей. Получилось, что мы атаковали муляжи и попали в западню пиратов. Дальше был разбор полетов, мне, как аналитику, планировавшему атаку со столь плачевными результатами, вкатали тридцать лет в этой тюрьме. Тут уже два года, оказалось, что у них не было нормального врача, и мне дали эту должность. Поскольку я имела торговлю и экономику в четверке, я помогала с реализацией руды начальнику. Мне делали послабления и даже выделяли какие-то маленькие деньги. За то время, что я тут была, нас атаковали пираты раза три, и каждый раз мы успешно отбивались.
Увар, внимательно слушавший ее рассказ, решил задать три вопроса:
– Мила, какой у тебя интеллект, какие базы ты знаешь и сколько тебе лет?
Мила, выйдя из своих воспоминаний:
– Мне 26 лет, и у меня 212 интеллекта без имплантатов, иначе не стать аналитиком. По базам у меня выучены следующие: аналитик флота – 5, торговля – 4, экономика – 4, математика – 5, навигация – 5, управление фрегатом – 4, медицина – 4, диспетчер станции – 3.
Все молчали. Мила встряхнула головой и продолжила:
– Предлагаю всем рассказать, у кого что есть, кроме тех баз, которые я вам залила. Исходя из этого, я попробую предложить дальнейшие наши действия. Я ведь аналитик, – с улыбкой добавила она.
– Хорошо, тогда поехали, записывай, – сказал Коля. – Интеллект у меня официально 155, реально 180, возраст 34. Разведывательно-диверсионное подразделение 5 сектора. Звание – капитан, было. Управление диверсионными фрегатами – 5, разведка – 6, сапер – 5, управление диверсионными дронами – 5, рукопашный бой – 6, стрелковое вооружение – 6, полевая медицина – 4, повар – 4, психология – 5. Было еще несколько секретных баз, но их удали полностью, – закончил Коля.
Я немного поежился от рассказа Николая. Я краем уха от своих бывших друзей слышал про это подразделение – убийцы высшей пробы. Дослужиться до капитана, не сдохнуть и не слететь с катушек – это огромная редкость.
– Увар, а что у тебя? – поинтересовалась Мила.
– Зовут меня Увар, майор службы технического обеспечения ударного флота системы Торриус. Мне 32 года, интеллект – 219. К вам я попал просто. К нам на ремонтную станцию прислали группу линейных крейсеров, задача была – текущий ремонт. Обычно эти крейсера не используются – слишком специфические, поэтому начальство вместо ремонта всегда проводило его по бумагам, а реально просто красили, мыли, и все новые запчасти уходили во фронтир, насколько я знаю. Мне за это тоже немного капало, я подписывал часть бумаг и вполне нормально жил. – Мое лицо и лица окружающих выражали такую неприкрытую агрессию к Увару, что он даже запнулся во время рассказа. – Так, народ, тихо, морду бить не надо, так обслуживаются все корабли резерва, я изменить систему не мог, выдохните, – быстро сказал немного напуганный Увар. – Дальше произошло то, чего никто не ждал: пришла проверка и вскрыла весь этот бардак. Адмирал отскочил, у него связи и деньги были – дай бог каждому, ушел на заслуженный отдых. Полковников просто сняли или перевели, а майоров, которые ставили везде подписи, посадили на 40 лет каждого, кстати, два наши сокамерника, которые погибли при штурме базы, из моего подразделения, тоже майоры были. Теперь к тому, что я знаю: техник по ремонту малых судов – 5, техник по ремонту средних судов – 5, техник по ремонту линкоров – 5, техник по ремонту кораблей класса «дред» – 4, техник по ремонту малых баз – 5, техник по ремонту средних баз – 5, техник по ремонту больших баз – 2, инженер малых кораблей – 5, инженер модулей для малых кораблей – 5, производство – 3, промышленность – 3, пилот фрегата – 4. Вот что я умею.
– Меня зовут Флемер Болт. Мне 20 лет, истребитель, интеллект – 221. Звание – лейтенант. Управление фрегатом – 5, навигация – 4, ракетное вооружение – 5, эсминцы – 3, крейсера – 2, активные щиты – 5, пассивные щиты – 5 уровень, торговля – 1, юрист – 1, программист – 4, инженер – 4.
Послушав всех, Мила озвучила свои выводы:
– Ну, улететь отсюда нам будет реально очень тяжело, даже если Увар починит те древние крейсера, что тут стоят. – Увар согласно кивнул. – Защитить станцию, я так понимаю, мы тоже не сможем – основные икскины управления забрали пираты, а те, что работают, настолько маломощны и стары, что не потянут систему безопасности. Следовательно, Увар и Флем, идите, придумывайте нам корабль из чего найдете, пока тут тихо. Я постараюсь контролировать ближайший к базе космос. Николай, посмотри, может, что найдешь из вооружения на случай нападения пиратов. Я так поняла, что небольшой крейсер ты и голыми руками захватишь. Вопрос о дальнейшем нашем будущем предлагаю отложить до появления корабля.
