Всё решит танец. Часть 1

– Ра-а-а-з-з… (опуститься, коснуться грудью ровно подстриженной травы)… Два-а-а… (так же медленно, плавно выпрямить руки, возвращаясь в исходное положение)…

Алекс объяснял, что это упражнение отлично тренирует выносливость. Девочкам, конечно, разрешалось сделать столько, сколько они могут, а вот парням пощады не было. Тот, кто спешил, опережая счет, незамедлительно получал короткую струю воды из пистолета промеж голых лопаток.

– Я не говорил «раз»!

Это веселило и бодрило. «Провинившиеся» каждый раз вздрагивали от неожиданности, покорно пытались отжаться положенное количество раз и выстанывали измученное «ненави-ижу-у-у», обращенное к педагогу.

Арсению казалось, что сделать это медленно просто нереально. Руки дрожали, не разгибались, мышцы вибрировали и отказывались поднимать тело вверх. Только рывком, не иначе. Он всегда считал себя сильным, спортивным и выносливым, способным одним ударом размазать обидчика по полу. Миф развеялся мгновенно.

Еще и Алекс подстегивал:

– Давай-давай, не жалей себя! Я знаю, ты можешь! Пройдешь в состав – будешь благодарен за подготовку.

Впрочем, другие преподаватели издевались так же. В доказательство, что все это сделать очень даже реально, они наравне с танцорами отжимались, бегали по пляжу и боролись с волнами. И неизменно прибегали первыми, обгоняли в море и после всех упражнений не лежали прямо на пляже, страдальчески взирая на редкие утренние облачка.

– Ты видел, как Алекс всех обогнал?

Камилла приземлилась на мокрый песок, пытаясь отдышаться после бега с препятствиями. Ее спортивные ярко-розовые шорты мгновенно испачкались, но ей уже было все равно.

– Ага, дает фору каждому, – восхищенно проговорил Арсений, оглядываясь на Алекса, который командирским тоном подгонял отстающих, и опустился рядом.

– Мы тут без сил, а он как будто на прогулку вышел.

– Так это же его метод! – заметил Арсений. – Ничего удивительного. Сам себя выдрессировал, теперь над нами издевается.

До них донесся громкий голос Алекса:

– Отдохнули? Встали, приготовились! Еще пять минут! Держимся.

Арсений нехотя поднялся, стряхнул со своих шорт песок и подал руку Камилле, помогая ей встать.

– Мы готовы, Алекс!

Танцоры знали, что система продумана до идеала. Благодаря ей балет ежегодно пополняют первоклассные танцоры. Поэтому вздыхали, стискивали зубы, запирая мат внутри, и делали, делали, делали, обещая себе, что если не попадут в главный состав балета, то на следующий год обязательно приедут в этот лагерь снова.

А еще их подстегивала конкуренция – другие студии ни на шаг не собирались отставать, стараясь хоть в чем-то победить лучшую столичную школу. Ветер соревнования сквозил даже здесь – на утренней зарядке.

День не делился на часы. Он заполнялся тренировками, распадаясь на ритмы. Восемь счетов, еще раз, и еще раз, пока мышцы не начнут двигаться сами – без команды, на автомате. В танцзалах пахло деревянным стертым полом, пот струился по лопаткам, а зеркала дрожали от звука басов в колонках.

Массовые мастер-классы от педагогов, на улице и в залах, каждый раз превращались в концертное шоу – те же энергия, амбиции и кач. Самым приятным в этом было то, что выученные связки лагерь танцевал самым полным составом, не разделяясь по группам и возрасту. Со стороны это выглядело флешмобом. Но только они знали, сколько сотен повторений стоит за этой зрелищностью.

А настоящие флешмобы устраивались уже вне лагеря, когда танцоров просвещали болгарскими окрестностями. Тогда, выбрав какую-нибудь многолюдную площадь города, они врубали стильный трек через принесенную с собой портативную колонку, и устраивали мини-концерт перед удивленной публикой.

– Смотри! Смотри! – смартфоны тянулись вверх, оживленно снимая синхронно танцующую толпу.

Туристы и местные жители подтягивались ближе.

Три минуты флешмоба, музыка стихала, и танцоры разбредались в разные стороны, словно и не вместе.

