Хозяйка болот. Ведьма против нечисти

Лия Новикова

Хозяйка болот. Ведьма против нечисти

Пролог.

- Таислав, быстрее, не отставай! — русоволосый мальчик лет восьми бежал вдоль длинных рядов торговых лавок и то и дело оборачивался — Сейчас все леденцы без нас раскупят!

- Подожди, Даромир! — кричал ему второй мальчик, который был немного младше, чуть ниже ростом, а оттого не поспевал за своим старшим другом — Ты очень быстро бежишь!

Мальчишки всё-таки успели в лавку за леденцами, буквально последние ухватили, и теперь неспешно шли назад, с интересом поглядывая на людей, снующих по торговым рядам, с кем-то даже здоровались, прислушивались к звучащим вокруг разговорам. Хотя, все разговоры были примерно одинаковы: покупатели либо о цене с торговцами спорили, либо обсуждали между собой войну, что вот уже не первый год княжества Шестиречья вели с Северными народами — виричами. Впрочем, для детей, которым и десяти лет не было, все эти разговоры были совершенно неинтересны. И о войне, что была где-то далеко-далеко, они почти не задумывались. Их волновало другое: успеть купить леденцы, да вернуться по домам, пока родители их отсутствия не заметили и не заругали.

В какой-то момент на базаре стало тихо, очень тихо. Мгновенно прекратились все разговоры. Люди, что ещё совсем недавно ходили и товар присматривали, быстренько в сторону выхода направились, и даже некоторые торговцы принялись поспешно товары с витрин убирать. Мальчики поначалу и не поняли, с чего вдруг такие перемены, а потом, обернувшись, заметили дряхлую и сгорбленную старуху, что медленно плелась между торговыми рядами, опираясь на деревянную палку.

- Ведьма болотная! — послышался откуда-то едва слышный шёпот — Ведьма!

А старуха всё шла вперёд, своим присутствием нагоняя настоящий ужас на оставшихся торговцев и просто зазевавшихся покупателей. Одета она была в грязные лохмотья, её седые и растрёпанные волосы некрасиво свисали с головы, глаза ведьмы казались почти полностью белыми, как у слепых, образ дополняли глубокие морщины на лице и скрюченные пальцы с грязными длинными ногтями.

- Какая она старая и некрасивая — само собой вырвалось у старшего мальчика. Его друг, что помладше, встал у него за спиной и согласно кивнул. И, почувствовав такую молчаливую поддержку, мальчишка тихо добавил — Ещё и страшная, к тому же.

А дальше произошло что-то странное. Ведьма болот, что ещё совсем недавно находилась в противоположном конце торгового ряда, мгновенно оказалась перед мальчиками, угрожающе склонилась над ними и противно захихикала.

- Значит, говоришь, я страшная? — потребовала она ответа своим скрипучим голосом, при этом продолжая улыбаться и обнажая свои почерневшие передние зубы. Мальчик лишь испуганно сглотнул, не зная, что ответить. Ведьма на секунду прикрыла глаза, и было видно, как её зрачки быстро-бегают туда-сюда под закрытыми веками, а когда вновь глаза приоткрыла, задала новый вопрос — Как тебя зовут?

- Даромир — тихо ответил ребёнок.

- Даромир — задумчиво повторила старуха — Не ты ли сын местного князя? — спросила она, а когда мальчик неуверенно кивнул, ведьма вновь засмеялась — Значит, моё тело для тебя страшное, Даромир? Страшное?! — и склонилась к лицу ребёнка ещё ниже — Когда-нибудь, через много лет, когда ты станешь совсем взрослым мужчиной, и настанет тебе пора жениться… ты, конечно же, женишься… на этом самом теле! Которое ты сейчас назвал старым, некрасивым и страшным!

Снова противный старческий смех. И непонятно откуда поднявшийся сильный ветер. Даромир резко зажмурился от страха. Но смех болотной ведьмы быстро затих, и мальчик открыл глаза, оглянулся по сторонам. Старухи видно нигде не было, только его младший друг Таислав стоял рядом и смотрел снизу вверх испуганным взглядом, а потом прошептал:

- Она сказала, что когда ты вырастешь, ты на ней женишься!

- Никогда! — уверенно заявил Даромир и снова по сторонам оглянулся, высматривая, не стоит ли ведьма где-то рядом. Но старуха, и правда, как в воздухе растворилась. Мальчик немного облегчённо выдохнул и сказал другу — Пойдём домой, нас родители уже потеряли.

