С любовью, твой профессор

– Да, Настя, это все.

Бархатный мужской бас отдается мурашками на коже, когда он называет меня по имени.

– Ладно.

Я пулей вылетаю из аудитории, чуть ли не путаясь в своих же ногах. Жадно хватая воздух ртом, я иду в раздевалку, чтобы взять куртку. В голове все еще звучит его голос.

– Идиотка, – бубню я себе под нос.

Даня – запретное желание, которое никогда не исполнится, как бы я этого ни хотела. И на то есть две причины.

Во-первых, он вот-вот женится. А рушить чужую семью в мои планы совершенно не входит.

Во-вторых, он старший брат моей подруги. И даже если чисто гипотетически я бы имела возможность с ним встречаться, что обо мне подумала бы Ева? Предавать нашу роскошную дружбу ради его объятий и поцелуев я не могу. Хотя, не скрою, что Ева частенько шутит, как было бы хорошо, если бы я начала встречаться с ее братом. Тогда бы мы с ней стали настоящей родней. Но за каждой такой забавной, на первый взгляд, шуткой всегда скрывается нечто большее и ранящее в самое сердце.

Я слушаю музыку в метро, выхожу на своей станции, захожу в булочную, покупаю свежую выпечку и иду домой.

– Мам, я дома! – кричу, заходя в квартиру.

На кухне вкусно пахнет, поэтому я, разувшись, сразу же ныряю в ванную, чтобы вымыть руки.

– Привет, – отзывается мама, вытирая руки серым полотенцем. – Как отучилась?

Хорошо, что мама не видела моего расстроенного выражения лица, которое я постаралась поменять на более улыбчивое сразу же, как вошла в квартиру.

– Неплохо, но очень много пар.

– Пройдет время, и ты захочешь обратно в универ, лишь бы не работать на скучной работе.

Мама часто говорит: «Цени то, что имеешь сейчас». А мне кажется, что это «ценное» – только мучения. Больше ничего.

– А отец где?

– Задерживается на работе, – с легким разочарованием отвечает она. – Наверное, как всегда, трудится как пчелка.

Хотя отцу нравится его работа, мама не в восторге, что он после повышения стал там задерживаться. Вроде бы ничего криминального, а сердечко все равно неспокойно.

Мы ужинаем вдвоем. По телевизору, скромно висящему над столом, идет какая-то дурацкая передача про любовь. Мне не хочется слушать о том, как найти себе пару. В восемнадцать лет это бессмысленно. Мы, девочки, мечтаем о принце на белом коне, в то время как парням нужно зачастую лишь одно – наше тело. Вот и все.

Хотя у меня и были кое-какие отношения в школе, поцелуи на кровати, думаю, не особо считаются. Кстати, тот парень бросил меня именно по этой причине – потому что мы с ним не сблизились. А он хотел большего, чем просто объятия и поцелуи. Но я не была готова к этому.

Я принимаю ванну и сажусь за домашнее задание. Надо переписать лекции и сделать кое-какие заметки по курсовой, но я чуть ли не вырубаюсь, сидя за рабочим столом.

Но стоит только убрать все учебники и выпить стакан воды, как на мой телефон приходит уведомление. Я заглядываю в шторку уведомлений, и мое сердце пропускает удар.

В мессенджере высветилось сообщение от Него. От Дани.

Перед глазами все плывет, а сердце настолько высоко подскакивает к горлу, что я чуть не задыхаюсь. Я совершенно не знаю, что он хочет от меня. Даже подумываю смахнуть уведомление и просто оставить его висеть до утра.

Но женское любопытство погубит любую…

Налив себе еще один стакан воды и опустошив его в три глотка, я вздыхаю, набравшись смелости, разблокирую телефон, перехожу в мессенджер и открываю сообщение.

Мои глаза округляются, и я перечитываю его еще раз.

Daniel: Я сейчас чертовски пьян и наутро буду сгорать от стыда, но знай, что твои фотографии в этом сексуальном черном боди сводят меня с ума.

