Бутылка виски, как песочные часы. Когда каждый город – как глава. А каждая женщина – как откровение

Их ночь была не про победу. Про возвращение. К себе. Друг через друга.

Утро пробиралось в номер несмело – через щель между плотными шторами, через дыхание на подушках, через запах её кожи, который всё ещё был на его пальцах. Георгий проснулся первым. Он не двигался, не открывал глаза сразу – просто слушал, как рядом дышит женщина, которую он почти не знал, но чьё присутствие ощущалось, как будто оно всегда было частью его жизни.

Дарья лежала, отвернувшись, но не отдалившись. Их тела всё ещё были связаны одеялом и чем-то большим. Он знал – если сейчас заговорит, она услышит в голосе больше, чем он скажет. Поэтому тишина держалась дольше, чем обычно.

Он встал. Не спеша. Сделал два шага, взял воду, выпил. Смотрел в окно, на город, который уже бурлил под ним. Потом вернулся и сел на край кровати.

– Доброе утро, – сказал он наконец.

– Оно действительно доброе? – её голос был хрипловатым, сонным, но в нём не было упрёка.