Николай улыбнулся, ему Мила начинала нравиться: сильная, смелая, красивая и на жену не похожа.
– Хорошо, Мила, подгонишь мне крейсер. Угнать не угоню, но зачищу точно.
На этом совещание закончилось. Мила пошла в диспетчерскую, Николай пошел обыскивать базу на предмет стрелкового вооружения и боевой амуниции. Мы с Уваром потопали в ремонтный ангар собирать из того хлама, что там был, рабочий корабль.
Глава 4
Прошло три дня. Николай обшарил всю базу и нашел резервный склад охраны, а там для него были приятные игрушки. Малый боевой противодиверсионный комплекс пятого поколения, состоящий из восьми боевых дронов. Экзоскелеты пятого поколения, вполне пригодные против пиратов, хотя и не то, с чем он работал. Тяжелый лазерный пулемет и десять стационарных лазерных турелей в пехотном исполнении. При помощи ремонтного робота, которого починил Увар, все это добро было перенесено к нам в медицинский отсек, а автоматические лазеры собраны и подготовлены к установке в местах стыковки с базой. Противодиверсионный комплекс Коля прописал в свою нейросеть. Проверил его состояние – не работало шесть из восьми. Увару пришлось потратить день на ремонт этих роботов. В итоге огневая мощь для борьбы с десантом пиратов увеличилась в несколько раз. Ремонт боевых дронов показал Николаю, что Увар – действительно толковый техник, а не просто вор. Кроме ремонта дронов для Николая, Увар облазил все ангары, доки и посадочные полосы в поисках ремонтных роботов. К концу третьего дня в нашем ремонтном ангаре их скопилось около двадцати штук разной степени неработоспособности.
– Зачем их столько? – спросил я.
– Эх, Флем, для починки и сборки крейсера, даже такого старого, как эти, нужно минимум десять роботов-техников шестого поколения, а у меня есть пока один, и тот четвертого. Если мы починим за неделю хотя бы еще штук десять, то можно начать думать о ремонте крейсера, иначе нет смысла.
Рассуждая об этом, мы пришли в медицинский отсек, где уже сидели Мила и Коля и о чем-то спорили.
– А вот вы нам и нужны, – сказала Мила. Видя наше недоумение, она пояснила: – Я так понимаю, что на данный момент ремонт крейсера невозможен?
– Угу, – кивнули мы.
– Вот, – продолжила она, – значит, есть предложение: я засекла в нашем квадрате один крейсер ориентировочно пятого поколения, но он переходной, редкая модель, это уже не крейсер, но и не линейный крейсер. Я предлагаю его заманить на базу. Теперь вопрос к Коле: что ты думаешь, справишься с его экипажем или нет?
– Мила, мне нужно точно знать, что за корабль.
Мила немного растерялась.
– Я не знаю точно, что за корабль, не сталкивалась с такими, вот, смотрите.
Она вывела над столом снимок корабля. Все молчали.
– Я так понимаю, кроме меня, никто «Странника» не видел? – спросил Увар. Все кивнули. – Тогда слушайте: тяжелый линейный крейсер седьмого поколения, способен нести как марлинское, так и трошское вооружение, имеет отсек для дронов. Штатно рота охраны и рота десанта, итого около ста человек. Мощный охранный комплекс внутри корабля, восемьдесят лазеров и экипаж около двадцати человек. Вопрос: Коля, ты, конечно, терминатор, но как ты будешь справляться с таким количеством народа? И потом, кто у нас будет его пилотировать?? Это линейный крейсер седьмого поколения, это значит, нужно владеть базами на крейсер 5 и линейный крейсер 5, иначе можно даже не мечтать на нем полететь. Дальше: вооружение среднее, значит, нужно еще и его, и повезет, если там наше. Дальше оборона, надеемся, что щиты, но тоже нужны средние, так что я против того, чтобы его дергать, проще подождать еще, – закончил свою речь Увар. Слова Увара подействовали отрезвляюще, даже если захватить этот корабль, что уже фантастика, то лететь на нем некому, стрелять некому, защищать тоже. Наступило легкое разочарование. Все сели за ужин, и каждый думал о своем, разговоры не клеились, после чего я пошел спать.
Прошла неделя. Мила с Николаем дежурили в рубке управления базой, я с Уваром ремонтировал роботов. За неделю мимо нас прошел линкор вглубь фронтира, караван из десяти пиратских кораблей и несколько транспортов. Увар позвал меня на проверку самого большого робота, которого мы чинили уже второй день. Здоровый двенадцатиметровый робот должен был чинить наружные части крейсера, броню, устанавливать щиты, двигатели и реакторы внутри кораблей типа «крейсер» и старше. Робот успешно проходил тесты, когда нас экстренно вызвала Мила в рубку управления. Николай уже был там.