Мой телефон выпадает из рук, а перед глазами встает пелена. Что это значит?

– Настя? – слышится голос мамы, и я пулей поднимаю телефон, пытаясь скрыть свой ужас.

– А?

– Ты в порядке? Я слышала, что что-то упало…

– Да… – Я мнусь, но лишь долю секунды. – Телефон выпал из рук.

Мама хмурится, одаривая меня проницательным взглядом. Мои щеки горят пламенем.

– Точно все в порядке?

– Да, – натягиваю я улыбку и отворачиваюсь, делая вид, что копаюсь в телефоне и пью воду.

Мама стоит еще секунду, а потом слышатся ее удаляющиеся шаги. Фух, кажется, пронесло. Я возвращаюсь в свою комнату и закрываю дверь. Меня все еще трясет от того, что я прочитала. В моей голове постепенно формируется целостная картина происходящего, и она ужасает не меньше, чем самый ужасный кошмар.

Я ложусь в кровать и накрываюсь одеялом, но сообщение все не выходит у меня из головы. Я беру телефон и вновь перечитываю сообщение.

Дважды.

Трижды.

На четвертый раз блокирую телефон, закрываю лицо ладонями и тихо стону.

– Идиотка, – бубню я, чтобы, не дай бог, никто не услышал меня.

Хотя у нас «двушка», все равно меньше всего хочется, чтобы мама начала расспрашивать меня. Я даже не знаю, что бы смогла ответить ей, спроси она. Мать бы убила меня! Я, конечно, говорю образно, но думаю, что не избежала бы как минимум серьезного выговора.

Всю ночь я не сплю. Ворочаюсь, думаю об этом сообщении, но, конечно, не отвечаю – побаиваюсь. Да и толком не понимаю, что ему ответить. «Спасибо, я польщена»? «Почему ты не удалил мои фотографии»? Что? Что я могу ему написать?

Но самый животрепещущий вопрос острыми иглами вонзился в сердце: как смотреть ему в глаза? Я же со стыда сгорю завтра на его паре.

А еще это задание, которое нужно сделать… Он явно оставит меня наедине с собой, а тогда… Что тогда?

Но и рассказать кому-то о случившемся, даже Еве, я не могу. Что она подумает? Что я, достигнув совершеннолетия, пошла соблазнять ее старшего брата?

В любом моем действии может крыться ошибка, поэтому я решаю молчать и не отвечать на его письмо.

Наутро еле-еле поднимаюсь по будильнику. Спать хочется зверски, я постоянно зеваю: когда чищу зубы, причесываюсь, пью кофе…

– Ты что, не выспалась?

– Не-а, – бубню я, стараясь бороться с сонливостью.

– Опять, наверное, сидела в интернете?

– Нет. Просто как-то долго не могла уснуть.

Маме не нравится, что я много сижу в интернете. Но большая часть времени, которую я провожу за ноутбуком, тратится, конечно, на учебу. А если времени хватает, то включаю какие-нибудь передачи, фильмы или сериалы.

– Ты смотри, не опоздай в универ, – грозит мне пальцем мама. – Выйди заранее.

– Да, мам, – протягиваю я, все еще клюя носом.

Я бы хотела взять телефон и посмотреть, пришли ли уведомления за ночь, но мама категорически против, чтобы я по утрам залипала в него, поэтому его пришлось оставить в комнате.

С горем пополам я собираюсь и отправляюсь в универ, и лишь в метро мне удается проверить все уведомления. К моему счастью (или к разочарованию), в почте лишь спам, больше ничего.

Я пока еще не понимаю, насколько сильно меня пугает или радует произошедшая ситуация. С такими мыслями направляюсь в университет.

Первая пара – по антропологии, где мерзкий дядька вещает нам об инстинктах. Говорят, он еще преподает сексологию. Слушать его неинтересно, но готовиться к зачету по этому предмету все равно придется. Ева тоже сидит и клюет носом. Кажется, вся группа сидит и клюет носом.

Когда пара наконец-то заканчивается, ко мне подходит Костя.

