Измена.Ты мне не соперница

Иногда Стас впадал в уныние, возмущённо заявлял, что всё это бесполезно и лучше вернуться в компанию моего отца, где всё стабильно и надёжно.

Но я решительно качала головой, отказываясь даже рассматривать такой вариант.

Были моменты, когда я вспоминала слова отца о главе семьи и роли локомотива, но старалась быстро отогнать эти мысли.

Однако первое время я всё-таки ощущала больше поддержки от отца, чем от мужа. А однажды родители и вовсе спасли нас от разорения.

Нам срочно понадобились деньги, и папа с мамой неожиданно предложили свою помощь.

Один короткий разговор о трудностях, и через две недели на нашем столе уже лежала внушительная сумма от продажи их трёхкомнатной квартиры.

— Квартира всё равно простаивает, — сказал отец, — поэтому мы с матерью решили передать её на развитие вашего бизнеса. Ты молодец, дочка, продолжай в том же духе. Бери деньги и вкладывай туда, куда считаешь нужным.

— Спасибо, папа, мама, — едва сдерживая слёзы благодарности, я крепко обнимала родителей. — Мы всё вернём!

— Это совсем необязательно, — пытались убедить меня родители, что им ничего не нужно взамен. — У нас всё есть, не беспокойтесь за нас.

Этот жест поддержки стал для нас спасательным кругом.

Прошло три года после того случая, и мы смогли вернуть им долг в виде новой трёхкомнатной квартиры.

Стас тогда не поддержал мою инициативу, утверждая, что родители сделали нам подарок. Однако я была непреклонна и настояла на своём.

Мы продолжали жить, развиваться, подниматься всё выше и выше.

Признаться честно, тогда мне льстило, что Стас гордится мной. Какая женщина бы отказалась, чтобы муж смотрел на неё как на богиню?

Когда я вела переговоры с партнёрами, он смотрел на меня с восхищением. Его горящие глаза после очередной удачной сделки говорили мне гораздо больше любых слов. Я видела, как он доволен и счастлив.

Иногда мне даже казалось, что именно моя деловая хватка и умение справляться с трудностями возбуждали его сильнее, чем всё остальное.

Часто после успешных переговоров Стас набрасывался на меня с пылкостью голодного зверя.

Мы занимались любовью прямо на рабочем столе, и в порыве страсти он шептал, что ни у кого из его друзей нет такой жены, как я.

Муж иногда шутил, что я для него – готовое «комбо»: не истерична, практична, умна, красива и многое другое.

А кем был он для меня? А я его просто любила.

Эта игра, где страсть к друг другу переплеталась с азартом от зарабатывания денег, захватывала нас обоих. Мы погружались в неё всё глубже и не хотели выбираться.

Квартира сменялась домом, дешёвые машины – дорогими, а я становилась всё более уверенной в себе и в своей роли деловой женщины.

Всё изменилось четыре года назад, когда моя мама серьёзно заболела.

Глава 5

Её болезнь обрушилась на нас, как удар молнии.

Брат к тому моменту уже жил за границей, поэтому вся тяжесть заботы легла на мои плечи.

Началось всё с мелочей. Мама начала забывать выключать газовую плиту, и только чудом удалось избежать трагедии. Затем она стала сидеть за столом, уставившись на еду, словно забыла, как пользоваться ложкой.

— Мам, почему ты не ешь? Может, не хочется?

— Хочется, — кивала.

— Тогда бери ложку и кушай, пока не остыло, — говорила я, не придавая особого значения её странному поведению.

Мне казалось, что она просто не голодна.

— А как это сделать? — спрашивала она, вертя ложку в руках.

Её тревожный взгляд подсказывал, что это не розыгрыш.

Постепенно я осознавала, что мама не шутит. Она действительно не помнила, как правильно держать столовые приборы и для чего они предназначены.

Именно тогда я немедленно начала водить её по врачам.

Со временем выполнение самых простых действий становилось для неё настоящим испытанием. Я уже не могла оставлять маму без присмотра.

Мне не хотелось верить в то, что беда вошла в наш дом. Но признаков болезни было слишком много, чтобы игнорировать их.

Когда был поставлен диагноз, оставить её одну я уже боялась.

Перечитывая статьи в интернете, я узнавала знакомые симптомы: снижение умственных способностей, замедление реакций, потеря ориентации в пространстве, неспособность выполнять повседневные задачи.

Врачи не ошиблись, и с тех пор это стало частью моей реальности.

