Я. ...Мои мужья... ...и любовники...

Я. ...Мои мужья... ...и любовники...

Глава 1 За родину! За Сталина!

Россия, 2035 год

Я стою в первом ряду важных гостей. Мой муж — моя опора и мой надёжный тыл — стоит рядом со мной. Сегодня один из самых важных дней в нашей с ним жизни. Мы оба стоим и волнуемся, как будто это наш день. Заиграл марш Мендельсона. Наша девочка сегодня навсегда официально покинет родительское гнездо.

Я смотрю на любимого, и словно не было этих лет, прожитых с ним совместно. Морщинки-лучики у глаз, благородная седина в светлых волосах — всё это лишь добавляло ему шарма. Время не властно над его статью, несмотря на то что ему уже перевалило за пятьдесят. Он взглянул на меня, как тогда, у ворот коттеджа, когда увозил меня прочь от ненавистного мужчины в осеннюю ночь. Мой муж... Лёгкая грустинка кольнула моё сердце. Мельком взглянула на своё отражение в огромном напольном зеркале.

На меня смотрела моложавая блондинка с собранными в изящную причёску волосами. Чуть располневшая талия нисколько не портила мою по-юношески стройную фигуру. Зелёное платье в пол тяжёлыми волнами ниспадало вниз, подчёркивая мягкие линии.

Взгляд перебежал к белой мраморной лестнице, откуда вот-вот должны были появиться жених и невеста.

Ковровая дорожка отделяла нас от родственников будущего зятя.

Ирония судьбы… Отцом моего будущего зятя является человек, в которого я когда-то была влюблена. Человек, который, играясь, прошёлся кирзовыми сапогами по моей душе. Тогда, много лет назад, я думала, что больше его никогда не увижу. Но «никогда» — это слишком долго!

Вероника и Димка, сияющие от счастья, рука об руку спускались по лестнице. Незаметно для окружающих я смахнула слезу. И тут же почувствовала тепло и поддержку родной руки, которая всегда была рядом в трудные минуты. Сколько всего мы пережили вместе… Но я знала, что рядом со мной самый верный и надёжный человек на свете.

На миг наши глаза с отцом Димки встретились, и я прочитала в них раскаяние, которому ни на грош не поверила. Он теперь генерал... Его карьера взлетела благодаря удачной женитьбе на генеральской дочери. Через скольких он переступил и скольких перемолол, этот ужасный человек, пользуясь своими знаниями, я даже думать не хочу. Как хорошо, что Димка вырос совсем другим! Видимо, сказалось правильное воспитание деда и суворовское училище. И как бы я ни радовалась за дочь, тень прошлого не позволяла мне забыть, кто отец её избранника.

Да, я и простила его - но память вновь унесла меня на многие годы назад, туда в далекий значимый год в моей жизни…

Россия, 2008 год

Я сидела на диване и наблюдала, как Макс бегает по комнате в боксерах. Дверки платяного шкафа были распахнуты настежь. Одинокий чёрный носок, будто подбитый лётчик, повис на одной из них. Его напарник сиротливо свернулся калачиком под столом.

Я поджала ноги на диване, дабы хозяин квартиры не запнулся о них.

Макс тем временем вытащил из шкафа две рубашки — голубую и серую — приложил их к себе. Посмотрел на своё отражение в зеркале и, повернувшись ко мне, спросил:

— Какую всё-таки выбрать — серую или голубую?

— Солнце, — ответила я, — ты в любом виде шикарен! Твоя Каринка будет в восторге.

Макс остановил выбор на голубой рубашке. Подобрав в тон ей галстук, направился на выход.

Поднявшись за ним следом, окинув другана детства придирчивым взглядом, я невольно растянула губы в улыбке.

— Ничего не забыл?

— Ты о чём? — не понял он.

Я молча указала взглядом на его трусы.

— Капец! Забыл! — Он метнулся к стулу и стал надевать брюки.

— Таким образом, ты мог не только Каринку поразить, но и довести до инфаркта её бабку.

Интерлюдия №1

«Полагаю, настало время познакомиться с вами поближе. Меня зовут Маринка — Малинка. Маринкой нарекли родители. Малинкой — за цвет моих волос, цвета спелой малины, в который я выкрасилась, как только мне исполнилось восемнадцать, и с которым не расстаюсь по сей день.

