Сын миллиардера. (Не) фиктивная жена

Да, они красивы, у них есть шарм и обаяние, с ними не стыдно выйти в свет. Но только это всё, что у них есть. Такая девушка не приготовит тебе борщ с любовью, не будет сама нянчиться с детьми и следить за хозяйством. Никогда не станет надёжным тылом для бизнесмена. А если разоришься, то она быстро исчезнет из твоей жизни. Нет, Марку это не нужно. Но когда же он это поймёт?

Мне уже невыносимы его гулянки и конвейер из девиц. Сколько раз я говорил ему заканчивать и браться за ум. А время-то идёт. Я знаю, что когда у Марка появится своя семья, у него появится и ответственность. А если научится отвечать за жену и ребёнка, значит и в бизнесе всё сможет. С его то головой. Каким бы он не был дураком, а она у него светлая. Моя кровь. Сын далеко пойдёт.

А до тех пор мне страшно передавать ему все свои дела. Ведь разорит моё детище.

Я эту сеть с нуля создал. Всегда изучаю другие гостиницы от самых маленьких где-нибудь в туристических глубинках (даже у них есть что перенять) до самых крупных, моих прямых конкурентов (чтобы всегда быть лучше них). Только изучив весь рынок сверху до низу и выжав из этого максимум можно держаться на порядок выше других.

В своё дело я всю душу вкладываю. Подвинул мировых гигантов с рынка. И всё это не для того, чтобы на старости лет наблюдать, как моё детище рушится в руках безответственного юнца. Уж лучше продать дело.

Поэтому вся надежда на Веронику. Верю, что западёт она сыну в душу. А я устал, на покой хочу. Да и внуков хочу. Старшего мальчика, такого же озорного, каким Марк был в детстве, и младшую внучку, чтобы была такая же красивая и добрая, как Вероника.

Хорошая она девушка, эта Вероника. Хозяйственная, приятная и внешне как раз во вкусе Марка. Повезло мне найти её в этом гостевом доме. Но хозяйка, конечно, алчная оказалась. Никогда ещё я не выкупал себе сотрудников за такие деньги, но тут другое. Тут для сына.

Да. Пора мне на покой. Сколько денег не зарабатывай, а такого счастья, как тихая жизнь в кругу близких больше ничего не принесёт.

Вероника

Я перемываю кухню во второй раз. Отдраиваю каждый сантиметр. После первой уборки Марк только хмыкнул и сказал, что здесь грязно. Это длится уже третью неделю. Подай, принеси, убери. Марк надо мной издевается. Он надеется, я сломаюсь, но я сильнее, чем он думает. Я буду делать свою работу идеально. Это уже принцип. Чтобы утереть ему нос и показать, что я не слабачка. Но как же я устала…

Утираю пот со лба. От рук несёт хлоркой даже через перчатки. Мне на телефон прилетает новое задание от Марка. Нужно помочь Анечке. Показываю сообщение Саше.

– Анечка за животными следит, – объясняет она.

Заканчиваю с кухней и остатки дня убираю за кошками, а их в этом доме даже не знаю сколько. Я точно насчитала больше десяти. Потом помогаю Ане убрать вольер для собак. Их тоже много.

К вечеру спина отваливается. У меня теперь каждый вечер так. А наутро нужно рано вставать и нести Марку завтрак.

Гарфилд ошивается на кухне и, пока Саша не видит, а я далеко, запрыгивает на стол и ворует бекон с тарелки.

– Ах ты прохвост! – вскрикивает Сашка. Но уже поздно. – Прости, Вероник. – Она виновато на меня смотрит. – Опоздаешь из-за меня. Нужно пожарить новый.

А довольный котяра быстро выбегает из кухни.

– Ты не виновата. Ничего страшного. – Успокаиваю её, а сама на нервах. Пока жарится бекон, сижу и трясу ногой. Марк ведь только и ищет повод придраться.