Вне тренировок танцоры проводили время на корте, играя банально в футбол, обеспечивали южный загар у моря, заводили романы и соревновались в лагерных приколах, известных не один десяток лет.

Ребята из старшей группы, хотя и старались снисходительно показать всем, что они взрослые и серьезные, но так же по ночам закутывались в тонкие казенные одеяла и рассказывали друг другу страшилки, ухохатываясь над собой. Да и кто их не рассказывал? И если уж все это называлось лагерем, территория которого больше походила на хороший отель, why not?2 – как любил говорить Арсений. Пусть им уже не 15 лет, и их номера больше напоминали студенческую общагу, а в экскурсионных поездках они на правах старших присматривали за более мелкими студийцами. И, возможно, некоторые из них на следующий год приедут сюда уже в качестве тренеров, но они позволяли себе быть детьми, не зависимо от возраста и обстоятельств.

Вот и сейчас ребята в очередной раз собирались воспроизвести старинный лагерный прикол. Развлечение предложил Дэн, которому уже успели дать новое имя – мистер N, намекая на его родной город Новгород. В ответ Дэн заявил, что тогда остальные в этой комнате – мистеры M, то есть москвичи. В тот же день на двери их общей комнаты появилась табличка из альбомного листа с небрежно выведенной черным маркером надписью M&N.

– К девчонкам пойдем? Пастой мазать, – Дэну хотелось повеселиться, а спать, наоборот, не хотелось.

Но ребята встретили его предложение без энтузиазма.

– Этим пусть двенадцатилетние занимаются, – Арсений сделал глоток из банки с любимой газировкой и закинул ноги на спинку кровати.

– А мы их опередим, – выпалил Дэн, вдруг сорвавшись с места, и они наперегонки с Темой под дружный смех оставшихся танцоров вылетели из комнаты.

На шум пришел тоже не спящий Алекс. Присел рядом, готовый рассказать парочку своих историй из гастрольно-концертной деятельности, коих у него было до бесконечности много. Он, вообще, любил поговорить.

Вредный напиток в руках Арсения от внимания тренера, естественно, не укрылся:

– Это у нас продают?

Арсений даже не пытался спрятать газировку.

– Это что ли? – он потряс банкой. – Не, сегодня когда в город ездили, купил…

– И решил выпить ночью, чтобы вес набрать наверняка, – укоризненно заметил Алекс, тем не менее улыбаясь.

– Ой, ладно, от одной-то банки… Я утром уже на зарядке все сгоню.

Арсений опять потряс банкой и заглянул внутрь, поворачивая ее к окну. При лунном свете на дне виднелась капля.

– Блин, как ее оттуда достать? Я же ее слышу! И вообще, – он, словно вспомнив что-то, отвлекся от своего занятия и повернулся к Алексу. – Как курить, так ни слова против, а как газировка – сразу грузить начал.

Алекс хмыкнул:

– Вообще-то против. Дыхалку надо беречь… Как застану с сигаретой – проведу полную лекцию о вреде курения для танцора. Но ты и сам все понимаешь, взрослый парень же. Вот вернусь в сентябре на гастроли, грузить уже некого будет – больше не педагог.

– Ты осенью в тур? – переспросил Данька. – Это уже точно?

Алекс кивнул:

– У вас Алина преподавать будет, мы с ней меняемся. И вот ей не показывайтесь с сигаретой, она даже нас отчитывает, мол, танцоры, где ваш здоровый образ жизни и далее по тексту… Но это ладно. Вот на гастролях нашему менеджеру нельзя с сигаретой попадаться вообще – штраф. С каждого! Вот так один попадется, а весь балет оштрафуют… Вы представляете, что балет с ним сделает потом?!

Ребята засмеялись, в красках представив месть балета.

– Такой стимул бросить, – улыбнулся Арсений.

– Действенный, – согласился Данька, переглянувшись с другом.

Тренер нехотя встал с кровати:

– В общем, парни, жду вас после отчетника у нас в составе. А я пошел… на звезды в море посмотрю.

– Алекс, мы тоже хотим, – засуетились ребята.

– Вам не положено…

– Ночь, волны, сонный пляж, романтика…. – мечтательно протянул Арсений.