А это мой кореш по окопам — Макс. Мы с ним вместе росли с колясочного возраста. Наши мамы — закадычные подруги со школьной скамьи.

Вместе мы с Максом ходили в одну группу в детском саду, потом в одну школу, правда, в разные классы. Поступили в разные университеты, но дружбу сохранили.

И да. У нас с ним был секс. Первый. Неуклюжий. Оба ожидали от этого действа большего. Так мы с ним отметили своё совершеннолетие. Напились и переспали. Банально, скажете вы. Да мне как-то пофиг. Мы это сделали для себя. Потом пару раз ещё пытались заняться этим делом. Но, как говорится, не срослось. Решили быть друзьями. Да и как-то странно трахаться друг с другом людям, которые сидели в детстве на одном горшке. По крайней мере, нам.

Макс в универе устроился подрабатывать тренером по фитнесу. Сейчас у него свой зал. Толпы девиц и дам бальзаковского возраста бегают за ним. Ещё бы! Фигурой он походит на молодого Шварценеггера. С детства профессионально занимаясь борьбой, наработал себе железные мышцы. Ростом за метр восемьдесят, с чёрными глазами и длиннющими пушистыми ресницами стал не одной ночной фантазией слабого пола. Но у Макса была одна проблема. Он смущался.

Чтобы пригласить Каринку на первое свидание, долго взвешивал все «за» и «против». Подружайка моя закадычная была свидетелем нашей попытки отношений. Тогда Макса она знала шапочно, и он ей был не интересен. Их роман начался много позже — после нашего с ней посещения стрипклуба, где в роли стриптизёра тогда себя пробовал Макс. Но это их история. Не моя.

Я же после университета предпочла работу свободного художника. Фриланс. На хлеб с маслом, отпуск и коммуналку хватает.»

— Ты домой? — уточнил Макс, когда мы вышли из его квартиры.

— Ага. Свет в моей хате до сих пор не дали. Поэтому поеду к Женьке под бок.

Живя полгода с Женькой в его квартире, я всё ещё не могла привыкнуть называть её нашей. В своей я продолжала работать. Не хотела перевозить к своему парню кучу рабочего барахла: краски, кисти, подрамники и холсты, готовые работы и незаконченные. Всё это находилось в моей берлоге.

— Приветище ему передавай от меня!

Мы стояли у лифта, ожидая, когда он остановится на нашем этаже.

— Обязательно. — Я взглянула на часы. Половина второго. — Он ещё может дрыхнуть. На работу ему только завтра.

Зазвонил мой телефон. На дисплее высветилась смеющаяся мордашка моей подружки Каринки.

— Слушаю, солнце, — ответила я на звонок.

— Мой благоверный рядом? — осведомилась она.

— Ага. Упакован и блестит, как новогодняя игрушка! — Я скорчила смешную рожицу.

— Передай ему, что у него телефон разряжен. Я на работе чуть задержалась и теперь торчу в пробке.

— Погоди. Щас громкую включу. Сама ему скажешь.

— Зай, — из трубки раздался Каринкин голос, — я задержалась на работе. Опоздаю минут на двадцать.

— Норм, — ответил мой кореш. — Я как раз пару моментов с пацанами перетереть успею.

Двери лифта открылись, и мы, шагнув в него, понеслись на первый этаж.

Выйдя на улицу из тёмного подъезда, я зажмурилась. Яркий, тёплый, не по-осеннему сентябрьский день радовал и согревал.

— Сегодня утром слушала в автобусе гороскоп, пока ехала к себе. Там передали, что сегодня — самый счастливый день в моей жизни, — щурясь от яркого солнышка, поделилась я с Максом.

— Может, Жека замуж тебя позовёт?

— Тьфу на тебя. Не готова я к этому. — Слегка слукавила я ему и самой себе. — Это мои первые серьёзные отношения, и я иногда теряюсь.

— Почему? — удивился Макс, нажимая на брелок сигналки.

Стоявшая неподалёку машина мигнула фарами, тихо пиликнув.