На самом деле на курсе психологии больше девушек. В нашей группе ровно десять парней и пятнадцать девочек. Костя – рослый парень с накачанными грудными мышцами. Он вечно старается это подчеркнуть, надевая достаточно облегающие вещи.

– Слушай, Насть, – обращается он ко мне, когда я начинаю собирать свою сумку.

Ева сразу же подключается и внимательно слушает наш разговор.

– Да?

– У меня есть билеты в кино. Вот решил позвать тебя.

Когда я поднимаю взгляд на Костю, он игриво стреляет глазами. Он с первого дня учебы проявляет ко мне симпатию – то там поможет, то здесь шутканет. А я не знаю, хочу ли начинать отношения с ним, ведь понятно, к чему он клонит.

– То есть ты зовешь Настю на свидание? – хихикает Ева, толкнув меня легонько в бок.

Я же одаряю ее коротким, но злобным взглядом, безмолвно веля ей заткнуться, а потом встречаюсь взглядом с Костей.

Его белокурые, слегка лохматые волосы подчеркивают овальное лицо смуглого оттенка с большими зелеными глазами и пухлыми губами.

– Не знаю даже… – говорю ему.

Костя пропускает других студентов, которые выходят из кабинета.

– Ну ты подумай, ладно?

Я просто киваю.

– Я тебе напишу вечером, а то будет жалко, если билеты пропадут.

– Ладно.

И Костя в приподнятом настроении выходит из кабинета.

– Ну ничего себе! – раздается голос Евы за спиной.

Я спешу застегнуть сумку и вешаю ее на плечо.

– Что?

– Тебя позвали на свидание!

– И что с того? – пожимаю я плечами.

– Ты знаешь, кто Костины родители?

Я мотаю головой. Мы с Евой выходим в коридор, заполненный другими студентами, которые медленно ходят и ищут свои кабинеты.

– Его отец работает в департаменте образования.

– Твои родители тоже там работают.

– Ну да, – фыркает Ева. – Я к тому, что ты могла бы отлично устроить свою жизнь рядом с ним.

– Ты так говоришь, будто я уже собираюсь замуж за него.

Еве нравится обсуждать парней университета, хотя она сама не состоит в отношениях. Она слишком избалована любовью своего отца, поэтому очень многого требует от парней уже в таком возрасте.

– Ну а вдруг?

Я закатываю глаза:

– Не «вдруг». Тем более у меня завтра первое занятие по танцам.

– Я бы все-таки перенесла это занятие и пошла на свидание, – сказала Ева, взяв меня под руку.

– Не знаю, – пожимаю я плечами. – Завтра как раз меньше будет народу, поэтому я хотела попробовать.

– Господи, ну попробуешь на следующей неделе! Тем более Костя – достаточно симпатичный парень.

Она права, Костя симпатичный. Но он не сравнится с Даней, сердце которому я давно отдала, пускай и втайне.

Но с другой стороны, нужно двигаться дальше и строить свою жизнь, а не жить иллюзиями, что он когда-нибудь на меня посмотрит не просто как на лучшую подругу его младшей сестры.

Мы доходим до кабинета и сразу же садимся за парту.

– Ты не хочешь кофе?

– Нет, – мотаю я головой.

– Блин, а я хочу…

– Ну сходим на перемене, возьмем в автомате.

Через несколько минут появляется Даня. Он заходит в кабинет грациозно, свежий и полный сил. Перед глазами встает его вчерашнее сообщение, которое он мне прислал по почте.

– Доброе утро! – приветствует он нас, включая проектор.

Я пытаюсь смотреть куда угодно, но не на него, но у меня ничего не получается. А Даня… он даже не взглянул на меня. Будто я стала для него пустым местом.

Глава 4

Даниил

– Так, давайте начнем с проверки, кто у нас отсутствует…

Я стараюсь избегать Настиного взгляда.

И что было в моей голове, когда я отправил ей это сообщение? Дурак, никак иначе.

