Виражи судьбы Книга 1

Нога немного успокоилась и я заснула.

Открыла глаза от нежного прикосновения к моей коленке, это была мама. Она обеспокоенно посмотрела на меня, – Болит?

– Сейчас ноет, – улыбнулась я измученной улыбкой, и предательская слеза покатилась из левого глаза.

– Не плач, – вытерла она слезу. – Как же ты так?

– В пляжный волейбол играла, – жалобным голосом, всхлипывая, пропищала я.

– Ты и в волейбол? – удивилась мама. – Ты же со спортом не совместима, – утвердительно произнесла она.

Я пожала плечами и глупо улыбнулась.

– Понятно. Можешь не отвечать, – погладила меня по голове. – Тая сказала, в песке камень был, об него ты коленом и ударилась, – перевела она тему.

– Да. Я знаю, – всхлипнув, прошептала и прижалась лицом к маме, как в детстве.

– Ну что, постельный режим? – обняла она меня.

– Угу, – буркнула я.

– А к врачу как потом? Мы же на работе, – интересовалась мама.

– Ден сказал, отвезёт, – шептала я.

– Тая в красках рассказала, как Костя тебя по кабинетам носил, – улыбнулась она, тем самым заставив меня это вспомнить и улыбнуться.

– Ладно, отдыхай. Пойду переодеваться, а то я с работы прибежала и сказу к тебе, она поцеловала меня в щёку и ушла.

Тася принесла много видеокассет с моими любимыми фильмами, книги, альбом с карандашами и мой дневник. Чтобы я болела с комфортом.

Вскоре с работы пришёл папа. Тася с мамой ему всё рассказали, потому что он сразу ко мне зашёл и произнёс, – Костяная нога. Привет.

– Привет, пап, – пропищала я.

– Эх ты, спортсменка, – сочувствовал он.

Я только вздохнула, сказать мне было нечего.

– Не переживай. До свадьбы заживёт. Надеюсь, свадьба не завтра? –

улыбнулся папа.

– Нет конечно, – улыбнулась сквозь слёзы я в ответ.

– Держи хвост пистолетом, – он наклонился и поцеловал меня в щёку.

До ужина я читала мою любимую книгу Джейн Остен «Гордость и предубеждение». Ужин мне принесли в постель – котлеты с пюре, то – что я готовила. Теперь–то, когда снова к плите.

После я поведала дневнику о своих злоключениях. Что – то мне совсем не везёт. Теперь ещё на праздник не попадаю. Все будут веселиться, а я здесь лежать.

Затем, Тася пришла собираться на улицу.

За ней прискакала Алиса, чмокнула меня в щёку, – Не скучай, мы после дискотеки к тебе придём.

И они обе ушли.

Мама принесла чай и предложила перебраться обратно в дом.

– Как вы вместе спать будете? Тася может ночью тебя случайно

зацепить. Да и в туалет ты не встанешь сама, тем более через сестру не сможешь перелезть.

Доводы были серьёзными и всё по существу. Действительно, нужно перебираться в дом, но так хотелось увидеть Алекса, и надежда теплилась, что он придёт с друзьями после дискотеки.

Собравшись с мыслями, я ответила, – Мам, а можно я ребят подожду, а потом они мне помогут перебраться в дом.

– Хорошо. Я сейчас всё подготовлю.

Друзья появились спустя два часа. Все, кроме Алекса, Кости и Дена.

– А где Ден с парнями? – стараясь не выдавать своего интереса,

спросила я.

– Они срочно уехали в деревню, к деду. Завтра появятся, – объяснила

сестра.

– Понятно, – заметно расстроилась я.

Парни пытались меня развеселить, рассказывали анекдоты, девчонки наперебой последние новости с дискотеки. Но, ничего не помогало.

– Опа. Не наврали, – в дверях показался Антон Горин и сразу помещение как будто уменьшилась. – Привет, инвалид, – обратился он ко мне. – А я сначала не поверил, решил сам проверить. Да… Дела.

– Да, Антош, дела, – сжала губы я.

– Но ничего, прорвёмся, – подбодрил он. – Где наша не пропадала.

Он прошёл, перевернул стул и сел ко мне лицом, положив руки на спинку.

– Помнишь, как учил тебя на велосипеде кататься? Тогда ещё хуже

было.

– Помню. Я тогда в забор въехала и через руль перелетела. Домой

боялась идти, твоя мама мне ссадины обрабатывала.

– Точно. Мне тогда, от твоего отца здорово досталось!

– Да. Были времена.

– Я смотрю, они ещё не прошли, – улыбнулся он и посмотрел на моё забинтованное колено. – Ладно. Помощь нужна? – спросил Антон.

– Да. Перенести меня в дом, – промямлила я.

– Не вопрос, отнесём, только скажи когда.

– Так, Антон – спокойно, всё скажем, – Тая села рядом и гневно

посмотрела на него. – Не утомляй больную своими воспоминаниями, ей и так не сладко, – заботилась она обо мне.

– А я и не хотел её утомлять. Тась, ты что? – удивился он.

– Я поняла. Всё! – тихо ответила она.

Парни рассмеялись. А девчонки недоумевающе смотрели на них.

– Детский сад, – произнесла Лара. – Ну, точно, детский сад – штаны на лямках, – повторила она и поправила волосы.

Парни рассмеялись ещё сильнее – в голос.

Мы играли в карты на желание, обычно я часто остаюсь дурочкой, но сегодня мне все поддавались. Было весело.

Однако, наш главнокомандующий – Таисия Георгиевна, посмотрела на часы и скомандовала, – Так, инвалида в дом и все по домам. Пора отдыхать.

Соловей вызвался проводить Лару. Горин отнёс меня в дом и положил на мою кровать. Тася принесла обратно всю мою макулатуру и ушла. Наверное, с Димоном гулять.

Мама помогла мне переодеться и улечься, положила под мою ногу мягкую подушку, чтобы мне было удобнее спать. – Если что понадобится, зови, – чмокнула меня в макушку.

Я долго лежала, прислушиваясь, не стоит ли кто-нибудь у калитки, но нет, было тихо, только редко, был слышен звук мотоцикла проезжающего мимо. Я вспоминала последние события, разговор с Алексом, его янтарные глаза и не заметила, как заснула.

Глава 5

Утром мама зашла ко мне перед работой узнать, нужно ли чего. Принесла обезболивающее и кофе с бутербродом. Я позавтракала, приняла допинг и записала в дневник все последние события. Размышлять об Алексе не могла, нога очень ныла, мысли путались.

Пыталась читать, но и это не получалась. Спустя где – то час стало легче, отпустило. Ещё через полчаса в комнату вошла Тася.

– Доброе утро. Как чувствуешь себя? – села она на стул у письменного стола.

– Вряд ли утро доброе, нога только ныть перестала. Я думала, на стену

полезу от боли, – жаловалась я и изрядно морщилась от боли.

– А, ты как хотела. Это ещё ничего. Помнишь, я связки на ноге

порвала в седьмом классе? Это да. До сих пор нога подворачивается. А у тебя, так – ерунда.

– Да, помню, – махнула я рукой.

– Тебе кофе налить? – заботливо спросила сестра.

– Нет, спасибо. Мне мама уже приносила с бутербродом, – аккуратно погладила я коленку и снова поморщилась.

– Не трогай! – вскочила со стула Тася и хлопнула меня рукой по плечу так, что получился характерный звук.

– Ай. Ты меня сейчас ещё больше покалечишь, – схватилась я за плечо. – Извини. Не трогай коленку, – грозно прорычала она. – Что доктор сказал? Помнишь?

– Помню, – вздохнула я. – