Падшие: Грань Забвения

– Все в порядке, это я прошу прощения за свою неуклюжесть, -пролепетала девушка.

– Ничего, с кем не бывает, – улыбнулся брюнет и игнорируя крики друга о том, что он не должен ни за что извиняться, выволок того на улицу, – Да что с тобой? Как ты вообще можешь за минуту из нормального человека превращаться в ублюдка? – Адриан действительно превосходно скрывал свои настоящие чувства под маской самовлюбленного гордеца со скверным характером.

– Я, – он хотел было сказать что-то в свое оправдание, но слов не нашлось, – Я не знаю, все сразу навалилось, и я…

– Да друг, в последнее время половина из того, что ты говоришь это – «я не знаю», – брюнет мрачно осмотрел друга, немного подумал, а потом толкнул того в плечо и произнес, – Я знаю, что тебе нужно.

– Правда? – как бы Адриану не хотелось, никак не получалось в это верить.

– Еще как, – друг сразу повеселел, – Мы пойдем на вечеринку, сегодня. Вернее, сейчас мы поедем ко мне, ты переоденешься, а вечером мы пойдем на вечеринку.

– А я не могу поехать ко мне домой и переодеться?

– О нет, друг, – Хиро покачал головой, – Я тебя знаю, ты если доберешься до своей гардеробной, тебя оттуда силком не вытащишь. Я подберу тебе что-нибудь приличное из моих вещей.

– А ты уверен, что мне нужно именно это? – на самом деле Адриану уже было плевать. Раз он сам не знает, что ему нужно, может и стоит послушать Хиро.

– О, да! – друг подтолкнул блондина к машине, -Поехали, переоденешься! Кстати мама сегодня готовит запечённое мясо с овощами, помнишь в детстве ты уплетал сразу две тарелки.

– Не буду отрицать – твоя мама готовит мясо лучше меня, а я его готовлю просто отменно.

Новое задание для старых друзей

Разговор с Иви действительно очень хорошо отразился на Дэмиене, – он даже на какое-то время позабыл где они все находятся. Так хорошо он себя не чувствовал с тех пор, как его забрали сюда. Но, как известно, всему хорошему свойственно заканчиваться. В то время как он предавался безмятежной болтовне с Иви, где-то неподалеку весьма интересные события имели место быть.

Маркиз Аамон – командир первого легиона Ада, стоял посреди холла и ждал, когда генерал Саргатанас соблаговолит отдать свой приказ, ради которого он мчался сюда, сломя голову.

Последний, никоим образом не спешил с этим делом. Он преспокойно рассматривал документы у себя на столе, время от времени переключаясь от стопки бумаг к стакану с горячительным напитком. Он пригласил Аамона к себе в кабинет ровно семнадцать с половиной минут назад, но так и не произнес ни слова. Он должен удостовериться, что контролирует абсолютно всею

Наконец набрав в легкие побольше воздуха он перевел тяжелый взгляд из-под очков на Аамона, но оправдав себя желанием все перепроверить вернул его на кипу перед собой. От одного взгляда по спине маркиза пробежался табун мурашек, и все же в его планы не входило простоять здесь весь день. Посему, он, уловив момент, одним из самых вежливых интонаций из своего арсенала попытался привлечь внимание «верхов»:

– Темнейший, – удивившись чуждой себе хрипотце, маркиз прочистил горло, – Мой генерал, вы меня звали?

– А, Аамон, это ты, – генерал вздрогнул и дернул плечами, крылья за спиной встряхнулись. Жест, указывающий, что генерал чем-то обеспокоен, – У меня к тебе задание.

– Слушаю, темнейший.

– Этого неугомонного мальчишку сегодня вернули, – генерал вздохнул и откинулся на стуле, – Ты должен забрать его и привезти ко мне. Но должен сделать это без шума, без свидетелей, быстро и без осложнений, – генерал смотрел прямо в глаза своего подчиненного, словно хотел выудить что-то, но наткнувшись на холодный как сталь взгляд, он продолжил, – Подчиненные герцога Сатанакия намеревались отправить его к тем, – он поморщился, – Участникам эксперимента.

Одно упоминание этого треклятого эксперимента вызывало у маркиза острый рвотный позыв.

– Все будет исполнено, темнейший. Разрешите идти?

– Хорошо, иди, будь осторожен. И, прошу, постарайся спокойнее что-ли, – он пожал плечами, – Этот мальчишка слишком эмоционален, весь в мать, – командир закатил глаза и вздохнул, – Ну все, ступай.