Наконец, завтрак готов. Время уже пять минут восьмого. Хватаю поднос и иду к спальне Марка. По дороге забираю ещё и тазик для белья, чтобы взять у него вещи для стирки.

Стучусь в дверь и вхожу. Ставлю поднос на стол и желаю Марку доброго утра. Он внимательно смотрит на меня и молчит. У него в ногах на кровати лежит Гарфилд. Гадкий котяра. В комнате темно, хочу открыть шторы, но останавливаюсь на полпути, когда Марк строго говорит:

– Ты опоздала. Значит, сегодня придётся поработать подольше.

Конечно, я уже забыла, когда в последний раз высыпалась.

– И забери бельё из корзины.

В ванной я набиваю полный тазик вещей. Кое-как выношу его, обхватив двумя руками. Марк всё ещё лежит в кровати и смотрит на меня с каким-то злым прищуром. И этот гадкий, толстый кот смотрит на меня точно также. Или я уже выдумываю? Он же просто кот. Хотя это из-за него я сегодня не посплю нормально. Тут меня ещё и перевешивает это грязное бельё в тазике.

Я чувствую себя золушкой из того диснеевского мультфильма. Картина прямо оттуда. Сцена в спальне у мачехи. Ну в точности же. Ох, как меня это злит. Внутренне закипаю, но на моём лице не дёргается ни один мускул. Я тебя переиграю, Трошин! Ты думаешь, я сдамся, но не на ту нарвался.

– Ты не устала? – спрашивает меня, когда уже собираюсь уйти. – Может, передумала? – Нет.

Не хочу больше мусолить эту тему фиктивного брака. Ухожу из спальни Марка в смешанных чувствах. Да! Да! Я чертовски устала! Меня всё раздражает. Но почему ты просто не поговоришь со мной по-человечески? Почему не извинишься, Трошин?!

Конечно, это всё только мысли в моей голове. В реальности я не скажу это Марку. Не хочу делать первые шаги. Слишком я на него обижена. Пусть он сам.

И на следующий день в обед случается то, чего я ждала и то, о чём я в итоге страшно пожалела.

Глава 6. Марк

Время идёт, а Вероника никак не поддаётся. Что за упрямая девушка? Хотел с ней договориться, предложил деньги, а она в отказ. Завалил её работой, а ей будто всё равно. Чего она хочет? Отец вернётся через два месяца, а у меня с ней не налажен контакт от слова совсем.

И надо же было папе выбрать именно её. Почему она? Неужели, он как-то разузнал, что я был влюблён в неё на втором курсе? Я никогда не рассказывал о ней. Не показывал её фотографий. Нет. Он не мог знать.

Помню, как впервые увидел Нику. Такая милая, маленькая будто школьница, а не студентка-второкурсница. Сидела на первой парте, зарывшись в свои лекции. Мне долго пришлось глушить в себе чувства. К сожалению, такая девушка как она, не моего поля ягода. И угораздило же меня влюбиться в простушку. Даже самому перед собой было стыдно. Вот уж правду говорят, чувства вспыхивают там, где не ждёшь. Хорошо, что тогда мне хватило ума не пойти дальше, а друзья-однокурсники вовремя пресекли моё глупое наваждение.

Может, я и не очень хорошо поступил с Вероникой, когда сначала позвал её на свидание, а потом отшил при всей группе. Но зато это окончательно её от меня отвернуло, так что мне было проще о ней забыть. К тому же, я быстро заполнил свою жизнь другими девушками, с которыми не стыдно выйти в свет.

А теперь отец не оставил мне выбора. Невероятно. Вероника. Как давно это было. Я уже другой человек. Я не хотел с ней ничего тогда и уж подавно ничего не хочу сейчас. Хотя вынужден признать, её кругленькие формы всё ещё выглядят привлекательно. Да и сама Вероника ухоженная. У неё красивая ровная кожа, длинные, блестящие волосы, белые зубки, изящные кисти рук, тонкие пальчики с аккуратным маникюром… М-да. Остановись, Трошин. Тебе это не нужно. Рядом с тобой должна стоять длинноногая брюнетка с идеальной фигурой, чтобы остальные мужики слюной исходили, а не эта маленькая мышка.