Даромир и Таислав бежали домой, сопровождаемые сочувственными взглядами случайных свидетелей их разговора с болотной ведьмой. А сплетни о том, что наследнику князя предстоит жениться на старой ведьме, ещё много лет подряд гуляли по городу и всем ближайшим сёлам.

Глава 1. Вечная жизнь хозяйки болот.

Боль. Тупая и непрекращающаяся боль во всём теле. Именно она и вырвала Злату из спокойного забытия, заставив её глухо застонать. На большее её сил не хватило, даже глаза открыть сил не было. И девушка продолжала лежать, дожидаясь, когда же пройдёт очередной приступ боли и слабости, чтобы она смогла если и не на ноги подняться, то хотя бы сесть. А пока этого не произошло, Злата неподвижно лежала и вспоминала. Вспоминала всю свою жизнь, которая в одно мгновение разделилась на до и после.

Ещё какие-то полгода назад Злата Гордеева была одной из лучших студенток аграрной академии в своём родном городе, училась на ветеринара, мечтала о том дне, когда она сможет, наконец, работать по профессии. Но вся прежняя жизнь оборвалась в одно мгновение. Во время сессии на очередном экзамене девушке стало плохо, она потеряла сознание. В себя пришла уже в больнице, где в скором времени ей поставили страшный диагноз — рак.

- Опухоль неоперабельна. И заметили очень поздно — развели руками врачи. Оставалась крохотная надежда на химиотерапию. Очередной курс которой Злата сейчас и проходила. Но после каждого курса приёма сильнодействующих лекарств девушка чувствовала себя просто ужасно. Казалось, что она собрала абсолютно все побочные эффекты, которые только могут быть при химиотерапии: и тошнота, и боль, и бесконечная слабость, и не спадающая температура, появились проблемы с сердцем и с дыханием. На такую мелочь, как выпадение волос, девушка уже даже внимания не обращала. А на её жалобы по общему состоянию врачи отвечали, что так и должно быть.

Злата не знала, сколько она так пролежала, с закрытыми глазами, но через какое-то время ей стало немного полегче. Она с трудом села и только тогда глаза открыла, пару раз моргнула, чуть тряхнула головой, после чего прохладные ладони ко лбу приложила, пытаясь избавиться от в миг появившегося головокружения. И снова осмотрела непривычную обстановку.

- И что это значит? — еле слышно произнесла девушка. Она точно знала, что после приёма лекарств она легла на кровать в своей комнате в родительской квартире. Но то помещение, которое она видела сейчас перед собой, её комнатой точно не было.

Какое-то непонятное помещение. Стены, полы, потолки — всё это из дерева. С противоположного конца комнатки небольшое окошко, в котором, кажется, даже стекла не было. Небольшой деревянный столик, деревянный табурет, настоящая печка из серого камня, какие-то сундуки в углу. И всё это покрыто огромным слоем пыли. Опустив взгляд, Злата поняла, что сидит на деревянной кровати, застеленной жёстким матрасом и брошенной сверху шкурой какого-то животного. И надето на ней что-то непонятное: вместо привычной домашней пижамы длинный грязно-серый балахон.

Помедлив ещё немного, девушка, немного пошатываясь, всё же поднялась на ноги, пошла в сторону окна, но тут заметила приоткрытую дверцу. Вновь покачнулась и пошла уже к двери, приоткрыла… в лицо сразу же ударил яркий солнечный свет, а Злата поняла, что за дверью… лес?

- Я как тут оказалась? — ещё больше растерявшись, пробормотала она — Или мне всё это снится?

На улице, справа от двери, стояла деревянная бочка, доверху наполненная водой. Девушка шагнула к ней, чтобы умыться, глаза нормально промыть… и только в этот момент своё отражение в воде увидела…

Её громкий крик был слышен, наверное, по всему окружающему лесу… Из отражения на Злату смотрела совершенно седая и покрытая морщинами старуха. Мгновение спустя девушка снова упала на землю, лишившись чувств.

Злата видела сон.

Почему-то, пребывая во сне, она отчётливо понимала, что происходящее ей только снится. Она в теле какой-то женщины. И она бежит прочь из деревни, а за ней бегут другие люди, что-то кричат ей во след, в чём-то обвиняют, некоторые бросают в неё палки и камни. А сама женщина убегает в сторону леса, мечтая только об одном: спастись от этой толпы, что жаждет разорвать её на куски.

