Журналистка-попаданка

– Привет, – я улыбнулась девушкам и помахала рукой. Они отложили свои дела и подбежали к нам с заинтересованными лицами.

– Ух ты, настоящая человечка у нас в гостях! А ты правда с запретки? Расскажешь про свой мир? – обратилась ко мне блондинка.

– Да, я не знаю, что рассказывать. Обычный мир, у вас интересней: магия всё такое, а у нас только технический прогресс, машины там разные, роботы… в общем, ничего интересного.

– А кто такие роботы? Расскажешь? – блондинка потащила меня к столу; девочки обступили со всех сторон. Вдруг, словно по мановению волшебной палочки, на столе появились закуски и напитки: горячий отвар сам наливался в чашки; на тонкие ломтики хлеба нож намазывал масло, кусочки рыбы укладывались сверху и вот уже бутербродики и канапе сами складывались на тарелочки. Я судорожно сглотнула слюну: есть хотелось очень сильно.

– Роботы – это такие механизмы, они… – я запнулась. Блин, что я несу? Откуда они про механизмы знают? Как им объяснить?

– Слушайте, – решила я, – я не знаю, как вам рассказывать о том, чего вы никогда не видели; а подобрать что-то подобное и ассоциативное из вашего мира… я с ним ещё плохо знакома. Вот могу только нашу музыку включить. – Я достала MP-плеер и включила подборку музыки. – Это называется плеер: на него можно с интернета загрузить музыку, книги, а потом слушать в наушниках.

Я включила плеер: оттуда полилась песенка Максим – «Знаешь ли ты, вдоль ночных дорог шла босиком, не жалея ног».

– Ух ты, а где эта девушка с чудным голосом? И вдоль каких дорог она шла? И почему босиком? Она лесная фея? Это они любят по ночам босиком гулять? – с интересом спросила рыжая.

– Нет, она не фея, и девушки тут нет: её голос в записи, и плеер его просто воспроизводит. Слушать можно везде; главное, чтобы батарейки не сели. Но батарейку можно зарядить, только нужно электричество, – на меня уставилось четыре пары удивлённых глаз. Мда, всё будет сложнее, чем я думала. Одно дело показать штуку из моего мира и совсем другое – объяснить, как она работает, причём я сама до конца не знаю, как она работает. – Блин, давайте лучше вы мне что-нибудь расскажете о своём божественном мире, у вас тут намного интересней, чем в моём родном мире.

– А у вас совсем нет магии? Ни капельки? – поинтересовалась брюнетка.

– Нууу, честно, не знаю. В последнее время у нас появились так называемые маги, ведьмы, экстрасенсы и прочие: с мёртвыми говорят, людей ищут, ну и другие фокусы показывают. Уж не знаю, насколько правда всё это, но как по мне – так шоу, оно и есть шоу, врут они всё. А всех ведьм ещё в двенадцатом веке инквизиторы сожгли.

– Зачем? – оторопело спросил Кассель.

– Затем что, по мнению инквизиции, ведьмы верили и служили не тому богу, поэтому и жгли их на костре.

В комнате повисла пауза, которую смогла нарушить только Ксия.

– Так в запретке же нет богов? Эти миры вне божественной юрисдикции, из-за этого за пятое кольцо и вынесли. Какому богу эти ваши инквизиторы служили?

– Ой, там всё так сложно… если в двух словах: две тысячи лет назад от непорочного зачатия, в семье плотника родился мальчик; он был истинным сыном божьим, звали его Иисус Христос. До его тридцати трёх лет о нём ничего не известно, а потом он стал народ просвещать: по воде ходить и нести слово божие. Набрал себе учеников, а один предателем стал, предал учителя и продал его властям за тринадцать серебрянников; власти сына божьего поймали, на кресте распяли, а он через три дня ожил и в царствие отца вознёсся. Ну это вкратце, и как я сама всё это поняла, я далека от наших церквей.

В комнате возникла секундная пауза, а потом грянул смех: девушки и Кассель смеялись так, что мне стало немного страшновато.

