Проект "Цербер"

— Точно, — согласился Палач.

— А мне кажется, ещё один был, — высказался Бес. Шерлок молча закивала.

— И где третий? — также, не поворачиваясь, произнёс Рысь.

После секундной паузы Мессия сказала:

— Он в темноту отпрыгнул, почти сразу. С краю стоял и отпрыгнул, спрятался, как мы стрелять начали.

— Хм… — Рысь всё же повернул голову, доверив следить за спуском в подвал Палачу. — Товарищ… — Он обратился к «барабашке», но не мог вспомнить его фамилию.

— Кондарь, — отозвался тот.

— Товарищ Кондарь, — продолжил спецназовец, — сколько мутантов видели?

— Ну-у-у… — «барабашка» выдохнул. — Я думал, их четверо было.

— Ясно, — подытожил Рысь и переключился на Беса. — Сколько у вас с собой приманок?

— У меня три осталось. По идее, ещё у Монгола три и у Матильды парочка.

Рысь недовольно поджал верхнюю губу, его взгляд на несколько секунд задержался на одной точке, где-то далеко за окружающими предметами и людьми, а затем скомандовал:

— Палач, за мной. Остальные — ждите команду.

Рысь медленно спускался, осторожно ступая по забрызганным кровью ступеням. Тела мутантов были уже совсем близко: одну из когтистых лап при желании можно было бы пнуть носком берца. Он узнал в них «номер 13» — «ликантропов». В тех местах, где плоть полуприматов была истерзана пулями, торчали белые осколки костей. У ближайшего трупа черепная коробка была снесена от глазниц до шеи. Командиру казалось, что среди ошмётков, забрызгавших стену, он видел треугольные уши мёртвого хищника. Тело второго монстра сохранилось не лучше: перебитые нижние конечности, лужи крови, залившей весь ближайший кафель. «Хотя тут уже непонятно чья», — из-за большого количества ран на трупах командир не мог точно определить, где заканчивалось первое тело и начиналось второе. Ясно было одно: один лежит поверх другого. Рысь просветил фонариком по касательной всю стену слева, насколько это было возможно с четвёртой ступени снизу: луч выхватил в паре метров от «входа» в подвал письменный стол с какими-то коробками на нём, дальше — ряды металлических шкафов. Подвальное помещение оказалось довольно просторным: противоположная к лестнице стена располагалась метрах в четырёх. Со всей площади не доносилось никаких подозрительных звуков. Рысь подал сигнал рукой, держа в поле зрения видимую область искусственного подземелья. Палач начал спускаться, ступая почти бесшумно. Достигнув последней ступени, он стал осматривать остальную часть подвала. По всей длине двадцатиметровой комнаты стояли только стеллажи и металлические шкафы. Он аккуратно переступил через лапу обездвиженного монстра.

«Хрр!» – Серая лапа ударила по крадущемуся бойцу. Палач отлетел вглубь подвала, что-то хрустнуло, упало. В тот же миг Рысь выстрелил в поднимавшегося и скалящегося раненого мутанта, который всё это время не подавал признаков жизни, укрывшись трупом сородича. Подвал наполнился грохотом выстрелов, сверху в «ликантропа» летели очереди из нескольких стволов.

Рысь отпустил «спуск» только, когда автомат перестал вздрагивать: патроны кончились. Сменив магазин, спецназовец спрыгнул на кафель. Рядом с ним пробежал Бес, занявший через пару метров удобную позицию для стрельбы вглубь подвала. Рысь подошёл к прошитому насквозь мутанту, туша которого рухнула около стола сразу же, как только «ликантроп» попытался встать. Теперь он точно был мёртв: грудная клетка напоминала фарш, голову почти отделило от туловища метко попавшими выстрелами, плечевой сустав розовел, оголённый до кости попаданием из калибра большего, чем у автоматов«Раската». «Всё же на что-то ты годишься», — отметил Рысь про себя удачную стрельбу «барабашки».

— Чисто! — крикнул Бес.

— Чисто! — доложила Шерлок, заняв позицию у стены напротив лестницы.

Рысь только сейчас понял, что «барабашка» стоит уже справа от него: темнота и громкая резкая канонада немного дезориентировали командира.

— Чисто! — громко произнёс Рысь, направляясь к тому месту, где светил фонарик Палача. — Мессия, за мной! Шерлок, найди, где включаются лампы!

Палач лежал на боку, закрыв глаза, в шкафу за его спиной была вмятина. Мессия села рядом, положила пальцы товарищу на шею, выше ключиц. Рысь развернул штурмовую винтовку Палача так, чтобы фонарик освещал лежавшего стрелка.

— Пульс есть! — Санинструктор потянулась к пластмассовому фиксатору на ремне шлема. «Щёлк!» — каска ударилась, упав на пол.

