Развод. Просто уходи

***

Немного задержавшись на работе, летел к гостинице, в которой работала моя маленькая. Ирина с сыном уже стояли на гостиничной парковке, и, завидев меня, она помахала рукой.

— Привет, не замёрзли? — сына Ирины видел второй раз, поэтому сейчас хотел максимально ему понравиться.

— Всё хорошо, подышали воздухом.

Мальчик бухнулся на заднее сиденье, даже не взглянув на меня, и тут же уткнулся в телефон. Ирина села рядом, провела ладошкой по щеке и невесомо поцеловала в губы.

— Я соскучилась, любимый, — тихо прошептала, когда я незаметно сжал её бедро под длинным осенним пальто.

— Я тоже, малыш. Есть маленькие новости, но сначала мы едем смотреть квартиру. И если нам она понравится, то можем сразу остаться. С хозяином я договорился.

— Замечательно! А то после утрешнего происшествия я очень боюсь возвращаться, — Ирина кинула взгляд через плечо на сына и закусила губу. Я лишь кивнул в понимании. — Как бы нам вещи потом забрать…

— Что-нибудь придумаем. Давай решать проблемы по мере их поступления.

Хороший микрорайон, несколько больших высоток и много парковочных мест. Я по достоинству оценил место, где мы собирались смотреть квартиру, и внутренне желал, чтобы всё срослось с квартиросдатчиком. Хозяин, моего возраста мужик, ждал у подъезда и, как только мы все подошли, сразу повёл в здание, попутно расписывая прелести проживания в данном доме.

— Большая двушка. Мебель почти новая, отопление центральное, горячую воду не отключают. Проходите, — он открыл дверь, а я пропустил вперёд Ирину с сыном. — Давайте начнём с кухни, — Иван рукой показал Ирине направление.

Вова, не расставаясь с гаджетом, сел на мягкую скамеечку в прихожей, а я двинулся за остальными. Пока мне всё нравилось. Современная просторная кухня с кучей ящиков, стеллажей, полок и большим обеденным столом. Порадовала мойка и кофемашина, хотя я больше сам люблю варить кофе.

— Ну, как тебе? — встал рядом с Ириной, которая со счастливой улыбкой осматривала кухню.

— Очень нравится.

— Плита электрическая, индукционная, — продолжал Иван. — Теперь остальные комнаты?

А через полчаса я переводил внушительную сумму за три месяца проживания. Дороговато выходило, но эта квартира того стоила. Да и то счастье, которое плескалось в глазах моей любимой, тоже стоило этих денег. Ничего, скоро квартальная премия, закрою небольшую дыру в кошельке.

— Вов, как тебе твоя комната? — зашёл к мальчику, пока Ирина принимала душ, а я ждал доставку нашего первого совместного ужина в новом жилье.

— Нормальная… Влад.

Пацан лежал на односпальной кровати ещё в куртке и снова с телефоном в руках. Такой ответ меня слегка задел. Я ему в отцы гожусь, а он… Ладно, разберёмся. Оперевшись плечом на дверной проём, решил дальше налаживать контакт.

— Скоро ужин привезут. Рыбу ешь?

— Нет. Пельмени хочу.

— Ясно, но их нет. Вова, а что ты любишь из еды?

— Пиццу. А рыбу терпеть не могу, — он перевернулся на бок ко мне спиной.

— Вова, я вообще-то с тобой разговариваю. Невежливо спиной поворачиваться.

— И что ты мне сделаешь? Ты мне не папа, чтобы я тебя слушался.

Вот это поворот! А ведь я пацана в расчёт не брал. Думал, раз он младше моего сына, так, значит, с ним проблем не будет. Ошибся. Скрипнув зубами, вышел из комнаты как раз в тот момент, когда Ирина выплыла из ванной с полотенцем, румяная после горячего душа.

— Владик, что случилось?

– Случилось то, что первый контакт с твоим сыном вылился в «ты не мой папа, чтобы я тебя слушался», — а ведь мысль пожить без детей мне всё больше нравилась.