Маркиз поклонился и, повернувшись на каблуках, направился к выходу. Демон был удивлен проявленной искренности от своего генерала. Казалось он обнажил свои эмоции перед маркизом, что не могло не воодушевлять. Он всегда знал, что несмотря на черствый нрав, генерал питал теплые чувства к сыну.

Воодушевившись собственными мыслями, демон, казалось, не заметил, что из-за колонны, рядом с которой он только что прошел, выскользнула змея и, прошипев что-то, поползла за ним.

Пройдя еще несколько шагов и убедившись, что поблизости никого нет, он крутанулся на месте и промурлыкал, хитро улыбнувшись:

– Махаллат, я знаю, что это ты. Выходи.

Где-то с минуту ничего не происходило, но внезапно из тени послышалось шипение, постепенно ставшее чем-то напоминающим человеческий язык, вернее брань.

– Чтоб я еще раз … вот Цербер тебя за ногу…– тьма выпустила из своих сетей фигуру девушки. Аамон едва сдерживал смех.

– Ну, привет.

– И тебе не хворать. Так, выкладывай, что там насчет Дэми.

Вышедшая из тени девушка была исключительно красива. Она была невысокая, но стройная, одеяния идеально подчеркивали округлые формы. Она поправила прядь, небрежно выпавшую из прически, и зло стрельнула аквамариновыми глазами в сторону беспомощно замершего маркиза. Он, видимо, даже не пытался выговорить хоть слово. Пухлые губы демонши вытянулись в линию, а глаза сжались в злом прищуре.

– Ты собираешься говорить, – взорвалась она и маркиз вмиг очнулся, как от пощечины.

– Он приказал привести Дэми к нему, но без шума.

– Вот черт. Что он хочет, он не сказал?

– Нет, все, что он сказал, это привести Дэми.

Девушка, нахмурившись, подалась в раздумья. Но лицо ее при этом оставалось таким же неприступно холодным. Надменно вздернутый подбородок, точеные черты лица. Аамон откровенно залип, а девушка, будто не замечала направленный на себя взгляд, полный восхищения. Наконец, она кивнула сама себе, точно соглашаясь с чем-то и повернулась к маркизу.

– Я пойду с тобой, – не вопрос, утверждение. Маркиз, внезапно, замешкался, – Что? Ты хочешь…то есть…мы же…ну, – вдруг он совершенно несвойственно себе, замямлил что-то непонятное.

– Ну да, что в этом такого, мы просто вместе пойдем за Дэми, не обольщайся. Он мой друг и я тоже за него волнуюсь.

Она прошла непозволительно близко к Аамону, так, что он учуял запах ее парфюма, такого знакомого. Он вздохнул, не смея перечить демонице, но с места не сдвинулся.

– Ну, ты идешь? – девушка встала, ожидая, когда маркиз поравняется с ней.

Немой протест, в виде вздоха и взгляда из-под густых ресниц встречается с угрожающим огнем, потемневших от злости, глаз. И вот они вдвоем спускаются по крутой лестнице, ведущей в темноту, по дороге устраивая всевозможные словесные перепалки.

Иви

Школьные годы самый неоднозначный период нашей жизни. Для кого–то это лучшие годы, безмятежное детство, друзья, развлечения, школьная суета, выпускной бал. Для кого-то – это лишь уроки, очень много домашней работы и экзамены. Школьная пора для автора была самым недооцененным периодом жизни, после чего последовало студенчество, которое уже оценилось по достоинству, но было бесцеремонно и беспощадно прервано всемирной панДэмией.

С возрастом осознаешь, насколько бы банально это не звучало, не ценил отведено тебе время на самосовершенствование. Понимаешь, что зря тратил время на абсолютно ненужные никому разговоры, ссоры, драмы. Выяснения отношений и желание самоутвердиться за счет других – это единственное, что движет детьми в школе.

Иветт старалась забыть о школьных временах с самого выпускного бала, но ей не удалось этого сделать при жизни. Постоянные насмешки и колкие оскорбления засели глубоко в голове, практически построив на себе ее личность.

Иви была единственным ребенком в семье, ее холили и лелеяли все: мать и отец в свою очередь, дедушки и бабушки в свою. Она была смышленым, сообразительным ребенком, не по годам умна, она могла бы стать старостой класса, префектом, закончить школу с золотой медалью, кто знает? Кто знает, что бы случилось, если бы Томми Миллиган не обозвал ее зубастой шваброй в первый день учебы. Это стало отправной точкой для всех ее одноклассников. Каждый счел своим долгом повторить оскорбление, многие даже пустили в ход воображение, добавляя детали, делая его больнее, острее и извращённее.