Отец к тому времени уже ушёл из жизни, оставив маму одну.

Проблема была, и я на тот момент не знала, как её решить без вреда для бизнеса. Попробовала прибегнуть к помощи профессиональных сиделок. Но, увы, квалификация некоторых из них недостаточно хорош.

Кроме того, маме они не очень нравились.

В редкие моменты просветления она звонила мне, жаловалась на одиночество и умоляла приехать.

Мои дни становились всё тяжелее: я разрывалась между работой, семьёй и уходом за мамой.

Чем дольше это продолжалось, тем меньше я успевала. Всё чаще приходилось оставаться с ней, жертвуя другими делами.

Чтобы сэкономить время, я предложила ей переехать к нам. Мама наотрез отказалась.

Но я не послушала её и всё-таки рискнула перевезти силой. В ответ она обиделась и вернулась домой, поплутав по улицам несколько часов.

Выбор был очевиден: я продолжала эту бесконечную гонку, стараясь одновременно поддерживать компанию и заботиться о маме.

Плакала ли я? Конечно, плакала, но только в подушку, потому что муж не выносил моих слёз. Он привык видеть меня «железной леди». Но я сама виновата, ведь я никогда не позволяла себе слабости.

— Послушай, сестра, может, тебе стоит остаться дома на какое-то время? — глядя на мой измождённый вид, предложил брат во время одного из наших разговоров. — Тебе нужен отдых, ведь ты постоянно крутишься как белка в колесе. Расслабься, выдохни. А я пока буду управлять компанией вместе с твоим мужем. В конце концов, ты заслужила этот отпуск.

Я отрицательно мотала головой, с трудом представляя, как это вообще возможно.

— Да, но кто знает, сколько это продлится, — возражала я, опасаясь, что его предложение меня соблазнит.

— Кристина, будь честной, вы вполне можете себе это позволить, — уговаривал меня, смеясь. — Деньги у вас есть, причём довольно много. Или ты решила заработать все деньги мира?

И я сдалась.

Сдалась, потому что окончательно вымоталась из-за постоянных ночных подъёмов, поездки к маме, звонков соседей, жалующихся, что она стучит ложкой по батарее.

Сдалась, потому что устала не спать и успокаивать её, когда мама требовала поговорить посреди ночи.

Сдалась, потому что устала разрываться между встречами, контрактами, сделками, обязательствами, дочерью, мужем.

— Да, пожалуй, твой брат прав, — согласился в итоге и муж. — Останься дома. За бизнес не волнуйся, я справлюсь. Мы же команда, верно? — говорил он, словно утешая меня, и его слова звучали как бальзам на душу.

Первые месяцы после того, как я перестала ходить в офис, муж регулярно консультировался со мной по поводу работы компании, но со временем такие разговоры прекратились.

Он уверял меня, что дела идут отлично. Подтверждения этому были повсюду: карты без лимитов, новые автомобили, роскошные подарки для меня и дочери. Он осыпал нас щедротами, наслаждаясь жизнью.

Теперь я гордилась Стасом, радуясь, что мой отец ошибся в своих прогнозах насчёт него.

Всё происходило так, как я предсказывала: сначала я поддерживала его, а потом он меня. Раньше я была локомотивом, а теперь им стал муж.

Сегодня вспоминая всё это, я с тревогой ощутила перемены. Но пока не понимала, касаются ли они компании или нашей семьи.

Последний раз, когда я проверяла банковские счета, всё выглядело превосходно. Но после того как мама умерла, и мы пережили похороны, я потеряла всякий интерес к финансовым делам.

Теперь, когда события разворачиваются так непонятно, я чувствую, что муж словно загнан в угол. Но торопиться с выводами не хочу.

Подливать ли масло в огонь или пытаться погасить конфликт – я решу после того, как изучу документы.

— Вынужденный отпуск затянулся, малышка, — говорю я себе, снимая макияж и устало глядя на своё отражение в зеркале. — Отпуск… — горько улыбаюсь. — Отдохнуть получилось, да? Пока ты «отдыхала», похоже, муженёк твой всё-таки загулял. И уже не виртуально, как было раньше, а по-настоящему. Подлец. Трус. Даже признаться не решается, — говорю, наблюдая, как по щеке скатывается одинокая слеза. — Держись, Кристина, возможно, придётся резать по живому. Но ты справишься, тебе не привыкать быть сильной.

