Тень зверя

- Лер..- шепнул он и наклонился, зарываясь лицом в мои волосы.

- Рустам, ну хватит!- раздраженно воскликнула я и отодвинулась от него, удивляясь такой наглости. Как же он надоел.

Парень глупо моргнул и встал напротив меня.

- Да что мне сделать?! На колени встать?..- горячо выпалил он и действительно опустился на колени. Взял меня за руки, целуя их. Я вырвалась и отошла в сторону.

- Перестань уже, пожалуйста.. - смотрела я на него, борясь с жалостью.- Мне пора домой. Не нужно провожать.- сказала я и двинулась в сторону выхода, не желая здесь больше находиться.

Однако другой мой одноклассник Глеб перегородил мне путь. Удивленно посмотрев на него, я вспомнила его недавнее смс с предложением увидеться.

Как же меня это все достало, что со мной не так? Другая бы на моем месте радовалась такому вниманию. Но сейчас тревога только больше разгоралась в душе, а руки начинали подрагивать.

- Рус, а давай на спор переплывем озеро? Кто последний, тот отваливает. - Глеб обратился к Рустаму, но смотрел на меня. Я в ужасе округлила глаза, открыла рот, но не успела ничего сказать.

- Погнали!- ответил Рустам и на ходу снял футболку.

Парни быстро подошли к озеру, которое было небольшим и, в принципе, неглубоким, но я понимала, что их нужно срочно остановить. Я побежала за ними и встала напротив, упираясь обеими руками им в грудь.

- Прекратите! С ума сошли? - кричала я, пытаясь образумить парней. - А вы чего молчите?! - обратилась я к остальным ребятам. Но те всего лишь улыбались, а парни синхронно и как-то зловеще рассмеялись, ловко увернулись от моих рук и прыгнули в воду. Все восторженно закричали, скандируя имя Рустама.

Только не это..

Я беспомощно смотрела на сражение мужских рук с волнами, и сердце вдруг замерло. Глеб неожиданно отстал и начал плыть обратно. Рустам же явно не замечал этого и упорно греб в сторону противоположного берега. Я щурилась и неотрывно смотрела на удаляющуюся плавающую голову, в то время как Глеб доплыл до берега и вылез, победно улыбаясь.

На мгновение я отвлеклась на Глеба, который закрыл мне обзор, но сразу же оттолкнула его и посмотрела на воду. Рустама не было. Просто нигде не было. Я громко позвала его, ребята сбежались и повторяли за мной. Кто-то прыгнул в воду и поплыл ему на помощь. Но безуспешно.. его нигде не было. Словно течение унесло, хотя вода была спокойной..

Позже я уже увидела машину скорой и полиции. Всех допрашивали, пока дайверы искали тело. Происходящее вокруг напоминало плохой триллер с быстрой концовкой. И это мерзкое чувство какого-то странного удовлетворения не давало покоя. Нечто темное внутри меня злорадствовало, насмехалось, снова доказывая свое превосходство. Ведь я знала, что сегодня кто-то умрет.

Через какое-то время нас отвезли домой, а глубокой ночью в общем чате пришло сообщение от старосты, что тело Рустама нашли.. Я проплакала всю ночь. Мне было очень жаль парня. А еще я злилась.. злилась на себя за то, что я какая-то неправильная. За то, что из-за меня такое происходит. Чувство вины сжигало изнутри, и я даже не хотела идти на похороны. Но совесть все же не позволила..

На церемонии было много людей. Я сидела на скамейке в десяти метрах, не в силах смотреть в глаза его близким. Смотрела себе под ноги и мысленно просила прощения у Рустама. Иногда встречалась взглядами с каким-то парнем. Он смотрел на меня не мигая и вообще производил не самое доброе впечатление. Наверняка он один из родственников Рустама, хотя на первый взгляд общих черт у них нет. Он смотрел на меня, презрительно прищурившись. И женщина, которая постоянно плакала, видимо мама Рустама тоже не скрывала своей ненависти ко мне. Уверена, они знали о симпатии Рустама. Я больше не могла выдерживать эти взгляды и это обжигающее чувство вины. Я просто сбежала оттуда.

Пока ехала домой, пыталась вспомнить, когда именно в моей жизни начались трагические странности.

Двенадцать лет назад

- Сынок!, мальчик мой.. - слышала я чей-то плачущий голос.