Иви была худенькой девочкой с голубыми глазами и ярко-рыжими волосами, она была высокая, за счет худобы выглядела неказистой, и передние зубы были чуть больше остальных. Нынче такое встретишь очень часто, да и давно придумали брекеты. Но дети- народ жестокий. Она не была зубастой шваброй, она не была некрасивым ребенком, вовсе нет. Но Томми Миллиган был из неблагополучной семьи, как это обычно и бывает, это был первый учебный день первого учебного года, и ему хотелось показать себя. Томми Миллиган в двадцать три года умер от передозировки в своем трейлере. Томми Миллиган попал в Ад. Томми Миллигана перенаправлял Дэмиен. Увидев, какую жизнь прожил Томми Милиган, Дэмиен пожалел, что он умер так легко. Дэмиен никогда не узнает в рыжей девочке из воспоминаний Томми Миллигана свою Иви. Хотя он бы мог…

Сейчас Иви было уже двадцать четыре года, она работала дизайнером в компании, предоставляющей рекламные услуги. У нее была своя квартира в центре – она могла себе ее позволить, хорошая работа, добрые и отзывчивые коллеги, но Иви была нескончаемо одинока. Каждый день она возвращалась работы домой, где жила одна, готовила себе ужин на одного, ела в одиночестве, брала бутылку вина, куталась в одеяло и пересматривала сериал «Друзья». Говорят, мы смотрим то, чего нам не хватает, читаем то, чего нам не хватает. Так вот, Иви не хватало не просто друзей, ей банально не хватало общения. Друзей у девушки не было, были приятели с кем она иногда выходила погулять или встретиться в ресторане. Но казалось все они были членами одной какой-то компании, куда Иви не входила. Они развлекались вместе, а Иви никак не могла вписаться ни в одну из таких компаний. В конце концов она бросила попытки подстроиться под рами каких-либо компаний и решила подружиться со своим одиночеством. Одиночество стало преследовать ее повсюду, постоянно, безостановочно. Одиночество стало ею, она стала олицетворением одиночество, даже в комнате, где полно народа.

Было семь вечера, она шла с работы домой, пешком – что странно для нее. Сегодня на работе она услышала, как одна коллега хвасталась ежедневными пешими прогулками, что очень хорошо влияет на здоровье. Тем же вечером Иви решила опробовать на себе чудодейственные прогулки. Тем более ходить ей пару кварталов.

Свежий воздух благоприятно отразился на ее самочувствии и девушка решила, что домой она точно не хочет. Было принято решение найти компанию на сегодняшний вечер и пойти в кафе. Иви достала из кармана телефон и набрала подругу.

– Лейла, привет, как ты? – голос на другом конце радостно поприветствовал ее, – Я подумала, может ты свободна и мы сможем встретиться? – Иви уже предсказала ответ Лейлы, – Ясно, тогда хорошо вам провести вечер.

– Привет Одри, как дела? – очередное приветствие, – Может встретимся сегодня? Да, точно, нет знаешь, ничего, я позвоню ей, – очередной вежливый отказ, – Ладно, до встречи.

– Кейт, ты не занята, здравствуй, – последовал непонятный шум, крики и смех, в целом обычная шумная вечеринка на том конце, – О, да, я уже поняла! Нет, что ты, ничего срочного, я потом наберу, нужно кое-что спросить. Да, хорошо повеселиться.

С каждым набранным номером, с каждым вежливым отказом отчаяние все больше и больше окутывало девушку. Она больше не позвонит никому, вернется домой и напьется. С этим намерением она построила маршрут до дома и не намеревалась сходить с него, пока не увидела на конце квартала большой дом, освещенный разноцветными фонарями. Изнутри слышалась громкая музыка и голоса людей – похоже это была вечеринка, большая и громкая. Девушка дошла до дома, остановилась и стала разглядывать его. Вдруг она почувствовала непреодолимое желание зайти туда, выпить, потанцевать, повеселиться.

– Детка ты заходишь, – обратился к ней парень, проходя мимо, – Не стой столбом, красотка, заходи, будет весело.

– А это не частная вечеринка? – спросила Иви и тут же пожалела. Зачем она спросила, сейчас парень скажет, что вечеринка частная и закроет дверь, а ведь она хотела зайти.

– Нет, красотка, вход свободный, – парень улыбнулся, – Давай, давай, заходи, выпивка тут отменная.