— Ой! Милый, не обижайся на Вовочку. Ему сейчас тяжело, и я просто уверена, он не хотел тебя обидеть, — Ирина прижалась тёплым телом, заглядывая в глаза. — Я с ним поговорю. У нас всё будет хорошо.

Она мило поджала губы, и я почти растаял. Приобнял одной рукой, целуя её за ухом.

— Я тоже этого хочу. Хватит мне и того, что родной сын нагрубил.

Близость Ирины мгновенно успокоила. Пожалел, что вместе с ней не принял душ, вот там бы и произошёл наш первый секс в новом жилище.

— Мне полотенце найдётся? — уже вовсю посасывал её мочку, возбуждаясь от фантазии.

— Конечно, прихватила с работы.

— Может, спинку потрёшь с продолжением?

— Владик, давай позже, когда Вова уснёт в постельке?

— Хорошо. Не пропусти доставку.

Глава 10

Вера

Ночь прошла как в тумане. Я снова долго не могла уснуть. Голова раскалывалась, а обезболивающие ни черта не помогали. Я долго гоняла мысли в голове о случившемся. Сын повёл себя по отношению ко мне как настоящий мужчина, но ссорить и тем более оставлять врагами родного отца и ребёнка желания не было. Со своей стороны я сделала всё, что смогла, и очень рассчитывала на благоразумие Кости.

Периодически появлялся тревожный сон, давая небольшой отдых, а потом снова из царства морфея выдёргивала жестокая реальность. Сколько раз сменялась череда короткого сна и бодрствования, я сбилась со счёта…и чуть не проспала. Третий будильник безобразно ворвался в сон, а молоточки в висках напомнили о том, что я ещё жива.

Муж снова уехал раньше. И снова я радовалась, что не придётся его видеть, и гнала мысли, что ради меня он таких подвигов в последнее время не совершал. Сердцем чувствую, что, получив свободу, Влад именно ради той женщины рано сбегает из дома. Снова горькая обида разлилась горечью. Как же противно! Спешу в ванную, чтобы почистить зубы, привести себя в порядок и снова выглядеть более-менее прилично для посторонних людей. Но смотрю на себя и снова рыдать в голос хочется. За прошедшие два дня совсем себя не узнаю. Лицо осунулось, скулы стали острее, глаза… глаза совсем померкли, а синяки под ними ярче засияли.

Ну почему мужчины, разрушая наши жизни, выглядят лучше, чем того заслуживают? Где справедливость? У них глаза горят, жизнь красками разливается, воздух цветами благоухает. А у меня всё в тёмно-серых тонах, и жизнь уже не сказка, а драма. Несколько раз обмываю лицо ледяной водой, а потом прилепляю холодные патчи, хоть уже и не надеюсь на приемлемый результат. Странно. Жизнь продолжается, я делаю привычные вещи, собираюсь на работу, а внутри начинает разрастаться пустота. Видимо, и у боли есть свой предел.

Вскоре появляется Костя и первым делом интересуется о «нём». Я лишь констатирую факт отсутствия «его» и бреду на кухню. Кушать, как и вчера, совершенно не хочется, но сыну нужен завтрак, а мне бы кофе выпить, который тоже не лезет. Утыкаюсь взглядом в раковину и усмехаюсь одинокой кружке. Значит, точно всё. Влад всегда варил кофе на двоих, даже тогда, когда я позже вставала, и оставлял кружку на видном месте. Так он проявлял заботу и внимание. Теперь будет варить кофе не мне. Как не думать и не представлять его с ней? Полгода вранья… Интересно, а он сравнивал нас?

— Это перебор, — сержусь на себя, хватая его грязную кружку, и со всего размаху кидаю на пол. — Мам! Что ты делаешь?

— Избавляюсь от грязи…

— Здорово. А мне можно?

