Рассвет новых миров

Рассвет новых миров

Глава 1

Во времена, когда единый мир ещё не был разделён на двенадцать частей, жил человек, чья сила была столь велика, что даже звёзды на небе начинали мерцать ярче, когда он проходил мимо. Его имя было Арканис Эвергард.

О нём рассказывали разное. Одни говорили, что он родился из самой магии, когда первый свет коснулся ещё неостывшей земли. Другие уверяли, что его нашли в древнем храме спящим внутри светящегося кристалла. Третьи считали, что Арканис был обычным магом, который однажды заглянул слишком далеко за пределы дозволенного и вернулся уже другим.

Но все сходились в одном: Арканис был величайшим магом из всех, кто когда-либо жил.

Он был не просто могущественным магом. Он видел вероятности будущего, чувствовал трещины настоящего, а ещё поговаривали, что он мог даже изменять прошлое. Последнее, как утверждалось, давалось ему с большим трудом.

— Прошлое — это как старый свиток, — говорил он. — Если слишком сильно его теребить, он может порваться.

— Тогда, может, не надо его теребить? — осторожно спросил Финниган Когсворт.

Финниган был его помощником, другом и, как он сам любил говорить, «единственным существом в башне, которое помнит, что великим магам тоже нужно есть». Он был невысок, всегда опрятен, и сразу было видно, что этот маг любит порядок во всём. В отличие от Арканиса, Финниган не стремился заглянуть за край мироздания. Ему вполне хватало того, что мироздание регулярно преподносило ему очередную срочную проблему.

Башня Арканиса находилась в центре столицы магов Аль-Тариона, города высоких шпилей, мостов из белого камня и улиц, где свет никогда не был полностью естественным.

Аль-Тарион никогда не спал. Днём его улицы заполнялись торговцами, продающими всё: от волшебных зелий до заколдованных метёлок, которые сами убирали дом, пока их владельцы спали. Ночью город оживал по-другому: фонари, наполненные зачарованными камнями, освещали мощёные улицы, а в воздухе витал сладковатый запах магических цветов, распускавшихся только в темноте.

Арканис часто гулял по этим улицам, хотя большинство горожан предпочитали держаться от него подальше. Не потому, что он был страшен, хотя его высокий рост и тёмно-синие глаза действительно могли заставить кого угодно почувствовать себя маленьким. Дело было в другом: Арканис задавал слишком много вопросов.

— Зачем ты носишь этот амулет? — мог спросить он у случайного прохожего.

И тот, покраснев, признавался, что амулет был подарком от бабушки и, как выяснялось, вообще не обладал магическими свойствами.

— Тогда он ценнее, чем я думал, — говорил Арканис и шёл дальше по своим делам.

Прохожий обычно не понимал, шутит он или говорит совершенно серьёзно.

Но сегодня Арканис не гулял. Сегодня он сидел в своей башне и разглядывал странную карту.

Карта занимала почти всю стену. На ней были изображены земли, моря, небеса, подземные глубины и даже те области, которые на первый взгляд нельзя было назвать местом. Она не показывала границы государств — эти линии были слишком переменчивы. Зато на карте мигали огоньки. Каждый огонёк означал конфликт: войну между расами, восстание монстров, спор за древний артефакт, голод в приграничных землях или даже маленькую вражду, которая через годы могла перерасти в катастрофу.

Огоньков становилось всё больше.

— Слишком много, — пробормотал Арканис, потирая виски. — Этот мир скоро сгорит, если ничего не предпринять.

Финниган подскочил к нему с новой чашкой чая, хотя старая ещё стояла нетронутой.

— Может, стоит просто... уменьшить масштаб? — предложил он, указывая на карту. — Ну, знаете, сделать её поменьше, чтобы огоньков было меньше.

Арканис посмотрел на него так, словно Финниган предложил заменить магию арифметикой.

— Финниган.

— Я понимаю, мысль сырая.

— Если бы всё было так просто, я бы давно отправился на пенсию и выращивал магические тыквы.

— Вы уже пробовали. Но они начали пророчествовать.

— Именно поэтому я и не на пенсии.

Финниган вздохнул, но на этот раз не ушёл. Он стоял рядом, глядя на карту, и его обычно живое лицо постепенно становилось серьёзным.

— Это уже не просто войны, да? — спросил он.

— Нет.

— Тогда что?

Арканис провёл пальцем по воздуху. Карта изменилась. Огоньки вытянулись в линии, линии — в трещины, а трещины соединились в сеть, похожую на разбитое стекло.

— Мир устал держать нас всех вместе, — сказал Арканис. — Слишком разные ритмы. Слишком разные законы. То, что для одной расы естественно, для другой становится угрозой. То, что одни называют развитием, другие считают осквернением. Мы живём рядом, но больше не слышим друг друга.