— Не знаю. Иногда кажется, что вроде всё хорошо, но ощущение грядущей подлянки не покидает.

— Жека что-то выкинул? — Макс нахмурился.

С Женькой мы познакомились на дне рождения общего знакомого.

— Да вроде нет. — Я пожала плечами.

— Его бывшая жена опять нарисовалась? — Макс нахмурился.

— Не знаю. — Я покачала головой. — Он, во всяком случае, не говорил.

— И не скажет, — Макс скривил губы. — Пойдём, подкину тебя до метро хотя бы.

— А давай, — согласилась я.

Проехав в вагоне метро четыре станции, вышла на пятой. Заглянула в магазинчик, купила бутылку мартини и торт. Настроение было игривое. Хотелось сделать своему любимому мужчине сюрприз.

Пока ехала в лифте, нетерпеливо притоптывала ногой, предвкушая, как обрадуется Женька при виде меня так рано.

Осторожно придерживая бутылку, я вытащила из кармана ключи.

Открыла аккуратно входную дверь. В квартире раздавался звук включённого телевизора. Шло какое-то кино. И ещё какие-то знакомые и пока не понятные звуки. Прикрыла за собой дверь, скинула туфли и, как была, с тортом и мартини, пошла на цыпочках в спальню. Очень хотела сделать любимому сюрприз, будя его поцелуем.

Открыла дверь в спальню и остолбенела. Непонятными звуками являлись шлепки двух голых тел друг о друга.

Моим глазам предстала голая Женькина жопа, двигающаяся туда-сюда, и две женские ступни, торчащие над его плечами. Они так были увлечены процессом, что не заметили меня.

Я неожиданно для себя выдала:

— За Родину! За Сталина!

Глава 2 Дружеская терапия

Оба трахмейстера замерли, а я продолжила.— Знаешь, Жек, что самое обидное? — указала на него пальцем. — Там — не я!

Женька, чертыхаясь, скатился с девахи.Ну как девахи. Женщины лет сорока плюс. Холёной. С красивой подтянутой фигурой. Сиськами, что даже у меня глаз заблестел.

Невольно я прониклась к незнакомке уважением. В таком возрасте не всякая может похвастаться жопой, как орех.

Незнакомая женщина нисколько не смутившись продолжила лежать на кровати. Только приняла более величественную позу.

Моё сердце разрывалось от боли. Мир рухнул в дребезги. Но я не позволила себе проявить хоть какие-то негативные эмоции. Не дождутся, сволочи.

Медленно развернулась, всё так же не выпуская из рук торт и мартини. Не дожидаясь, пока теперь уже экс-благоверный натянет трусы, направилась к входной двери. Бросив ключи от его квартиры на тумбочку прихожки, обувшись, вышла на площадку, гордо вздёрнув подбородок и расправив плечи. Слёзы душили.

Женька догнал меня у первой ступеньки лестницы. Схватил за плечо и развернул к себе.

В его глазах не было раскаяния. Ни капли. Лишь досада и злость какая-то.

— Почему? — смогла я выдавить из себя.

— Потому что жопа у тебя голая! А у неё — квартира, машина и своя фирма, — прошептал он мне.

От этого стало жутко и противно. Заставила себя улыбнуться. Вышло криво.

— Ты для неё — очередное молодое тело. Наиграется и выпнёт, как щенка, — я покачала головой. — Она не из тех, кто содержит молодых мальчиков.

— Я не молодой мальчик, — он презрительно окинул меня взглядом.

Я дёрнула плечом, освобождаясь от его пальцев, и побежала вниз по лестнице. Женька что-то ещё кричал мне в след. Но я уже не вслушивалась. Монотонный гул бил набатом в ушах.

Выскочив из подъезда, я разревелась.

Набрала номер Каринки.

— Слушаю, — подруга взяла трубку после четвёртого гудка.

— Я вам не помешаю? — спросила я, стараясь не подвывать в трубку.

— Да нет. А что случилось?

— Я Женьку на бабе поймала, — всё-таки всхлипнула.

В трубке услышала, как подруга кому-то что-то говорит.

А затем раздался голос Макса.

— Так. Вызывай такси и дуй ко мне. Я сейчас за бухлом сгоняю и закусью. Приедешь — и всё решим! Соплями сиденье не замажь!