Но ради бизнеса я бы смог овладеть ей. Вероника родила бы мне наследника и исчезла. Но как же мне к ней подступиться?.. Есть только одна мысль, но Ника не должна ни о чём догадаться, иначе, провал.

В обед прошу Веронику принести мне чай в кабинет. Моя Золушка приходит вся запыхавшаяся. Мне кажется, она даже немного похудела. Она подходит к моему столу. Делаю вид, что просматриваю документы, но взгляд так и тянется к её облегающей юбочке. Хорошая была идея заставить её носить эту форму. В ней она как конфетка, которую хочется развернуть и съесть.

Она уже три недели так старается. Работает, не покладая рук. И я благодарю её за чай. Вообще, впервые за три недели говорю ей спасибо. Она аж в лице меняется, будто не ожидала. Отлично. Я её задобрил. К делу.

– Погоди минуту.

Она замирает, будто хотела сбежать, а я поймал её. На лбу у неё появляется капелька пота. Ника дует себе на грудь. Раньше я не замечал, что эта девчонка настолько сексуальная. Овладеть ей ради дела будет совсем несложно. Даже приятно.

– Я хочу с тобой поговорить. – Веду её к дивану.

Садимся вплотную друг к другу. Диван узкий. Ника закрывает колени руками. Стесняется меня.

– Вероника, мышонок, я был не прав, когда завалил тебя работой. Я так злился из-за твоего отказа. Ты ведь всегда мне нравилась…

Я не актёр, но стараюсь говорить правдоподобно.

– Всегда? – Смотрит на меня и так наивно хлопает ресницами. Глупая мышка. Так легко попалась в ловушку. Да. Сейчас она захлопнется, мышонок, и ты будешь моей уже сегодня. Шепчу ответ Нике на ушко:

– Всегда.

Она содрогается от мурашек и улыбается мне. Пора.

Притягиваю её к себе за воротник платья и жадно впиваюсь ей в губы. Она такая горячая. Мои руки блуждают по её телу, поглаживая её, бесстыдно лаская везде, где можно и где нельзя. И она мне позволяет. Возбуждение будоражит меня. Во мне будто вулкан взрывается. Хочу её здесь, в эту секунду. Я никогда в жизни никого так не хотел!

И тут она ни с того ни с сего отстраняется от меня. Будто мышь, которая что-то почуяла и отбежала в сторону, пока мышеловка ещё не захлопнулась.

– Ты чего, мышонок? – снова тянусь к ней, но она отворачивается и встаёт с дивана. – Ника? Что с тобой?

Ничего не понимаю. Всё же было отлично. И тут она меня огорошивает:

– Какая же ты свинья, Трошин! А я поверила тебе во второй раз!

Глаза у неё на мокром месте. Дышит часто и смотрит на меня с такой обидой. Как? Такое! Возможно? Как она поняла, что это игра? У меня ведь получилось. Чёрт, я всё ещё безумно её хочу! Как же меня злит эта ситуация! Что в голове у этих женщин? Ну видно же, что она тоже хочет. Зачем эти обиды?

– Видеть тебя не хочу! – кричит на меня. – Я уезжаю и плевать на всё!

А вот этого не потерплю. Отказ отказом, но неуважение к себе не выношу. Мало ли что она хочет! За нас уже всё решили. Мне надоели эти игры. Вероника моя законная жена. И она будет делать то, что я скажу!

Я прижимаю её к стене так, что у неё коленки начинают дрожать. Вот такую кротость я люблю. Сейчас в таком уязвимом состоянии она выглядит особенно привлекательно. Как же трудно сдерживать желание в этот момент. Говорю, не сдерживая злость:

– Ты моя. Законная. Жена. И никуда не уйдёшь. Поняла?!

