Салли Трикстер: Да ты ИЗДЕВАЕШЬСЯ!

Салли Трикстер: Да ты ИЗДЕВАЕШЬСЯ!

Часть 1

Леди, Террористка, Стажёр

– Да блин! Это издевательство какое-то! – возмущённо воскликнула Салли, сидя на каменных ступенях перед административным корпусом правительства Малари.

Очередной, чуть ли не ежедневный допрос костюмов закончился и до конца дня она была предоставлена сама себе. В этот раз ей хотя бы вернули её вещи, что не могло не радовать. Её интерком с треснувшим экраном хоть и был стареньким, но в сравнении с тем, что ей выдали временно на замену, оказался суперкомпьютером. Устройство костюмов можно было использовать лишь как часы, для приёма звонков и очень медленную читальню сайтов. Об играх и просмотре видео не могло быть и речи. За эти три недели девочка чуть не сошла с ума от скуки в этом захолустье на окраине известной человечеству галактики.

Трикстер также вернули и её костюм, в котором она пробегала все свои приключения на PG13—D1/597. Это немало удивило девочку, ведь он принадлежал корпорации, но, видимо, его решили списать в утиль, как б/у. Салли хотела оставить пакет с ним в ближайшей урне по началу, но передумала. Поставит, как ностальгический экспонат в своём замке, когда корпораты выплатят ей наконец-таки деньги за найденный корабль. Аванс, что ей пока выдали был мизерным, но хотя бы её проживание здесь корпорация Гелион1[1] взяла полностью на себя.

Девочка скривилась, видя на экране интеркома письмо с очередным отказом в регистрации названия «Блинчик» для найденной планеты. В этот раз ей прислали требование предоставить огромный список документов, удостоверяющих её личность, запросы на десяток космических лицензий и краткую биографию не менее пятнадцати тысяч знаков с пробелами. До этого Регистрационная Палата Коалиции запросила списки флоры и фауны, но тут Салли справилась благодаря своей фантазии, куче свободного времени, подобным спискам с других планет и умению компилировать информацию из межпланетной сети.

– Привет, Джейн, – послышался знакомый голос и Трикстер подняла взгляд.

Яркий свет отражённый от зеркальных поверхностей солнечных батарей ослепил на некоторое время, но всё же ей удалось разглядеть Мойру Шунт – медработницу с Солнечного копья. Экипаж, который вытащил её с PG13—D1/597 после заварушки с древним военным ИИ. Мойра же вытащила девочку с того света. Женщина всегда была добра и улыбчива с ней. К Салли ещё никто и никогда не проявлял такой заботы. Жаль только, что нагрянувшие следом на Малари военные с костюмами запретили всем фигурантам дела любые контакты между друг другом.

– Привет, Мойра, тоже на ежедневный и бессмысленный допрос идёшь? – кивнув розовой головой, спросила у неё девочка.

– Типа того, только у меня они не ежедневные, всего два было, вот третий, – расплылась врач в улыбке. – Это на тебя они насели с кучей однотипных и, казалось бы, бесполезных вопросов, ждут, когда ты ошибёшься.

– Везуха тебе… стой, что? – не поняв, переспросила Салли. – В смысле? В чём ошибусь?

– В показаниях, – ответила Шунт и присела рядом с собеседницей, чтобы не смотреть на неё с высока. – Не знаю, что там уж произошло на планете, но за это явно на кого-то нужно повесить вину. Поэтому осторожнее со словами Джейн.

– Меня виноватой?! – задохнулась от негодования Трикстер. – Да я вообще галактику… а, блин… да, – осеклась она вовремя. – Мне нельзя об этом говорить, но я ни в чём не виновата!

– Я и не сомневаюсь, – всё с той же тёплой улыбкой потрепала Мойра девочку по розовым волосам. – Как бы то ни было скоро всё закончится.

– Уверена?

– Ага, Элсбет сказал, что вылетаем через три дня уже, – осведомила Салли собеседница. – Не хочешь с нами в неизведанные регионы? Мне кажется, у тебя талант к исследованию.

– О нет! Спасибо, мне одной необитаемой планеты хватило. На две жизни вперёд хватит, – сразу же выговорила она. – Да и к тому же, я очень сомневаюсь, что меня отпустят, как и вас.