Благими поступками вымощена дорога в Ад

Иви утомилась от долгой болтовни и, откинув голову Дэмиену на плечо, тихо сопела. Сам же демон старался подстроиться под кудрявую голову, укладывая ее поудобнее. От этого весьма полезного занятия его отвлек звук распахнувшейся двери. Все разговоры вмиг прекратились и повисла тягостная тишина. Но вскоре, она была прервана тихим полушепотом, доносившимся из темноты коридора.

– Ты уверен, что он тут?

– Вроде, да.

– Ну двигай, что встал.

Страх сразу сменился недоумением и интересом. «Кто же это?», – билось в головах пребывающих. Но никому и в голову не могло прийти, что через мгновение они увидят миловидную девушку и хмурого парня. Они чванно прошествовали вглубь комнаты и осмотрелись. Парень оглядел по очереди всех потом покачал головой и обратил свой взор на подругу. На ее лице застыл немой вопрос:

– Это те самые…?

– Да!

Девушка вздохнула и прищурившись уставилась в дальний угол.

– Дэмиен, ты тут? Это мы…– Аамон начал говорить, но закончить мысль ему не позволили,

– Дэми! О Великий Сатана, это ты? – девушка, заметив вихри черных волос и искру малахитовых глаз, вскрикнула и бросилась в направлении друга. Но, взгляд зацепился за незнакомку, дремлющую на плече друга, и она остановилась также резко. Былой энтузиазм вмиг исчез, и она встала, как вкопанная. Расслабившееся лицо моментально сменилось на бесстрастную маску. Нежно-голубой оттенок глаз сменился на цвет моря во время шторма.

Сам же Дэмиен, очевидно, признал в нежданных гостях старых друзей и постарался, как можно осторожнее, разбудить Иви и встать.

– Махаллат, Аамон, наконец-то! – он за два шага преодолел расстояние между ним и подругой и обнял ее, одновременно отвечая на крепкое рукопожатие друга.

Со стороны приветствие могло показаться слишком сухим и холодным, но Дэмиен знал, – маркиз всегда был скуп на эмоции. Но был уверен, что они у него есть, более того, он был уверен, что сейчас Аамона просто разрывают разного рода переживания. Несмотря на то, что маркиз был для Дэмиена другом, он всегда уважал его, как старшего, не стеснялся и спрашивал совета, и всегда получал его. Маркиз был для него кем-то вроде старшего брата. Несмотря на явную неприязнь в начале их общения. Причин для неприязни было две. Во-первых, Дэмиена пугал внешний вид маркиза. В их первую встречу мальчику было всего одиннадцать. Когда мальчик впервые увидел маркиза в истинном обличии, то пришел в такой ужас, что неделю потом, увидев его, впадал в оцепенение и громко кричал, пока причина страха не уходила прочь.

Но маркиз и сам знал – реакция мальчишки была оправдана. В своем демоническом обличии он был исполинским волком с хвостом змеи и вороньими глазами. Длинные и острые, как кинжалы, клыки сочились ядом, способным убить любого. Темно-серые глаза, в которых буквально проглядывался проблеск стали, искрились адским пламенем.

Во-вторых, он был чрезвычайно сурового нрава, а так как Дэмиен в начале пребывания в Аду твердо решил быть всем недовольным, до тех пор, пока его не отведут обратно, ему было весьма и весьма сложно ладить с Аамоном.

Когда мальчик подрос, по приказу генерала Саргатанаса, Аамон начал учить его искусству ведения переговоров и улаживания споров, коим сам маркиз владел в совершенстве. Дэмиен знал, что на Земле есть такая профессия и очень много думал, каково было бы использовать эти знания там. Он делал исключительные успехи, впитывал знания, как губка, словно был одержим этим. Он и сам не понял, как все так далеко зашло. В начале, он просто хотел отвлечься, чтобы время не тянулось так безжалостно медленно. Но Аамон мог даже самую неинтересную информацию приправить такими помпезными, диковинными словами и преподнести так, что невозможно было не вслушиваться. Так они и сблизились.

У маркиза был еще один дар, о котором Дэмиен узнал уже после их сближения. Дар открывать прошлое и будущее. Но, что бы Дэмиен не делал, что бы не обещал, маркиз отказывался отрывать ему свои тайны. Он объяснил это так: «Не всегда будущее оказывается таким, каким мы его представляем. А прошлое может вонзить острые, как тысяча ножей, воспоминания нам прямо в сердце, причинив много страданий. Я не позволю, чтобы с тобой случилось что-то подобное».

