Восток, дело тонкое

— Значит, за вашим домом следят?

— Следят скорее всего за квартирой в Москве. Или если у охраны Тарханова хватило толку пробить билеты, то знают что я вылетел в Пермь. Черт, зря у сестры остановился. Придется зятя предупредить — возможна опасность.

— Но вы же по легенде к сестре в Пермь прилетели, а не к нам, — напомнил капитан.

— Хорошо хоть Калинин в отпуск уехал к своим, его не тронут, считай, одной проблемой меньше. И да, вот еще что: будешь следить, не вмешивайся, каким бы жестоким мое общение с ними ни было. Только в крайнем случае, понял?

Минин кивнул, как будто Мир мог его увидеть по телефону, но вовремя опомнился и сказал: «Да».

***

Выйдя из машины, Томаев направился в супермаркет. Пермский сентябрь порадовал последними тёплыми деньками — захотелось поесть шашлыка на природе. Надо брать от жизни маленькие радости: неизвестно, что будет завтра, да и будет ли оно вообще. Из магазина он вышел с бараньей вырезкой, специями и минералкой. Пока шёл к стоянке, его перехватили двое, уперев в спину холодное дуло.

— Не рыпайся, — шепнул один из них и повёл его к своей машине.

Что было делать? Пришлось играть роль испуганного программиста. Сделав вид, что напряжён, Мир чётко следовал указаниям. Машина с сильно тонированными окнами катила в неизвестность. Даже если бы он видел мелькающие за окном пейзажи, вряд ли бы понял, где находится — Пермь он не знал. Изредка бывал у сестры, но чаще она с мужем навещала его в Москве.

Остановились на территории коттеджного поселка.

— Приехали, выходи, — снова толкнул его бандит. Мир осмотрелся. Одноэтажный особняк из красного кирпича утопал в саду, раскрашенном яркими красками осени. Каменная дорожка была обрамлена ухоженными клумбами благодаря стараниям ландшафтного дизайнера.

— О, какие гости, — вышел навстречу хозяин дома с фальшивой улыбкой и настороженным взглядом. — На шашлыки собрались? Хорошая погода располагает к пикнику в кругу семьи, не правда ли, уважаемый? Заметил он пакет с продуктами, который держал второй сопровождающий.

Мир молчал. По фотографии он вспомнил, что перед ним — правая рука Тарханова, Аслан Камиев.

— Что вам надо? — спросил он.

— Понимаешь, брат, ты выбрал не ту сторону. Правоверные должны держаться вместе. Ты так не считаешь?

— Я сужу по поступкам людей, а не по их вере. Фанатизм — это…

— Заткнись, — перебил Камиев, пристально глядя ему в глаза. — Что ты за мусульманин. Зачем так говоришь.

Наглый бандит, взявший на себя роль конвоира, обшарил карманы пленника и достал из нагрудного кармана паспорт.

— Как интересно, да вы совсем недавно женились, Мир Изомович. Поздравляю, — пролистал он документ.

«Чёрт, подставил девчонку, послушал шурина. Надеюсь, с ней они ничего не сделают», — с тревогой подумал Мир.

— Вы ведь не желаете зла своим близким? Не так ли.

Мир кивнул.

— Тогда перейдём к нашему вопросу, ради которого мы тебя сюда пригласили. Паспорт мы у тебя заберём. Нужно оформить визу. А наши друзья, которые тебя привезли, пока присмотрят за твоими близкими, чтобы ты не наделал глупостей. Надеюсь, мы договорились?

Мир молчал. Сразу соглашаться — ещё спугну, заподозрят неладное. Стоит либо поторговаться, либо немного посопротивляться, чтобы всё выглядело естественнее. Но так, чтобы родным не угрожали. И его «жене» тоже — вот девчонка попала. Молодая ведь совсем.

***

Сентябрь 2021 года.

Лахиджан, провинция Гилян, север Ирана.

Пройдя очередной паспортный контроль, машина стремительно неслась вдоль подножия величественных Эльбрусских гор, среди изумрудных чайных плантаций. Воздух был наполнен терпким ароматом и влажной прохладой, доносящейся с Каспия. Дорога вела к городу, где узкие улочки петляли между традиционными домами с резными заборчиками, минареты мечетей стремились в небо, а на базарах гудела многоголосая толпа.

— Вот мы и прибыли, — произнёс Аслан, выходя из машины, на ходу разминая затекшие мышцы. — Знаете, Мир Изомович, этот иранский город от России отделяет всего лишь 725 км.