Алекс покачал головой:

– Не, пацаны. Отбой есть отбой. Распорядок дня не нарушайте, не на курорте. Только не вздумайте сбегать, – предупредил он строго. – Мне же первому влетит. Не подводите брата-танцора.

У самой двери педагог задумался и повернулся к парням:

– Не хотите спать – в картишки перекиньтесь. У меня есть. Принести?

Ребята дружно помотали головами. Картишки у них были свои.

Глава 6

Утром Данька наотрез отказывался выползать из постели, не видя никакой прелести в очередной зарядке.

– Дань, вставай…

Арсений стоял возле его кровати с полотенцем на голом плече после душа и без энтузиазма привычно воспитывал друга. Его самого мучило единственное желание – рухнуть рядом и поспать еще немного.

– Дань…

– Ммм? – раздалось из-под одеяла невнятное мычание.

– Вставай, зарядка ждет.

– Чего я там не видел? – Данька откинул одеяло для притока свежего воздуха.

– Сейчас Алекс тебя ногами выпинает отсюда.

– Угу, хорошо, – Данька перевернулся на другой бок.

Арсений невольно позавидовал – дрыхнет, и ни стыда ни совести. Он потянул одеяло за край, пытаясь его сбросить на пол, но Данька держал крепко.

– Я не буду отмазывать тебя перед Алексом! – предпринял он последнюю попытку.

Угроза не подействовала.

– Иди… – Данька закутался в одеяло, устраиваясь поудобней.

– Ну, я пошел, – Арсений сделал шаг к двери.

– Пока, – друг снова начинал дремать.

– Даниэль!

– Да иду я, сейчас приду, – друг смачно зевнул, совершенно не собираясь вставать с кровати.

Когда танцоры уже возвращались с пляжа, вымотанные Алексом по полной программе, из корпуса показался Данька. Он неспешно направился к группе, засунув руки в карманы широченных спортивных штанов. Арсений ядовито захихикал, предвкушая комедию – Алекс такое без внимания не оставит.

– Выспался? – тон тренера был обманчиво равнодушным.

– Угу.

Данька довольно растянул губы в улыбке и даже не собирался оправдываться. Он, вообще, считал лагерную зарядку детским садом.

– Молодец, – похвалил Алекс. – Упор лежа.

– Алекс, ну ты чего так сразу? – лениво выгнул бровь Данька, не вынимая рук из карманов.

– Упор лежа! – в голос тренера добавились командирские нотки.

Данька вздохнул и под всеобщее ликование танцоров опустился на газон, принимаясь отжиматься.

***

Где искать Арсения, знали все – если его не было на пляже, у бассейна или на корте, значит оставалась одна дорога – в танцзал.

Первых три варианта Данька даже не стал рассматривать. Так и есть – Арсений в одних штанах, закатанных по колено, отрабатывал совсем свежую, недавно выученную связку по модерну. Из колонок орал первый попавшийся хип-хоп, служащий больше для фона, чем для ритма.

Данька молча прошел к сложенным в углу спортивным матам и присел, наблюдая за другом. Арсений, увидев его отражение в зеркалах, небрежно поднял с пола пульт, вырубая музыку, и повернулся к Даньке.

– Что нового? – тот покачал головой. – Альбинку не видел?

– Не-а, – почесал еще больше загорелую щеку друг. – А у вас с ней серьезно что ли?

– Ну так… на время лагеря… Сам понимаешь… – Арсений поправил раскатавшуюся штанину.

– Татуировку хочу, – вдруг брякнул Данька. – На плече… какую-нибудь… Приеду в Москву – сделаю.

– Зачем? – поперхнулся Арсений.

– Да просто… – пожал плечами друг.

– Обычно не просто делают. И долго думают, – заметил Арсений.

– Ну, это прикольно. Да я думал как-то, потом забыл, а теперь вот приспичило.

– Ну смотри, брат, не пожалей потом, – хохотнул Арсений, прислоняясь спиной к балетному станку. – А как у меня не хочешь?

Он тронул на груди серебряную цепочку с болтавшимся на ней плоским кулоном с непонятным рисунком и мелкой надписью на латыни.

– Амулет? Нет, не хочу. Неудобно, когда на шее что-то висит.

– Я даже танцую с ним, – возразил Арсений.