Я стояла высоко на крыше какого-то гаража, недалеко от детской площадки. В руке у меня был липкий козинак, мое любимое лакомство детства. Я смотрела вниз, и длинные банты свисали с моих хвостиков. На земле в неестественной позе лежал мальчик из моего детского сада того же возраста, что и я. Около его головы было много крови, а рядом сидела женщина, плакала и гладила мокрые волосы ребенка. Затем кто-то из взрослых спустил меня с крыши, я смутно видела скорую и медработников, которые затаскивали тело мальчика в машину. Женщина села рядом, двери закрылись, но напоследок она бросила на меня жуткий взгляд, полный ненависти и глубочайшей скорби.

Через несколько минут я уже сидела на заднем сиденье автомобиля моих родителей, и мы в тишине ехали домой. Никто и никогда больше не поднимал эту тему, а я до сих пор не помнила, что именно тогда произошло..

Глубоко внутри я была уверена, что хоть и не толкала мальчика, в смерти его была виновата именно я.

Глава 3

Эльдар

Два года назад

Уже третий час я сидел на кладбище и погружался в воспоминания о тех днях, когда был счастлив. О времени, когда у меня была семья. Злой рок или немыслимое стечение обстоятельств забрали у меня почти всех близких. Теперь мне казалось, что у меня больше нет души. Я не был способен испытывать чувства.

Я смахнул капли дождя с циферблата часов, время уже давно было за полночь. Я встал и, простившись с братом, поплелся к выходу, аккуратно обходя могилы. Какое же мрачное, но одновременно родное место..

Кромешная тьма не позволяла сфокусировать взгляд, а алкоголь нарушал координацию, и я поскользнулся на мокрой траве. Успел сгруппироваться и приземлился ладонями на холодную плиту, опираясь на неё.

Свет луны тускло освещал могилу. Я убрал руки от фотографии и на пару секунд задержал дыхание, вглядываясь в лицо покойницы. До чего же красивая... Трагически прекрасная. И этот взгляд темных глаз. Такой прямой, цепкий и прожигающий.

Какие-то знакомые черты лица... Неужели это она?

Та, что разрушила мою жизнь...

Я смотрел на фото и не верил своим глазам. Что за черт? Я закрыл глаза, открыл снова и провел ладонью по фотографии, стирая дождевые капли. На лице девушки появилась странная полуулыбка. У меня галлюцинации? Не может же это все казаться...

Под фото не было ни имени с фамилией, ни даты рождения и смерти. Такое возможно? Может быть, краска слезла... А я просто устал и выпил слишком много алкоголя?

Телефон снова разрывался. Это был уже пятый пропущенный от мамы. Нужно было убираться отсюда. Не хотелось заставлять ее ждать. Она сейчас была просто в ужасном состоянии. Терять близких - это всегда тяжелое испытание, но в нашем случае не все так просто...

Сначала погиб мой младший брат. Упал с крыши. Потом отец. Якобы сердечный приступ. Теперь Рус, несчастный случай. Я не верил в такие трагические стечения обстоятельств. Всему есть объяснение. И теперь я знал, кто виноват. Знал, из-за кого погибли мои братья.

Я поднялся. Тело ныло от долгого сидения на холоде, голова гудела от алкоголя и нахлынувших воспоминаний. Но боль в душе была куда сильнее.

Наши дни

Лера

Почти каждое мое утро начиналось с прочтения дневника, который я вела чуть ли не с первого класса. Его мне подарила мама на день рождения. Конечно, от былого дневника уже не осталось и следа, ведь за столько времени там успели появиться новые книжечки, сшитые воедино. Можно было предположить, что я хранила дневник как артефакт. Или воображала, что когда-то по этим мемуарам снимут фильм. На самом же деле я просто боялась. Боялась забыть или перепутать события прошлого. У меня еще не случались большие провалы в памяти, но доктор сказал, что такого можно ожидать. Поэтому для меня была важна каждая деталь.

Сегодня воздух пах по-другому. Он пах... смелостью.

Периодические онлайн-сеансы с психологом давали свои плоды. План по излечению моей искореженной психики находился на стадии реализации, и сегодня я проснулась с дикой ненавистью к себе и к своим страхам. Я не знала, что именно произошло и заставило меня мыслить по-другому. Но я больше не хотела сидеть дома, больше не хотела бояться. Я была одна в этом мире. Родители погибли, а крестной я по большому счету не нужна... Если я и дальше буду бояться своих демонов и продолжать прятаться в панцирь, я просто умру антисоциальным овощем.

Конечно, такие мотивационные мысли возникали у меня и раньше, но сегодня что-то изменилось. Мой организм устал страдать и жалеть себя. Я устала быть этим человеком, которого каждый день видела в зеркале. Жалкий, без цели, просто тихо существующий в пространстве и боящийся всего.