– Ну если передумаешь, Солнечное копьё в космопорте, ждёт, – кивнула Шунт. – Ну, а так решила, что будешь делать дальше?

– Примерные планы есть, но как минимум надо дождаться денег от ваших, – ответила Салли, наблюдая за проезжей частью. – А там уж… вперёд в сладкую мечту и туманность Элегия.

– Тоже принцессой хочешь стать? – усмехнулась женщина. – Ну наберись терпения, военные явно тормозят процесс оценки «Нового рассвета», а так получишь свои выплаты. Скорее всего не все разом, но значительными частями.

– Хорошо бы побыстрее, а то я тут свихнусь от скуки, – недовольно проворчала девочка.

– О, времени-то уже, – проговорила Шунт, глядя на часы. – Всё пойду, а то опаздывать к ним не очень здравая идея.

– Это точно, я раз проспала, так меня полиция из кровати вытащила и в наручниках привезла, даже одеться толком не дали, – кивнула Трикстер.

– Ужас какой, – помрачнела женщина, вставая со ступенек. – Слушай, нам вроде бы уже разрешили общаться, не хочешь сегодня вечером в кафе посидеть?

– Блин… я бы с удовольствием, но сегодня не могу, – разочарованно проговорила Салли. – Дела и всё такое.

Ей действительно хотелось бы ещё пообщаться с Мойрой, очень уж приятна была её компания, но не сегодня. Этот вечер был у неё отведён под одно не самое приятное, но вроде как необходимое дело.

– Ого, да ты у нас занятая юная леди, – улыбнулась Шунт. – А мальчик случаем в этих делах не фигурирует?

– Что?! Нет! Фу, ты чего? – поспешила откреститься девочка от подозрений. – Я бы правда хотела бы встретится, но не сегодня.

– Ну ладно-ладно, в другой раз, – Мойра вновь потрепала собеседницу по волосам и шагнула на ступеньку выше. – Увидимся тогда.

– Ага, увидимся, – кивнула Салли, поправляя растрёпанные волосы.

Загрузив в интерком карту города, она нашла на его окраине нужный крематорий и направилась к автобусной остановке.

– Это, что за монстр из дизельного века? – спросила сама у себя Трикстер, когда подъехал нужный ей транспорт.

Металлическая кибитка, тарахтя и изрыгая клубы дыма, остановилась перед ней, и водитель вручную открыл дверь. Девочка, конечно, и ранее тут видела несколько машин с двигателем внутреннего сгорания, но преимущественно здесь был транспорт на магнитных подушках или солнечной энергии.

– Куда? – спросил у неё водитель, когда она зашла внутрь.

– Крематорий, – ответила Салли.

– Пятьдесят кредитов, – озвучил он цену, пощёлкав по экрану ручного считывателя.

– А не дороговато ли? – возник у неё сразу вопрос.

– Хочешь, иди пешком 230 километров за город – туда больше ничего не ходит, или такси себе вызови, ну или с центра монорельс, только там ещё дороже.

– А к пяти вечера успеем? – решила уточнить она на всякий случай, поскольку не была уверенна в скорости такого автобуса.

– Если не заглохнем, то ещё и покурить успеешь, – усмехнулся мужчина.

– Я не курю, – выдохнула Салли и просто провела интеркомом по считывателю, оплачивая проезд.

– Ну дело твоё, а я курю, так что садись подальше.

Трикстер ушла в самый конец и стала ждать, в автобус вошло ещё несколько человек, после чего дверь закрылась, и дорога в ад началась. Почти три часа она тряслась в этом металлоломе на колёсах, что так и грозился развалиться под ней. Её начало укачивать, а от запаха бензина кружилась голова. После первого часа в салоне стало настолько жарко, что пот лился с неё ручьём. Маленькие окошки совсем не хотели проветривать духоту. А когда на окраине города в автобус вошёл старичок с двумя козами, ей захотелось повеситься.

Когда же она наконец вышла из этого кошмара, то добрый десяток минут ушёл на то, чтобы справиться с головокружением и порывами тошноты. Всё тело так и изнывало от долгой поездки на неудобном пружинчатом сидении, что заставляло подпрыгнуть на каждой кочке.

– Ладно, Салли, – проговорила девочка себе, поборов тошноту. – Опыт был «увлекательный», но обратно на монорельсе.

