Смерть в автобусе, или Трагикомедия технологического превосходства

– Да, этого помню. Их называют повстанцами, чтобы не вспоминать об ужасах оккупации и преступлениях завоевателей. Бу предпочитают говорить коротко, потому они – Бу, а не Буани.

– Верно, мой босс! Какая у вас великолепная память! Буанианские укоротители!

– Так. Дальше?

– Полсотнианин Болька с женой и детьми, которых три штуки, – продолжалось перечисление, и Уэлл кивал в такт словам. – Скопление Гип-Гип, едва жёлтый ранг.

Образ огромного скопления звёзд и туманностей заставил меклианца зевнуть.

– Господа кмолл Тарек и кмолл Керак, с обратной стороны Галаксиферы, средненький оранжевый ранг. Кмоллы родственны, – уточнил интерфейс автомата обслуживания.

– Гаскен (какой-то там длинный номер) из Гаскени, скопление Деть-Каскина, система Гигонеда, сильно красный ранг. Родственных связей в системе Лянь-Дордонеда не имеет.

Уэлл остановил перечисление туристов.

«Бу и Гаскен в одной группе?! Мучитель и раб?!» – удивлению меклианца не было предела. Вчера, когда они перескакивали с орбиты на орбиту, он не придал значения встрече двух бывших врагов. Сейчас же он не сдержался и произнёс вслух:

– Как они ходят по одному коридору только!

– Да, мой босс! Удивительное дело! – гундосым тенором поддакнул интерфейс.

Умываясь, Уэлл вспомнил о том, что эти Бу не ходят, а прыгают, как древний туристический космолёт вчера. И о том, что жители Буани вовсе не антропоиды, и вырастают по нескольку пар на одном дереве. «Кажется, это именно дерево?» – он напряг память.