Сегодня я планировала съездить к психотерапевту на очный сеанс и даже зайти потом за продуктами. Деньги мне иногда присылала крёстная, и какие-то копейки я зарабатывала на веб-дизайне. Но это было лишь моим хобби, а мне нужна была постоянная работа. Я очень любила рисовать, занималась танцами и вокалом, проходила онлайн-курсы по ландшафтному дизайну. Хотела и дальше учиться на дизайнера. Однако после нападения все планы рухнули. Теперь так страшно было думать, кем я могла бы стать и каких успехов смогла бы уже достичь..

Я встала с кровати, чувствуя непривычную легкость в теле. Обычно утро начиналось с тягучего ощущения безнадежности, но сегодня я проснулась с ясной целью. Мой взгляд упал на раскрытую шкатулку и разбросанные письма. Лицо мамы на фотографии. Ее браслет, все еще на моем запястье, тихо позвякивал при каждом движении.

Эти письма. Они перевернули все. Теперь я была не просто жертвой нападения, не просто девушкой с психологическими проблемами. Я была дочерью Айлы Мадьяни, женщины, которую, судя по всему, преследовали. И, возможно, убили. Теперь я знала, что этот человек, этот «К», не просто случайный маньяк. Он был частью моей истории, частью истории моей семьи.

Я собрала письма, аккуратно сложила их обратно в шкатулку. Мне нужно было перечитать их все, внимательно, в спокойной обстановке. Возможно, в них скрывался ключ к разгадке.

Душ. Холодная вода помогла прояснить мысли.

Я вышла из ванны, высушила волосы, сделала легкий макияж и выбрала простое, но элегантное черное платье. Впервые за долгое время я хотела выглядеть не просто аккуратно, а привлекательно. Мои волосы, длинные и каштановые, как у мамы, рассыпались по плечам. Несмотря на частичную потерю зрения, я всегда хорошо чувствовала пространство и свое тело.

Мое отражение в зеркале больше не вызывало отвращения. Наоборот. Я видела в нем силу. Ту самую, что притягивала к себе мужчин, заставляла их сходить с ума. Ту, которая, возможно, стоила жизни моей маме. И ту, что теперь принадлежала мне. Это был дар или проклятие, я пока не знала. Но я была готова использовать его.

Выходя из квартиры, я почувствовала легкое головокружение - от непривычного притока свежего воздуха и от предвкушения. Перед дверью подъезда я остановилась. Тревога прорастала под ребрами, как сорняк, предвещая скорую паническую атаку. Я быстро достала из сумки таблетку и выпила. Попыталась отдышаться и прийти в себя. Какая это была по счету попытка выйти? Десятая или пятнадцатая, я уже не помнила.

Спустя минут двадцать постепенно страх отступал. Все еще глубоко дыша, я вышла на улицу и инстинктивно искала глазами черную машину. Ее не было. Неужели он не приехал сегодня? Или он просто прятался? И кто этот "он"?

Я слегка пожала плечами. Мне было плевать. Мне было дико страшно.. Но я больше не хотела быть жертвой.

Я заказала такси. Впервые за год. Я ехала к психотерапевту, но сегодня наш разговор должен был быть иным. Я больше не собиралась рассказывать о своих страхах. Я собиралась говорить о том, что вспомнила. О письмах. О матери. О «К». И о том, что я больше не могла игнорировать этот шепот прошлого.

Пока машина ехала по знакомым улицам, я смотрела в окно. Мир казался ярче, чем обычно, несмотря на мои проблемы со зрением. Или, может быть, я просто начала видеть все по-другому.

Визит к психотерапевту оказался поворотным. Я не просто говорила о своих страхах, я раскрыла ту часть прошлого, которая до сих пор была запечатана. Письма матери, образ «К», мои сны - все это вывалилось наружу, как содержимое проклятой шкатулки. Доктор слушала внимательно, задавала наводящие вопросы, но не было ни тени сомнения в ее глазах. Она верила мне. И это было целительно. Мы говорили о диссоциативной амнезии, о вытесненных травмах. Она предложила снова работать с гипнозом, чтобы попытаться добраться до самых глубоких слоев памяти. Я согласилась.

А самое главное, она предложила, чтобы я снова обратилась в полицию и показала письма. Возможно, это как-то поможет.

Я знала, что полиции плевать, и решила пока ничего не предпринимать.

