Декрет для Ягодки

Сложила руки на груди, чтобы прикрыть до сих стоящие соски от откровенного взгляда начальства.

– Будешь продолжать в том же духе – уволюсь, – выдвинула свою угрозу спокойным голосом, рассматривая местность, над которой мы пролетали. – Я уже нашла новое место работы.

Ну, правильнее сказать не я, а моя подруга, но подробности для этого озабоченного можно опустить.

В ответ молчали, так что пришлось прервать просмотр ландшафта.

Ковальский мою угрозу воспринял, надо отметить, серьёзно, и теперь вместо страсти в его взгляде полыхала злость. Замечательно, пусть лучше злится, чем совращает меня каждым своим движением. Учитывая мою бурную реакцию на его действия, надо быть очень осторожной, дабы избежать сцен «развратного» понедельника.

Глава 6

Мирослава

И жизнь моя наладилась, вернув босса в привычное русло.

Прошли уже сутки с момента нашего разговора в самолёте, как меня игнорируют, загружая работой по самую маковку. Уж лучше так!

– Может, твой Ковальский нарочно тебя приставаниями изводил, чтобы теперь ты как лошадка пахала и гривой радостно потряхивала. Мол, мой господин, ещё работы, ещё!

Странно, что не мне пришла такая идея первой, а Ами.

– Чёрт! Всё возможно! С него станется, – подтвердила я догадку подруги. – Ведь теперь я, уже лишённая сна почти сутки, до сих пор молчу.

– Вот! – возликовала подруга, что её голос из динамика, включенного телефона на громкую связь, эхом отразился от кафельных стен ванной комнаты. – Вот точно! Увольняйся к чертовой матери! Что за методы стимуляции сотрудников?!

Всё! Амарену понесло, но даже сквозь её возмущения я расслышала странный шум из спальни или маленькой кухни, что тоже входила в мой номер шикарного пятизвёздочного отеля.

Это единственный плюс в карму Ковальского – он никогда не снимал дешёвых номеров в плохих отелях.

– Дорогая моя невеста, угомонись уже! Я обязательно подумаю над твоим предложением по возвращении из командировки. Договорились?

– Ладно, – выдохнула девушка на другом конце связи. – Я тебе ещё напомню.

– Хорошо. Извини, мне пора заканчивать водные процедуры и начинать собираться на приём.

Звук в спальне повторился. Может, уборщица? Хотя я повесила табличку «Не беспокоить».

– Приём? Неужели отдых?

– Ох, Ами, нее! Боссик там встречу в неформальной обстановке назначил клиенту, а мне предстоит выцепить жену нашего клиента, которая упорно отказывается приходить на встречу по разделу имущества после развода. Частично, мы из-за этой дамы сюда прилетели, так как, сидя в России, этот процесс никогда, наверное, не завершится.

Снова шум. Ну всё!

– Всё пока. Целую, – и, едва услышав ответное слово, сбросила вызов.

Быстро выскочила из огромной ванны, в которой уже минут двадцать как нежилась в ароматной пенке. Обтираться не стала, чтобы не терять время, просто обернула большое полотенце вокруг себя.

Ноги после пены теперь скользили по плитке, но искать тапочки тоже не захотела, а просто быстро рванула на выход.

Резко открыла дверь ванной комнаты и тут же почти выпрыгнула в спальню, пытаясь воспользоваться эффектом неожиданного появления.

Если честно, не знаю, кто из нас двоих, я или Влад, напугался больше.

Увидев, что это не грабитель или насильник, а просто мой придурок- босс, мне стало так воздушно и радостно. Ноги предательски не поддержали меня, и я завалилась на мужчину, что какого-то чёрта делал на полу МОЕЙ спальни в метре от ванной комнаты.

– Ой-й, – только и успела я вымолвить, как уже лежала.

Мягонько так вышло, конечно, но всё равно воздух вышибло из лёгких.

– Господи, Берсеньева, ты точно смерти моей хочешь! – трагично пропыхтел Ковальский где-то подо мной.

Вот чья бы корова сейчас мычала?! И как это всегда бывает рядом с ним, особенно в последнее время, я тут же разозлилась.

– Да неужели я?! А кто тут из себя вора- домушника изображал? А? – гневно прорычала в ответ, пытаясь подняться с мужчины, но он словно клещ вцепился в мою талию своими лапищами. – Ковальский, дай встать.

– Ты мокрая.

Вот тут я даже барахтаться перестала и посмотрела в его ясные очи.

– Действительно, парадокс! Браво! Обычно-то люди ванну принимают, а потом бегут спасать свою жизнь сразу сухими, – язвила я, но уже замечая недобрый блекс глаз напротив.

О-о-о! Этот фитилёк желания мы уже проходили.

– Вадик, брейк! Верни мозги из штанов на положенное им место. Я сказала, что спать с тобой больше не стану.

– Да кто просит спать, мне и просто дружеского секса прямо вот на этом мягком и пушистом коврике вполне хватит. На сегодня.