Большие осколки разлетаются по всей кухне, безобразные пятна на чистом ламинате. Убрать надо, а до жути не хочется. Смотрю на это и вижу не грязный пол, а свою запятнанную изменой и предательством жизнь. Не хочу больше плакать, не могу и не буду. Хватит! Пора смириться с новой действительностью и смотреть только вперёд. Но как это сделать, когда столько всего было в прошлом?

Костя без слов становится рядом и обнимает крепко. Вот оно. То, что очень надо сейчас. Тепло и поддержка родного человека. Обнимаю в ответ и глажу по спине одной рукой. Нам обоим плохо, нас обоих предали, разрушив прекрасную семью изменой и новой любовью к другой женщине. Костя утыкается мне в шею, вздрагивает, а я продолжаю молчать и жду, когда нас обоих отпустят эмоции.

— Давай завтракать?

— Ага… давай, мам. Я только… эээ… в ванную и приду.

Сын отворачивается, так, чтобы я не увидела красные глаза. Ну а я специально смотрю в окно, чтобы его не смущать. Мой маленький мужчина!

***

— Вера Игоревна, как будет свободная минутка, жду в своём кабинете, — очень официально пригласила к себе Анастасия Юрьевна, управляющая нашим филиалом.

Я лишь кивнула Насте, заканчивая с клиентом. Где-то внутри неприятно сжалась пружина. Ещё на работе проблем не хватало. Улыбнувшись на прощание среднего возраста мужчине, опустила жалюзи на своём бронированном окне и откинулась в кресле, судорожно вспоминая, не накосячила ли я недавно. Но ничего критичного в голове не всплывает. Так с чего это Насте меня вызывать?

Наша управляющая была мировой женщиной! Такая и подругой быть может, и строгой, но справедливой начальницей. На несколько лет старше меня, а я в этом году отметила свои тридцать шесть, Настя выглядела просто шикарно. Стройная фигура, всегда ухоженные волосы и личико, как после салона, и безупречный стиль одежды. Мы, весь наш дружный небольшой женский коллектив, по-доброму ей завидовали и старались хоть немного соответствовать.

— Могу войти? — не забыв постучаться, заглянула в кабинет.

— Да, входи, Вер. Всё нормально? Глаза красные, — она нагнулась вперёд и всмотрелась в моё лицо.

— Не важно, но пойдёт. Что-то случилось?

— Я бы не сказала, что случилось, но у меня к тебе есть отличное предложение.

Настя откинулась в кресле и сцепила руки в замок, удерживая театральную паузу.

— Ладно, не буду мучить. В новый филиал нужен старший менеджер. Кирилл Геннадьевич слёзно просил меня кого-то из моих сотрудниц ему предоставить. А так как вы у меня все дамы опытные, выбор был не самым лёгким.

— И?

Теперь уже я подалась вперёд. Любопытство взяло вверх, я аж дыхание затаила, скрестила пальцы. Хоть бы она выбрала меня! Повышение и прибавка к зарплате мне сейчас совсем не помешает.

— Должность ответственная. Весь персонал на плечах старшего менеджера, сама понимаешь, — я кивнула. — Справишься?

— Когда приступать? — улыбнулась, незаметно выдыхая.

— Вот это я понимаю ответ! Завтра придёт новый кассир на обучение. У тебя неделька на обучение, а у меня с Кириллом Геннадьевичем на оформление тебя в новой должности. Поздравляю.

— Спасибо, Настя. Мне сейчас это ой как надо, чтобы отвлечься от…

Я вовремя успела прикусить язык, но начальница зацепилась за фразу. Настя встала, обошла свой стол и присела на краешек, как раз напротив меня.

— Вер, что у тебя произошло? Знаю, что лезу не в своё дело, но я ведь не слепая. Мне ты можешь рассказать. Может, чем помогу.

Сглотнув, отвела глаза. Столько участия было в голосе Насти, искренне тронуло. Я бы с удовольствием ей рассказала о своём неудачном личном. Но вот как она мне поможет? Выслушает и только. У неё самой счастливый брак, двое детей и любящий муж. Почти как у меня было…

— Насть…

— Понимаю… наверное. Может, деньги нужны или?..

