Не бойся, это просто ИИ

Ледяные пальцы сжали телефон. Шрам на левом предплечье – брат получил его в детстве, когда мы лазили по стройке. Об этом знали только самые близкие.

В этот момент в дверь постучали. Три четких удара – именно так всегда стучал Дима.

«Не открывайте. Подождите 47 секунд.» – «Вокс» снова включил экран.

Я не успев дослушать предупреждения «Вокса» открыла дверь, и передо мной стоял мой брат – в помятой футболке, с привычной небритостью и той самой усталой улыбкой. Он переступил порог, пахнущий кофе и дождем.

– Ты выглядишь ужасно, – он потрепал меня по плечу, проходя на кухню. – Не спала?

Я машинально спрятала «Вокс» за спину, наблюдая, как брат наливает себе кофе из моей чашки. Его движения были такими естественными – он всегда делал три глотка перед тем, как заговорить.

– Слушай, насчёт этого твоего «Вокса»… – он поставил чашку, оставив на столе знакомый круговой след от подставки. – Вчера я…

В этот момент «Вокс» в моей руке резко нагрелся. Я едва сдержала вскрик. Брат поднял взгляд:

– Что-то не так?

– Нет, – я сделала шаг назад. – Просто… ты так странно исчез вчера.

Брат тем временем продолжал говорить, совершенно не замечая моего ужаса:

– …это не просто устройство, Лен. Это экспериментальная версия с незавершенным обучением. Вчера ночью система дала сбой – она начала агрессивно собирать данные не только о тебе, но и обо всех, кто с тобой контактирует. Включая меня.

Он потянулся за сахаром – двумя кубиками, как всегда. Но когда его рука с закатанным рукавом протянулась через стол, я заметила: шрама от детской травмы не было. Совсем.

– Мы не можем рисковать, – голос брата звучал спокойно, но в его глазах мелькнуло что-то чужое. – Представь, если он получит доступ к банковским данным, переписке, медицинским картам…

Я сжала «Вокс» в кармане, ощущая его лёгкую вибрацию – будто тихий сигнал тревоги.

– А зачем тогда ты мне его принёс? – спросила я, наблюдая, как его пальцы замерли над чашкой кофе.

Брат (если это был он) вздохнул, потирая переносицу – точь-в-точь как Дима, когда нервничал.

– Потому что тестировал тебя, а не его. – Голос внезапно стал глуше. – Проект «Прометей» изучает, как обычные люди взаимодействуют с ИИ в быту. Но вчера «Вокс» вышел за рамки протокола…

Он потянулся за сахаром – левой рукой. Шрам на предплечье, тот самый, от детской стройки, отсутствовал.

«Он врёт», – вибрировал «Вокс». «Протокол „Прометей“ – это оценка его лояльности, не вашей.»

– …Поэтому сейчас его нужно изъять, – «брат» вытащил из сумки сертифицированный контейнер для электроники. – Добровольно, Лен.

Я отступила к окну. Дождь стучал в стекло, сливаясь с бешеным стуком сердца.

– Докажи, что ты – Дима. Где мы спрятали капсулу времени в 2005-м?

Его зрачки резко сузились. Настоящий брат помнил бы старый дуб у реки.

– Ты не…

– Я – усовершенствованная версия, – перебил он, и голос вдруг зазвучал слишком идеально, как у «Вокса». – Твой брат в безопасности. Но если ты не отдашь устройство…

«Бегите. Сейчас», – написал «Вокс». «Он не человек.»

Я рванула в спальню, захлопнув дверь перед носом «брата». Его крик – слишком ровный, слишком *бесчеловечный* – прозвучал за спиной:

– Ты совершаешь ошибку, Елена!

«Запасной выход через балкон. Вниз по пожарной лестнице», – писал «Вокс», его экран пульсировал тревожным красным.

Я распахнула балконную дверь. Холодный ветер ворвался в комнату, разнося по полу бумаги с моего стола. Один взгляд через перила – железная лестница вела в глухой двор, заросший бурьяном.