Мальчик был впечатлен, а сам Аамон в глубоком шоке от того насколько привязался к мальчику. Это был новый уровень доверия. Пусть Асмодей всюду горланит об их «особой связи с мальчиком», Аамон чувствовал – Дэмиен по-настоящему открывался лишь ему.

А потом к их занятиям присоединилась эта болтливая чертовка – Махаллат, и жизнь заиграла новыми, яркими красками. То есть, стала полной противоположностью умеренной и спокойной жизни Аамона. Дэмиену очень нравилось играть с Махаллат, нарушая при этом покой тех, кто был вовлечен в их авантюры. И, так как Дэмиен много времени проводил с маркизом, последний всегда оказывался в эпицентре событий.

Теплые воспоминания затопили сердце, но поддаться их порыву, на глазах у этих людей, Аамон просто не мог. Он лишь поднял уголки губ и крепче сжал ладонь Дэмиена.

– Каким цербером вас сюда занесло, – после минутного приветствия спросил снова Дэмиен.

– Мы пришли проводить тебя к отцу, Дэми, – как всегда, ответила за маркиза подруга. Дэмиен хмыкнул и отвернулся.

– Скажите ему, что я не приду, – это прозвучало бы жестоко, если бы не нотки горечи и сожаления.

– Но ты должен, – не успела девушка закончить, как Дэмиен обернулся, сверкнув яростным взглядом:

– Нет, Махаллат, я ему ничего не должен, – в голосе чувствовались стальные нотки, – С чего он взял, что может бросить меня сюда, а потом приказать вернуться, как шавку.

– Он не бросил тебя, это все твой дед, – огрызнулась демоница в попытке усмирить друга.

– О, прошу, не надо лгать, они за одно и тот факт, что я здесь оказался уже это доказывает. Он в очередной раз доказал, что мои слова ничтожны для него. Чтобы доказать свою правоту или же то, как я заблуждаюсь, он бросил меня сюда как вещь.

– Дэмиен, послушай меня внимательно, – маркиз заговорил, взяв Дэмиена за плечи и отведя в сторону. Он хотел было начать, но не знал, как. Бродя взглядом по толпе в противоположной части комнаты, он старался собраться с мыслями. Взгляд его не выражал абсолютно ничего. Дэмиен ждал, когда он начнет, смутно представляя, о чем пойдет речь. Внезапно, взгляд маркиза сверкнул и он резко отшатнулся, мотнув головой, словно отмахиваясь от бредовой мысли.

С минуту, он что-то раздумывал и промолвил, скорее сам себе, – Черт, все еще хуже, чем я думал.

– Что еще хуже? Дьявол, Аамон, да скажи ты уже хоть что-то, я так свихнусь скоро.

– Не кипятись, я не собираюсь ничего объяснять, – он сурово оглядел Дэмиена с головы до ног.

– Но…– искреннее непонимание отразилось в изумрудных глазах.

– Не потому, что не хочу, Дэми, пойми малыш, ты должен поговорить с отцом и все выслушать от него. После этого мы поговорим. «Я обещаю тебе, – серые омуты встретились с ярко-зелеными и в них сверкнуло сомнение», – Скажи мне, я когда-нибудь тебе лгал? – Дэми мотнул головой, – Так вот, тебе нужно мне довериться и в этот раз. Прошу, просто поговори с ним, я обещаю, что после мы обязательно все обсудим. Мы втроем, как раньше, – он махнул в сторону Махаллат, нервно топчущейся в стороне и бросая нервные взгляды то на них, то на людей, напряженно следящих за происходящим.

Дэмиен проследил за взглядом маркиза и печально улыбнулся.

– Хорошо, я пойду, – вздохнув, кивнул парень и маркиз, наконец выдохнув с облегчением, хлопнул его по плечу, – Молодец парень. Махаллат, – он повернулся к демонице, – Хватит их пугать, пошли, он согласен.

– А кто пугает?

– Попридержи коней, будущая маркиза, – рассмеялся Дэмиен, но застыл в недоумении, когда улыбка вмиг исчезла с лица маркиза. А Махаллат ухмыльнулась и ответила, – Уже месяц, как нет, малыш.

– Что??? – Дэмиен не мог поверить в услышанное, – Вы что расстались? В нашу последнюю встречу…– парень прикусил язык, понимая, что это воспоминание не очень-то приятное, – Черт, ребята, мне очень жаль, – он сразу сдулся и приуныл.