Посмотрев в зеркало на остановке, Трикстер заколола непослушные волосы несколькими невидимками и накинула капюшон балахона на голову. Манёвр не слишком то помог, ярко-розовые пряди всё равно выбивались на всеобщее обозрение. Дальше она уже надела широкие тёмные очки и оценила себя вновь.

– Ну прям супершпионка, – кисло улыбнулась Салли, оценивая свою маскировку. – Как попугай из древнего мема.

Несколько минут ходьбы на ватных ногах до здания. За это время девочка сто раз передумала идти и сто один раз переубедила себя, что надо.

Крематорий, несмотря на то, что находился на отшибе и далеко за городом, оказался приличным, со всем современным благоустройством. Салли прошлась по широкому мраморному коридору, словно по музейной галерее и подошла к стойке администратора. К концу своего шествия, она поняла насколько нелепа её маскировка. Светлые джинсы и небесно-голубой балахон с блёстками сразу же приковывали к себе внимание в этой траурной массе людей. В какой-то момент Трикстер даже стало стыдно за свой внешний вид.

– Здравствуйте, чем могу помочь? – радушно произнёс молодой человек в строгом костюме, за стойкой.

– Здрасте, а не подскажете, в каком зале проходит прощание с Урием Гагарой? – спросила она, глядя на него снизу-вверх.

– Одну секунду, – работник крематория застучал пальцами по своему сенсорному экрану. – Прощальный зал номер 12.04. Прямо до конца, на лево и четвёртая дверь, не ошибётесь, – указал он ей направление. – Вы родственник или друг семьи, вас внести в список для прощального ужина?

– Нет, не надо, – быстро ответила девочка. – Я… я так мимо проходила, никто в общем.

Не дожидаясь развития ситуации, Трикстер быстрым шагом направилась в указанную сторону. Пока Салли шла, то подумала, что в крематории слишком много людей и слишком много залов для прощания с ними. Неужели так много людей умирает, что понадобилось всё это? Учитывая, что таких заведений на окраине три штуки. Население планеты-то очень маленькое, в некоторых городах бывает больше.

Дойдя до нужной двери Салли взялась за дверную ручку и застыла. То, что тело Урия привезли с PG13 – D1/597, она узнала из колонки местных новостей, пару дней назад, когда его передали семье. Там же она узнала о времени и месте прощания. Видимо, костюмы с корпоратами и военными заглянули под каждый камень на планете, раз его нашли, или Боб не особо старался, избавляясь от тела. Девочка тряхнула головой, о чём она только думает. За всё это время Трикстер пыталась отгородиться от мыслей, старалась не думать о том, что произошло на той планете, но всё же чувство вины съедало её изнутри. Она просто чувствовала, что обязана прийти сюда.

Набравшись смелости, девочка всё же вошла в небольшой зал. На деревянных скамьях сидело не более двадцати человек: в основном старики и взрослые люди, пяток детей. Естественно все обернулись и посмотрели на неё, поскольку Салли опоздала и прервала речь говорившего за небольшой трибуной.

– Извините, – тихо пискнула она и скользнула на ближайшую лавочку, вооружившись буклетом с биографией покойного, что там лежал.

Морщинистый мужчина продолжил свою речь, и все потеряли к ней интерес. Потом он закончил и, постояв немного у закрытого гроба, вернулся на место, и поднялся следующий человек. Каждый прощающийся говорил тёплые слова о погибшем, неважно насколько они были знакомы, но, видимо, все уважали Урия, раз даже спустя почти два десятилетия пришли проститься с ним. У Салли чуть не разорвалось сердце, когда говорила убитая горем мать Гагары. Она особенно благодарила какого-то небесного бога за то, что вернул ей хотя бы тело сына и больше не нужно мучиться от неизвестности.

– Ты же Джейн Доу? – спросила у неё девушка, что подсела к ней незаметно.

Салли посмотрела на неё и внутри всё похолодело, хоть та и повзрослела уже, но отчётливо прослеживались черты маленькой девчушки с голографии Гагары.

– Я Илена, дочь Урия, – представилась она. – Это же ты нашла «Новый рассвет» и папу, да? Я в новостях тебя видела.

– Э… да… привет… я, – совсем растерялась девочка, поскольку не предполагала, что ей придётся с кем-то разговаривать на прощании.

