Фотограф

– И все равно не хочу навязываться. – Ян покраснел, но явно был рад моему предложению.

– Ян, когда вам будет удобно?

Он задумался.

– Она собиралась выставить ее уже в понедельник, но…

– Так как насчет завтрашнего утра? – Вообще-то, у меня уже была запланирована съемка, но ее можно было перенести на пару часов. Возможно, у меня не будет другой возможности снискать расположение Яна.

– Спасибо за предложение. Правда.

Ян помог мне надеть тяжелый пуховик, сам накинул куртку, и мы вышли на улицу. Он наклонился ко мне, чтобы поцеловать на прощание, но я, будто не осознавая его намерений, сделала небольшой шаг в сторону.

– Значит, до завтра?

Ян улыбнулся, и я заметила ямочки на его щеках.

– Спасибо, Дельта.

Большие окна в квартире матери Яна давали отличный свет. В гостиной я безжалостно убрала все личные вещи: удалила из кадра 90 процентов ваз, подносов, коробок, тарелок, корзин и других безделушек. Беспорядок препятствует красивым линиям и свету. Много лет назад я научилась не спрашивать разрешения в подобных ситуациях. Я намеревалась сделать фотографии, которые точно бы продали эту квартиру.

Хорошие снимки создают иллюзию новой реальности, как и с фотографиями детей. Они важнее, чем то, что вы увидите, войдя внутрь: наш мозг может по-разному интерпретировать то, что видят глаза, а картинки – фиксированы, их не так легко изменить. Это одна точка зрения, один момент времени. Мы склонны доверять тому, что видим на снимках.

Ян и его мать Паула следовали за мной, наблюдая за работой. Иногда я позволяла им посмотреть в видоискатель. Паула засыпала меня вопросами, и я объясняла, как создать впечатление большего пространства, более высоких потолков и в целом простора. Здесь важны ракурс и освещение. Я снимала с высоты колена и из угла в угол, и почти в каждом кадре было одно из зеркал, висящих на стенах.

– Если снять зеркало под правильным углом, – заметила я, – вы можете создать еще одно окно, или картину, или комнату, которая будет выглядеть вдвое больше.

Тем же вечером я отправила Яну и Пауле несколько лучших кадров: из неплохой, но унылой квартиры получился шедевр. Эти фотографии могли бы появиться в любом журнале по дизайну и архитектуре – я говорю это без всяких преувеличений. Благодаря моей работе с освещением квартира стала не просто больше, казалось, над ней работал профессиональный дизайнер. Я создала искусство. Я создала иллюзию.

В пятницу вечером я стояла у дома Страубов. Амелия дала мне код от небольшого сейфа, установленного за живой изгородью у входа в квартирку в цокольном этаже. Ключ от входной двери висел на одной связке с еще двумя ключами без опознавательных знаков. Вероятно, один из них был как раз от квартиры. Я бросила взгляд на ее окна: свет не горит, шторы опущены. Надо будет узнать у Страубов, живет ли там кто-нибудь.

Я поднялась по главной лестнице и открыла парадную дверь.

– Здравствуйте! – крикнула я, сама не зная зачем.

С собой у меня были два пакета с продуктами – я планировала приготовить курицу с пармезаном. На такой кухне самые приземленные дела становились магией.

Поскольку Страубы уехали на две недели, я запланировала четыре визита, решив, что каждый раз смогу спокойно провести в их доме несколько часов. Уверена, Амелия и Фритц будут не против, но в любом случае надо вести себя осторожно.

В холодильнике стояла почти полная бутылка пино-гри. К возвращению хозяев вино выдохнется, так что я без смущения налила себе бокал и выпила. Со вторым бокалом вина я ходила из одной комнаты в другую, вверх по лестнице и обратно вниз, впитывая каждую деталь. Я отмечала, как все без исключения точки пространства сочетались одна с другой, давая потрясающий совокупный эффект. Переходы между комнатами, как и лестница, были изолированными, но полными воздуха, а сами комнаты были такими обжитыми, семейными – казалось, сам дом олицетворял собой связь между изоляцией и сообществом.