Мир огляделся по сторонам, вглядываясь в незнакомые очертания улиц и домов.

— Где мы находимся? — спросил он.

— В центре Лахиджана, — ответил Аслан. — Здесь мы пока и остановимся.

Окна его номера в Ordibehesht Hotel (Ордибехешт Отеле) выходили прямо на обрамленную пальмами площадь. По ней неспешно гуляли жители и гости города.

В дверь тихо постучали. Мир открыл и, отступив в сторону, впустил вошедших.

— Ассалам алейкум! Как долетели? — прозвучал хрипловатый голос.

— Ва алейкум ассалам, — ответил Мир.

— Мне стало известно, уважаемый, кто слил мои файлы ОБЭП? — процедил Тарханов. — Ты хорошо поработал на Михайлова. Теперь ты будешь работать на меня. Если не хочешь, чтобы с твоей сестрой что-то случилось.

Аслан наклонился и шепнул ему на ухо, и Тарханов улыбнувшись добавил: — А ты оказывается недавно женился. Так еще проще, проследим за твоей молодой женой. Тебе следует взломать серверы Михайлова и получить доступ к его внутренней переписке. Установить на серверах Михайлова троян, чтобы я мог контролировать его бизнес.

Мир понимал: если он выполнит приказ, подставит операцию ОБЭП. Если откажется — девчонка пострадает.

Время шло.

— Чего молчишь?

Пришлось подчиниться. Мир взялся за работу. Одна неделя сменяла другую. Лица охранников примелькались, одни приносили в номер еду, другие выводили на прогулку.

— Надолго я здесь? — решил спросить Мир, особо не надеясь на ответ.

— Сколько понадобится, столько и пробудешь. Если ты нас обманешь, твоя жена лично познакомится с Аллахом. Я слежу за каждым твоим шагом, — нервировал Камиев своим присутствием и постоянно совал нос в программы Мира.

«Ещё бы ты что-то понимал», — усмехнулся хакер про себя.

Используя StegoMessenger, Мир отправил сообщение своему куратору в ОБЭП, спрятав его в картинке, которую загрузил на корпоративный портал. В сообщении были координаты, где его держат, и описание ситуации.

***

— Ну что скажете? Надеюсь он закончит к Ялда? — услышал Мир хрипловатый голос Тарханова. (Шаб-е Ялда) — иранский праздник зимнего солнцестояния (21—22 декабря).

— Есть очень много интересной информации, — порадовал помощник, передавая распечатку переписки с губернатором Перми. — Считайте, оба теперь у нас здесь, — демонстративно сжал кулак Аслан.

— Как дела у нашего хакера? — спросил Тарханов у Камиева, отводя того в сторону, чтобы пленник не слышал их разговор.

— Старается, похоже очень любит свою жену, не хочет ее терять, — Аслан специально сказал это нарочито громко, чтобы Мир услышал.

— Как закончит — уберите его. Свидетели нам не нужны, понял?

Аслан кивнул:

— Всё будет сделано, уважаемый.

***

В декабре значительно похолодало. Хотя, по сравнению с Москвой, это и зимой-то назвать сложно. Мир прогуливался под дождём по территории отеля. Долго ли они ещё будут держать его здесь? Невдалеке его надзиратель болтал по телефону.

Интересно, девочка уже знает, что замужем? Он вдруг улыбнулся, вспоминая симпатичную пышку. Наверное, она уже напридумывала себе не пойми что. А по приезде придётся с ней объясниться. Может, не разводиться? Вот идиот, мне угрожает опасность, я даже не знаю, выберусь ли отсюда живым, а в голову лезут всякие глупости.

Январь 2022 года.

— Хватит сидеть, пора развеяться, — позвал Марат хакера прогуляться.

— А куда делся главный надзиратель? Или он не привык выполнять чёрную работу? — Мир усмехнулся.

Марат лишь хмыкнул и за локоть вытащил Мира из-за компьютера. Силушки Миру было не занимать, но он понимал, что за дверью стоят несколько вооруженных охранников. Упираться и драться не было смысла — по дороге посмотрим, может, удастся сбежать.

Машина по Shahid Beheshti Street ехала в сторону озера.

Ну вот и всё. Я всё сделал, больше я им не нужен. Похоже, пришёл мой последний час.

Серое зимнее небо отразилось в ледяной корке, схватившей водную гладь озера. По берегам застыли голые деревья, их ветви тянутся к небу, словно пытаясь поймать редкие лучи бледного солнца. В воздухе стоит тишина, нарушаемая лишь криком зимующих птиц.

