По законам Мироздания

Половина скромной гостиной превратилась в богато обставленный кабинет с шёлковыми обоями и ценными картинами. Потёртый линолеум, имитирующий паркетную доску, ярко контрастировал с дорогой древесиной. За дубовым столом сидела фигура в черном балахоне, лица невозможно было рассмотреть из-за глубокого капюшона. Оно заговорило. Голос его плавно перетекал с баса до тенора и с контральто в сопрано. Складывалось впечатление, что из-под капюшона вещают сразу несколько мужчин и женщин. Марк ощутил, как по спине побежали мурашки. Ему удалось взять себя в руки, когда рядом с остывшей тарелкой пельменей появилось фото. На ней парень, худощавый, но жилистый, с андрогинной внешностью позировал перед камерой в одних джинсах. «Моделей мне ещё не заказывали», — усмехнулся про себя Марк.

— Он называет себя Сэм, — пояснила фигура баритоном. — Никому не удалось его поймать до сих пор, но у вас отличный послужной список. Вы лучший в своем деле.

— Таких как он, я ем на завтрак.

— Не нужно его недооценивать. Он хоть и заперт в человеческом теле, но по-прежнему силен и опасен. Естественно, плата за ваши услуги будет щедрой.

Оно извлекло из ящика стола пачку банкнот и швырнуло через комнату. Та с грохотом плюхнулась поверх фото.

— Это на текущие расходы.

Марку было плевать, что сделал этот несчастный, он никогда не задавал вопросов, ему платили не за это. Где блюстители закона были бессильны, на сцене появлялся Марк. Он кивнул, и голова опять загудела. Треск в ушах сделался невыносимым, и он снова зажмурился. Открыв глаза, обнаружил, что комнате вернулся первоначальный вид. Лишь фотография и пачка денег, свидетельствовали о прошедшей встрече.

Вернувшись с войны, Марк не смог найти место в мирном мире. И реализовал себя в профессии наемника, вряд ли это можно считать достойным делом, но других навыков у него не имелось. Выслеживать, преследовать, изматывать и убивать, в этом он был дока. Сначала он работал в детективном агентстве просто выслеживал должников и неверных супругов, собирал компромат на конкурентов и устраивал небольшие диверсии, а потом его многогранным талантам нашли более достойное применение. Это терзало настолько, что он всё чаще стал прикладывать к бутылке. Однажды он забрёл в бар, полный отморозков, и потасовка едва не стоила ему жизни. Необычный мужчина спас его и предложил работу.

Марк не верил в загробный мир и считал, что смерть наступает с остановкой сердца, оказалось он сильно ошибался. Оборотни, вампиры и демоны оказались так же реальны, как и он. Какая разница кого ловить, если за это платят. Опасность только распаляла больной мозг. Смерти он давно не боялся, уже считал себя ходячим покойником. Война переломила его как зубочистку.

Девчонка нарушила все планы. Марк догадывался, что она видела, как он собирался на охоту, и наверняка напридумывала себе бознать что. Он не придал этому значения. Навёл о ней справки и заключил, что не опасна. Но охота сорвалась. А когда второй раз девушка встала на его пути, задумался — не послали ли её противодействующие силы в обличии безропотной овцы. Можно было подождать, когда Сэм раздевается с девчонкой, а потом прикончить его. Но решил сыграть в благородство и упустил добычу, непростительная глупость.

— Ты в порядке? — спросил он, подходя к ней и пряча кинжал в ножны на поясе.

Она моргнула, приходя в себя, а потом разлепила губы, собираясь кричать. Он зажал ей рот, пока не перебудила половину посёлка, и затолкал в машину.

— Да кто ты такой?!

— Марк. Мы живём по соседству. Забыла?

— Не делай из меня идиотку. Ты набросился на человека с ножом! Что тебе сделал тот парень?

— А ну перестань голосить!

Марк провёл ладонями по лицу и взъерошил волосы, собираясь с мыслями. Он пристально посмотрел на Карину и сказал:

— Я охотник за головами.

— На кого ты охотник?!

— Пожалуйста, не ори, — произнес он с раздражением. — Я охочусь на разных... подонков. И ты умудрилась столкнуться с самым опасным из них. Он не оставляет свидетелей, тебе повезло, что я оказался рядом.

— Спасибо, – растерянно произнесла Карина. — Он защитил меня от огромной псины и вовсе не казался опасным. Я от тебя чувствую больше угрозы.

— Так обычно и бывает, — Марк усмехнулся. — Вспомни хотя бы Сливко или Чикатило.

Карина в ужасе округлила глаза и прикрыла рот ладонью.

— Может, надо заявить в полицию?

— Для таких как он, полиция бессильна.

Какое-то время они сидели молча, каждый в собственных мыслях. Пока Марк не решился спросить:

— Что ты видела на картинах в Лисьем сезоне?

— А разве ты сам не видел?

— Не то же самое, что ты. Понимаешь, когда смотришь под разным углом, с разного расстояния — изображение меняется.

По выражению лица, было понятно — она не верит ни одному его слову, но Марку было всё равно.

— Если опишешь картины в точности, а расскажу, что они значат.

Карина описала. Марк усмехнулся, послание прозрачное донельзя: время, предостережение и неожиданная встреча.

— Так что всё это значит?

— Не будешь знать меру — придёт серенький волчок и ухватит за бочок.

— Очень смешно, — обидчиво произнесла Карина.

Марк достал из внутреннего кармана флягу и протянул ей. Она с опаской посмотрела на плоский прямоугольник потемневшего серебра, задержала взгляд на символах с лицевой стороны и снова посмотрела на Марка.