Она робко кивает:

– П-поняла.

Отпускаю её, и она тут же вылетает из кабинета.

Мышка сбежала.

Но какое же странное ощущение внутри. Помимо злости и возбуждения есть что-то ещё.

Проходит час. Я всё ещё в кабинете, но не могу сосредоточиться на работе. Когда эмоции меня отпускают, я понимаю, что внутри засело чувство вины перед Вероникой. Почему я вбил себе в голову, что она не заслуживает уважения? Не могу поверить, но мне правда стыдно за то, что я сделал.

А ещё этот поцелуй, он свёл меня с ума. Пробудил глубинные чувства, которых я не ощущал раньше. Эта девчонка невероятно заводит, но она так не похожа на тех, с кем я привык быть. Да, когда-то она мне нравилась. А сейчас? Это безумие. Я не смогу построить с ней отношения. Только не с ней. Но мне так нужен мой бизнес!

Хотя, какая теперь разница? Она ни за что меня не простит. И не поверит мне больше. Всё стало только хуже. И что теперь делать?

Глава 7. Вероника

Я выбегаю из кабинета Марка. Внутри меня всё клокочет от обиды. Хочется послать всё куда подальше и уйти. Больше всего стыдно за себя. Как я могла поверить Трошину во второй раз? Неужели, он так сильно меня привлекает, что я готова вестись на его лживые речи снова и снова? Отношения с таким обманщиком я точно не смогу построить. Ладно. Я просто здесь работаю. За деньги. Накоплю приличную сумму и уйду.

А развод? Да плевать. В их же интересах, чтобы я не была членом семьи, если мы с Марком не будем парой. Отношений у меня всё равно ни с кем нет. Так что. Оставлю всё как есть.

Медленно возвращаюсь в свою комнату, чтобы оправиться. Я ложусь на кровать, подтянув коленки к груди, и обхватываю их руками. Из-за шкафа вылезает чёрная кошка. Она запрыгивает на кровать и ложится на подушку рядом с моей головой. Анечка сказала, эту кошку зовут Клеопатра. Её мягкая шёрстка приятно греет мою щёку, а вот на душе у меня холод. И кажется, меня уже ничто не спасёт.

Всю жизнь только набиваю шишки. Не везёт мне с мужчинами. Каждый раз я надеюсь на их искренность, а они меня только обманывают. Чем я заслужила такое отношение?

Мои размышления прерывает стук в дверь. Тук-тук-тук. Три удара. Ровно столько же ударов пропускает моё сердце. Первая мысль: это Марк хочет извиниться. С нашего разговора прошёл час. Может, остыл, наконец? Как бы я на него ни злилась, как бы ни была обижена, а подсознание выдаёт вот такие приколы. Оказывается, я жду, что он придёт ко мне и захочет загладить вину. До сих пор жду от него чего-то хорошего. Ну что за наивная натура? Сама от себя в шоке.

Я открываю, но в дверях стоит Сашка. Чувствую лёгкий укол разочарования из-за неоправданных ожиданий.

– Санечка, что-то случилось? – пропускаю её в комнату.

– Не знаю, что там у вас произошло, но Марк просил, чтобы ужин принесла ему я. И сказал, чтобы ты сегодня не приходила и не убиралась ни у него в кабинете, ни в комнате.

– Как странно. А что именно он сказал? Что не хочет меня видеть или что от работы освобождает?

Саша пожимает плечами.

– Я точно не знаю. Мне это передал Виктор Павлович, управляющий. Что ужин несу сама, а уборку вместо тебя делает Яна. Я сказала Виктору Павловичу, что сама тебя предупрежу. Вот я и пришла.

Саша садится на кровать и начинает гладить Клеопатру. Кошка всячески ласкается под её руками и урчит.

– Понятно, что ничего не понятно.

– Угу, – кивает Сашка. – Но знаешь, управляющий такой недовольный был, когда говорил об этом. Я подумала, ты что-то натворила, что Трошину не понравилось. Если завтра тебя на другую работу переведут, значит, так и есть.