Нужно было удалить эти фотографии, когда она мне их прислала. Не хранить их в телефоне. Не знаю, что со мной такое.

– Так… – бубню я себе под нос.

Память у меня хорошая, поэтому я заполняю журнал, не глядя на студентов. Но глаза предательски тянутся к одной девушке. Я прикладываю немало усилий, чтобы собраться с мыслями и все же сосредоточиться на теме, которую должен дать студентам. И у меня все получается, пока я не дохожу до ее фамилии.

– Рыжикова Анастасия Викторовна.

Когда я произношу ее имя, по спине пробегает обжигающий холод. Он настолько сильный, что я чувствую дрожь в районе сердца.

– Здесь, – отвечает девушка, и мне приходится поднять на нее взгляд.

Я ловлю на себе трепетный взгляд ее зеленых глаз. Кажется, в них можно утонуть, раствориться, как сахарная вата на языке. Захлебнуться возрастающим напряжением, обжечь свое сердце одним неверным шагом…

– Хорошо.

Я пытаюсь успокоиться и опускаю глаза в журнал. Прохожу дальше по списку, ставлю карандашом все «н» в графе сегодняшнего дня, выдыхаю, набираю побольше воздуха в легкие и все-таки начинаю новую тему.

– Как говорил великий философ Аристотель, душа – это форма живого органического тела, обеспечивающая его предназначение…

Слова льются из меня потоком. Я стараюсь не думать о том, что случилось вчера вечером, углубиться в тему, которая приносит мне положительные эмоции, а не дрожь по телу, но все равно, хоть и изредка, перевожу взгляд в сторону Насти – на сестру, которая скучающе слушает мои речи (еще бы, она все это уже знает, поэтому ей, конечно, скучно), сидя рядом с ней, или на тех, кто расположился за Настей. А вот прямого взгляда на нее все же избегаю.

Пара проходит незаметно, так быстро, что я даже не замечаю, как приходит время отпускать студентов. Кажется, у Насти это последняя пара. Я быстро задаю студентам домашнее задание приготовить таблички и всю эту скукотень, чтобы они не расслаблялись. Это выводит студентов из себя, но из программы это невозможно выбросить.

И дальше передо мной встает вопрос: попросить ли Настю задержаться?.. Нет, мои студенты очень редко задерживаются после пар. Бывают, конечно, исключения, некоторым приходится давать что-то дополнительно, чтобы «натаскать» их, но большинство все равно сразу же уходят.

Я все же набираюсь смелости задержать Настю и извиниться перед ней за то, что сделал, как-то разрулить ситуацию, но тут к ней подходит Костя. Я уже успел открыть рот и теперь сразу же его закрываю, чтобы не стало очевидно, что я хотел обратиться к девушке.

– Ты подумала? – спрашивает он, глядя на нее влюбленными глазами.

Настя мнется. Она не знает, что сказать, а я, усевшись за свой стол, слушаю их разговор. Подслушивать – плохо, но я ничего не могу с собой поделать.

– Не знаю, Кость. Я еще не решила.

– Да давай сходим! – улыбается парень.

Она явно ему нравится, это даже слепой поймет.

Настя бросает на меня испуганный взгляд, будто опасаясь моего осуждения. А я, как самый глупый пацан, сразу же утыкаюсь взглядом в журнал, якобы что-то там изучая. Идиот. Нужно было сразу же собраться с мыслями, а не поддаваться переживаниям.

– Я скажу тебе позже, когда решу, ладно?

Парень кивает. Кажется, между этими двумя что-то завязывается.

И в тот момент, когда Настя все же мило улыбается ему, внутри меня что-то колет. Больно. Как укол ревности в самое ядро мужского достоинства.

Да что со мной такое? Неужели это похмелье?

Костя уходит, а Ева с Настей чуть задерживаются.

– Слушай, Дань… – обращается ко мне Ева.

А вот Настя хочет побыстрее уйти из аудитории. Я вижу, как она переминается с ноги на ногу, но все же, как любопытная кошка, кидает в мою сторону странные взгляды, наполненные таинственностью.