— Нет, деньги пока не нужны. Мне бы душевное спокойствие вновь восстановить…

Уже хотела встать и уйти, но Настя остановила. Она мягко надавила на плечи, снова усаживая в кресло.

— Брат?

— Нет, пока стабильно.

— Это хорошо. Муж?

— Угу, — кивнула, а у самой в носу щиплет — первый признак приближающихся слёз. Нет, я твёрдо решила: не пролью больше ни одной слезинки. — Он самый. Насть, прости, но не могу… Тошно так, что дышать трудно.

— Прости. А знаешь, есть у меня идейка. Давай ты завтра поработаешь с новеньким кассиром. Её, кстати, Люда зовут, а потом я продлю твои выходные на пару дней.

— А как же Люда?

— Ну… Не парься, справимся без тебя. Вон Катю попрошу. А ты давай решай свои проблемы, но лучше всего отдохни. В общем, думай сама, а мы будем тебя ждать весёлой и улыбающейся.

— Не обещаю… Но спасибо большое, Насть, — искренне улыбнулась неожиданной доброте.

— Да брось. Все мужики козлы. А себя надо беречь и любить!

***

Не успела выйти с работы, как телефон стала обрывать Оксанка.

— Систерс! Ну чё, как ты там?

— Уставшая, замученная и голодная. Иду домой.

— А этот мудень что?

— Ничего хорошего. Вчера так поговорил с сыном, что мне пришлось вмешаться. Вовремя домой успела, — перепрыгнула через лужу, двигаясь к автобусной остановке. — Впервые видела таким своего ребёнка.

— Поподробнее, пожалуйста.

Пока рассказывала про вчерашнее, не заметила, как дошла до остановки, присела на лавочку и выслушала долгую и очень нецензурную тираду Оксаны о моём блудливом муженьке. Прерывать не хотела, была полностью с ней согласна. Пропустив одну маршрутку, продолжала сидеть и болтать с сестрой. Дома мог, но это не точно, быть Влад, поэтому я не спешила.

— Выговорилась? — прыснула в трубку. — Есть пару неплохих новостей.

— Давай, подсласти горечь, которую во рту вызывает своими поступками твой недомуж.

К остановке подъехал представительского класса чёрный седан и включил аварийку, нагло преграждая подъезд общественному транспорту. Несколько ждущих свои маршрутки пассажиров возмутились. Женщина пенсионного возраста — единственная, кто не промолчала, когда вышел водитель и прошёл мимо неё. Я же продолжала болтать с сестрой, мельком кинув взгляд на нарушителя правил дорожного движения и общественного порядка. Высокий, весь в тёмном и с самыми чёрными волосами, которые я когда-либо видела.

— Первое. Мы с Костей решили не ждать раздела квартиры и на выходных будем собирать вещи. Надо, правда, ещё с мамой поговорить.

— Не боишься, что он свою «любовь» в пустую квартиру приведёт?

— Полагаюсь на его порядочность.

— Ха! Наивная! Ну-ну… А второе?

— Неожиданно мне дали два отгула после выходных. Вот думаю, как провести длинные выходные с сыном.

— Шикарная новость! Могу помочь, — в трубке что-то зашуршало.

— Оксан, что ты там делаешь?

— Искала кое-что. Нашла! Мне тут за одно доброе дело сделали комплимент. Поездка на двоих на турбазу «Казбек». Но я точно не поеду, не люблю такое. А вот вам с Костей не помешает.

Я аж рот открыла от такого предложения. Мы как-то всей семьёй были на этой турбазе. Отдыхали пару дней, Косте тогда было шесть лет. Сильно с таким малышом не наотдыхаешься, а вот сейчас можно. Но всё равно мы тогда отлично надышались свежим воздухом в сосновом бору, поплавали на лодке на местном большом озере и просто много гуляли, наслаждаясь сервисом и отдыхом от городской суеты.

— Шикарно!

— Фух… Рада помочь. Завтра увидимся, отдам тебе путёвки.