Данил задумчиво посмотрел на кулон.

– Родители подарили, да?

– Ага… Он удачу приносит и силы дает.

– Да я его помню – ты ж его таскаешь, не снимая. Но я хочу рисунок на теле. Короче, я так решил! – припечатал друг.

Арсений рассмеялся, отошел от станка, снова врубил музыкальный центр и продолжил оттачивать связку.

Данька скучающе наблюдал за ним, иногда поправляя:

– После поворота левая рука назад…

– Там один поворот или два? – уточнил Арсений.

– Не помню. Точно помню, что ноги потом во второй позиции.

– Это и я помню…

Повторив танец раза три, Арсений убавил громкость центра и подошел к матам, сгоняя с них Даньку.

– Хочу попробовать один прыжок… – он приволок на середину зала два высоких мата. – Помоги…

Вместе с Данькой они положили маты друг на друга.

Высчитав что-то для себя, Арсений подпрыгнул, виртуозно перевернулся в воздухе и, сгруппировавшись, приземлился на маты, упав на бок. Дыхание вмиг сбилось.

– Это не так уж и просто…

И Арсений снова подпрыгнул, на этот раз с короткого разбега.

– Где увидел? – друг наблюдал поодаль, готовый подстраховать, если понадобится.

– Нигде… В голове родился… Теперь осталось воплотить… – проговорил он, сползая с матов и пытаясь отдышаться.

Когда, наконец, Арсений смог исполнить прыжок без спортивных матов, пусть еще нечетко, но уже становясь на ноги, он позволил себе отдых. Выдохнул, довольный собой, вытер пот полотенцем, которое небрежно висело на балетном станке, и со словами «Пойду Альбинку поищу», вышел из зала.

Их он увидел сразу. Альбина лежала на горячем песке в ярком бикини и, смеясь, смотрела на Тёму. Тот, облокотившись на локоть, полулежал рядом и что-то увлеченно ей рассказывал. Рядом хихикала Камилла, то и дело хитро переглядываясь с Альбиной.

Арсений не обратил бы внимания – ну рядом, ну разговаривают, балет – это одна семья. «Все мы братья», – как сказал бы Алекс. Но то, с каким лукавством Альбина смотрела на Тёму, и как он, смущенно улыбаясь, говорил все более воодушевленно, рукой рисуя в воздухе образы, все это вдруг вызвало неоправданные опасения.

Арсений подошел ближе, остановился позади них на расстоянии, оставаясь незамеченным, и почувствовал, как, крадучись, настойчиво подбирается глупая ревность.

Альбина села, и Тёма сел тоже, вторя ей. Посмотрела на море – и он глянул в ту же сторону. Встала, стряхивая аккуратными пальчиками песок с плеча – Тёма встал следом, отзеркаливая ее жест. И все что-то говорил-говорил. Альбина кивала, иногда отвечала, а потом вдруг подалась вперед, чмокая Тёму в щеку. Его загорелые руки на мгновение обняли ее стройную загорелую талию, металлический браслет блеснул на солнце.

Арсений задохнулся от такой картины и подался вперед, стискивая зубы от злости, тут же пришедшей на смену ревности.

Девушка упорхнула с пляжа, так и не заметив своего бойфренда «на время лагеря». Камилла последовала за ней. А Тёма, проводив их задумчивым взглядом, повернулся и… глаза в глаза встретился со злым другом.

– Кхм, – кашлянул Арсений, подходя ближе. – И как ЭТО понимать?

Он сложил руки на груди, пытаясь все же не сорваться.

– Что? – искренне удивился Тёма. – Мы просто разговаривали.

– Я видел, – Арсений заиграл желваками, закипая.

– Князь, ты чего?

– Ты наивный или прикидываешься? – процедил Арсений. – Альбина моя девушка, что за поцелуйчики?

– Князь, да что с тобой, – расхохотался Тёма. – Это было на прощание. Просто дружеский жест. Не более.

– Тё-ма… – едва сдерживаясь, чтобы не наорать, по слогам проговорил Арсений.

– Да не нужна мне она, – не желая оправдываться, Тёма обошел Арсения и двинулся в сторону корта.

Потом вдруг обернулся и вполголоса заметил:

– И если уж на то пошло, она сама всем глазки строит.