– Раз ты здесь, могу я предположить, что ты знала отца? Ты видела же его там, на той планете?

– Ну… не то что бы знала… – замялась Салли, судорожно думая, как ответить.

– Ты можешь рассказать, как он погиб? – с надеждой спросила Илена у неё. – А то военные лишь медальку вручили и ничего не рассказали, сказали, что секретно. Гелион так же отделался письмом и выплатами, а нам это не нужно. Нам хотелось бы знать правду.

– Не могу… – дрожащим голосом ответила девочка собеседнице и, ухватившись за спасительную соломинку, добавила. – Секретная информация, я правда не могу…

Правда – это то, что Трикстер не могла ей дать. Как можно было сказать, что это она застрелила Урия, перепугавшись его в темноте? Как она могла сказать ей, что её отец был молодец и выживал все эти годы, боролся, но тут пришла она и всё. Салли не оставалось ничего, кроме как врать и ссылаться на секретность, о которой девочка даже толком и не предполагала.

– Прошу, хоть немного приоткрой небеса на его гибель? – вновь попросила собеседницу дочь погибшего, беря ту за руку.

– Извини… мне… правда нельзя… это секретно, да… – выдавила из себя Трикстер, дрожа всем телом и чувствуя, как внутри нарастает паника.

– Я понимаю, но бабушка и мать всё равно будут убиваться горем и этим вопросом без ответа, хоть чуть-чуть?

Девушка в своём желании неосознанно больно сжала руки собеседницы. Покрасневшие глаза Илены вновь наполнились слезами. Салли же почувствовала, как земля уходит из-под ног и начинает кружиться голова.

– Зря я пришла, – только и смогла выдавить розововолосая девочка из себя и встала, чтобы уйти.

Но дочь Гагары не отпустила её. Вместо этого она чуть ли не силком потащила её к микрофону на трибуне. Трикстер хотела вырваться и убежать, но в то же время, не хотела устраивать сцену на прощании.

– Мам, Ба, друзья, это Джейн Доу. Она нашла корабль и отца, – проговорила Илена в микрофон. – Хотя ей многое нельзя говорить, Джейн всё равно хотела бы поделиться с нами парой слов, – девушка подтолкнула девочку к микрофону и уже на ухо шепнула ей. – Пожалуйста, хоть что-то для успокоения.

Салли окинула взглядом всех собравшихся, надежда теплилась в них. Все ждали её слов. Илена просто поставила её в положение, что теперь она не может молчать и отпираться тоже.

– Какая хорошая девочка, – услышала Трикстер слова матери Урия.

«Если бы она только знала», – подумала Салли.

– Здрасте… кхм… – выдавила она из себя для начала и вцепилась дрожащими руками в стойку с микрофоном. – Я… я… да, я многое не могу сказать, к сожалению, точнее ничего конкретного, нельзя… – девочка нервно улыбнулась и сразу же почувствовала вину за эту улыбку. – Хочу лишь сказать, что Урий… – нервно сглотнув, Салли прикрыла глаза и собралась с силами, чтобы лгать дальше. – Урий был героем. Все эти годы он боролся и выживал на дикой планете, чтобы вернуться к вам. Он ни на миг не забывал о своей семье.

Проговорила Трикстер кое-как, и ноги чуть не подкосились. Её глаза наполнились слезами, как и у всех окружающих её. Она сняла очки с капюшоном, чтобы прекратить этот дешёвый маскарад. Салли хотела бы быть искренней перед ними, перед этими людьми, но не могла. Девочка сомневалась, что вообще у кого-либо нашлось бы достаточно смелости, чтобы вот так сказать собравшимся правду.

– Смелее, мы все на твоей стороне, – приободрила её стоящая рядом Илена.

«Вряд ли бы так говорила, знай правду», – подумала вновь Салли и продолжила уже вслух. – Урий спас меня, только благодаря ему… его плану, его… самопожертвенности я здесь.

Трикстер почувствовала, как начинает задыхаться, но отступать уже было некуда, нужно дать этим людям хоть что-то хорошее, чтобы они могли гордиться сыном, мужем, отцом, другом или коллегой. Это меньшее, что она могла, это самое большее на что хватало совести и смелости.