Распрощавшись с сестрой уже не с таким мрачным настроением, как было днём после звонка обожаемой свекрови, я доехала до дома. Да, мама Влада имела прекрасную чуйку, чтобы позвонить не вовремя и ещё обидеться, что на неё, такую замечательную, не хватает времени. Но теперь я могу спокойно повесить трубку и не выслушивать претензии. Как гора с плеч.

Глава 11

Вера

Первый вечер без главы семейства. Удивительно, но этот вечер прошёл просто шикарно. Мы с сыном заказали пиццу, включили анемэшный сериал из четырёх сезонов и до полуночи смотрели не отрываясь. Вернее, смотрел больше Костя. У меня же вникнуть в суть плохо получалось. Много раз переспрашивала некоторые моменты, но оторваться от крутой рисовки не могла. Умеют же японцы захватить внимание.

— Так, молодой человек, на сегодня хватит! Завтра работа… — не смогла сдержать зевоту, — и школа. Выключай телевизор.

— Мам, можно ещё одну серию? Они короткие, а там звероподобный должен появиться, — Костя сделал глазки.

— Кость, ну ты же уже видел этот сезон. Потом досмотришь.

— Тебе хоть понравилось?

— Честно? — Поднялась с дивана, разминая спину. — Удивительно, но понравилось. Если вникнуть, то даже очень хороший мультфильм.

— Анимэ, мам…

— Как скажешь. Спать, бегом.

Костя зевнул следом за мной и отправился к себе, но у дверей остановился и сказал:

— А знаешь, мам… Я, наверное, не буду по нему скучать. Ты у меня классная, а он… Спокойной ночи.

— Сладких снов, Кость.

Слова сына прошлись острым тесаком по кровоточащему сердцу, делая новые глубокие разрезы, из которых снова будет хлестать кровь. А у меня уже закончились бинты и пластыри, чтобы заклеивать и перевязывать раны. Когда я уже смогу не испытывать жгучую боль? Когда перестану с душевным надрывом вспоминать предательство того, кого так долго любила?

Влад за сегодня ни мне, ни сыну не позвонил. Бог с ним, со мной всё понятно. Резко стала ненужной, нелюбимой, обременяющей женщиной. Но сын-то что ему сделал? За что он так с ним? Неужели Влад не понимает, что, отстраняя от себя единственного ребёнка, ничего хорошего из этого не выйдет? Костя уже давно не маленький и своё мнение имеет, с которым придётся считаться и максимум немного направлять и исправлять.

Видимо, спать я разучилась. Пролежав до четырёх утра с открытыми глазами, встала с намерением что-то да делать, а не гонять горькие мысли по кругу. Ушёл, счастлив там со своей Ириной — скатертью дорога! Очень тихо и также осторожно достала дорожные сумки, чемодан и кучу больших пакетов. Начну наши сборы сейчас, отвлекусь на работу руками.

Когда сын проснулся, я уже сложила вещи Влада и большую часть своих, освободив гардеробный шкаф. Уставшая, но довольная, что вещи муженька удачно разместились в плотных чёрных пакетах, я вышла к сыну.

— Выспался?

— Нет… Можно я пойду ко второму уроку?

— Хитрый. Нет, конечно. Помоги мне пакеты в коридор выставить и иди умываться.

— А чьи это вещи? Его? — Костя подхватил сразу три больших мешка и вынес к входной двери.

— Именно. Помогаю твоему папе быстрее создать новую семью… — не сдержалась, опустила взгляд на ухмылку сына. — А завтра мы будем наши вещи собирать.

Про отдых на турбазе пока Косте не сказала, не вижу смысла радовать его заранее, вдруг не получится. Вот заберу сегодня у Оксаны путёвки и обрадую.

— Мам, ты сама хоть спала?

— Немножко. Бутерброд или яичница?

— И то, и другое! — крикнул уже из ванной сын, а я включила чайник.

***

— Привет, мамуль, — в обеденный перерыв вспоминаю, что так и не позвонила маме, а вещи уже собираю. — Как вы там?