— Я жив! — внезапно прохрипел Палач, придя в себя.

Мессия от неожиданности дёрнулась в сторону, затем снова приблизилась к сослуживцу.

— Ноги чувствуешь? Руками можешь шевелить?

— Да. — Палач прокашлялся и начал подниматься, пытаясь сесть и опереться спиной на шкаф. Рысь помог ему привстать.

— Не так быстро! Голова кружится? Сколько пальцев? — беспокойно затараторила Мессия, светя в лицо Палача своим фонариком, отсоединённым от короткого автомата.

— Ау! — вскрикнул стрелок, почувствовав боль в глазах от яркого света. — Три! Три! Их было три, пока ты не ослепила меня. Нормально всё! Спасибо бронику! С защитой не обманули!

— Точно? — спросил Рысь, протянув руку Палачу.

— Да, у меня всё в норме, — пробормотал тот, встав наконец на ноги. Слева, ниже груди, ткань бронежилета была распорота, за лохмотьями виднелся край бронированной пластины — стрелок успел повернуться передом в сторону «ожившего» монстра прежде, чем тот нанёс ему удар.

— Он был как мёртвый! Честно, ни дыхания не слышно, ничего! — быстро проговорил Рысь, помогая стрелку застегнуть замочек на ремне шлема.

— Вообще никаких претензий! Я сам считал эту тварь сдохшей.

— Хорошо, что всё так обошлось. — Рысь хлопнул товарища по плечу.

Над головами вспыхнули продолговатые лампы дневного света в ребристых матовых плафонах.

— М-м-м-м, — прорычал от боли в глазах Бес.

Палач усмехнулся:

— Вот и я про то же.

Подвальное помещение оказалось почти квадратным. Повсюду стояли серые шкафы, разбавленные рядами стеллажей с папками, коробками, стопками перевязанных бумаг. На потолке под железобетонным перекрытием вилась хитрая сеть гофрированных рукавов вентиляционной системы. Ответвления труб, опускавшиеся то тут, то там к рядам шкафов и стеллажей, закрывали с торцов решетки. Вентиляцию в подвале выстроили не хуже, чем в образцовых музейных хранилищах.

Шерлок подошла к Рысю.

— Здесь архив. Как думаешь, мы найдём то, что нам нужно? — На её лице всё ещё читалась скорбь, но это уже не такая сильная, как в последние минуты в академгородке.

Рысь кивнул.

— Думаю, да! Надо посмотреть, и побыстрее! Бери себе девчонок — ищите планы комплекса, упоминания про входы в подземную часть и желательно про их расположение. И выясните что-нибудь о серверных.

— Серверные? — переспросила Мессия.

— Да, предполагается, что все данные записывались на локальный сервер, — ответил Рысь. Затем он обратился к Палачу, показывая ему жестом идти наверх. — Захвати Гору и распределитесь по местам. Если вдруг тебя начнёт мутить, объекты будут двоиться, сразу дай знать!

— Да, в курсе, — произнёс Палач.

— Бес, — Рысь подошёл к бойцу в чёрной балаклаве, стоявшему рядом с «барабашкой», — идите с Палачом караулить периметр. А мы с тобой, — он повернул голову и посмотрел на нашивку ФББ, избегая прямого взгляда в глаза, — дружище, посмотрим, чем жил командир гарнизона.

— Хорошо, — пожал плечами «барабашка» и направился за раскатовцами наверх.

Рысь пропустил бойцов вперёд. Поднявшись по лестнице на первый этаж, он спросил:

— Товарищ Кондарь, неплохо ты одну из тварей уделал! Что по стрельбе было в академии?

Тот стушевался, но, улыбнувшись, ответил:

— Да неважно у меня с ней было: еле-еле попадал.

— Да ладно? — хохотнул ему в ответ Рысь. — А сейчас куда целился, когда мутант на ноги вскочил в подвале?

— В ноги, — произнёс «барабашка», наливаясь краской. — Всё так быстро было!

— Да, но всё равно молодец. — Проходя мимо стола в холле, Рысь прихватил с него пару журналов для ведения записей и направился к открытой двери командира части. — Слушай, а ты поверку прицела делал? Не должно было так смещаться дуло.

— Что делал? — переспросил «барабашка», проводя взглядом Беса, свернувшего за Палачом к выходу из здания.

— Прицел надо подправить, не делал никогда раньше? — Рысь посмотрел на своего спутника, заходя в кабинет.

— Не, не делал.

— Да это быстро. Давай, я сейчас отрегулирую. — Рысь протянул свободную руку. Автомат он повесил на ремень за спину.

— Ну, на, —«барабашка» отдал спецназовцу дробовик.