Я поставила бокал вина на латунный столик в гостиной. До этого не обращала внимания на четыре шелковых коврика, но, судя по подписям к фотографиям в журнале, стоимость каждого из них была тридцать тысяч долларов. Акварельные эскизы к ним сделал бруклинский художник, а выткали их в Непале. Я села на пол рядом с самым красивым и провела рукой по гладкой серой поверхности, оказавшейся мягче, чем большинство простыней и наволочек. Я коснулась коврика щекой, просто чтобы почувствовать шелк на лице. На нем было бы легко и приятно заснуть.

Сняв всю одежду, включая нижнее белье, я легла на коврик лицом вниз и почувствовала себя частью дома Амелии и Фритца, словно в глубине их жизни. Несмотря на то что я проводила по многу часов в домах клиентов, всегда натыкалась на стены, которые не давали мне проникнуть внутрь. Этих стен не было видно, но они ощущались, если подойти слишком близко, попытаться пересечь границу.

В начале своей карьеры я совершила несколько таких ошибок: прилегла на диван, достала еду из холодильника. Реакция хозяев всегда была одинаковой и очевидной: я вторглась в их пространство, пересекла черту, позволила себе вольности.

Теперь, лежа обнаженной на ковре, я чувствовала свою власть. Я проникла сквозь стены, преодолела барьер, заявила права на территорию. Это было полной противоположностью почтению и нерешительности, которые так часто меня ограничивали. Теперь никто не мог меня остановить.

Все еще обнаженная, я вернулась в кухню и нашла лейку, чтобы полить фикус в гостиной и каучуковое дерево в библиотеке. Проходя мимо большого зеркала, я остановилась и некоторое время изучала свое отражение. Нагая и с лейкой в руке я словно была статуей кого-то из античных богинь.

Одевшись, я налила еще один бокал вина и приступила к приготовлению ужина: отбила куриные грудки, обваляла их в муке, яйцах и панировочных сухарях, а затем добавила томатный соус и сыр. Хозяйка этой кухни была замечательным человеком. Но даже не будь она столь выдающейся с самого начала, время, проведенное в этом доме, изменило бы ее внутренне. Мы, люди, меняемся, чтобы соответствовать окружению.

Поставив медную форму для запекания в духовку, я наполнила свой бокал, и тут с заднего двора послышался какой-то шум. Если кто-то и жил в цокольной квартире, то сейчас там никого не было. Тогда кто это? Хозяева точно оценят, если я выясню, что происходит.

Выйдя через двойные двери и спустившись в сад, я крикнула:

– Эй, кто там?! Здравствуйте!

Тут я почувствовала странный запах. Утечка газа? Страубы будут благодарны за мою бдительность. Я дошла до двери квартиры и постучалась.

– Эй!

Света в окнах все так же не было, и мне никто не ответил. Тогда я достала связку ключей, и второй из них подошел.

Включив свет, я отметила, что внутри все было именно так, как в моем представлении, – будто это место проектировали специально для меня, под мой вкус. Каждый элемент дизайна был продуман и безупречно реализован.

Амелия – полагаю, автором проекта была именно она, – выбрала для этой квартиры более яркие цвета, чем в большом доме: дымчато-зеленый в гостиной и серовато-фиолетовый в коридоре.

– Есть тут кто? – громко позвала я. Если бы оказалось, что внутри кто-то есть, я бы объяснила, что почувствовала запах газа и проверяю, все ли в порядке.

Я вошла в просторную спальню. Белоснежный пододеяльник на кровати был из того же набора, что и постельное белье в спальне хозяев. На прикроватной тумбочке стояли две фотографии в рамках: группа женщин лет двадцати в отпуске на Багамах и молодая невзрачная женщина рядом с пожилой парой, возможно, родителями. Эта женщина тут и жила? Интересно, сколько она платила или какую работу выполняла. Мне было интересно, была ли она любовницей Фритца. Я открыла шкаф, в котором весело несколько костюмов. Может быть, она юрист? Финансист? Перебрав небогатую коллекцию украшений, я сразу отметила ее аккуратность.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Курортный городок в графстве Саффолк, штат Нью-Йорк, является крупным туристическим центром с шестью государственными парками.

2

Американская кантри-певица. «Дельта Дон» – песня, ставшая популярной в исполнении Тани Такер. Ее главная героиня одержима до безумия давним воспоминанием о женихе, который ее бросил.

3

Богиня (итал.).

4

Подсвечник для семи свечей, один из символов иудаизма.