Да, так будет лучше. Если он действительно изменяет, значит, пора расставаться.

Но для начала нужно всё выяснить и оценить наше текущее положение: имущество, активы, возможные долги.

Подхожу к компьютеру, пытаюсь войти в бухгалтерскую программу. Доступ закрыт. Сменил пароль?

Так, без паники, Кристина. Вдох-выдох.

Набираю брата. Абонент вне зоны доступа. Ладно, перезвоню позже.

Иду к коробке с документами на недвижимость. Всё на месте, но на всякий случай я заказываю свежую выписку из реестра, – хочу убедиться, что всё наше жильё оформлено на нас обоих.

Итак, включаю логику, отключаю эмоции.

Что у меня есть на сегодня? Слухи от дочери и сообщение от незнакомца? Пока что это всё.

Для такой, как я, этого недостаточно. Мне нужны конкретные доказательства, но собрать их надо очень спокойно, без конфликтов и негатива.

Пока нельзя, чтобы он догадался, что Кристина возвращается из «отпуска». Нужно немного подождать.

Глава 6

Стас скоро приедет, и нам предстоит серьёзный разговор.

Хотелось бы сразу ткнуть его носом в это сообщение, обрушить обвинения, но я не могу себе позволить это сделать. Ещё рано.

Нет, лучше пойти в спальню и притвориться спящей. А то боюсь, что, когда откроются двери и я увижу его, мне тут же захочется врезать ему по лицу и вышвырнуть вон из этого дома.

Но всему своё время. На кону слишком многое, а доказательств пока не хватает.

Притвориться, что я глупая курица, потерявшая свои мозги за последние четыре года, непросто, но возможно…

За себя я не беспокоюсь, ведь я давно умею зарабатывать деньги, а вот ради дочери я готова на всё.

В конце концов, не для его девок же я всё это создавала!

Раздвинуть ноги легко, а попробуй-ка мозгами поработать.

— Я сегодня уезжаю, — спокойно сообщает муж, наслаждаясь завтраком, который я приготовила на следующий день.

Молча наливаю ему кофе.

— Солнце моё, ты же понимаешь, что мне нужно встречаться с партнёрами, заключать выгодные для нас сделки, — словно чувствуя моё недовольство, объясняет он.

Стас неожиданно встаёт, подходит ближе и нежно проводит рукой по моей щеке.

Откуда взялась эта внезапная нежность? Сейчас меньше всего хочется её чувствовать, потому что мне от неё противно.

— Ну я же сказала, тебе больше не придётся делать всё одному. — Отстраняюсь, чтобы поставить чайник на место.

— То есть ты меня не услышала?

— Почему же. — Киваю, подтверждая, что слышала. — Просто у меня есть своё мнение. Мама умерла, я выполнила свой долг перед ней и возвращаюсь на работу. Буду работать намного меньше, совсем по минимуму, но буду участвовать в процессе.

— Нет! — резко отвечает он, бросая на меня острый взгляд.

— Почему? — удивляюсь, наблюдая, как он сам роет себе яму.

Даже сообщения, указывающие на то, что он затеял какие-то игры со мной, не нужны.

— Потому что, потому что… — Он сердито пыхтит, словно не находит нужных слов. — Ты нужна мне дома! Я же сказал: занимайся дочерью, собой, чем угодно, но работать ты не будешь. Зачем ты хочешь разрушить наш уклад?

— Я ничего не собираюсь рушить, — отвечаю, стараясь сохранять спокойствие. — Предлагаю больше не обсуждать это. Обещаю не засиживаться допоздна на работе и уделять время семье. Ты же всегда ценил мою деловую хватку. Или теперь ты предпочитаешь видеть меня домохозяйкой?

— Да, есть такое, — отвечает он с высокомерием. — Привык видеть тебя такой, и меня всё устраивает.

— А меня нет. И всё-таки… — продолжаю убеждать его и обманывать, что теперь всё зависит только от его решения. Он же у нас теперь главный босс, — Стас, ты заставляешь меня волноваться! Пойми, эта компания тоже мой ребёнок, и уйти из бизнеса было вынужденной мерой. Ты, видимо, об этом забыл?

— Не забыл! Но теперь и без тебя всё прекрасно работает. Всё, я уехал.

Муж яростно срывает со стула пиджак и направляется к выходу. Но потом, похоже, передумав, возвращается в гостиную.