Я улыбнулась.— Угу.

Вызвав в приложении такси, присела на лавку у подъезда. Слёзы лились по щекам. Тушь размазалась по лицу. Нос покраснел.Ну не умею я красиво плакать.

Такси прибыло ровно через три минуты. Таксист, молодой юный красавец, видя моё красивое лицо, слегка нахмурился. Но ничего не сказал. Пока ехали, он негромко включил весёлую зажигательную песню. Прикрыла глаза — спать после дикого скачка адреналина хотелось жутко. Кажется, задремала.

Открыла глаза, когда уже подъезжали к нужному подъезду.Набрала домофон.

Каринка стояла на пороге квартиры Макса. Хозяин ещё отсутствовал.

— Заходи скорее! — она протянула руки, забирая у меня торт и мартини, которые я даже ни разу не выронила.— Макс уже на подходе.

Я разулась и прошлепала в зал. Плюхнулась на диван и, обняв подушку, заревела.— Реви, реви. Легче станет, — утешала меня подруга.

Вскоре щёлкнул замок, и в свою квартиру ввалился Макс с двумя большими пакетами. Один знакомо звякнул.

— Что во втором? — деловито поинтересовалась подруга.— Э. Женщина! Нэужэли нэ понэмаешь, что, если молчит, значит — картошка! — попытался изобразить южный акцент Макс, произнося старую заезженную фразу из анекдота.

Я заревела сильнее.

Подруга сердито нахмурилась, глядя на моего кореша.

— Всё! Молчу, — он поднял руки кверху в примирительном жесте. — Доставай тарелки и стаканы. Ща будем бухать и жрать.

— Ты ж на диете! — возразила я. — У тебя скоро соревнования.

— Пох. Потом болеть буду, — он откупорил бутылку коньяка.

Разлил по кружкам.

— Моветон пить коньяк из кружек с Микки Маусами! — возмутилась подруга.

— У нас случай особый, так что можно, — парировал Макс.

— Ребят, вы такие милые! Спасибо вам! Простите, что испортила вам свидание.

— Нихрена не испортила, — Макс стал рыться в своём телефоне.

— Че ищешь? — спросила я у него.

— Подходящего ебаря для тебя на один раз, — ответил он просто.

— Не надо, — попросила я.

— Надо, надо! Слушай, что старшие говорят.

— Старший, — фыркнула я, — на два месяца.

— Вот именно! — Макс погрозил мне пальцем. — Спорить будешь со мной, когда станешь старше меня. — И нажал значок вызова.

— Здоров, дарагой. Напомни мне, ты сейчас как? Занят или свободен?

В трубке возникло небольшое замешательство. Потом ответ, который удовлетворил моего кореша.

— Тут девочку одну нужно успокоить. Красиво. Девочка хорошая. Подгребай ко мне. Адрес помнишь? Ну и лады.

Я даже забыла, что ревела.

— Чего смотрите? — Он опрокинул содержимое кружки в рот, занюхал Каринкиными волосами. — Сейчас Темка приедет.

— А кто такой Темка? — уточнила моя подруга.

— Один из приятелей стриптизёров. Хороший пацан. — И уже обращаясь ко мне, добавил: — Тебе как раз само то. Потом спасибо мне скажешь.

Вскоре запиликал домофон. Макс пошёл встречать приятеля. У меня после трёх больших глотков коньяка поднялось немного настроение.

Тема оказался довольно-таки симпатичным парнем. Не перекаченным. С аккуратно подстриженными пшеничными волосами и задорной улыбкой.

Когда выпили за знакомство, мой телефон пиликнул, оповещая о поступившем сообщении по ватсапу. Проведя пальцем по сенсору, увидела сообщение от Женьки. Машинально открыла.

«Твои вещи завтра привезёт курьер. И сосать ты не умеешь. Палено холодное.»

Выронив телефон, я заревела, не обращая ни на кого внимания. Макс схватил мой гаджет и прочёл то, что написал бывший благоверный.

— Вот урод! — разозлился мой кореш.

— Че там? — полюбопытствовал Темка. Макс протянул ему мой телефон.