– Он… он не раздумывая бросился на мою защиту. Хотя мог не рисковать и тогда сейчас уже был бы с вами, – выдавила Салли из себя очередную ложь. – Но он был хорошим человеком и не смог стоять в стороне. Поэтому здесь я, а не он. За что я ему безмерно благодарна.

Зал наполнился плачем матери погибшего и причитаниями, лиц некоторых коснулась улыбка. Возможно, её слова и не так далеки от правды.

– Он был хорошим человеком, я благодарна… – уже разрыдавшись, сама повторила девочка. – Извините…

Не в силах более находится за трибуной, Трикстер стремглав выбежала из зала. В коридоре она согнулась от боли, от того, как разрывалось у неё сердце. Содрогаясь в паническом приступе, девочка дрожащими руками выдавила из блистера две таблетки и положила их под язык. Мойра выдала ей их ещё на корабле и лекарство прекрасно помогало справиться с паническими атаками. Хотя в последнее время их практически не случалось. Кислый вкус быстро заполнил рот, и она почувствовала облегчение.

– Джейн, спасибо, – послышался голос дочери Гагары позади. – Я вижу, что тебе это далось не просто, но спасибо тебе от всего сердца и да нашлют небеса благодать на твой дом.

– Угу… – кивнула Салли и выпрямилась.

– У нас прощальный ужин будет, не хочешь присоединиться? – спросила Илена у неё.

– Спасибо за приглашение, но боюсь, что я не выдержу, – ответила она ей. – О, подожди, кое-что есть.

Трикстер задрала рукав балахона и отвязала браслет, который взяла в жилом модуле Урия.

– Вот держи, его твой отец сделал, он много таких прикольных штук делал, – девочка протянула украшение дочери погибшего. – Я взяла его уже после смерти твоего отца. Думаю, более правильно если его будешь носить ты.

– Спасибо, – вновь расплакалась Илена, принимая подарок. – Джейн Доу, спасибо тебе большое, ты словно маленькое чудо, словно небесная благодать, которая свалилась на нас божественным провидением.

Едва наползшая на лицо улыбка Салли тут же померкла.

– Я не чудо и уж точно не благодать, – хмуро проговорила Трикстер и, развернувшись, пошла вон из крематория.

Всю обратную дорогу у неё было отвратительное и гнетущее чувство. Порой её тошнило от себя самой. Ещё и монорельс, как назло, ехал зигзагом через все посёлки, что увеличило время терзаний. Тяжёлые мысли так и атаковали со всех сторон.

Правильно ли она поступила? Имела ли она вообще моральное право там появляться? И уж тем более так нагло врать прямо в лицо тем людям, которым был дорог убитый ею человек? Все слова благодарности от дочери Урия у неё встали костью в горле. Всё это вкупе с усталостью всё же сморили Салли, и та уснула на середине пути.

Сон резко пропал, когда она почувствовала к себе неприятное и чужое прикосновение. Встрепенувшись с перепугу, Трикстер извернулась, чтобы ударить незнакомца ногой, но ту поймала металлическая клешня, на подобие тех, что были в автоматах с игрушками. Над ней склонился мужчина в дырявом, прожжённом, тёмном плаще, небритую рожу которого располосовали шрамы. Вместо руки у него был неровный механический протез с клешнёй, с тремя плоскими пальцами.

– Отстань от меня педофил проклятый! – вскрикнула девочка и оглянулась на вагон.

Тот был пуст, что сразу же напугало и заставило покрыться мурашками. Помощи со стороны ей ждать не придётся, а сможет ли она сама с ним совладать?

– Остынь, Мелочь. Приехали, всё конечная, – проговорил мужчина, отпуская её ногу. – Если, конечно, не хочешь на дезинфекцию в тупик с вагоном уехать.

– А…оу, спасибо… – растерялась немного Салли, но её злость сразу же вновь вылилась на незнакомца. – Но за грудь трогать вот вообще не обязательно было, извращенец.

– Если у тебя грудь вместо ключицы, то обратись к врачу по случайным мутациям, – засмеялся он и, фыркнув, направился на выход из вагона. – Понарожают пустоголовых…

Ещё с минуту Салли сидела в полном отупении, пытаясь переварить произошедшее, но женский голос оповестил о закрытии дверей, и она поспешила выскочить из состава. На перроне уже никого не было, кроме того самого сомнительного мужика с клешнёй вместо руки. Он сидел на скамье и смолил сигарету, смотря на неё. Ёжась от отвращения и страха, девочка прошла мимо.

