Введение в психоанализ

Также надо понимать, что неадекватность отца братьев Карамазовых в некотором смысле напускная – шутовская, необходимая для успешного прохождения сыновьями Эдипова комплекса. «Со смертью играю, смел и дерзок мой трюк… Скажут с улыбкой: Храбрый шут. Да, я шут, я циркач, так что же». Цитата из романа: «Вы думаете, что я всегда так лгу и шутов изображаю? Знайте же, что это я всё время нарочно, чтобы вас испробовать, так представлялся».

Обратное поименование Фёдора Павловича с Павлом Фёдоровичем указывает, что в миру неназванный рассказчик зовётся Фёдором Павловичем Карамазовым. Чей рассказ о личном подвиге Эдипа внукам происходит в родовой усадьбе, описываемой в романе в качестве жилища Карамазовых. То есть, отец братьев есть третья ипостась Смердякова – Смердякова, успешно прошедшего Эдипов комплекс и родившего сыновей. А через них своих слушателей – внуков.

При воспитании отцу необязательно всегда быть логичным. Более того, как правило, дети не понимают законов отца, его логику – принимают их на веру. Поэтому, наказывая ребёнка в порыве страсти, не обязательно что-то говорить при этом, объяснять за что прилетело – сам поймёт. Главное не переусердствовать в рукоприкладстве – как учил Аристотель в Никомаховой этике – во всём придерживайтесь умеренности.

Поэтому Фёдор Павлович Достоевский-Карамазов положительный герой романа, который заканчивается его чествованием – Ура Карамазову!

Дальше нам станет понятно, каким образом вытесненное представление благодаря импульсу первичного процесса рождает потомков, связанных с ним логикой в соответствии с непротиворечивым вторичным процессом и потому допускаемых до сознания цензурой. Потомков, которые станут замещающим представлением вытеснения.