— Падальщики, — посмотрел он то ли на птиц, ждущих жертвы, то ли на бандитов.

Городской шум казался ещё более приглушённым, словно зима укутала озеро в невидимое одеяло покоя и холода.

«Просто убийственная красота вокруг, на казнь меня сюда привезли, красивая будет могила!» — подумал Мир, не в силах отвести взгляд от этого места. Сзади послышался приглушенный хлопок. Боль пронзила правое плечо. Белая куртка красным пятном обозначила место раны. Мир пошатнулся.

— Ruye zamin bekhāb! (Лечь на землю!) — послышалась команда на фарси.

Мир пригнулся и осмотрелся, прижимая левой рукой рану. Из двух внедорожников выскочили иранские полицейские.

— Этот наш, — послышалась русская речь, и следом кто-то перевёл его слова.

— Женя! Откуда ты тут взялся? — Мир опустился на землю, плечо прострелила невыносимая боль.

— Сам же сообщение оставил, брат, — помог встать на ноги напарнику Женя.

— Да я особо не надеялся… Как вы здесь оказались?

Минин помог ему дойти до скорой и заскочил в машину следом.

— Ребята помогли, — кивнул он в сторону иранского ОМОНа, — или как он у них называется… Ещё в 2017 году наши с Ираном подписали договор, что будут передавать друг другу приговорённых к лишению свободы. Тарханову следовало это выяснить заранее.

— Ведёшь себя как дома, иншаллах, — ответил Мир, глядя, как распоряжается Минин.

— Рассказывай, как всё прошло.

— Они угрожали, что убьют мою жену, — начал Мир. — Пришлось выкручиваться. Я написал программу FakeTrojan, которая имитировала работу трояна: собирала «данные», но на самом деле передавала Тарханову только публичную информацию для достоверности и фейковые сведения, которые мы заранее подготовили, предвидя исход. В коде был заложен таймер — через определённое время программа должна будет «сломаться» и удалить себя. Затем подготовил скрипт LogForge, который создавал видимость взлома серверов Михайлова: в логах появлялись фальшивые следы, а на самом деле никакой реальной утечки не происходило.

— Ну ты даёшь, — восхитился Минин. — Так, стоп. Что значит, они угрожали убить жену? Ты женат? В твоем деле нет этой информации.

— Накануне женился. Ещё не успели внести.

Самолет стремительно рассекал облака, спеша домой. Затем госпиталь. Мир сидел на больничной койке, когда врач зашел в их палату.

— Георгий Васильевич, что происходит? Я тут уже третий месяц. Рана давно затянулась. Почему меня не выписывают?

— Так кроме ранения у тебя еще курс сеансов психотерапии вашим руководством велено провести.

— Так курс с психологом я тоже прошел.

— Может тесты какие у нее завалил? Ай ладно, только между нами, начальство так распорядилось. Большего доктор не знал.

Мир не выдержал и позвонил Минину:

— Привет, капитан.

— От капитана слышу, — ответил тот.

— Я старлей.

— Уже нет, слышал, тебе звёздочку добавили.

— Ну раз ты всё знаешь, подскажи, в чём дело.

— Проблемка нарисовалась, Аслан Камиев сбежал.

— Так какого чёрта меня тут держат? У меня жена может пострадать, — Мир злился на напарника.

— Он её не тронул, скорее всего, найти не смог. Понимаешь, она как раз переезжала, и у неё данных о новом месте жительства нигде не было. Сами еле нашли. А кстати, почему она со своей матерью живёт? У вас ведь принято невестку в дом брать. Или ты её специально у тёщи прятал? Всё просчитал. Молодец, твой манёвр сработал. Я уже справки о ней навёл, умная она у тебя, на бюджете в архитектурном учится.

Мир молча переваривал информацию, причину задержки с пропиской он знал. Лена потеряла паспорт: пока спохватилась, пока новый сделала, пока прописалась… Повезло. Остальная информация стала для него приятным бонусом.

— Он, скорее всего, за мной кого-то отправил следить, того, кого мы не знаем. Кто не засветился. Хочет в бригаде место Тарханова занять, — наконец высказался Мир.

— Тоже так подумали, поэтому тебя так долго в госпитале держат. Осторожнее там. К себе только проверенных врачей допускай.

— Спасибо, что предупредил, брат, — попрощался Мир.

***

— Товарищ полковник, мне нужно позаботиться о жене. Они будут мстить мне за предательство, искать их нет смысла. Они сами выйдут на меня, — нервничал Мир в кабинете начальника.