– Что смешного? – спросила я.

– Ой, Маша, прости, – засмеялась Париса. – Это мы о своём. Помнишь, я тебе рассказывал, как я богом дорог стал? Вот ваша легенда схожа с этим. Все всё не так поняли: было такое, сын бога от простой женщины, только его никто этой миссией не обязывал. Ты же историю о войне богов знаешь?

Я кивнула.

– Так вот, в то время и ваш мир был втянут в эти разборки; ваши боги тоже здорово погуляли с подопечными женщинами, пока их жёны не взяли в руки скалки и молнии. Мужей-то они в лоно семьи возвратили, а вот с результатами гулянок не разобрались: вам ещё повезло, что парнишка просто просвящал народ, а не пытался мир захватить и старый пантеон свергнуть.

– Нууу, я бы так не сказала, – встряла я. – Старый пантеон его учение как раз и сверг. У нас, ну у моего народа, были другие боги до него, а его учение и его вера в Русь, князь Владимир принёс. История его, конечно, к лику святых за это причислила – Русь покрестил. Только у меня немного другое мнение: нельзя в веру мечом обращать. Он много крови пролил тех, кто крест нести не захотел. Вот такая у нас вера – на людской крови. Да и сейчас всё мутно и непонятно: прихожане не дети божьи, а рабы его; куча «не», запрет, табу и прочее. Бог у нас теперь один в трёх лицах, но правила его строги; раньше много богов было, каждый за своё отвечал, а сейчас один, и тот молчит. Прям не отец, а отчим какой-то.

Я схватила чашу с горячим отваром и судорожно глотнула. Блин, ну не умею я с богами диалоги вести: а вдруг сейчас обидятся? Я ж про бога говорю, а не о дворовом пацане – вот дернуло меня за язык.

– А сама-то ты в бога вашего верила? – спросила рыжая.

– Нууу, даже не знаю: я в Создателя верила, в то, что есть во вселенной Тот, кто создал нашу планету, а вот в богов… неа, не верила: неубедительная легенда какая-то.

– Ну мы-то настоящие, мы же не легенда, – усмехнулся Кассель.

– Кассель, скажи: тебе путники молятся, ты им помогаешь? – поинтересовалась я.

– Конечно, у меня работа такая: они мне молитвы и энергию души, я им помощь – нормальный обмен.

– А вот наш нас не слышит. У вас есть больные дети? Такие, чтобы сами даже дышать не могли? А у нас вот есть, и церковь о них говорит: «Это вас боженька наказал». Вот вы можете наказать ребёнка? Вот он только родился, а вы его сразу раз… и наказали за грехи родителей, причём не всегда его родителей. Многим зачастую по наследству от пра-пра-бабок достаётся. Ладно, если ещё в семье остаётся, а то могут и в детский дом сдать, как брак или утиль. Я сейчас не утрирую и не преувеличиваю.

Я начала заводиться, что они докопались до меня? Неужели не видно, что меня это напрягает?

– А что? Лекари ваши исцелять не умеют? – спросила брюнетка.

– Умеют, но не всё и не всегда. Может, лучше вы мне что-нибудь расскажете? Вот, например, что вы там вышиваете? – я посмотрела на рыжую богиню и изобразила на лице самую лучезарную и заинтересованную улыбку. Париса повелась и побежала показывать работу, потащив меня за руку.

– Смотри, – Париса повернула ко мне своё полотно. Я восхищённо ахнула. На полотне стояла Селена в объятиях нашего нового конюха: они смотрели друг на друга влюблёнными глазами, а за их спинами, ещё не оформившись в рисунок, словно тени, то появлялись, то исчезали малыши – три девочки и мальчик. То, что это их дети, не вызывало сомнений: девочки были уменьшенной копией мамы, а мальчик был похож на отца.

– Это же Селена? Наша Селена и Федус?

– Да, это они. Меня за счастье Селены очень просили: не смогла отказать. Она хорошая и счастья достойна.