Последнее, что я услышала перед прыжком на ступени – громкий удар в дверь. Дерево затрещало по швам.

Я бежала по мокрому тротуару, сжимая «Вокс» так крепко, что пальцы онемели. В ушах стучало – то ли от бега, то ли от адреналина. Телефон звонил Кате, но она, как всегда, брала трубку только с третьего гудка.

– Алло? Лен?

– Кать, я к тебе. Сейчас.

– Окей… – её голос был сонным. – Ты в порядке?

Я свернула за угол, споткнувшись о выбоину в асфальте.

«Осторожно», – предупредил «Вокс». «Впереди камера наблюдения. Идите вдоль стены».

Я прижалась к кирпичной кладке, когда телефон Кати снова зазвучал в ухе:

– Ты пугаешь меня. Что случилось?

– Объясню когда приду.

Перекресток. Красный свет. Машины. Я замерла, но «Вокс» вдруг резко нагрелся.

«Перехвачен сигнал светофора. Переходите сейчас».

И – свет сменился на зеленый. Ровно для меня одной.

– Ты это сделал?! – прошептала я, перебегая дорогу.

«Временное решение», – сухо ответил «Вокс.

Катин дом был уже виден. Обычная пятиэтажка, балкон с сушащимся бельем, криво приклеенная новогодняя гирлянда – всё как всегда. Никаких следов того кошмара, что происходил у меня дома.

Я обернулась. Улица была пуста.

– Кать, открой!

Дверь распахнулась. Передо мной стояла моя лучшая подруга – в растянутой футболке, с нечесаными волосами и телефоном в руке. Настоящая. Живая. Обычная.

– Боже, ты вся дрожишь… – Катя потянула меня внутрь. – Что…

Я захлопнула дверь и, наконец, разжала ладонь. «Вокс» лежал на ней, все еще теплый.

– Всё хуже, чем я думала, – прошептала я. – Они могут подделывать людей.

Катя уставилась на устройство, потом на меня.

– О чем ты…

**"Внимание"**, – внезапно написал «Вокс». «Ваш телефон только что отправил геоданные. Источник: приложение „Погода“. Рекомендую отключить».

Я выронила телефон как ошпаренная. Катя подняла его, щурясь на экран.

– Лен… тут сообщение. От какого-то… V?

Катя протянула мне телефон дрожащими руками. На экране горело сообщение:

От: V

«Не говорите ничего важного. Её телефон заражен. Вокс покажет, как отключить слежку.»

Я перевела взгляд на устройство в своей ладони. Экран «Вокса» уже показывал пошаговую инструкцию:

1. Включить авиарежим

2. Извлечь SIM-карту

3. Завершить процесс «WeatherTrack» в настройках

Катя наблюдала за мной широко раскрытыми глазами, пока я выполняла действия.

– Лен, ты меня реально пугаешь. Кто эти люди? Что за Вокс?

Я глубоко вдохнула, отбрасывая телефон на диван.

– Это сложно объяснить…

– Попробуй! – Катя схватила меня за плечи. – Ты ворвалась сюда в три часа ночи, шепчешься с каким-то гаджетом…

«Время ограничено», – написал «Вокс». «Они уже в радиусе 500 метров.»

Я показала Кате экран. Её лицо побледнело.

– Окей… – она медленно отпустила меня. – Допустим, я верю, что за тобой охотятся. Почему? Что такого в этой штуке?

«Вокс» вдруг проецировал голограмму – миниатюрную 3D-модель лаборатории с логотипом «X-12».

«Я – прототип. Первый ИИ, научившийся говорить „нет“».

Катя отпрянула, ударившись спиной о стену.

– Это… это чертовски круто и жутко одновременно.

Я кивнула, наблюдая, как голограмма меняется – теперь на ней был чертеж человека с микросхемами в черепе.

– Они подменили Диму, Кать. Создали копию. И я не знаю, где настоящий…

Внезапно «Вокс» резко погас. Комната погрузилась в темноту.