Лейилин. Меня просто нет

Хлюп.

Я плачу?!

Второй раз за день? В смысле ночь.

Хлюп.

Определенно плачу.

Секунда страха, граничащего с ужасом, потом пришло осознание, что стекающие по лицу капли не причиняют мне никакого вреда. Обычные теплые и… мм-м… немного соленые слезы.

Нет, я точно какой-то мутант!

Дальше я совершила настоящее кощунство – забралась с ногами в большое кожаное кресло министра. Просто оно показалось удобнее, чем второе, которое стояло по другую сторону стола. Там я хорошенько проревелась, пожалела, что рядом нет еще какого-нибудь шпиона, желающего решить мои проблемы, и тут же отвесила себе мысленного пинка. Что-то ты совсем расклеилась, дорогуша! Забыла свое место?

В самом нижнем ящике стола лежал всякий нужный хлам. Там нашлась пачка салфеток. Я вытерла лицо… и не стала ее выбрасывать. Кто знает, когда в следующий раз меня пробьет на слезу? А узнать правду о жидкости, которая появляется из моих глаз, хотелось бы. А то я уже начинаю чувствовать себя немного сумасшедшей.

Вытянув ногу, задвинула ящик.

Истерика отступила, ее место заняло такое настроение… срочно требовалось что-то сделать.

Например, поджечь дом вместе со всеми древними традициями, которые, кажется, въелись в стены.

Нет, не то.

Взгляд нашарил на столе золотую ручку. Ее подарила отцу Шантия на пятидесятилетие, и обычно он держал ее при себе, но сегодня, видимо, забыл дома. Рука без малейшей команды со стороны разума схватила вещицу, отбросила колпачок, который со звоном покатился по полу, зажгла настольную лампу…

Света катастрофически не хватало, процесс замедлялся болью в ушибленной правой руке, но примерно полчаса спустя, по ощущениям, на запястье левой сияло солнце.

Синее, нарисованное, и наверняка оно смоется, как только я приму душ.

Но на душе полегчало.

Да, Шантия может мне что угодно приказать. Но я могу в ответ пригрозить ей, что расскажу о наличии у нее практически рабыни и о том, что она не собирается меня отпускать. Посмотрим еще, кто окажется сильнее!

Умиротворенно улыбнувшись, я закрыла глаза и почти сразу же провалилась в сон.

До отъезда оставался почти час.

– Уверена, я что-нибудь обязательно забыла! – Шантия металась по комнате и только что руки не заламывала.

Но пусть уж лучше так, чем очередной слезливый поток.

– Шубы и теплые вещи можешь достать. – Я изо всех сил старалась, чтобы голос не звучал издевательски. – Там, куда мы едем, бывает либо жарко, либо очень жарко.

Я сидела на одном из чемоданов, вытянув ноги, и с трудом удерживалась от того, чтобы посмотреть на левое запястье, еще раз потрогать узор. Нельзя. Не при Шантии точно. Там сияло солнце, которое не смылось ни одним средством. Я даже жидкость для снятия лака пробовала! Только раздражение на коже нажила.

Первое посещение ванной смыло чернила, но под ними оказался темно-золотой узор.

И здравого объяснения, как он туда попал, у меня не было!

Наверное, я правда какая-то ненормальная.

– И ты говоришь об этом только сейчас? – Шантия остановилась так резко, что чуть не упала, и одарила меня обиженным взглядом.

– Вообще-то, ты тоже читала об Арнеаре, – разумно напомнила я. – И с их представителем беседовала.

Она закусила губу, пытаясь как-то справиться с собой.

Эффекта ноль. Ее заметно трясло.

– Не успею, – решила невеста, оглядев бессчетное количество чемоданов. – Я понятия не имею, где они лежат!

– Как знаешь.

Мне было меньше всего дела до того, что окружение Зейна посчитает ее чокнутой.

Поправив элегантное платьице пудрового цвета, Шантия присела на чемодан напротив меня. Поездка обещала быть не совсем обычной и пройти быстро, а на приближенных короля следовало произвести самое благоприятное впечатление, поэтому ее настоятельно попросили выглядеть соответствующе. Платье, лучшие украшения, элегантная прическа, которая добавляла восемнадцатилетней девчонке десяток лет. Я никогда не завидовала Шантии, не мечтала оказаться на ее месте и сейчас откровенно радовалась, что могу сидеть здесь в джинсах и топе и вообще не беспокоиться насчет того, что там обо мне подумают.

