Путь возвышения в мире Мурим. Книга первая. Возвращение

— Девять запретов. Неплохо.

— Значит, договорились?

— Не спеши.

Он поднял палец и посмотрел на владыку с видом наставника, вынужденного объяснять нерадивому ученику очевидные вещи.

— Ты всё ещё не решил главную проблему.

— Какую?

— Я слишком силён.

Владыка терпеливо ждал.

— Даже если я не буду использовать девять украденных техник, даже если откажусь от внешней помощи в повышении ступени и перестану убивать обычных людей, что изменится? Я всё равно смогу уничтожить этого Младшего Лорда, даже не вспотев.

— Ты прав.

— Разумеется, прав!

— Тогда, возможно, стоит начать с самого начала.

Вэй Уцзи замер. Что-то в тоне владыки заставило его внимательнее прислушаться. До сих пор речь шла лишь о добровольных ограничениях, которые могли сделать привычное существование немного разнообразнее. Но теперь собеседник явно собирался предложить нечто более существенное.

— Что ты имеешь в виду?

Владыка медленно поставил чашку.

— А что, если ты вернёшься не в своём истинном облике?

Наступила тишина. Даже золотая птичка на персиковом дереве почему-то перестала петь, словно решила, что дальнейший разговор заслуживает большего внимания, чем её собственная музыка.

— Продолжай, — негромко произнёс герой.

— Мы подготовим для тебя новое тело. Совершенно новое, созданное специально для твоего возвращения. Оно будет обладать лишь самыми начальными возможностями культивации.

Вэй Уцзи не перебивал. Он смотрел на владыку с таким вниманием, какого не проявлял уже много десятилетий.

— Ты сохранишь память, знания и опыт, — продолжил тот. — Но прежней силы у тебя не будет. Тебе придётся развивать новое тело самостоятельно, соблюдая все девять ограничений.

— И сколько времени у меня будет?

— Примерно пятьдесят лет.

Он медленно улыбнулся.

— Пятьдесят лет…

— Чтобы подготовиться к решающему событию.

— Начав почти с нуля?

— Именно.

— Без возможности просто проглотить какое-нибудь древнее сокровище и восстановить прежнюю силу?

— Совершенно верно.

— И при этом я должен буду найти тех, кто готовит призыв, разобраться с ними и, если потребуется, встретиться с Младшим Лордом?

— Да.

Вэй Уцзи встал и прошёлся по террасе. Он остановился у перил, посмотрел на бесконечное море облаков и впервые за много лет почувствовал то, чего ему так не хватало: предвкушение настоящего испытания. Новое тело, ограниченные возможности, необходимость развиваться собственными силами и целых пятьдесят лет на подготовку — всё это вдруг сложилось в задачу, достойную его внимания.

— А ведь это может оказаться забавно.

Владыка молчал, позволяя ему самостоятельно оценить предложение.

— Новое тело… Старые знания… Девять запретов… Пятьдесят лет…

Он негромко рассмеялся.

— Любопытно. Очень любопытно.

Он повернулся к собеседнику, и глаза его загорелись почти мальчишеским азартом.

— Ты хоть понимаешь, что предлагаешь?

— Полагаю, да.

— Я могу за эти пятьдесят лет создать совершенно новые методы культивации! Исправить ошибки, которые совершал в предыдущих жизнях! Проверить техники, до которых раньше просто не доходили руки!

Он оживлённо жестикулировал, словно уже видел перед собой десятки возможных путей развития. В прежние времена ему приходилось искать знания по всему миру, сражаться за древние свитки, изучать чужие школы и годами проверять собственные догадки. Теперь же весь накопленный опыт оставался при нём, но предстояло применить его в совершенно новых условиях.

— И самое главное — мне снова придётся думать! Представляешь? Думать, а не просто махнуть рукой и уничтожить всё, что мешает!

Владыка улыбнулся.

— Я надеялся, что тебе понравится.

— Понравится? Да это первое разумное предложение, которое я услышал от тебя за последние несколько столетий!

Вэй Уцзи замолчал. Радость постепенно сменилась подозрением, потому что он вспомнил одну весьма неприятную подробность своего прошлого. Однажды он уже начинал жизнь заново, и некоторые связанные с этим воспоминания до сих пор вызывали у него раздражение.

— Хотя нет. Погоди.

Владыка вздохнул.

— Что теперь?

— Я ведь уже проходил через перерождение.

— Помню.

— И прекрасно помню, насколько это было отвратительно.

— Ты имеешь в виду свою вторую жизнь?

— Разумеется!

Вэй Уцзи снова сел, всем своим видом показывая, что теперь речь пойдёт о чрезвычайно важном условии. Владыка устроился поудобнее и приготовился слушать.

— Сначала ты ничего не можешь. Даже голову нормально держать не способен. Потом учишься ходить, говорить, есть самостоятельно. Все вокруг считают своим долгом объяснять тебе очевидные вещи.

Он поморщился.

— Особенно взрослые.

Владыка с интересом слушал.

— Ты представляешь, каково это — помнить сотни боевых техник, знать устройство энергетических каналов лучше любого живого мастера и при этом выслушивать наставления какого-нибудь деревенского старика о том, как правильно держать ложку?

— Вероятно, неприятно.

— Неприятно?!

Вэй Уцзи всплеснул руками.

— Однажды я попытался объяснить почтенному наставнику, что он неправильно распределяет ци во время выполнения техники. Знаешь, что он мне ответил?

— Что?

— «Сначала доешь кашу, мальчик».

Владыка не удержался от смеха.

— И что ты сделал?

— Доел кашу.

— Неужели?

— Разумеется! Я был голоден!

Вэй Уцзи сердито посмотрел на него.

— А потом объяснил ему ошибку.

— Успешно?

— После третьего перелома он начал прислушиваться.

Владыка покачал головой, но Вэй Уцзи уже увлёкся воспоминаниями. Ему пришлось заново пережить не только младенческую беспомощность, но и все неудобства взросления. Он помнил, как раздражало его собственное тело, ещё не способное выполнять привычные движения, как приходилось терпеть покровительственный тон старших и как часто окружающие принимали его уверенность за детское хвастовство.

— Ты всегда был слишком нетерпелив, — заметил владыка.

— Я был совершенно прав!

— Разумеется.

— И потом эти подростковые годы! Тело меняется, гормоны бушуют, все вокруг либо пытаются тобой командовать, либо считают, что ты ничего не понимаешь!

Он передёрнул плечами.

— Нет. Хватит. Больше никаких мальчишек.

Владыка поднял бровь.

— Мальчишек?

— Именно! Я согласен на новое тело. Согласен начинать культивацию почти с нуля. Но тело должно быть взрослым!

— Взрослым?

— Да!

— Ты уверен?

— Абсолютно.

Вэй Уцзи наклонился вперёд и принялся перечислять требования с такой обстоятельностью, словно обсуждал условия мирного договора после великой войны. Никаких младенцев, никаких детей, никаких подростков. Он не собирался снова ждать, пока вырастет, и доказывать каждому встречному, что умеет держать меч правильным концом.