— Знаешь, что я вдруг понял? Ты неблагодарная! Другие женщины были бы счастливы, что у них столько денег и не нужно ничего делать, а ты всё только портишь!

— Чем и как?

— Не ценишь всё то, что я для тебя и семьи сделал!

— Мы сделали, — не удержавшись, поправляю.

— Неважно! Я говорю одно, а ты собираешься делать другое. Так не бывает в нормальных семьях! Жена должна слушаться мужа!

Не попрощавшись, он хватает чемодан и исчезает за дверью.

Жду, пока его машина скроется за воротами, быстро одеваюсь и спешу в офис.

Главное, чтобы история с командировкой оказалась правдивой.

— Кристина Евгеньевна! Какими судьбами? — улыбается наш менеджер, когда я появляюсь на пороге.

Кажется, будто и не уходила. Время пролетело так мгновенно, что я даже не заметила.

Первым делом направляюсь в свой кабинет.

Просторный. Окна в пол. А вид из них просто волшебный. Я всегда обожала это место. Когда строили этот бизнес-центр, я сразу выкупила весь верхний этаж с таким шикарным видом на город.

На удивление, в свой кабинет я не могу попасть. Заперт. Хотя о чём это я? Стас закрыл, как я и просила. Совсем забыла.

Да, пора вспомнить всё важное. Даже мелочи.

Достаю ключи, захожу и замечаю идеальный порядок. Всё чисто убрано.

Сажусь на свой стул и закрываю глаза. Сколько времени прошло с тех пор, как я ушла с работы, чтобы ухаживать за мамой? Много! А сколько всего было до этого!

Забылось, стёрлось из памяти, что целых десять лет я стояла во главе этой компании, а не была тенью мужа.

Пока вспоминаю прошлое, замечаю белый шарф, небрежно перекинутый через спинку стула возле переговорного стола.

Не припоминаю, чтобы у меня был такой. Это не мой стиль и не мой вкус.

Рассматриваю его и улавливаю сильный аромат чужих духов. Тоже не мои. Сердце начинает бешено колотиться, отдавая гулкими толчками в висках.

Надеясь найти что-то чужое среди своих вещей, тянусь к ящикам стола. Даже сама не могу объяснить, что хочу там найти.

Открываю один ящик — пусто. Другой — тоже. И только в самом нижнем, под стук своего сердца, я нахожу упаковку презервативов.

Сердце готово выскочить из груди без моего согласия.

Машинально прикладываю руку к груди, словно это поможет удержать и успокоить его.

Как в моём кабинете оказались презервативы?

Иду в приёмную, надеясь увидеть нашу секретаршу Лидию Михайловну и узнать, кто заходит в мой кабинет, но её нет на месте.

Отправляюсь к главному бухгалтеру, с которой мы всегда хорошо ладили, но и её нет.

Где все? Как и в какое время работают сотрудники?

— Михаил, — окликаю проходящего мимо менеджера. — Остановись на минуту, пожалуйста.

— О, Кристина Евгеньевна, здравствуйте, — расплывается в улыбке.

— Да, да, извините, забыла поздороваться. Подскажите, а где Лидия Михайловна? Она заболела? И где главный бухгалтер?

— Как же… — Кажется, он даже удивлён, что я не в курсе всех изменений в офисе. — Лидия Михайловна уже полгода как не работает у нас. Станислав Дмитриевич её уволил. Разве вы не знали? И главный бухгалтер тоже новый.

— Ах да, забыла. — Касаюсь лба, делая вид, что озабочена, но скрываю лёгкий шок от новостей. — Извините. А где они все, новички?

— Заболели, кажется. Грипп повсюду, сами понимаете.

— Ну да, ну да. Сама недавно болела. Миша, а как сейчас выглядит секретарь у Станислава Дмитриевича? — интересуюсь, не понимая, почему это для меня так важно. Про внешность нового главного бухгалтера спрашивать было бы странно, а вот про секретаря вполне уместно.

— Ну, как обычно выглядят секретари важных боссов с большими деньгами? — беззлобно усмехается Михаил. — Всё по канону: длинные ноги, стройная фигура, волосы длинные и светлые. Можно описать одним словом: красавица! А разве Станислав Дмитриевич не рассказывал, что он заменил часть сотрудников?

— Может, и говорил, но я была занята мамой, ты же знаешь.