— Марин, он реально дебила кусок! — обратился приятель Макса ко мне. — Самое последнее дело — упрекать так девушку.

— Видимо, его старуха сосёт, как пылесос, — прорычала подруга.

Мы накатили ещё коньяка. Вскоре его сменил ром…

…Резкий свет ударил мне в глаза. Я попыталась их открыть. По затылку били молотком. Перед глазами кружилась квартира. Моя холостяцкая квартира. Я лежала в своей кровати. Постепенно до меня дошло, что я абсолютно голая.

Застонав, доползла до кухни.

На столе стоял заботливо налитый стакан с водой и две таблетки шипучего аспирина в упаковке.

Под стаканом лежала записка, написанная аккуратным, разборчивым почерком.

«Детка, ты огонь! Не верь мудакам! Надеюсь, сексотерапия пойдёт тебе на пользу! На столе — стакан с водой и аспирин. Прими. Должно полегчать. Мой номер телефона. Звони. Я не прочь составить тебе компашку и повторить наш трах уже по трезвяку.

P.S. Только не гожусь я для серьёзных отношений. Признаю: секс — лёгкий и без обязательств. Целую твою киску!»

Какую ещё он кошку целует? У меня же нет животных. До меня не сразу дошёл смысл его слов. Когда поняла, что он имел в виду, покраснела как рак.

Глава 3 Женсовет

Ранним субботним утром на номера двух телефонов по ватсапу пришло короткое сообщение с одного и того же номера:

«Поймала Женьку на бабе.» и печальный смайлик.

Все два номера ответили одинаково:

«Буду через два часа!»

И только один из абонентов после ответа на сообщение дико заорал сиреной у себя в квартире…

«Почему два номера, спросите вы? Да потому, что Каринка была уже в курсе. А две мои другие подружки ещё нет.»

Шумное кафе на углу пересечения двух улочек всегда было наполнено посетителями. Многие из них, такие как мы с подругами, стали его завсегдатаями.

Интерлюдия №2

«И да, кроме Каринки у меня есть ещё две институтские подружки. Как-то так сложилось, что Каринка быстро влилась в нашу весёлую компанию. И стала её душой. Вот и сейчас, сидя пока вдвоём за столиком, поджидали Натаху и Соньку. Потягивая кофе. Я — свой любимый американо. Причём так, как я его люблю, готовят только здесь и только Макс. Каринка у нас предпочитает эспрессо.»

— Ну ты, мать, даёшь! — Каринка смеялась от души, когда я ей рассказала об утешении меня Темкой, которое я не помню.

— Дала, да не помню, как, — буркнула я. — Обидно капец.

— Может, ничего и не было? — предположила она, беря в руки пиликнувший телефон. Прочитала сообщение. Отложила в сторону. — Благоверный мой, — пояснила она. — Пишет, что через час меня заберёт с нашего женсовета.

Я хмыкнула.

— Было, Карин, — я закатила глаза. — У нас было. Я презики использованные в урне на кухне нашла. А упаковки, порванные, на полу в комнате.

— Ну и ладно. Потом, как-нибудь, набери Темке по трезвяку, чтобы вспомнить, как было, — подружка хихикнула.— О, вон Сонька идёт! — я махнула ей рукой.

— Про Темку им ни слова. Не хочу.

— Молчу, как рыба.

К нашему столику шла, плавно покачивая бёдрами походкой манекенщицы, Сонька. Полы длинного голубого пальто слегка разлетались в стороны. Белая блузка с воротником-стойкой была аккуратно заправлена в тёмно-синие джинсы. Распущенные чёрные волосы аккуратной небрежностью лежали на плечах.

— Салют! — Сонька отодвинула стул, приземлила попку на него, разместила сумочку позади себя.— Как настроение? — она взглянула испытующе на меня.

— Норм, — ответила я. — Хорошо, что сегодня суббота и можем посидеть все вместе.

— Натаха рулит! — Каринка заметила важно шествующую подружку в окно.

Наконец-то наша дружная компашка была в сборе.

— Рассказывай! — Натаха отхлебнула какао.

— Да особо-то и нечего, — я печально вздохнула. — Пришла я к нему домой и застала…

В общих чертах пересказала подругам об измене своего благоверного.