— Привет, Верунь. Всё нормально, без изменений. Вы как? Давно ты не звонила.

Да, со всеми этими трагическими для меня событиями я забыла о ежедневных звонках маме. Тяжело вздохнув, села в своё кресло, радуясь возможности побыть одной и спокойно рассказать о планах маме. Полдня я сидела рядом с новым кассиром Людой, наблюдая за её работой, иногда подсказывая, но в целом радуясь, что человек она опытный, хватает на лету мелкие нюансы.

— Мам… Мы с Костей на следующей неделе переедем к тебе. Примешь?

— Конечно! А… А что случилось? — голос мамы слегка понизился, а у меня слова застряли в горле.

Моя дорогая мамочка всегда тепло и с какой-то материнской любовью относилась к моему мужу. Она радовалась за меня, за мой счастливый брак. А мой папа, пока был жив, всегда по-мужски уважал Влада. Они сходу нашли общий язык, и папа в тот же вечер благословил Влада в зятьки. А сейчас мне надо жесточайше разочаровать маму. Но больше всего мне хочется, чтобы она меня поняла с полуслова и оказала ту самую родственную поддержку.

— Случилось… У Влада случилось, и мы разводимся.

— Раз…разводитесь? Вера, я не понимаю. Но как же так?

— Вот так, мам… Сама ещё не до конца всё понимаю, но это факт.

Мама тяжело вздохнула в трубку. Повисла пауза, такая тяжёлая и вполне ощутимая. В эту секунду до чёртиков захотелось быть рядом с мамой и чтобы она меня крепко обняла.

— А Костя? Он знает?

— Знает. Владик успел с ним по-взрослому поговорить, — я скривилась на этой фразе, вспоминая тот вечер, мысленно обзывая мужа мудаком. — Костя уже сейчас готов к тебе переехать.

— Ужас какой… А что у Влада такого случилось?

До мамы так и не доходил смысл сказанного мною. Или я не так преподнесла новость. Я хмыкнула и передразнила мужа:

— У него случилась впервые такая яркая и настоящая любовь.

— Вот же дурак! Какая там у него любовь в таком возрасте?

— Ну, как говорится: седина в бороду, бес в ж… ребро. Не важно. Мамуль, мы на выходных будем собирать вещи, а потом на пару дней с Костей съездим на турбазу. Оксанка путёвки свои отдаёт, а потом мы сразу к тебе.

— Да, хорошо. Я пока комнату вам подготовлю, а сама переберусь к Игорю. Ничего, Верунь. Справимся, раз Влад такой! Отец бы ему по-мужски вставил за вас.

— Мне этого не надо. Пусть живёт в своей любви… — говорю, а сама себе не верю. Хочу, безумно хочу, чтобы жизнь моего мужа наказала. Но это всё в мыслях, вслух никогда такого не скажу. — Как Игорь?

— Ничего нового. Слава богу, что ещё левая рука работает. Смотрит телевизор, с планшетом не расстаётся, привет вам каждый раз вам передаёт.

— Мам, мне так жаль. Не хочется вот так, но я обещаю помогать тебе.

— Вера, перестань! Ты и Костя — мои любимые, родные. И я, как и Игорю, всё вам отдам. Давайте собирайтесь, отдохните и ко мне. Только позвони заранее, приготовлю для внучка вкусняшки.

— Спасибо, люблю тебя.

Нажала отбой и выдохнула. Знала, что мама поймёт. Может, не примет такого от любимого зятя, но поймёт. «Только вперёд и не оглядываться».

***

И всё же последний рабочий день этой недели вышел тяжёлым и выматывающим. Моя стажёрка Люда сдулась к четырём вечера, сославшись на безумную мигрень. Пришлось её отпустить и самой закончить день: подготовить инкассацию, закрыть кассу и отправить отчёт в головной офис.

— Вера? Добрый вечер, Вера.

Стоило только выйти из отделения, как меня окликнула невысокая шатенка. И я сразу её узнала.

— Допустим, — перевесила сумку на локоть и скрестила руки на груди.