И едва успевая договорить, сменил дислокацию – теперь я лежала на упомянутом белом коврике у кровати, а несложившийся домушник верхом на мне. Полотенце моё от таких поворотов держалось на груди на честном слове, так что от дружеского перепихона нас отделяли только штаны Ковальского.

Так себе защита и преграда!

– Нет. Что именно в этих трёх буквах вам, Владислав Владимирович, непонятно. Я готова прояснить, – как могла изобразила холодный и нейтральный тон адвоката.

Но вот почему-то этот менторский стиль, обычно оправдывающий себя на все сто процентов, с Ковальским срабатывал через раз и то процентов на двадцать пять.

И снова осечка.

– Мира, ну откуда столько упрямства?! Ведь ты хочешь меня! – и я тут же собралась возмутиться наглой в кавычках ложью, но меня опередили. – Хочешь! Я это чувствую, вижу, что мне даже напрягаться не надо.

– И давно это мы такие чувствительные стали, – не оставляя попыток скинуть ногами тушку боссика, я в дополнение прикладывала великое русское слово.

Да только Ковальскому мои телодвижения, видимо, совсем надоели, так что он просто лёг на меня сверху, выдергивая руки вверх над моей головой и зажимая запястья одной рукой.

Тогда хотела снова ногами, но их тоже прижали, а ещё Владик, сука, оказался на поверку тяжёлым. Я теперь как та бабочка в рамочке под стеклом.

– Что за фигня, зайка? – сквозь зубы прошипела я, усмиряя огромное желание укусить его за нос, который почти соприкасался с моим.

– Ты вкусно пахнешь, – совсем не в тему заявило начальство, а потом, будто сомневаясь, наклонилось носом к моей шее.

– Ой, а обычно твои девки гуталином воняют?! Влад, уже не смешно. Прекрати, пожалуйста, этот сексуальный балаган.

– Я никогда не говорил, что мне смешно. И вообще, мне уже почти реально больно, – и для убедительности посильнее прижал свой бугристый пах к моим ногам.

– Надо штаны на размер больше брать, тогда и больно не будет!

Я несла какую-то чушь, уповая только, что это не даст мне снова сорваться.

Как оказалось, в Ковальском было слишком много всего, что мне нравилось в мужчинах, хотя раньше я этого не замечала. И ещё его в данную минуту было слишком много на один квадратный метр меня.

– Мир, ну давай договоримся? – чуть ли не нежно прошептал босс мне на ушко, оставляя лёгкую дорожку из поцелуев от мочки до ключицы.

Смотрела только прямо и только в потолок. Нежности в его исполнении тоже заходили на «ура» моему обезумевшему телу.

– Нет, Ковальский. Я не собираюсь нарушать собственный трудовой договор, при том, что меня сейчас насильно удерживают всякие личности.

Пришлось посмотреть в эти глаза напротив. Серьёзный и напряжённый взгляд как-то совсем не вязался с тем, чего страстно хотел от меня мужчина.

– Да-да. Декрет – есть декрет! Так что …

Он меня отпустил, точнее, мои руки. Почувствовала, что он готов сдаться, но тут его посетила идея, прямо воодушевляя и озаряя светом лицо. Вот же! Ковальский, каким бы бабником и сволочью нибыл, мозг имел отменный, потому всем тоже регулярно имел мозги.

– Ну раз у Мирославы Александровны такие правила и декреты, то тогда я готов заключить с вами договор о взаимовыгодном сотрудничестве.

Так! Это вообще что-то новое и неизведанное!

– Владислав Владимирович, а давайте просто всё забудем и пойдём, как раньше, хорошо делать нашу работу.

Шеф вот в натуральную тяжело вздохнул.

– Как раньше, Берсеньева, теперь не получится, а уж забыть вообще никак.

Он не врал. Не знаю, что за хрень творится в этой мужской голове – кризис какого-то возраста или просто блажь наполовину с дурью, но Владислав не отстанет.

– Я увольняюсь.

– За эти две недели отработки я тебе все нервы измотаю, и всё равно секс будет.

Снова бинго.

– Одну. И сколько вы весите, господин начальник?! Тонну?

Босс нахмурился. Перенося часть веса на руки, приподнялся надо мною.

Наконец-то вздохнула полной грудью, восстанавливая нормальное дыхание. Тёмный тяжёлый мужской взгляд опустился на мою едва прикрытую полотенцем грудь.

– Почему одну?

– Потому что я ещё в понедельник отдала заявление моей хорошей знакомой в отделе кадров. Если я маякну, то она пропустит бумагу задним числом.

– Там нет моей подписи.

– Неужели?!

Тут Ковальский даже завис, видимо, перебирая в памяти, что и где он подписывал.

– Утром в понедельник. Я спешил, и ты подсунула срочный договор.

Вот же память! Мне бы такую!

– Одна бумага была лишняя. Всё верно, босс. И я очень сильно предлагаю сменить место нашего разговора. На полу мне мокрой не особо приятно, да и твёрдо.

К удивлению, моей просьбе тут же вняли, да только конечный результат кардинально отличался от моего продуманного.

Владислав бодро так подскочил и, пока я пыталась подтянуть полотенце повыше, подхватил моё тельце на руки и возложил на кровать.