— Вот ведь скот какой, — Сонька сердито раздувала ноздри.

— Урод, — вторила ей Натаха.

— Не то слово, — Каринка помешала ложечкой кофе.— Мстить будем? — три пары глаз внимательно уставились на меня.

Я покачала головой.

- Он сам себя наказал. Пускай полетает в своих розовых облаках. Тётка та им наиграется и выпнет.

Время летело незаметно. Подружки в красках рассказывали, что бы они на моём месте сделали, случись у них такая ситуация.

— Я б ему вилкой в голую жопу ткнула, — разошлась Натаха.

— Это уголовка, — одернула её Сонька. — Я б пеной монтажной пшикнула на них или из дихлофоса. Тараканов травить надо.

— Можно подумать, это не уголовка! — ехидно заметила Каринка.

— Не. — Сонька мотнула головой. — Более лёгкая. Как хулиганка пройдёт. А вилку — в тяжкие могут записать.

— И откуда ты всё это знаешь? — не выдержала я.

Сонька загадочно отвела глазки в сторону.

— Да так, было это да-а-авно и не пра-а-авда, — пропела она.

Заиграла мелодия Энио Морриконе.

— Макс приехал. Мне пора, девочки! — Каринка поднялась из-за стола. — Звони, Малинка, — она мне подмигнула. И пулей выбежала из кафе.

— Как у вас, девочки? — перевела я тему с себя.

— Я встречаюсь с айтишником, который к нам в офис устроился весной, — выпалила Сонька.

— И как? — спросили мы вдвоём одновременно с Натахой.

— Да пока не пойму, — Сонька задумчиво почесала щеку. — Сходили с ним на пару свиданий. Он вроде бы и ухаживает за мной. Обнимает. Целует в щеку…

— И? — перебила её я.

— И ничего. Когда вдвоём остаёмся, отстраняется. Не обнимет даже. И ещё эти постеры у него на стенах.

— Какие? — мы с Натахой замерли, словно гончие у норы кролика.

— Полуголых накаченных мужиков, — Сонька растерянно посмотрела на нас. — Иногда я думаю, что ему со мной не интересно.

— Тогда нафиг вы встречаетесь? — я откинулась на спинку своего стула.

— Хз. Мне с ним интересно. Он очень умный, — ответила она просто.

— Умный. А к сиськам не тянет ручонки, — вслух размышляла Натаха. — Может, он гей?

— Почему сразу гей? — встала на защиту Сонькиного парня я. — Может, просто импотент.

— Не знаю, девочки. У него друзья все такие здоровые. Да и он в качалку ходит.

— Ну это не показатель натуральности, — философски заметила Натаха. — Ты лучше с ним поговори напрямую, — посоветовала она.

— Как? — Сонька нахмурилась.

— Ротом, — ответила я за подругу.

— Чё, всё про меня да про Малинку? У тебя-то как дела, милота моя? — Сонька перевела неприятную для неё тему.

— Да как-как… Сплю я сегодня ночью. Чувствую тело рядом. Думала, снится. А тут сообщение от тебя, Марин. Я проснулась. И понимаю, что нихрена мне не снится. Тело рядом. Голое, мужское. Эдик, гад, такой ночью прирулил неслышно. И решил меня облагодетельствовать. Мол, тело моё без ласки мужской затухнет совсем и лоск потеряет.

— Я сразу тебе говорила — смени замки после развода, — я припомнила Натахе наш разговор двухмесячной давности.

— Да знаю, я. Знаю. Дура. Подумала о нём лучше, чем он есть, — Натаха поджала губы.

— Это он тебе в отместку, что ты на развод приехала весёлая и в свадебном платье! — предположила Сонька.

Мы втроём заржали, вспоминая, как вытянулось лицо у маман Эдички, когда она Натаху увидела в таком виде в ЗАГСе, да ещё и с баянистом в компании и нами.

Немного Визуала.

Главную героиню, меня вы увидели на обложке.

А это моя закадычная подруга Каринка.

Мой кореш по окопам и благоверный Каринки, Макс

Моя разбитая в дребезги любовь, Жека

Моя пьяная пилюля Темка