— Ну да. Примите мои соболезнования. — Теперь он избегает смотреть в глаза, вероятно, смущённый тем, что мы коснулись болезненной темы. — В общем, шеф сменил нескольких людей, которые стали возмущаться, что новая девушка… как сказать… ничего не знает, не умеет. Он говорил, что она ещё молодая, её надо поддерживать, а мы, мол, создаём конфликты, указывая на её ошибки. Хотя здесь я согласен, она ещё маленькая, откуда взяться опыту?

— А сколько ей лет? — Я вижу, что эти вопросы его не напрягают, поэтому продолжаю задавать их.

— Не помню. Около двадцати. Кажется, она только окончила школу. А может, просто лицо такое молодое… Честно говоря, не помню.

— Понятно. Спасибо, — прощаюсь с ним.

Сажусь за стол секретаря, поворачиваюсь к окну и замечаю ворону, которая медленно шагает по парапету.

Она внимательно смотрит на меня, а я – на неё. Мы словно играем в «гляделки».

У меня возникает ощущение, что эта птица хочет что-то мне сообщить, но не может.

Вдруг ворона начинает бить клювом в стекло и каркать, а у меня мелькает мысль: кажется, надвигается катастрофа.

Глава 7

Силой воли заставляю своё тело встать и выйти из кабинета. Никто из сотрудников не должен видеть меня в таком растерянном состоянии.

Для них я всегда была «железной леди» – такой и должна оставаться.

Хотя кого я обманываю? Если он изменяет мне прямо в нашей компании, то я уверена, что все всё знают.

Только с кем? С новой секретаршей, о которой я ничего не знаю, с новым главным бухгалтером или с кем-то другим?

От этих мыслей меня тошнит. Представляю, как он занимается сексом с кем-то в моём кабинете, и меня буквально выворачивает.

Он же знал, что мой кабинет — это священная территория! Это как супружеская постель, но в профессиональном плане.

Знал, но всё равно осквернил его, скотина!

Стараюсь сохранить хладнокровие и отправляюсь за дочерью в школу.

На светофоре почти сталкиваюсь с другой машиной, и лишь резкий гудок возвращает меня к реальности.

Что дальше? Муж пока не знает, что я была на работе.

Скоро он вернётся из командировки, поэтому времени для выяснения правды остаётся всё меньше.

Петля на моей шее затягивается всё сильнее, и мне даже кажется, что я физически ощущаю это.

Никогда не любила короткие сроки для принятия решений, поскольку в стрессе можно совершить ошибку, но выбора нет.

Улыбаюсь и неожиданно задаю себе вопрос: а из командировки ли он вообще приедет? Секретарша на больничном, и главного бухгалтера тоже нет. Совпадение?

Получаю сообщение: выписки на квартиры и другое имущество готовы.

Открываю одну за другой и делаю глубокий вдох, а затем выдох.

Дом — совместная собственность, как и было. Квартиры тоже в порядке. Значит, пока всё не так плохо, как могло показаться вначале.

Хотя если рассуждать здраво и вспомнить законы, то для продажи общей недвижимости, нужно моё нотариальное согласие. А я его не давала.

На одну проблему меньше. Уже хорошо!

Стас вряд ли стал бы рисковать и мошенничать с документами. Здесь у него кишка тонка.

Вдохновлённая новостями о недвижимости, снова пытаюсь дозвониться до брата.

— Привет, Тим, — говорю я, когда он наконец отвечает.

— Привет, сестрёнка.

— Не могла до тебя дозвониться. Всё нормально?

— Я был на островах с друзьями, там связь плохая. Что-то случилось, Кристин? Голос у тебя странный.

— Кажется, да. — Стараюсь держать себя в руках, хотя трясёт меня не на шутку. — Скажи, ты в курсе, что Стас уволил главного бухгалтера и секретаря?

— Что?! — Его удивление звучит настолько неожиданно, насколько это возможно. — Нет, не знал. Но я ведь почти не бываю в офисе, сама понимаешь.

— Думаю, тебе стоит приехать. Но сделаем вид, что это обычная командировка. Тим, времени мало, бросай все свои дела и приезжай. А ещё... У тебя есть доступы к финансовой отчётности?

— Конечно, они у меня всегда под рукой. А у тебя разве нет? Посмотри сама, что вам нужно, — говорит он, будто не понимая, к чему такие вопросы. — Кристина, что происходит? — Голос брата становится тревожным, но я не могу сейчас вдаваться в подробности.

— Потом расскажу. Не по телефону! Дело в том, что у меня больше нет доступа. Стас, кажется, поменял пароли. Пришли мне свой пароль, хочу проверить, как обстоят дела в компании.