– Ты говоришь, что просили тебя за её счастье? То есть не она просила?

– Нет, не она: она ещё не пришла в себя, а вот её новый знакомый Мирон был уже в моём храме с вечера; тронуло его за душу то, что с ней случилось. Уж больно дочь его ему напоминала; вот он за неё меня и просил, чтобы у неё всё в жизни было ладно: чтобы полюбил её мужчина надёжный и добрый, деток им здоровых и умненьких. Вот я и вышивала её судьбу новую.

– Угу, – заметила я. – Не мешало бы ещё и мнение Селены услышать; может, она после Жабикуса и не захочет мужа да деток – это ж травма психологическая, насилие, потом выкидыш, бррр.

– Ну, воспоминания ей маги подправят: помнить о этом она будет, но так, будто не с ней это всё случилось, – Париса пожала плечами. – А о семье и любимом она сама мечтала.

В комнату словно ураган влетела Богиня-Мать.

– Привет всем, Мария! Пойдём со мной: тебя тут никто не обижал? Накормили? Так, дети, я в кабинет – нам не мешать, – Богиня схватила меня за руку и потащила по коридорам. Я не успевала рассмотреть то, что нас окружало, но всё равно было очень красиво, светло и просторно, с размахом.

– Пришли – проходи, присаживайся, – Богиня толкнула двустворчатые двери, и мы оказались в кабинете. Высокие открытые стеллажи с кучей папок, огромный стол; на стене напротив окна проекция союза миров: на проекции было видно время суток и погоду в тех или иных мирах – в Живалисе даже поливал настоящий дождь. Практичненько так. Над проекцией висели ящики, чем-то похожие на почтовые; только вместо номера были изображения богов: угадывался лик Парисы, Касселя, даже Богини-Мать – в общем, вся семья в сборе. Периодически ящики моргали и блямкали как старая и давно забытая аська – я улыбнулась, услышав такой знакомый звук.

– Просьбы, молитвы со всех храмов, корреспонденция идёт в персональные ящики, потом распределяются по степени важности и необходимости помощи; вечером мы их разбираем и, если надо, помогаем, – пояснила Богиня принцип действия.

– Класс, удобненько так. Но ваших храмов ведь великое множество, и в каждом храме тысячи людей ежедневно к вам обращаются, как вас не погребло ещё от количества работы?

– Ну, у нас в храмах не только просят: многие благодарят или преподносят дары.

– Да? Это хорошо, когда не просят, – улыбнулась я.

– Так ладно, я тебя не за этим позвала. В общем, ты молодец, что обратилась ко мне через храм: таким образом я смогу вынести проблему с Понтивором на совет богов, а то эти бюрократы без официальных обращений в упор не видят проблему. Я, конечно, не до конца поняла, что у вас там случилось, но как смогла – помогла. Рассказывай, что произошло, подробно.

Я тяжело вздохнула и принялась рассказывать о событиях по порядку: о том, как нашли первых адептов, как нашли Эсвиэль и давно пропавшую эльфийскую княжну, о событиях в Самарии, о обнаруженных и спасённых юных магах, о телепортационных махинациях. По мере моего рассказа лицо Богини всё больше вытягивалось от удивления, когда же она услышала о том, что с её помощью мы выявили места, где прячут остальных похищенных, – просто похолодела.

– В общем, сегодня ночью с помощью магов и леших Кристиан освободит тех, кого держат в лесах, а уже завтра днём освободят тех, кого прячут в городах герцогства, – закончила я. – А, ещё забыла сказать: сегодня рвануло в телепортационной башне в Тарривасе. Девочку – внучку библиотекаря – ребята подбили на то, чтобы она какой-то травы на замок дверной насыпала; она и насыпала, а за дверью оказалась комната со старой мебелью магов, ну и всё рвануло. Маги со всех постов ломанулись на взрыв и оставили пост у ворот города. Мы подозреваем, что это проделки Понтивора: ведь всех выходящих из города сканировали маги, а при взрыве они пост оставили. Думаю, он побежал догонять Элис.