– Что? – выдохнул Арсений, до боли сжимая кулаки.

– Ты бы получше следил за «своей девушкой»…

Договорить Тёме он не дал, сбив его с ног первым же ударом. Но тот ловко вскочил с песка, не собираясь оставлять такое без ответа. Драка завязалась мгновенно, так, что загорающие поодаль танцоры не сразу сообразили, что произошло.

Разняли их быстро. С матюками растащили в стороны и держали за руки, пока те не перестали вырываться и орать друг на друга.

Данька возник, как всегда, вовремя, заметив толпу танцоров, бегущих к месту потасовки. Еще бы – такое событие! В свою очередь обложил друзей семиэтажным и, крепко схватив Арсения за локоть, утащил подальше, выяснять причину.

От Алекса драка, естественно, не укрылась. Сам ли увидел, проболтался ли кто или Тёмкин синяк красноречиво все за всех сказал, но досталось от тренера обоим. Отчитав парней, Алекс загнал их на тренажеры. Одного – к штанге, другого – на беговую дорожку. Бросив напоследок, что если у кого-то много спеси и лишней энергии, то пусть оставят все это здесь.

С Тёмкой Арсений не разговаривал до вечера. А потом обида улеглась, стерлась, и Арсений извинился, понимая, что навалял другу, в общем-то, зря. За поставленный синяк было даже стыдно. И если б ни гад Данька, каждые полчаса подкалывающий друга по этому поводу, совесть бы проснулась не так скоро. Альбине по поводу того дружеского поцелуя он не сказал ни слова, сделав вид, что ничего не видел.

Зато когда закат был в самом движении покрасневшего солнца к горизонту, их снова дружная компания вместе сидела на пляже. Альбинка фотографировала закат, а Тёмка, спрятав синяк за солнечными очками, как ни в чем не бывало советовал ей, как взять выигрышный ракурс, хотя и держался на всякий случай на почтенном расстоянии, чтобы не злить друга. Арсений, наблюдая за такой картиной, едва сдерживал смех, да еще Данька пихал в бок и радостно кивал на «парочку», потешаясь.

– Эй, шпана! – к ним по песку шел Денис, уворачиваясь от мяча, который танцоры из средней группы гоняли прямо у него под ногами.

– Пацаны, у меня новость!

Он развернулся, сделал лихой финт, перехватывая мяч, и резвым ударом послал его обратно в компанию подростков.

– Устроили тут чемпионат, – и он снова повернулся к «своим».

– Что за новость?.. А шпана – мы или они? – танцоры забавлялись, смотря на наконец-таки дошедшего до цели Дениса.

– Да все! – Денис плюхнулся рядом на горячий песок. – Но смотрю на Тёмкин синяк и понимаю, что шпана, скорее, это вы.

– Новость, пацаны! – снова вскочил на ноги Денис, вспомнив. – Артурио третий!!!

– Что?!! Как?!! Откуда??? – танцоры вскочили следом.

– Он только что звонил с феста. Третье место! – Денис светился от радости.

– Вау, крассссавчик!!! – довольно похвалили танцоры, переглядываясь друг с другом.

– То есть теперь он не Барон и не Граф, а Артурио Третий? – пошутил Данька.

– А первое? Первое у кого, он сказал? – спросил Арсений.

– У какого-то четырнадцатилетнего пацана. Или из Нью-Йорка, или из Лондона, я не запомнил. Он так сумбурно говорил… Да неважно, наш-то третий!!!

Дениса переполняли эмоции.

– Э, какой-то малявка стал первым?!! – возмущенно воскликнул Данька.

– Ну Барон сказал, там реально заслужено, он всех разнес.

– Нормально?! Если Артурио танцует круто, то мне даже сложно представить, что творит тот пацан! – и Данька озадаченно почесал затылок.

– Первый раз Россию подпустили так близко к пьедесталу. Поверить не могу, – восхищенно проговорил Арсений и крикнул, привлекая внимание танцоров: – Эй, друзья! Наш Барон третий на фесте!

Те откликнулись мгновенно, подошли к парням и начали наперебой расспрашивать подробности, поздравляя их студию.