— Успокоить нервы.

Она нехотя взяла флягу в руки, открутила крышку, понюхала и скривилась.

— Что за бормотуха?

— Травяная настойка, пей не бойся.

Карина сделала робкий глоток и поморщилась.

— Похоже на микстуру.

— В какой-то степени это и есть лекарство.

Он улыбнулся, в следующую минуту глаза девушки закатились, и она обмякла. Марк посмотрел в зеркало заднего вида. За его спиной заклубились густые тени. Они собрались в одной точке и уплотнились. Через несколько мгновений на заднем сидении сидел чёрный лохматый пёс.

— Он ещё здесь?

Пёс издал глухой лай, Марк кивнул.

— Хорошо, на сегодня охота окончена. Продолжим завтра.

Пёс растворился в воздухе, и Марк завёл мотор.

Глава 5

«Подобное притягивается подобным. В нашей жизни нет случайных встречных. Мы привлекаем к себе не тех людей, которых хотим привлечь, а тех, кто подобен нам»

Закон подобия

Сэм сидел в кресле гостиничного номера с выключенным освещением. Тонкая полоска лунной дорожки проникала сквозь неплотно задвинутые шторы и рассеивалась во мраке. Тело и мозг до сих пор пребывали в возбуждённом состоянии от выброшенного в кровь адреналина. Сэм поднёс к губам пузатый стакан, сделал глоток и скривился. На этот раз охотник подобрался слишком близко, но и он в нескольких шагах от цели. Вопрос успеет ли он завладеть желаемым до того, как его прикончат. Тот, кого за ним послали, обладал явно нечеловеческими способностями. Если бы не счастливый случай… Сэм выдохнул, допил остатки и поморщился. Он перевернул пустой стакан и опустил на разложенную по журнальному столу карту.

Эта смертная оболочка порядком осточертела. А избавление маячило совсем близко, повиливало хвостом и завлекало в сети. Нужно отправить охотника к праотцам, как он сделал с тремя предыдущими. Это тело должно было пройти свой полный жизненный цикл, и лишь тогда его душа обрела бы свободу. Но кто-то решил нарушить договор и закончить его земной путь раньше, тем самым обрекая на вечное пребывание в Аду.

Будучи ангелом-хранителем, Семириэль влюбился в подопечную. Он нарушил правила и показался во плоти. Девушка сразу воспылала к нему любовью. Так сильно, что любовь эта вытеснила всё мирское. Прежние интересы, друзья больше Виолетту не волновали. Она жила только встречами со своим ангелом.

Вскоре Виола стала одержимой Сэмом, она ревновала его, упрекала, когда тот отлучался, устраивала истерики. Родные начали беспокоиться за душевное здоровье Виолы, ведь они его не видели. Наконец, Семириэль понял какую ошибку совершил.

Наплевав на законы и использовав служебное положение, он проник в хранилище и внёс поправку в книге судеб. Виолетта должна была забыть Сэма и всё с ним связанное. Она и забыла, на короткое время жизнь вошла в прежнюю колею. Только ощущение безвозвратной потери поселилось в душе, оно разрасталось словно чёрная дыра, подтачивало разум и забирало силы. Виола утратила волю к жизни. Она открыла окно и шагнула с девятого этажа.

Для Семириэля это стало ударом. Душе Виолетты грозило вечное заточение в Аду, Сэма мучили угрызения совести, и он решил спасти невинную душу. На суде он признался, что это его вина, ведь он свёл Виолетту с ума. Его признание приняли к сведению, но приговор не изменили. Более того Виола, узнав правду, отвернулась от него и прокляла за то, что обрёк на вечные муки. Сэм не только не помог ей, но и навредил себе. Несомненно, Семириэль совершил непростительное злодеяние, но Ад — это слишком сурово. Не зря же ему дали второй шанс. Целая жизнь в человеческом теле — что может быть хуже для того, кто управлял божественной силой. Но ничего, Сэм умеет обходить правила, он нашел способ вырваться из смертной ловушки и избежать наказания.

Сегодня Сэм наведался к ведьме перекрёстков и убедился, что на верном пути. Он воспроизвёл в памяти картины: лиса, держащая в зубах свиток — новое знание, лиса, перепрыгнувшая через забор с тушкой курицы — благоприятный исход дела. Правда последняя внушала опасение: на ней две лисы ходили друг за другом, описывая круг. Что сулит ему неожиданная встреча? Он вспомнил прекрасные карие глаза и маленький рот сердечком. Губы тронула лукавая улыбка. В другой ситуации он не упустил бы возможности приударить за незнакомкой. Кто знает, чем бы закончилась встреча с охотником, если бы не она. Внезапно накатило переживание — не пострадала ли. Сэм тряхнул головой, возражая себе. Она назвала охотника по имени, значит они знакомы. Возможно, действуют сообща. Ведь не стал бы охотник спасать случайного свидетеля. Интересно, насколько они близки. От этой мысли внутри Сэма передёрнуло. "Не о том думаешь Семириэль", — одернул он себя.

Сэм поднял стакан и посмотрел на круглый влажный след, оставленный на карте. Завтра последний элемент будет у него в руках. Память вернула к образу девушки. «Снова не в том направлении мыслишь», — напомнил себе он. Получить трофей, конечно, было бы неплохо, но запороть дело из-за смертной девчонки — непростительная глупость. Его вдруг осенило. Что, если она ключ? Он поднялся с места и прошёлся по комнате, обдумывая моментально созревший план. На улице послышался собачий лай. Сэм приблизился к окну и посмотрел в щель между занавесок. Это место стало небезопасным, пора было убираться.