Вернувшись домой, я почувствовала прилив энергии, которого не ощущала целый год. Слова доктора, ее спокойствие, моя собственная решимость - все это сплелось воедино, создав ощущение, что я, наконец, начинаю жить.

На следующий день я решила начать с малого - найти работу. Мои навыки создания сайтов приносили копейки, а мне хотелось чего-то большего, чего-то, что заставит меня выйти из четырех стен. Я вспомнила свою детскую любовь к рисованию и природе. Вспомнила свои курсы. Ландшафтный дизайн. Почему бы и нет? В детдоме у нас был маленький садик, и я проводила там часы, придумывая, как его украсить. Это было моим убежищем.

Я обновила резюме, добавив курсы по дизайну, и откликнулась на несколько вакансий. И, к своему удивлению, почти сразу получила отклик. Строительная компания, которая занималась элитными загородными поселками, искала помощника ландшафтного дизайнера.

У нас было не много строительных фирм, городок не большой. И у меня не было опыта работы, поэтому я сначала удивилась их ответу. Собеседование назначили на завтра. Я выбрала строгий, но элегантный костюм, снова стараясь выглядеть так, как давно не выглядела - уверенно, профессионально. Нервозность, конечно, присутствовала, но она смешивалась с новым, возбуждающим чувством предвкушения.

Здание офиса находилось недалеко от моего дома, что добавляло свои плюсы. Когда я вошла в просторный, отделанный стеклом и металлом офис, меня встретила секретарь с холодной, но вежливой улыбкой.

- Проходите, пожалуйста, господин Гаджиев вас ждет.

Фамилия показалась очень знакомой, но сначала я не придала этому значения. В большом городе много людей с одинаковыми фамилиями.

Я вошла в кабинет. За огромным столом из темного дерева сидел мужчина. Высокий, подтянутый, с коротко стриженными темными волосами и пронзительными черными глазами. Эти глаза... Они были мне знакомы. Я видела их на похоронах Рустама. И... где-то еще. От его взгляда кожа на затылке стянулась.

- Здравствуйте, Лера, - его голос был глубоким, с едва уловимой хрипотцой. - Присаживайтесь.

Я села напротив, пытаясь унять дрожь в руках. Он знал мое имя. Конечно, мое имя было в резюме. Но его взгляд... В нем читалось нечто большее, чем просто деловой интерес. Что-то холодное, расчетливое. И знакомое. Не оставалось сомнений, что это был родственник Рустама..

Он начал задавать вопросы о моем опыте, о моих навыках. Я отвечала, стараясь держаться уверенно, хотя его пристальный взгляд прожигал меня насквозь. Мое зрение, которое обычно давало сбой в стрессовых ситуациях, сейчас будто обострилось. Я будто видела каждую линию его лица, каждую игру мускулов на его челюсти, когда он слушал.

- Вы указали, что у вас частичная потеря зрения,- он говорил это без тени сочувствия, просто констатируя факт. - Насколько это помешает вашей работе?

Я собралась с мыслями.

- Я адаптировалась. Мое зрение позволяет мне работать с чертежами, с графическими программами. Я вижу форму, цвет, композицию. А для деталей мне достаточно приблизить изображение или использовать очки. Это не помешает мне быть эффективной.

Он кивнул, но его глаза не выражали ни одобрения, ни осуждения. Просто наблюдение.

- Вы знаете, кто я? - внезапно спросил он, и в его голосе прозвучали странные нотки.

Я нахмурилась.

- Вы господин Гаджиев, - ответила я. - Владелец этой компании, как я понимаю.

Он усмехнулся. Холодно.

- Мое имя Эльдар Гаджиев. У меня был младший брат, Рустам. Возможно, вы его помните.

Мое сердце пропустило удар. Я с трудом проглотила ком в горле.

- Я... помню. Мои соболезнования.

- Не стоит, - он резко прервал меня. - Соболезнования здесь не уместны.

В кабинете повисла тяжёлая тишина. Я ощутила, как мой шрам снова начал жечь.

- Значит, вы готовы работать, Валерия? - спросил он, и в его голосе прозвучал вызов. - Несмотря на... все?

Я посмотрела ему прямо в глаза, стиснув зубы. Мои старые страхи пытались взять верх, но я подавила их.

- Я готова работать, господин Гаджиев, - сказала я твердо. - И я готова к любым вызовам.

Уголки его губ дернулись в подобии улыбки. Хищной улыбки.