Рысь улыбнулся и прошёл к письменному столу из красного дерева, на котором располагался плоский монитор компьютера. Кабинет оказался просторным, места хватало для всей внесённой в него мебели. Между рабочим столом командира гарнизона и окном в углу стояла небольшая чёрная тумбочка с электрическим чайником и кружками на ней. У стены справа от входа размещались деревянные стеллажи, заставленные книгами, справочниками и фотографиями в рамках. На стене рядом с дверью висели медали за спортивные достижения прошлых десятилетий, напротив крайней этажерки с папками находился металлический сейф с небольшим шкафчиком, через ручки которого была перекинута дужка навесного кодового замка. Но всё самое интересное располагалось в левой части кабинета: вытянутый стол для переговоров человек на шестнадцать и подробная карта местности, закреплённая на стене. Сбоку от карты висела маркерная доска, черный фломастер лежал рядом на полочке.

— О, ты код знаешь? — Рысь кивнул на замок.

— Не, они же персональные.

— Покрути пока, может, получится открыть, — предложил спецназовец, переключив всё своё внимание на прицел дробовика.

— Ну… ладно, — пожал плечами «барабашка» и подошёл к закрытому шкафчику.

Рысь положил дробовик на стол рядом с клавиатурой и аккуратно взял в руки один из прихваченных журналов с надписью на обложке: «Штаб. Журнал посещений». Пролистав последние страницы, он невзначай спросил:

— А какой он сам по себе был?

— Кто? — не понял «барабашка», увлекшийся кручением маленьких дисков с цифрами.

— Командир гарнизона, ну, этот...

— Демченко?

— Да, он самый.

— Да нормальный. Командир, как командир. — «Барабашка» обернулся. — А ты уже закончил?

— Не, просто пальцам дал отдохнуть. — Рысь посмотрел на него, отложил журнал и снова взялся за дробовик. — А что вообще было на последнем совещании, помнишь? Что за день до этого здесь докладывали?

— Да всё было, как обычно, — «барабашка» вернулся к замку, — просто совещание.

— И в последний день?

— Ага, ничто не предвещало беды.

— А ты в курсе, что Кондарь уже неделю в штабе не появлялся?

По спине «барабашки» стремительно пробежала дрожь, он испуганно повернулся в сторону спецназовца. Рысь целился в него из пистолета. Дробовик лежал на клавиатуре за его спиной, добраться до него теперь было почти невозможно.

Рысь рявкнул:

— Название ближайшего аэродрома?

Чужак в чёрной форме был крайне напуган:

— Я… я не знаю! Не стреляй!

— Вверх руки! — огрызнулся спецназовец, а после того, как «барабашка» выполнил требование, продолжил угрожающим тоном, но гораздо тише: — Ну, давай заново знакомиться: кто ты?

Чужак с перекошенным от страха лицом молчал. Его лоб был мокрым от пота, на одном из глаз начался нервный тик. В дверном проёме показался Гора и тут же, не задав ни одного вопроса, ушёл с линии огня, оставшись караулить выход из помещения.

— Кто ты? — повторил Рысь.

Чужак молчал.

— Говори! — Рысь шагнул чуть ближе. — У тебя есть пять секунд, чтобы остаться в живых. Иначе я пристрелю тебя как диверсанта! Кто ты, мляха? Пять... четыре… три…

Глаз чужака стал дёргаться чаще.

— Два, — продолжал считать Рысь.

«Барабашка» ещё мгновение колебался, после чего поднял руки и выкрикнул:

— Я — зэк! Не стреляй! Я — заключённый!

Рысь нажал на спусковой крючок. Хлопок заставил чужака зажмуриться и вжать голову в плечи. Но, к его собственному удивлению, он не умер: пуля прошла в нескольких сантиметрах от его головы и оставила дыру в штукатурке коридора.

— Что ты мне лечишь тут?! Какой ещё на хер заключённый?! Это секретный военный объект, а не зона! — рассвирепел Рысь. — Как ты здесь оказался? Откуда форма? Откуда знаешь офицера, за которого себя выдавал?

Чужак, мокрый от холодного пота, медленно опустился на колени, сложил руки на затылке в замок и пробормотал:

— Вятенко Глеб Валерьевич, 1987 года рождения. Пятая группа испытуемых, камера 5-Б. Осуждён на двадцать пять лет лишения свободы за участие в массовых беспорядках, приведших к гибели людей и сотрудников при исполнении. Группа крови — B, положительная. Группа годности — 2Е.

Рысь опустил оружие и произнёс:

— Ни черта не понимаю... Что всё это значит? — Он внимательно посмотрел в глаза склонившемуся перед ним мужчине.

— Я — биоматериал, — ответил помрачневший чужак. В его глазах были раскаяние, страх и боль.

Г