Раскрутка компилятора

Перед взором в вагоне мерцали объемные голограммы в пространстве с различными заманухами. Ранее еще до аренды им виртовой капсулы использовались дисплейные гнущиеся пленки. Их растягивали полосами на любых поверхностях, где крутили туже рекламу. На фрагменте с витаминами Кроу задумался, а потом резко переключился на женщин, жадно щелкающих орехи. Еще старик стоял возле свободного места, но садится никак не решался. Все эти простые события взбудоражили восприятие Аменабара, хотя на первый взгляд ничего необычного в происходящем не улавливалось. Он вдруг подумал о предполагаемой сумме, которую тратит на него корпорация, в данный момент возникли странные мысли и Кроу готов поклясться, что с ним уже такое раньше бывало.

Вишенкой на торте стали размалеванные в цвета радуги подростки с беспроводными гитарами.

«Квазар… больше не бьется внутри меня…

Яркий маяк теперь не броня … ведь вырвусь вновь… в последний путь…

Взрывай… нужно зажечь этот важный диск…

Вырастить новое ядро… убить все вокруг… в этом суть…»

Девчонки исполнили до жути знакомую песню, только где ее слышал? Он так и не вспомнил.

Все могло идти своим чередом, как и в остальные дни, но именно сегодня всё внимание перевёл на себя человек в чёрном шлеме и бронированном комбинезоне. Он неожиданно вбежал в зал для собраний виртозависимых и начал полить из двух пистолетов по всем присутствующим, кроме говорившего. Уничтожив проекторы с голограммами и живых людей, незнакомец подошел к Кроу.

Аменабар замкнулся в сознании. Все сейчас слова Хэмиша смешались и становились пустым бесформенным звуком. Ведь он понимал, что его друг болен и ему нужна помощь. После заточения долгих лет в вирте они вдвоем опасны для общества. Хэмиш не дернув бровью застрелил людей в комнате, так же ловко как делал в том мире. А скольких он, возможно, еще погубил, чтобы добраться сюда и найти его?

― Хэмиш, послушай… Нам нужна помощь, поверь. Тот мир не наш дом. Я сам жалкий торгаш запчастей для рунных капсул с виртом. Смог выйти на крупного поставщика и выбил себе аренду. Вспомни кем ты был? Друг… послушай…

― Они промыли мозги, Тайлер! Там Сенди… Тебе плевать? Айзек убьет ее! Слышишь?! Все проделки законников, накачали нас наркотой в тюрьме.

У Аменабара заблестели глаза от слез, а Хэмиш не переставал причитать какой-то бред. Кроу попытался протянуть руку к пистолету виртового друга, но тот отдернулся.

― Послушай, тебе помогут. Отдай мне оружие или еще кто-то пострадает.

Разъяренный Хэмиш направил два пистолета на Кроу, но тот среагировал быстрее, схватив его за руки. Все произошло в точности как там на ранчо. Он пытался отобрать спрингфилд у Рассела и раздался выстрел. Новый ухажер его супруги спустил курок, чтобы убить тогда Тайлера, но из-за суматохи ствол снесло в сторону, и тот вышиб сам себе мозги. Вцепившись в обе руки Хэмиша, один из пистолетов прострелил воздух, а другой ему горло. Крови не было, оружие здесь отличалось, хотя по принципу небольшое сходство все же прослеживалось с пистолетами. Вместо громкого выстрела, слышно при спуске курка странное гудение. С выжженной дырой на шее, Хэмиш обмяк на руках у Аменабара. Оба ствола шлепнулись на пол.

― Н-е-е-е-т!!! А-а-а-а-р-г-х…Хэмиш…

Когда пришло понимание убийства Рассела, эмоции нахлынули другие. Он не желал смерти новому владельцу ранчо, но и не испытывал боль после осознания произошедшего, как в данный момент.

― Лучше бы я заткнулся и отправился с тобой в вирт… Друг мой…

Аменабар разрыдался, слезы рванули из глаз. Ему жаль Хэмиша. Ведь тот болен и невзирая на вымышленный мир, стал близким другом в нем.