— Не мне тебе объяснять: на тебя никто не пойдёт врукопашную, твои познания в тхэквондо тебя не спасут. Снайпер выпустит пулю из любого окна прилегающего здания — и всё, тебя нет. Все окна не проверишь.

— Там моя жена. Я обязан её защитить. Или хотя бы развестись.

— Поздно, развод уже не поможет. Мы проследили за ней. Кстати, красивая у тебя жена, поздравляю. Надо же, молчал как партизан. Свадьбу зажал.

— Товарищ полковник, отправьте меня в Пермь.

— Товарищ капитан, нам нужны ваши мозги, и нужны они здесь. Я отправлю ребят, специализирующихся на охране. Давай каждый будет делать свою работу. Выполнять поставленную задачу.

— Есть, — грустно бросил Мир и вышел из кабинета.

***

— Чёрт, что я натворил, дурак… Захочешь насмешить Аллаха — расскажи ему о своих планах.

Не в силах больше терпеть этот внутренний мазохизм, он позвонил Рамилю.

— Брат, скажи, что с ней всё хорошо.

— Всё хорошо, не переживай. Мир оказался настолько тесен, что твоя жена сейчас работает в одной из моих кофеен. Кстати, они с матерью переехали в новый дом. Я скину тебе их адрес на всякий случай. Она живет с матерью вдвоем.

— А её отец… Он умер? — заинтересовался Мир. — Кто из мужчин о них заботится?

— Раяна узнала, что родители в разводе, а отец счастливо живёт с новой, молодой женой. Есть старшая сестра Вика и племянница Настя. Сестра тоже в разводе, но они живут отдельно.

Кстати, твоя жена отлично сдала экзамены за первый курс и собирается на каникулах с подругой в Турцию. Это мне её сменщица рассказала. Вечером я пару раз провожал её до подъезда — слежки не заметил. Пока я за ней присматриваю. А вот кто присмотрит за ней в Анталии? Поговори у себя с руководством.

***

— Что это? — посмотрел полковник на листок.

— Заявление на отпуск, — ответил Мир.

— Ты в больнице провёл три месяца, не наотдыхался?

— Я планирую съездить в Турцию.

— Что ты задумал?

— Моя жена вылетает завтра в Анталию.

— Чёрт, почему мне не доложили? Дежурный, Карпова ко мне, срочно!

В кабинет вошёл щеголеватого вида майор — оставалось только каблучком щёлкнуть. Такой залихватский у него был вид.

— Вадим, почему мне не доложили о том, что охраняемый объект выезжает за пределы России?

— Сами только что узнали, Степан Владимирович, её в путёвку в последний момент вписали. Ни от одного турагентства данные не поступали.

— Осторожная она у тебя, — покачал головой полковник, — твоя школа.

Мир только усмехнулся. Чья школа — ещё вопрос. Либо девчонка всё узнала и играет в шпионов, либо до чертиков везучая.

— Вот, Мир Изомович желает в Турции отдохнуть. Теперь и он, и его жена станут объектами наблюдения. Оформляйте командировку и вылетайте. А вы, Мир Изомович, едете в отпуск.

— Есть! — довольно гаркнул Мир, а полковник поморщился от его звонкого голоса.

Глава 3 Анна

Сентябрь 2021 года.

Я сидела у подруги на кухне и сжимала снифтер с коньяком. Голова раскалывалась от печальных мыслей. Наташа была единственной, кому я могла довериться в такой ситуации.

— Выпей уже и успокойся, он же пообещал, что за тобой присмотрят.

— Может, уволиться?

— Не говори ерунды. Им нужны программисты, а ты всего лишь инструмент для получения информации. Пусть Михайлов разбирается с этой ситуацией — это его проблемы. Хватит греть коньяк, сейчас закипит уже.

Я одним махом выпила «успокоительное», которое не раз нас спасало в стрессовых ситуациях.

— Маринке с Вероникой говорить будем? — спросила Наташа.

— Зачем? Только расстраивать. Чем они помогут? Им детьми надо заниматься, семьями.

— Муж что сказал?

— Я ему не говорила. Если узнает — запаникует, ты же знаешь его характер, потребует, чтобы я увольнялась. Я поэтому и приехала к тебе посоветоваться.

— Правильно и сделала, — Наташка выпила свой напиток следом за мной.

— Да, чего только мы с тобой не повидали в этой жизни: и девяностые, и ковид.

— В девяностые бог отвёл с бандитами бодаться, — Наташа прижала ладонь к груди.

— Что с тобой?