Было решено отметить бронзу какой-нибудь спонтанной вечеринкой, а еще позвонить Артурио и дружно всем лагерем проскандировать в трубку поздравление. Еще ни одна российская школа не попадала в тройку лидеров на этом конкурсе. Пусть не первое, но уже близко, почти победа. И каждый верил, что когда-нибудь именно он возьмет кубок фестиваля.

Глава 7

Последний день смены проходил шумно. Танцоры чувствовали, что лето заканчивается и грядет учеба по всем фронтам, поэтому отрывались от души. К концу отдыха отжимания давались все легче, морские волны покорились, а бегать по глубокому песку стало все равно, что по траве. Так что даже зарядка была в радость.

Тёма напоследок снимал лагерь на камеру, экспериментируя с ракурсами. Ловил танцоров и педагогов, брал короткое интервью, просил передать приветы или рассказать, что больше всего запомнилось.

– Скажи миру пару слов, войди в историю танца!

Никто не отказывал, наоборот, сами крутились возле главного оператора лагеря. Яркие и веселые, загорелые, подтянутые, с неизменными распальцовками и модными словечками танцоры счастливо махали в камеру.

– Передаю привет себе через пять лет! Надеюсь, я все еще в хип-хопе! – орал кто-то в камеру.

Девушки напоследок старательно строили глазки Тёме прямо через объектив и показывали сердечки. Он смеялся, отшучивался и заверял, что всех их любит.

– Тёмыч, сними меня с этого ракурса. Это моя лучшая рабочая сторона!

– Я тебя уже со всех сторон снял, потом выберешь самую-самую.

Выловил он и Даньку с Князем, которые тусовались вместе с Альбиной на ровно подстриженной лужайке возле корпуса. Долго упрашивать друзей подурачиться для кадра не пришлось.

– Эй, банда, камера-мотор! – крикнул он им еще издалека.

Данька лихо закрутил какую-то малопонятную хипхоп-связку, пока Арсений с Альбинкой радостно болтали каждый свое, пытаясь перекричать, и мило отпихивали друг друга от объектива. Под конец Арсений обнял девушку, практически повиснув на ее хрупких плечах, и толкнул такую воодушевленную речь, что камера в руках Тёмы мелко тряслась от его едва сдерживаемого хохота.

А потом было закрытие и выступления танцоров. Арсений с Данькой выдали парный хип-хоп, выученный накануне за вечер.

– Ну че, Князь, разносим зал или пощадим? – Данька натянул бейсболку пониже и приготовился шагнуть на сцену.

Арсений хлопнул его по плечу.

– Я разношу, ты прикрываешь. Идет?

Почти одного роста, друзья танцевали на равных, не затмевая друг друга и не уходя в тень.

Полшага назад, чтобы приковать внимание зрителей к мимолетному сольному импровизу друга, и снова поравняться, подхватывая танец. Спиной чувствовали движение друг друга, понимали полунамеками. Энергетика у них была разная, но смотрелись они в дуэте органично, одновременно и дополняя друг друга и привнося в танец каждый свое. Даже почти незаметная разница в подаче – у Даньки чуть резкая, у Арсения более мягкая, придавала своеобразную фишку их совместным выступлениям. Один уравновешивал другого, разбавляя своим азартом эмоции партнера.

Танцоры бойко поддерживали друг друга, реагируя на каждый эффектный выпад или поворот одобрительными возгласами. Арсений не преминул вставить в танец свой недавно придуманный прыжок и получил яркую реакцию зала – понравилось. Значит, стоило тогда так упорно отрабатывать спонтанно возникшее в голове движение.

Закончился день гавайской вечеринкой – с яркой одеждой, оттеняющей загорелые, а у кого и обгоревшие тела, с цветами на босоножках и в волосах девочек. Из всех тематических вечеринок эта была самой реальной в воплощении – даже не пришлось заморачиваться с костюмами.

– Я теперь официально бордовый, – сообщил кто-то из танцоров, указывая на свои обгоревшие плечи.

– Ты же мазался? – удивилась Альбина, проходя мимо.

– Не той стороной крема, видимо, – сразу же подколол Данька.

Арсений засмеялся и показал танцору ОК.

– Зато в тему – гавайский загар!

– Ты знаешь, как выглядит гавайский загар? – полюбопытствовала Альбина.