— Ирина, — она протянула руку, но я покачала головой. Даже дотрагиваться до «самой яркой любви» не хотелось.

В голове закрутился вихрь вопросов, но главным был: «Что ей от меня ещё нужно?». Мужик теперь её с небольшим приданым, так что ещё?

— Мы можем в каком-нибудь тихом месте поговорить?

— С чего ты взяла, что я вообще хочу с тобой разговаривать?

— Это важно, — она отзеркалила мою позу.

Эта Ирина и правда маленькая. Не красавица, но симпатичная. Голос красивый, таким только мужиков соблазнять в сервисе «секс по телефону» или работать диктором. Плевать, я не о том думаю.

— Не вижу преград «это важное» сказать мне тут и сейчас.

— Хорошо, — она оглянулась, бросая рассеянный взгляд на проходящих мимо людей, — я бы хотела тебя попросить не настраивать сына против отца. Владик очень переживает. Не порть жизнь ни себе, ни кому-то ещё…

От такого заявления мои брови непроизвольно взмыли к линии роста волос на лбу. Я лишь усмехнулась и мысленно отметила храбрость этой мадам.

— Во-первых, тебя это никак не должно касаться. Хватит и того, что ты влезла в мою семью и её разрушила, — Ирина сделала шаг назад, почувствовав угрозу в моём голосе. — Во-вторых, мой сын и его отец сами разберутся без таких, — я брезгливо обвела её взглядом, — защитниц. И, в-третьих, мне плевать, о чём там переживает Владик. Он сам говорил с сыном, без меня. И мой сын, — я намеренно выделила интонацией «мой», — уже не маленький, чтобы прогибаться под чьё-то мнение.

— Твой сын плохо обо мне отзывался…

— Прости, а кто ты такая, чтобы тебе петь дифирамбы?

— Но… Не мог мальчик его возраста так выражаться!

— А ты прям знаешь, как он выражался? Со слов своего Владика?

— Да, он мне всё рассказывает! — вздёрнула она свой нос в небольшом превосходстве, добивая следующей фразой: — И то, что ты действительно грубая женщина, которая думает только о себе.

— О! Шикарно! Так пожалей его! Или уже? А теперь послушай меня, сейчас я покажу себя ещё более грубой, — сделала шаг к ней, с силой сжимая двумя руками ручку своей сумки. — Ещё раз полезешь ко мне и моему сыну — пожалеешь.

— Влад был прав во всём, грубиянка! — фыркнула мадам и удалилась быстрым шагом.

Я же продолжала стоять, глубоко дыша, пытаясь успокоиться. Ладно мужа увела, так какого лешего теперь лезет ко мне и моему сыну? Не портить жизнь! Кто ещё кому её портит? Столько матерных слов крутилось на языке…

Как только адреналин улёгся в крови, на меня накатила жуткая усталость. До остановки еле добрела и рухнула на скамейку, доставая из сумки мобильный. Оксана. А я совсем забыла про наш уговор.

— Ну, ты едешь ко мне? Привет.

— Приветик. Да, еду.

— А что с голосом?

— Встреча сейчас была интересная… До сих пор под впечатлением.

— Любишь загадками говорить… С кем?

— С «ней».

— Да ладно!? Где? — я прям физически почувствовала удивление сестры.

— Она ждала меня возле работы.

В этот момент подошла нужная маршрутка, и я быстро свернула разговор фразой: «Скоро буду и всё подробно расскажу, жди».

Глава 12

Вера

Меня жутко ломало и выкручивало нехорошее предчувствие. Ноги налились свинцом и совсем не слушались, приходилось буквально заставлять себя идти. А вот когда-то любимый район, новый панельный дом, ухоженный двор с большой детской площадкой… Только теперь мне это всё казалось чёрно-белым и таким чужим. Дом. Дом там, где тебя любят. Дом там, где тепло, уютно и счастливо. А я возвращаюсь от сестры туда, где испытала самую большую боль и разочарование. Туда, где теперь всё мне напоминает о предательстве…