Врачи рассказывали Кроу о самом тяжелом этапе у виртозависимых, кого вытаскивали с таким же глубоким сроком пребывания. Многие замыкались в себе на столько, что просто не говорили от слова совсем. Они могли принимать пищу, ходить в туалет самостоятельно, но всегда молчали. Больные уже не взаимодействовали ни с кем в обществе. Некоторых удавалось реабилитировать, а другие погружались еще глубже в отчужденное состояние. Симптомы Хэмиша такие же, как и у Кроу первые дни, но это вполне естественная реакция. Аменабар понимал, что еще можно ему помочь. Они могли бы так же подружиться и здесь.

― А ведь я не знал его настоящего имени. Интересно, Сенди тоже есть в моем мире? Господи… лучше бы я вернулся немым овощем. Ну почему…?!

Аменабар продолжал истязаться чувством вины о сказанных словах и действиях, приведших к гибели друга. Кроу не заметил, как всё вокруг стало искажаться.

Интерлюдия. Цикады

Все убитые Хэмишем люди сливаются в однородную текстурную массу с полом и стенами. Неназванный выбирается из оболочки Кроу и повернувшись, прислоняет руки к челюсти замершего в ужасе Аменабара. Всю нижнюю часть лица существо присоединяет к себе. Раздается узнаваемый треск компакт-диска, а затем знакомый стрекот насекомых.

― А-а! ― Неназванный падает на колени, держа в руках бумеранг с мечом Ванреда, кричит голосом Кроу и последние ноты визга становятся похожи на запись заевшей пленки.

― А…а…а…а…а…а… ― протяженный возглас из человеческого делается прерывистым, дерганым с амплитудой чего-то механического и неестественного.

Что-то похожее происходило при обретении глаз и ушей, но на этот раз слышится собственный голос, пускай он пока и не может полностью управлять им. После бессвязных манипуляций с криками, звуки из рта прежние.

― Да что происходит? ― вылетают наконец-то из глотки слова. Неназванный знает, это его воздух из легких, хоть тембр и звучит как у Аменабара, только гнусавее, ведь нет носовой полости. Все части лица Кенра, Ванреда и теперь Аменабара, в прошлом принадлежали ему, но объяснить их отсутствие не имеет возможности, просто знает, что так и есть. Странно это, оболочек не существует, а теперь, кажется, всегда присутствуют.

Крик обычный человеческий уже не тот, как несколько секунд назад. Неназванный дерет глотку изо всех сил. Он молчал до данного момента, не считая случаев, где переживает сущности всезнайки Камышей, убийцы великанов и Кроу. При мыслях о последнем, цепляется озарение, что Аменабар так же живет чужой жизнью в оболочке Тайлера, прям, как и сам Неназванный прошедший уже через множество судеб.

Разговаривает с собой, выпускает радостно в пространство новые слова. Он и дальше бы наслаждался своим приобретенным голосом, но прерывается, так как видит напротив фигуру в плаще с посохом. Стрекот цикад усиливается и исходит сильнее, чем обычно. Возвращается другое окружение, но очень резко, словно ничего не существовало ранее, будто мир Кроу лишь иллюзия. Чувства хлещут потоком, Неназванный узнает место. Птицы, перевернутые и летающие сквозь асфальт, машины, впивающиеся в дома с дергающимися людьми. Некоторые куски неба, наслаиваются полосками на горизонт. Город наверху, Иерихон, битва с Тауном, всплывают в памяти.

Они тогда пришли в его мир, семеро. Шесть фигур видно, а один сейчас стоит перед ним. Неназванный в ужасе разворачивается и пытается сбежать, ведь он стер его тогда и обрек на скитания в полной тьме. Он сбился со счета, сколько эпох бродил по тому болоту, пока не встретил резчика.

― Нет! Отойди от меня, ― он разворачивается рывком по расползающимся текстурам деревьев и асфальта, но фигура в плаще распадается на рой цикад, моментально обгоняя его.