– Прекрасно. – Я вздыхаю и начинаю дёргать ногой.

Меня до глубины души напрягает эта ситуация. Нервы на пределе. Я устала. Не могу определиться чего хочу. Вроде и остаться хочется, но и неспокойно мне тут. Марк всячески измывается. Даже не хочет извиниться, решил просто отодвинуть меня подальше, чтобы не видеть. Какой же трус.

Я понимаю, что так теперь будет всё время. Одни только нервы, пахать, как лошадь и находиться на одной территории с человеком, который то к тебе тянется, то отталкивает. Нет, я тут с ума сойду.

– Спасибо, что сама меня предупредила. Саш, мне нужно передохнуть.

– Конечно.

Саша оставляет меня одну. В телефонной книжке я нахожу контакт управляющей отеля, где работала моя мама. Набираю номер и интересуюсь, готовы ли они взять меня на работу. Мне говорят, что вакансия горничной у них всё ещё открыта, и я могу приезжать. Прекрасно. Пути отхода есть. Наверное, так будет лучше.

Я хочу остаться, но понимаю, что нервы дороже. Ладно, Трошин, сдаюсь. Ты победил. Я сломалась. Я и сама не хочу тебя видеть. Хочу и не хочу одновременно. Слишком это всё сложно. У меня в груди дыра и тебе её не залатать. Да ты и не хочешь.

Собираю вещи в сумку. Со вздохом пролистываю свой паспорт со свеженькой печатью. Каждый удар сердца разливается болью в груди. И сами собой начинают течь слёзы. Слабачка. Ну и пусть. Вызываю такси через приложение в телефоне и иду к выходу.

Не буду ничего откладывать. И объясняться с Трошиным я тоже не хочу. Думаю, он и сам всё поймёт. Он, конечно, свинья, но не дурак.

Быстро иду к выходу и не замечаю под ногами кота. Он взвизгивает на весь дом, когда я случайно наступаю ему на лапу. Гарфилд, блин! Теперь точно кто-то услышит. Развалился на пороге. И стыдно, и жалко.

– Прости, котик.

И этот рыжий глобус уходит, задрав хвост. Не хромает и ладно.

Выхожу на улицу, а там льёт, будто небо треснуло. Тучи заволокли солнце, так что на улице сразу потемнело. Достаю из сумки зонт, но он слабо спасает от косого дождя. Выхожу на дорогу у дома, чтобы встретить машину. Прохожу немного вперёд вдоль забора и заглядываю за поворот, на горизонте пока никого. Да и за стеной дождя толком ничего не видно. Иду обратно к воротам, куда вызвала такси.

– Вероника! Ты куда?

Замираю на дороге и оборачиваюсь. Ко мне бежит Сашка. Без зонта под этим жутким ливнем. Да. Некрасиво я ушла по-английски. Но хотелось без суеты, без сложных прощаний. Я бы позвонила ей потом, встретились бы.

Она останавливается под деревом у ворот. Нас разделяет метров пять.

– Я уезжаю, Саш. Не хочу здесь работать больше. Беги в дом. Я позвоню потом. – Кричу ей, а дождь глушит мои слова, так что сама и половины не слышу.

– Это из-за Марка? – доносится сквозь стену дождя. И ещё какой-то шум. Глухой, нарастающий. Из-за поворота.

Я быстро соображаю, что к чему. И не успеваю ничего ответить. Из-за поворота на большой скорости выруливает машина. По ушам бьёт сигнал гудка.

– Вероника, осторожно! – выкрикивает Сашка.

Я резко дёргаюсь в сторону, чтобы отскочить, но подворачиваю ногу и падаю. Следующая секунда растягивается, будто кто-то замедлил для меня время. Поднимаю голову, глаза слепит свет фар. Голова кружится. Наверное, я ударилась. Я понимаю, что сейчас всё закончится.