И, кажется, женщине удаётся скрыться. Злата видит, как та долго-долго блуждает по лесу, изнемогая от жажды и голода, как постепенно теряет остатки сил. В какой-то момент обессиленная женщина оступается и скатывается вниз с пригорка, проваливаясь в болото. Барахтается, пытается выбраться. Наконец, ей это удаётся. И вот она лежит на берегу, вся мокрая, покрытая грязью и тиной. Приходит понимание, что выжить одной в лесу у неё уже вряд ли получится. И внутри начинает проявляться жгучая ненависть, направленная на всех жителей её деревни, что так жестоко поступили с ней, просто так, ни за что. Просто потому что кому-то пришло в голову обвинить её в колдовстве, а остальные поверили и решили изгнать, а ещё лучше убить «ведьму». Постепенно ненависть переходит с жителей её деревни на вообще всех людей…

- Жалко её — вдруг прозвучал над ухом женщины незнакомый девичий голосок, но у женщины не осталось сил даже голову поднять и взглянуть на говорившую — Бедняжка. Может, поможем ей?

- Поможем? — хмыкнул рядом ещё один незнакомый женский голос — Ты слишком добра, Жива. Хотя, чего ещё ждать от Богини природы? Ты же видишь, о чём думает эта человечка. Она желает смерти всем людям. Ты хочешь осуществить её мечту и уничтожить всех людей? Не думаю, что другие Боги нам это простят. Если только Чернобог тебе спасибо скажет.

- Ты, права, Мара, ещё как права — вздохнул первый голос — Но ведь она умирает. А я могу даровать ей силу, что поможет ей выжить здесь, на болотах, подальше ото всех остальных людей, которых она так ненавидит — и задорно рассмеялась — Да, я так и сделаю.

Даже Злата в своём странном сне почувствовала, как после этих слов тело женщины стало наполняться здоровьем и силой. Она нерешительно пошевелилась, а потом и села, голову приподняла, благоговейно взирая на двух невероятной красоты девушек.

Одна яркая и светлая, даже словно светящаяся изнутри, Богиня природы Жива. А вторая — её полная противоположность, холодная и отстранённая хозяйка подземного мира, Богиня тьмы Мара.

- Ох, опять я силу не рассчитала. Кажется, я даровала этой человечке вечную жизнь — немного виновато покачала головой Жива и на Мару взгляд бросила — Подсобишь мне?

- Как? — недовольно поморщилась та — Полностью исправить твои чудачества я всё равно не могу, разве только… — и коварно улыбнулась — Ну вот. И исправлять ничего не пришлось, стоило лишь немного дополнить твой дар этой несчастной моим — и прямо на женщину посмотрела, что та даже внутренне вздрогнула от пристального взгляда Богини тьмы — Слушай меня внимательно, человечка… Жители твоей деревни назвали тебя ведьмой и прогнали прочь? Ну что же, теперь ты, и правда, стала той самой ведьмой, которую следует уважать и бояться. Отныне ты обладаешь огромной силой, способной насылать и исцелять хвори, влиять на погоду и урожаи, даже с нечистью ты можешь управляться. Теперь ты полноправная хозяйка этих болот. Но всё же ты всего лишь смертная… Смертная в бессмертном теле. Когда-нибудь твоей душе придёт срок покинуть мир живых и это тело. Ты умрёшь, а в тело ведьмы заселится другая душа, которая станет новой хозяйкой болот. И это будет продолжаться ещё долго-долго, века, а может, и тысячелетия.

Женщина продолжала испуганно взирать на Богиню тьмы, не смея и слова вымолвить. А Мара вновь усмехнулась.

- Есть ещё кое-что, человечка — добавила она — Сейчас в тебе слишком много ненависти к людям. На твоей новообретённой силе это никак не отразится, а вот на внешности…

- Жестоко это, Мара — неодобрительно вставила своё слово Богиня природы — Разве можно так?

- А почему бы и нет? — хмыкнула Богиня тьмы — По-моему, это замечательная идея. Если созданная нами ведьма будет к другим людям хорошо относиться и помогать им, то быть ей молодой и красивой. А если в душе её поселится много злобы и ненависти… — и вновь быстрый выразительный взгляд на женщину — То быть ей старой и страшной.