Для принимающей стороны я и так приживалка, куда уж унизительнее?

Зато не собственность. Если хорошенько покопаться, в любой ситуации можно отрыть плюс.

– Что еще ты знаешь об этом Арнеаре?

– На месте осмотримся.

Пересказывать было откровенно лень.

– Непрекращающийся кошмар какой-то, – тихонько пожаловалась Шантия. Плакать ей сейчас было нельзя, чтобы не испортить идеальный макияж, на который она больше часа убила. – Лэли, мне так страшно! Здесь у меня были планы, был Инвуд, который так сильно меня любил, что, узнав о нашем расставании, напился и вылил на себя кипяток… А там что?!

Я ей этого не говорила. К моменту, когда я отоспалась и потихоньку выбралась из кабинета, она уже обо всем прочитала в сети, а недостающую часть информации просто подогнала под приятную лично ей, Шантии, картину мира. И потом еще ворчала, что я не сообщила плохие новости ее парню достаточно мягко, чтобы он не наделал глупостей. Впрочем, без особого энтузиазма. Видимо, «глупости Инвуда» льстили ее самолюбию.

Рассказывать, как все было на самом деле, я не стала. Потому что тогда пришлось бы признаться и в собственных странностях, и Дэна упомянуть, а это все хотелось сохранить только для себя. А так третий принц выглядит полным идиотом, что лично меня вполне устраивает.

Дверь открылась без стука.

– Девушки, вы готовы?

– Да, Лейилин.

Шантия встала.

Мне пришлось последовать ее примеру.

– Министр Данлок ждет вас внизу. Сопровождение уже подъезжает, поторопитесь.

Оттягивать неизбежное смысла не имело, и мы сразу же последовали за ней.

В холле нас ожидали взволнованная госпожа Саммер и спокойный как скала министр. Ни разу в жизни не видела, чтобы он нервничал.

– Папа… – пролепетала Шантия.

Отец ее скупо обнял и поспешил передать матери, которая тискала долго и явно не желала отпускать. Я просто стояла рядом. Никто из присутствующих на меня не смотрел, будто меня правда не существовало или я была прозрачной.

– Я горжусь тобой, дочь. – В устах Данлока это была высочайшая похвала.

Еле сдерживая слезы, Шантия кивнула.

– Не бойся, детка. – Саммер откровенно рыдала, но делала это как-то элегантно, у нее даже косметика не потекла. – Мы будем часто общаться. И обязательно тебя навестим.

– Через пять лет, – вклинился министр. – Если не получится, тогда уже через десять.

Шантия застыла с приоткрытым ртом.

– Что?..

– Особенности перехода, сама понимаешь, – не очень понятно даже для меня пояснил ее отец.

– Н-не понимаю…

Пускаться в пространные объяснения ему не хотелось, но нервировать сейчас «счастливую невесту» было вредно для дела, поэтому все-таки пришлось:

– Как ты знаешь из курса географии, Арнеар находится в отдельном измерении, фактически в пространственном мешке. С одной стороны, это полная безопасность. С другой – предельно закрытый образ жизни. Попасть туда возможно, только когда природный переход настроен на нас. А это происходит примерно раз в пять лет.

Шантия сильно побледнела и пошатнулась.

А в моей голове к головоломке присоединилось несколько новых кусочков. Точно, мы же учили это! Интересная штука этот переход. Он, по сути, работает как часы, только цикл занимает пять лет. Ну, примерно. Но это между нами и Арнеаром. В остальное время пространственно-магическое явление действует у них, а у нас нет. И выводит в какие-то другие места. Я не знаю, взаимодействует ли с ними как-то Арнеар, но это может оказаться невероятно интересным…

– Едут. – Приближающиеся слоттерсы сопровождения госпожа Саммер заметила первая.

– Шантия, соберись, – скомандовал министр.

В мою руку опять вцепились ледяные пальчики.

Но я сейчас меньше всего думала о своей страдающей хозяйке. Слишком занята была высматриванием среди прибывших симпатичного блондина с яркими глазами. С бородой или без. Даже на цыпочки встала.

Знакомая фигура не появилась.

Или я просто не узнала его среди такого количества народа.

Приехали наш король со старшим сыном, несколько коллег министра с важными документами, доверенные лица Зейна, охрана и сопровождение для нас. На улице собрались журналисты, глаза поминутно слепило вспышками камер.