Истории села Гнилухино

Дина Еремина

Истории села Гнилухино

Добро пожаловать! (Но лучше не надо)

Добро пожаловать! (Но лучше не надо.)

Село Гнилухино расположено в глубокой яме. Отрыли его лопатой и тупой мотыжкой два брата-близнеца Антоний и Кирюша Гнилощёковы в давние времена. Земля под селом оказалась живая словно коровьи внутренности, толи от избытка болотных газов, толи оттого, что когда-то давно сюда упала звезда.

Звезда та, говорят со временем проросла в землю, как грибница, и что именно из неё и произрастает узнаваемая и любимая всеми гнилухинская архитектура.

Братья Гнилощёковы живы до сих пор, хотя уже не походят на людей. Антоний, однажды выпив воды из знаменитой дорожной дыры, больше не старел, зато каждую весну у него отпадали пальцы, а осенью отрастали новые — правда, часто в неподобающих старосте местах: то на самом кончике носа, то по центру лба. Кирюша же старел с ускорением, но умирать отказывался. Раз в десять лет он закапывался в навозную кучу, и вылезал из неё розовым младенцем, с глазами полными печали и памяти всех прожитых Кирюшей лет.

Однажды посетив Гнилухино, ты его больше не забудешь. Село никого не отпускает: прорастает картофельными глазками в желудке, подванивает сладким трупным ароматом изо рта, ложиться серым густым осадком на воспоминаниях, превращая память в мутную болотную жижу.

Из села уходят, убегают, уезжают на автобусах, улетают на крыльях, но всегда возвращаются. Никого не забывает родное село. Родился ли ты там, услышал ли о нём краем уха в маршрутке или где-то прочел. Селу не важно. Притянет, приманит, пришьет толстыми черными резиновыми жгутами к себе намертво.

Село Гнилухино растет. Каждую зиму его границы расширяются на метр двадцать, и однажды, глядишь, оно доберется и до тебя. Ты даже не заметишь, как начнешь просыпаться с землей под ногтями, как станешь находить в карманах шевелящийся зеленый мох, как начнешь бормотать под нос: «Пять, пять, пять…».

И в какой-то момент по ночам, ты станешь посещать ночные гнилухинские посиделки...

По вечерам гнилухинцы собираются у ржавого трактора на въезде и рассказывают друг другу истории, которые сами же и придумали. А потом смеются — долго, надрывно, пока из глаз не потекут густые черные слёзы. Если кто-то умрет от этого смеха — значит, вечер был удачный.