Сказав всё, что намеревалась, Мара рассмеялась, но от её смеха кровь в жилах начинала леденеть. Силуэт Богини тьмы медленно рассеялся в воздухе, оставляя после себя лишь отголоски пугающего хохота. А Жива ещё немного постояла, с искренней жалостью глядя на сидящую на берегу лесного болота женщину, потом сокрушённо покачала головой и тоже исчезла.

Обернувшись по сторонам и больше никого не увидев, женщина нерешительно на ноги поднялась. Она ещё не до конца осознавала, что же сейчас произошло. Ей почудилось, что Богини Мара и Жива её какой-то силой одарили, или же это было на самом деле? Ещё раз обернувшись, женщина увидела своё отражение в стоячей воде…

- Нет! Нет! — воскликнула она громко, вновь падая на колени и испуганно разглядывая водную поверхность. В голове снова зазвучал пугающий смех Богини Мары, женщина зажмурилась и уши ладонями зажала… из отражения на неё смотрела дряхлая старуха… точно такую же старуху видела в своём отражении и Злата.

- Нет! — повторила она вслед за женщиной из своего сна и резко села, судорожно оглядываясь. Девушка всё также сидела возле небольшого домика, стоящего посередине дремучего леса.

- Так это всё на самом деле? — пробормотала она и на ноги поднялась, мысленно отмечая, что слабость, которую она испытывала совсем недавно, волшебным образом куда-то исчезла. Вновь к деревянной бочке с водой кинулась и сама себе ответила — На самом деле.

Из отражения на Злату по-прежнему смотрела седая старуха. Сгорбленная, с глубокими морщинами на лице, с торчащими бородавками на носу и подбородке, со скрюченными пальцами на руках. Девушка с ужасом руки свои разглядывала, подмечая и длинные кривые ногти, и выступающие синие вены под зеленоватой кожей, а сама вспоминала сон, который видела только что, пока в беспамятстве лежала. Две Богини наделили неведомой силой женщину, создали ведьму, а душа в теле этой ведьмы время от времени меняется.

- Я умерла и стала новой ведьмой? — пробормотала Злата, а потом добавила — Или же, что более вероятно, сошла с ума от бесконечного приёма своих лекарств. Ну конечно, у меня галлюцинации!

- А что такое галифинации? — прозвучал совсем рядом чей-то незнакомый голос, ужасно коверкая последнее слово. Злата заозиралась по сторонам, только вокруг никого не увидела, а на вопрос ответила машинально.

- Гал-лю-ци-на-ции — повторила она слово по слогам — Это когда ты видишь то, чего в реальности нет.

- Аааааа — глубокомысленно протянул голос — Понятно. Да ты не туда смотришь! К двери повернись… мне же дом нельзя покидать. Голову-то вниз опусти. Ещё ниже нагнись!

Злата опустила взгляд к полу и изумлённо моргнула. На пороге у входа в деревянный домик стоял совсем маленький человечек с огромной копной спутанных светлых волос на голове, а ростом он девушке даже до колен не доставал. Хотя, это точно был не ребёнок, на лицо маленький человечек был скорее старичком. Гном?

- Ты кто ещё такой? — недоумённо переспросила Злата.

- Пахом я — кивнул человечек — Домовой тутошний — а потом глянул настороженно и тихо уточнил — Ты выгнать меня собираешься?

- Что? Почему? — не поняла девушка.

- Не знаю — пожал домовой своими маленькими плечиками — Каждая новая хозяйка болот новые порядки в своём доме заводит. Вот твоя предшественница, Заряна, разрешала мне в доме жить, и та ведьма, что до неё была, Лияда, тоже мне в доме жить позволяла. А вот до Лияды болотной ведьмой была Фёкла — домовой издал тяжкий вздох — Так она меня даже на порог не пускала. А я ведь домовой, без дома я долго не проживу — тут же махнул в сторону своей маленькой ручкой — Но мне тогда повезло. Фёкла всего-то сорок лет в теле хозяйки болот прожила, и я, с разрешения Лияды, смог в дом вернуться.

Злата всё продолжала недоверчиво на человечка поглядывать. Домовой! Самый настоящий! Для которого сорок лет — это совсем недолго…

- Значит, я теперь новая ведьма и хозяйка болот? — уточнила девушка.