– Вообще-то я имела ввиду начать собираться на приём, – недовольно морщась, пояснила свои желания.

– Ещё рано, и мы не закончили.

Вот в его интонации это звучало очень двояко.

– А мы просто начинать ничего не будем, тогда и заканчивать ничего не придётся, – очень умно выкрутилась я, пытаясь сползти с кровати.

– Хорошо, тогда по плохому и проверенному варианту, – чуть ли ни под нос пробубнил шеф, снова хватая мои запястья.

И вот через секунду я снова лежала под упёртым ослом по имени Владик.

– Я про увольнение не шутила. Я и работу другую нашла, – снова запела старую песню, стараясь отключить все виды чувствительности своего тела.

– Я понял, но предлагаю заключить контракт. Ты разрешаешь НАМ С ТОБОЙ наслаждаться отличным сексом, а взамен можешь попросить что угодно.

И взгляд такой коварный. Особенно это его «нам с тобой» в напоминание, что он в курсе о моих желаниях.

– Ковальский, уверен, что потянешь мои запросы?

– Уверен. Скажем так, я немного богаче, чем это кажется на первый взгляд.

А-а-а! Вот он о чём! Деньги! А мне-то они как раз мало нужны, но тем интереснее игра.

– Хорошо. Предположим, я соглашусь. Какой срок договора и какие условия после расторжения?

– А какие ты желаешь? – томно так предложил мой босс, буквально обжигая взглядом кожу груди.

В этот раз он лёг немного сбоку, видимо, вспоминая мои возмущения насчёт его веса, и потому обзор моего тела был в отличном доступе.

– Подробные условия я обозначу в письменной форме, а вот сроки … думаю, пока мы находимся в командировке. По возвращении домой всё аннулируется, и я увольняюсь с отличными рекомендациями и всеми положенными выплатами.

По морщинке на лбу я точно знала, что ему не нравится, но тут или так, или никак. Ковальский меня за время работы тоже неплохо изучил, так что знает, какая я любительница манипулирования.

– Хорошо. Подходит.

– И я точно могу просить всё, что захочу? – ещё раз переспросила мужчину, в душе потирая лапки от предвкушения большого веселья.

– Да, Берсеньева, всё и что угодно, где принимают «viza».

Мне кажется, Владик даже дышать стал как-то очень сдержанно. Неужели так волнуется? Боится, что не соглашусь.

– Договорились, Владислав Владимирович. Я составлю договор, мы его подписываем и строго выполняем все условия.

Босс расплылся в счастливой улыбке, видимо, радуясь, что купил меня. И тут же собирался меня зацеловать в приступе этой вселенской радости, но я успела отвернуть голову, подставляя щёку.

– Не понял, – как-то нервно прокомментировал мужчина моё поведение.

– А тут большого ума не надо. Договора ещё нет, следовательно, валите, пожалуйста, в свой номер.

– А я хочу выполнить тестовый заезд, – прорычал босс, слегка кусая мою шею и тут же целуя место укуса.

– Он уже был! В понедельник. Два раза тестить не положено, – и по окончанию шлёпнула очень возбуждённого мужчину по плечу.

Руки мне, слава богу, отпустили. Раз поцелуи и совращения завершились, то я снова посмотрела на моего нового компаньона.

Его бровь изогнулась, что-то мне обещая за этот шлепок. Да только я и сама понимаю, в какую коварную игру собираюсь поиграть. Секс – это хорошо, а вот возможные привязанности – это уже плохо.

– Тебе жалко что ли? – по-детски пробубнил босс, но я уже поняла, что он согласен обождать.

– Жалко.

Ковальский с недовольной моськой сполз с меня.

– Ну тогда потом пеняй на себя, – вроде как, угрожая, пообещал мужчина, очень так демонстративно поправляя через штаны возбуждённый орган.

– В смысле? – усмехнулась я, тоже сползая с кровати, но не прекращая наблюдения за Владом.

Вдруг снова накинется с поцелуями.

– В прямом, клубничная моя! Длительное воздержание в моём случае приводит к бешенству во время секса.

– Ну-ну! Я поняла, но вам пора готовится к приёму.

Шеф, подхватывая папку с пола, пошёл на выход.

– Я вообще-то за ней и приходил, но вышло очень удачно! – уже в дверях махнул документами, оглядывая меня с ног до головы очень уж откровенно пошлым взглядом.

– Ковальским, вы там лимончики пожуйте, а то боюсь, что наш клиент не оценит такой радости по поводу кончины его любимой бабушки, – посоветовала мужчине, продолжая стоять у кровати.

Полотенце едва держалось, так что лишние движения были противопоказаны.

– Злюка ты, Берсеньева. На приём надень что-нибудь скромное и закрытое.

– Ага. Мешок и паранджу. Подходит?

– Вполне.

Паразит этот ушёл, подмигнув мне на прощание глазом. Ну да ладно! Я проиграла эту битву, но зато выиграла войну.

Приготовьтесь, мистер Ковальский! За удовольствие быть со мной придётся дорого заплатить вашими НЕРВАМИ!

Г