«Не, ну точно маньячина какой-то», – подумала девочка и ускорилась.

Через некоторое время Трикстер услышала тяжёлые шаги незнакомца позади себя, обернулась и увидела, что тот шёл за ней.

«Спокойно, Салли», – мысленно говорила она себе. – «Тут просто выход один. Мужик… да стрёмный, но мож шахтёр какой. Да точно работяга, простой работяга. Просто стрёмный до усрачки. Ты и так уже обвинила его почём зря. Поэтому спокойно, Салли, спокойно. Если бы он чего хотел с тобой сделать, то уже сделал бы, ведь так?»

Различные мысли роились в розовой голове, нагоняя на неё ещё больше страха. Трикстер очень старалась успокоиться, но выходило плохо. Когда идущий сзади, как ей показалось, ускорил шаг и стал ещё и насвистывать, нервы у девочки сдали.

– Ну нафиг, – проговорила она себе под нос и сорвалась с места вниз по лестнице.

За спиной лишь послышался громкий смех, но перепуганной девочке было совершенно всё равно, почему этот урод рассмеялся. Пулей спустившись по переходу, Салли заметила в пустом зале вокзала полицейского. Тот стоял возле одной из каменных лавочек и за ногу пытался вытащить кого-то из-под неё.

– Дион, мать твою, как же ты достал, вылазь давай! – ругался страж порядка.

– Хрен тебе на рыло! Крыса погонная, вам не скрыть мои сокровища! – послышался ему хриплый ответ от обладателя ноги.

– Как же ты достал уже со своей шизой, – продолжал громко высказываться полицейский. – Вылазь давай, травокур поганый! Делать мне вот больше нечего, как с тобой опять тут возиться.

– Вам не скрыть, нет, не скрыть. Я разгадал ваш корпоративный заговор, – верещал Дион из-под лавки. – Тута они, туточки мои сокровища …

– Да ну вот, что ты за урод такой, – отпустил его ногу слуга закона и, присев, посветил фонариком в ухмыляющуюся рожу. – Каждую пятницу обдолбаешься и лезешь, хоть бы раз другую лавочку выбрал, мёдом тебе тут, что ли, намазано?

– Простите, помогите! Меня стрёмный тип какой-то преследует, маньячина явно, – чуть ли не прокричала девочка, подбегая к стражу порядка.

Полицейский тут же потерял интерес к подлавочному обитателю и резко обернулся, осматривая пустой холл вокзала. После уже обратился к запыхавшейся девочке:

– Ну и где же твой стрёмный маньяк?

– Он шёл прямо за мной по перрону, правда, – ответила Салли, оборачиваясь на тоннель перехода.

– Тебе точно не почудилось? – нарушил тишину мужчина в форме спустя минуту, когда никто так и не появился на лестнице.

– Точно, – подтвердила Трикстер с нотками обиды в голосе. – Мерзкий такой тип, в плаще и шрамах весь. С механической клешнёй вместо руки.

Постаралась она подробно описать незнакомца, видя, что собеседник не верит её словам.

– Ну, как видишь, никого нет, – пожал тот плечами. – Видимо, меня увидел и испугался твой крабовый маньяк. Иди-ка лучше домой.

Полицейский вновь присел и посветил в довольную рожу с затуманенными глазами. Пока он отвлёкся, Дион успел залезть под лавку полностью и основательно там закрепиться.

– Да, ну чтоб тебя черти побрали… – проворчал страж порядка, понимая, что вытащить теперь его оттуда будет не просто.

– Извините ещё раз, – тронула Салли мужчину в форме за плечо. – Я очень боюсь теперь, не могли бы вы меня до остановки проводить?

Полицейский недовольно нахмурился, посмотрел на наркомана, на девочку и снова на наркомана, после тяжело выдохнул, приняв решение.

– Слышь, шизик, не обделайся там, – проговорил он ему и выпрямился. – Конечно, провожу, что ж я за полицейский такой буду, если брошу юную особу в беде.

Трикстер сначала расплылась в улыбке, но напряглась, когда мужчина протянул ей руку. Она обратилась к нему из необходимости, из-за страха. Сейчас, когда первобытное чувство отступило, ею всецело вновь завладело недоверие к представителям власти.