- Конечно — заверил маленький человечек — Самая настоящая ведьма. Ты ведь в своей прошлой жизни умерла? — и сам же себе ответил — Конечно, умерла. Иначе твоя душа не смогла бы переселиться в тело болотной ведьмы. Но поскольку умерла ты раньше положенного срока, тебе выпал шанс на новую жизнь.

- В теле старухи?! — не удержалась от вопроса Злата, вновь с отвращением глянув на свои руки со скрюченными пальцами.

- Ну и что такого? — фыркнул домовёнок — Выглядит тело, конечно, не очень, но оно и не умирает. И потом… в прежней своей жизни ты ведь молодой была, правда?

- Правда — не стала скрывать девушка, а точнее, уже старенькая бабушка.

- И всё равно, не смотря на молодость своего прежнего тела, ты умерла. А в теле такой старухи ты и сотню лет прожить сможешь! Знаешь, все предыдущие ведьмы молодыми умирали. И, оказавшись в теле старухи, тоже по первости очень из-за этого переживали, но потом ничего, мирились… и ты смиришься. Тебя, кстати, звать-то как, новая хозяйка?

- Злата я — ответила, как отмахнулась, а сама свой вопрос задала — Я сейчас сон видела, так в нём Богиня Мара говорила, что если ведьма будет людям помогать, то быть ей молодой и красивой…

- Ты о воспоминаниях ведьминого тела? — перебил Пахом — Ну да, предыдущие ведьмы мне тоже рассказывали о том, что ведьму создали Богини Мара и Жива — покивал согласно — Да, они Богини сильные. И не такое могут… Но, понимаешь, за всё то время, что я в этом домике живу, сменилось уже шесть ведьм — глянул на Злату с лёгким сочувствием — Но ни одна из них так и не смогла обрести облик юной девушки. Оляна, первая болотная ведьма, с которой я познакомился и при которой начал жить в этом доме, говаривала, что Мара - Богиня зла и тьмы, а потому она лишь дала ведьмам ложную надежду на возвращение молодости, тогда как на самом деле… — домовой фразу не закончил, помолчал немного и вновь уточнил — Так мне в доме-то остаться можно?

- Можно — вздохнула Злата, в который раз медленно подошла к бочке с водой и вновь обречённо вгляделась в своё отражение, мысленно смиряясь со своей новой судьбой.

«Наверное, куда лучше много лет прожить в теле вполне здоровой старухи — успокаивала себя девушка — Чем просто умереть от рака в двадцать лет».

- Чего ты там всё разглядываешь? — окликнул новую хозяйку домовой — Пойдём лучше в дом. Я печку затоплю и чай травяной тебе сделаю.

- Пойдём — обречённо кивнула Злата.

Глава 2. Жители Темнограда.

Пахом носился по маленькой комнатке с невероятной скоростью. Вот он только что у печки стоял, а в следующий миг оказывался возле стола, на котором внезапно, словно сама по себе, появилась миленькая кружевная скатерть. Ещё секунда, и домовой вовсе исчез из виду, а на печке материализовался небольшой котелок с водой.

Злата только недоверчиво ресницами хлопала, глядя на всё это волшебство. Нерешительно подошла к столику, присела на единственный стул, оглянулась.

- Пахом, а ты где? — позвала она.

- Да здесь я — домовой тут же оказался у стола — Куда же я из дома-то денусь?

- А ты сам чай пить будешь?

- А можно? — человечек на Злату посмотрел со смесью недоверия и надежды.

- Конечно — кивнула девушка, и с другой стороны стола ещё один деревянный табурет появился, а Пахом ловко и быстро на него вскарабкался.

- Да… — протянул он довольно — Наверное, ты станешь моей самой любимой ведьмой. Для остальных-то я просто слугой был, а ты вон как, за стол меня позвала — и посмотрел очень серьёзно — Когда я в следующий раз кого из Богов случайно встречу, буду просить их, чтобы жизнь тебе продлили.

- Спасибо — пробормотала Злата в ответ, а потом вновь на свои скрюченные пальцы покосилась, поморщилась. Нужна ли ей такая жизнь?

Домовой сидеть просто так, вероятно, не привык. Он крутился и вертелся во все стороны на своём табурете и в какой-то момент опять исчез. И Злате вновь довелось за волшебством понаблюдать: котелок с кипящей водой тоже как в воздухе растворился, зато на столе появились две глиняные чашки с ароматным напитком. И домовой в тот же миг тут как тут, материализовался на своём табурете, чашку к себе придвинул, с блаженным видом вдохнул исходящий аромат… и его чашка в секунду оказалась совершенной пустой, будто чая в ней и вовсе не было.