— Три недели назад всё было нормально, — отвечает он, пытаясь успокоить меня.

— Ты обо всех финансовых операциях знаешь? — Пожалуй, это главный вопрос, который возник спонтанно.

— Если брать по документам, то были какие-то непонятные займы на незнакомую мне фирму, но Стас объяснил, что это помощь другу, и я решил не поднимать шум. Крис, если твой муж что-то мутит, просто дай знать, я приеду и разберусь, сестричка.

Я знаю, что он сдержит своё слово. Их отношения со Стасом всегда были натянутыми, и вряд ли когда-нибудь станут лучше.

Поначалу я переживала об этом и даже немного злилась, но со временем смирилась. Ведь Тимофей всё равно редко бывал в России, поэтому стоило ли обращать внимание?

Однако неизменным оставалось то, что в любой сложной ситуации брат был готов подставить плечо и старался меня поддержать из любой точки мира.

— Тима, пожалуйста, не делай ничего необдуманного, — прошу, стараясь сохранить спокойствие. — Если он почувствует, что я начала копать глубже, может начать паниковать и наделать ошибок. Давай сначала спокойно разберёмся, хорошо? Держи себя в руках.

Говорю это брату, а сама не могу поверить, что речь идёт про моего собственного мужа. Как же так случилось, что он предал меня? В какой момент это произошло и почему?

Если бы он влюбился в другую, стоило просто признаться. Мы могли бы расстаться мирно, без скандалов и истерик.

Вопрос с деньгами тоже решили бы спокойно.

Но я теперь догадываюсь: ему захотелось не просто свою долю, а всю компанию целиком.

— Всегда завидовал твоему самообладанию, — смеётся брат. — Но что вдруг ты так заволновалась? Причина?

— На самом деле, Тим, я просто сказала ему, что хочу вернуться в компанию, работать вместе с ним. Но он воспринял это как попытку взять контроль над бизнесом. Представляешь? Как будто я должна просить разрешения!

Брат молчит, но я знаю, что он бушует от гнева. Он всегда был вспыльчивым, особенно когда дело касалось защиты семьи.

— И что? Ему это не понравилось? Ты же фактически создала эту компанию! Какое он имел право запрещать тебе возвращаться? И какого... — осекается, чтобы не ругнуться, — ты должна ему подчиняться, Кристин?

Пора заканчивать разговор, потому что брат всё ещё не контролирует эмоции.

— Тима, пусть Стас думает, что у него прав больше, чем у меня. Обсудим это позже, когда будет время поплакать и пожалеть меня, что он оказался таким уродом. Сейчас не до того.

— Ты молодчина, сестричка. Держись, скоро приеду.

Тимофей отправляет мне пароли, и я наконец-то захожу в систему. Деньги на счетах есть, что уже радует.

Конечно, их меньше, чем должно было быть, но я ведь давно не проверяла баланс.

Но почему тогда у брата есть доступ, а у меня нет?

— Ничего не понимаю, почему я пароль не знаю, а ты знаешь? — спрашиваю после того, как снова набираю его.

— Я же не лезу в бухгалтерские программы, а ты лезла всегда. Может, скрыть что-то хочет?

— Когда и почему сменили пароль, и кто тебе сообщил его?

— Главный бухгалтер четыре месяца назад. Причина — сбой в программе. Всё перезапускали, как я понял.

— Да, что-то нечисто. Но деньги есть… пока есть. Ладно, значит, время у меня не потеряно, уже хорошо!

— Кристин, если твой мужик что-то затеял, тогда он урод! — снова злится брат. — Какой неблагодарной тварью надо быть…

— Тима, — не даю ему закончить возмущаться, — просто бери билет и приезжай. Но не вздумай ему звонить! Проще будет вместе разобраться. Главное, что не всё потеряно. Предупреждён, значит, вооружён.

— Я урою его!

— Не смей! Дай мне самой разобраться! Недвижимость я проверила, там всё нормально. С деньгами тоже разберёмся. Большие деньги он без нас не выведет, банк не даст, так как ты и я совладельцы компании. Ограничения по счёту нам в помощь! А маленькие… пусть пока поиграется и будет по-прежнему уверен, что всё решает только он.

Вечером следующего дня, когда муж возвращается домой, я несколько раз повторяю себе мантру: «Ты справишься, ты сильная» и начинаю изображать домохозяйку.