Один из семерых собирается из насекомых в гуманоидную форму прямо перед беглецом.

― Я не хочу снова во тьму! Оставь меня! – голос Аменабара прокатывается по мерцающей наслаивающейся самой на себя улице, зависшей словно открытые окна на компе, ставшие формировать собственные копии из-за ошибки.

― Тогда не было выбора. Прости… Пришлось спрятать тебя от них… ― слова вышли с мерзким стрекотом, будто насекомые научились говорить.

Неназванный понимает, что убежать от такого чудища не в силах и останавливается. Да и куда? С окружением вокруг творится чертовщина, а объяснить всё может лишь сущность в плаще. Да и его ли это мир вообще? Кто он сам, откуда? Недавно варился в хаосе, где нет звуков, слов и картинок, лишь мысли с внутренним голосом. Тогда терзали вопросы и сейчас же его снова собирают по частям, но загадок меньше не становится. В чем смысл? В том, чтобы постоянно искать ответы? До полного хаоса, Неназванный живет оболочкой деревни, строит Иерихон. Хочется приступить к беседе с одним из семерых, но он не знает с чего начать, а рука все крепче сжимает рукоять черного клинка в опасении, что снова придется пережить ту пустоту. Существо в плаще обращает внимание на бумеранг с мечом Ванреда.

― Встречался с черным уже… Хорошо. Ты пока не полностью восстановлен. Не бойся, нет сейчас необходимости стирать твои текстуры, скоро все поймешь, а теперь посмотри кое-что, ― последние слова уже доносятся стрекотом из распавшейся фигуры на рой цикад.

Насекомые волной направляются в сторону неназванного. Существо пытается отмахнуться от них клинком Ванреда, но оружие будто рубит воздух. Мелкие твари облепили тело и раздается привычный треск, словно кто-то ломает болванку пальцами.

Все исчезает, сменяясь огромными синими деревьями, приятный аромат. Не успевает Неназванный насладиться пейзажем нового мира, как все внимание к себе приковывает она. Обнаженная девушка с баклажанными волосами прижимается к нему, а потом шепчет на ухо, но разобрать слова он не может. Татуировки на ее теле двигаются, превращаясь в странные знакомые символы, а Неназванный и рад бы вспомнить их значение, но не в силах. Готов провести в ее объятиях вечно, но через некоторое время девушка растворяется в воздухе.

Серия 5. Один из пилигримов

мимо Мекки и Рима,

синим солнцем палимы,

идут по земле пилигримы.

(с) Иосиф Александрович Бродский

________________________________________________________________________

― Зря ты так, Эрик! ― разочарованным голосом отметил происходящее президент компании Оил Космо, ерзая нервно пальцами внутри кармана пиджака.

Председатели корпорации с ужасом наблюдали, как горело кресло за их столом. Некоторые выбежали из помещения.

― Кем я являюсь по-вашему? Тем, кто станет просиживать зад?! Прежде всего, я – пилигрим! Вашу мать! ― перекрикивал худощавый мужчина пожарную сигнализацию, держа в руке открытую бутылку.

На скандальном парне комбинезон с нашивкой космического крейсера в капле. Его носили под скафандром пилоты Оил Космо. После предложения вакансии в управлении корпорации, Эрик Плимут показательно облил предназначавшееся ему место в совете смесью для полетов и поджег.

― Мною выполнены условия контракта! Обещали, что если найду землю под колонию, то оплатят все года наперед и освободят от обязательств. Где мой корабль?! И лицензия на перемещение в космосе?! ― возмущался Эрик, убирая бутылку в сумку, закрутив плотно крышку.

― Возникли трудности с конкурентами. Войди в положение! Мы ценим вклад такого поселенца, деньги ты получил все до копейки. К сожалению, нет возможности пока прекратить действие контракта, ведь из-за тяжелой экономической ситуации и нехватки штата, другие наши корабли временно не летают, ― пытался скрыть гнев и сдержанно общаться председатель Оил Космо, но дергающаяся прерывисто левая бровь его выдавала.