- А ты что не пьёшь? — поднял он голову.

- Я так быстро, как ты, не умею — только и смогла пробормотать Злата и пригубила немного горячего чая, который на вкус оказался невероятно вкусным.

- Аааа — покивал домовой — Я уж было испугался, что тебе мой чай не понравился.

- Очень понравился — заверила девушка, сделав ещё один глоточек — К нему бы ещё чего-то вкусненького, печенье там, или конфеты — и поспешно добавила, чтобы домового не обидеть, а то мало ли — Но и так очень-очень вкусно.

Человечек довольно и немного снисходительно кивнул.

- Я же знал, что тебе понравится. А что касаемо печенья… — махнул своей маленькой ручкой в сторону одного из сундуков — У Заряны, как я помню, несколько монеток оставались, а в ближайшем городе сегодня как раз базарный день. Сходи и купи что-нибудь. Заодно на Темноград посмотришь.

- Темноград?

- Ага. Так ближайший город называется.

- И ты меня туда, конечно же, не проводишь? — на всякий случай уточнила Злата.

- Ты что? Я же домовой — завёл свою уже привычную речь Пахом — Домовой в доме должен всегда быть…

- А как я до города доберусь? Я же дороги-то не знаю — развела руками новоиспечённая ведьма и на оконце кивнула — Тут во всей округе лес густой, и никакого города не видно.

- Ой, беду нашла — отмахнулся домовой, снова на мгновение исчез, появился возле сундука, что в самом-самом дальнем углу стоял, крышку приоткрыл и вытащил оттуда… лапти? — Надевай! И иди!

Злата только сейчас покосилась на свои ноги, на которых не было никакой обуви, только ступни были обмотаны какой-то грубой тканью.

- Спасибо, конечно. Лапти я надену, но всё равно, что в обуви, что без неё, дорогу до города сама я вряд ли отыщу.

- Ты что, правда, не видишь? — переспросил Пахом, ещё раз бросив внимательный взгляд на лапти — Это же лапти-самоходы. Выйдешь сейчас во двор, скажешь им, куда тебе надо, и они сами тебя проводят. Ведёшь ты себя странно… как и не ведьма совсем — лапти на пол положил, закрыл крышку сундука — Хотя, ты ведь ведьма только первый день. И раньше, наверное, жила где-нибудь на юге Шестиречья, там, я слышал, в больших городах колдовать вообще запрещают — сказав это, человечек вновь растворился в воздухе, а лапти мгновенно перенеслись поближе к Злате, да так и остановились возле её ног. А на столе вдруг появился совсем маленький мешочек с позвякивающими в нём монетками.

- Мда… весёленькое местечко — пробормотала девушка, мешочек в карман припрятала, лапти с пола подняла, в руках покрутила. А потом, кряхтя и вздыхая, всё же наклоняться в новом теле было тяжеловато, кое-как надела на себя столь странную обновку. Попереминалась немного с ноги на ногу, а потом и на улицу вышла, ещё раз на свои лапти неуверенно покосилась.

- Мне нужно в Темноград — произнесла громко и отчётливо. И даже тихо вскрикнула, когда почувствовала, что её ноги сами по себе потопали куда-то в сторону густого леса. Впрочем, к странному ощущению, что кто-то другой за тебя ноги поднимает и переставляет, Злата быстро привыкла.

Дорога по лесу — то ещё удовольствие. То тут, то там валялись сухие поломанные деревья, через которые нужно было перешагивать, колючие кустарники, огромные каменные валуны, на пути и болота с квакающими там лягушками встречались, болота приходилось обходить. И дикие звери по лесу бегали. Огромный волчара выскочил из-за ближайшего кустарника буквально перед носом у Златы. Но испугаться девушка толком не успела. Зверь… поклонился? И побежал дальше по своим делам.

По ощущениям, дорога заняла где-то час или около того. И вот, наконец, Злата вышла на самую настоящую тропинку! Ещё немного, и девушка оказалась на вершине небольшого пригорка, а с него открывался невероятно красивый вид: огромная поляна, протекающая через неё речка, а в центре этой поляны…