Эльдар

Я смотрел на нее, и внутри клокотала смесь ненависти и странного, тревожного любопытства. Она сидела напротив, такая хрупкая на вид, но в ее глазах читалась новая, непривычная твердость. Я помнил ее на похоронах Рустама - бледную, испуганную девочку. Сейчас она выглядела другой. Более сильной. Или просто лучше научилась прятать свои страхи.

«Что в ней такого?» - этот вопрос сверлил меня на протяжении двух лет.

Предложить ей работу было моей идеей. Я следил за ней. Знал о ее проблемах со зрением, о ее изоляции. И когда увидел ее резюме, понял - это был шанс. Шанс подобраться ближе, понять, что за дьявольская сила скрывается за этой маской. Шанс отомстить.

Мы вас берем, - произнес я, наслаждаясь легким удивлением на ее лице. - Выходите завтра. Ваш рабочий день с девяти до шести.

Я отпустил ее, не предлагая пожать руку. Мне было противно даже касаться ее. Но почему-то взгляд не отрывался от ее спины, пока она не вышла из кабинета. Она попалась. Теперь я смогу контролировать каждый ее шаг, каждый вдох.

Вечером приехала Кристина. Постоянная подруга. Яркая, эффектная, но совершенно пустая. Эти отношения были удобны, исключительно ради секса и создания видимости нормальной жизни. Я не любил ее. Не был способен любить после всего, что произошло.

- Ну что, как день? - Кристина бросила свою дорогую сумочку на диван и обняла меня, прижимаясь грудью.

- Как обычно, - отстраненно ответил я, не обнимая ее в ответ.

- Ты сегодня какой-то... возбужденный, - Кристина улыбнулась, проводя рукой по моей щеке.

Я усмехнулся. Возбужденный? Возможно. Но не так, как она думала.

Я предвкушал новую игру.

Мы провели ночь вместе. Кристина старалась, пыталась разжечь во мне огонь, но все, что я чувствовал, была пустота. В мыслях постоянно всплывало лицо Леры, ее темные, настороженные глаза, которые пытались скрыть боль. Я хотел увидеть в них что-то другое. Сломить ее. Заставить признаться.

Утром я проснулся рано. Кристина еще спала, раскинувшись на кровати. Я встал, подошел к окну. Взгляд упал на припаркованную внизу черную машину. Водитель уже ждал меня.

Я включил ноутбук, открыл папку, которую создал специально для нее. Фотографии. Данные из социальных сетей. Отчеты частного детектива, которого я нанял два года назад. И мои личные наблюдения. Вся ее жизнь была как на ладони. Или почти вся. Что-то в ней все еще ускользало.

Глава 4

Лера

Первый рабочий день. Я проснулась задолго до будильника. Чувство, которое меня охватило, было незнакомым - смесь тревоги и предвкушения.

Я ехала на работу, вглядываясь в мелькающие за окном пейзажи. Каждая травинка, каждый куст казались мне частью большого, сложного пазла, который я теперь должна была собрать.

Офис Эльдара Гаджиева был впечатляющим. Отдельный кабинет, вид на город, огромный монитор для работы с проектами. Я чувствовала себя так, словно попала в другой мир. Я была увлечена с головой. Изучала проекты, читала технические задания, делала первые наброски. Моя голова была занята работой, и это было спасением. Я почти забыла о кошмарах, о шраме, о «К». Почти.

Эльдар появлялся в моем кабинете редко, но его присутствие всегда ощущалось. Я чувствовала его взгляд, даже когда он был за своей закрытой дверью. Он был как хищник, который наблюдает за своей добычей, прежде чем нанести удар. Я не понимала его мотивов до конца, но интуиция кричала об опасности.

Однажды вечером, когда все уже ушли, я задержалась в офисе, заканчивая сложный проект. Дверь кабинета Эльдара была приоткрыта. Из любопытства я заглянула внутрь. На его столе лежала раскрытая папка. Название привлекло мое внимание: «Дело семьи Гаджиевых». И на самом верху - фотография. Рустам. Рядом с ним - маленький мальчик, очень похожий. И... женщина. Средних лет, с больными глазами. Это была его семья. И почему-то он хранил их "дело" в кабинете.

Мой взгляд скользнул ниже. Под фотографиями лежали распечатки. Какие-то протоколы. Моя детская фотография и мой дневник. Копия моего дневника, отпечатанная на принтере. Я узнала свой почерк, свои слова. Как он мог это получить?!

В этот момент дверь кабинета распахнулась. На пороге стоял Эльдар. Его глаза сверкнули.

- Что вы здесь делаете, Лера?

Я застыла, как вкопанная, с чувством пойманной на месте преступления.