— Сердце в последнее время беспокоит. Антон начал так часто сниться… Наверное, ждёт там меня.

— Что за упаднические настроения?

— Свет, пообещай, если со мной что-то случится, что ты не оставишь Анну одну.

— Наташа, — взбеленилась я, — вообще-то мы ровесницы.

— При чём тут это? Я чувствую, что мне немного осталось.

— Ясновидящая нашлась, — фыркнула я.

— Свет, прошу тебя, как самую близкую подругу.

— Хорошо, обещаю, — сдалась я, опуская взгляд в бокал. Коньяк обжигал горло, но тревога не уходила.

— Никто и не наводит тоску, это жизнь, Светик. Мы с тобой прожили большую её часть. Можем позволить себе подбить некоторые итоги.

— Как у Анютки дела на любовном фронте? — перевела я разговор.

— Встречается с однокурсником.

— Ну вот, тебе ещё дочь замуж выдавать, а ты помирать собралась.

Вечер незаметно опустился на город. Я позвонила мужу и сказала, что останусь у Наташи — как в те времена, когда мы были молоды и всё казалось впереди.

***

Июнь 2022 года.

Чем старше становишься, тем быстрее летит время — словно кто-то нарочно ускоряет его ход. С высоты прожитых лет многое видится иначе. Есть что вспомнить, есть над чем задуматься, есть что хотелось бы исправить… Но стоит ли? Может быть, всё было задумано именно так. Возможно, и нужно было прожить именно так, а не иначе. Без пережитого опыта не было бы и нас — таких, какими мы стали: стойких, уверенных, бесстрашных.

Казалось бы, ещё вчера мы с подругами отмечали Рождество, а сегодня я навещаю её в больнице.

— Привет, — поздоровалась я с Аней. — Как прошла операция? Что говорят врачи?

— Сказали, шунтирование прошло успешно, должна выкарабкаться, — Аня всхлипнула и прижалась к моему плечу.

Я обняла её, и слёзы, не сдерживаясь, потекли солёными дорожками по щекам. Они лились беззвучно, и только тело содрогалось в мелких конвульсиях. Страх потери близкого человека отступил, но ещё не до конца покинул меня — и именно таким вот солёным водопадом выходил наружу.

— У тебя сессия? — мы вместе выехали из больницы на такси домой.

— Я договорилась в деканате сдать её со следующей группой, на две недели позже.

— Я перееду к вам, когда маму выпишут, присмотрю за ней. Возьму пару недель отпуска за свой счёт.

— Спасибо, тётя Света.

— Не за что, девочка, мы же не чужие люди.

Через неделю я стала сиделкой. Сейчас в стационаре долго не держат: температуры нет — значит, считай, здоров.

— Свет, ну что ты надо мной как над маленькой? Кашку в кровать носишь… Мне тоже нужно вставать. И вообще, я в больнице уже належалась.

Наташа, пошатываясь и держась за стену, дошла до кухни.

— Голова кружится? Давление упало?

— Да, что-то штормит, — попыталась улыбнуться она.

— Не геройствуй.

Мы уселись на кухне и любовались ярким июньским солнцем.

— В этом году лето такое жаркое, лучше дома под кондиционером сидеть.

— Я согласна, — кивнула Наташа и взяла ложку.

— Ешь давай, сил набирайся, каша вкусная. Аня завтракала — ей понравилась. Извини, так как готовишь ты, я не умею. Это ты у нас любого шеф-повара за пояс заткнёшь.

Наташа повозила ложкой в тарелке, съела пару ложек.

— Еда в рот не лезет, может, из-за жары?

— Или из-за Анюты переживаешь?

— Она совсем взрослая… Какая жизнь ей уготована? С Ильёй встречается, вроде из приличной семьи мальчик.

— А что тебя беспокоит?

— Не знаю, что-то с ним не так.

— Что?

Наташа пожала плечами.

— Ещё не поняла. Как-то все у него на показ, что ли.

— Разбирайся с этим быстрее, а то девчонка влюбится, потом поздно будет что-то ей доказывать.

***

— Ань, привет! В Пермь «Люмен» приехал, пошли на концерт, билеты с меня — звонил Илья.

— Конечно, супер!

«Что же одеть? Джинсы и топ? Или вечером будет не так жарко. Может, блузку, или это слишком официально. Ладно, футболку с лисенком одену».

Аня крутилась у зеркала, собираясь на концерт. Нанесла последние штрихи — удлиняющую тушь и блеск на губы, — и выскочила из подъезда. Такси уже ждало тусовщицу, чтобы отвезти её к заветному клубу.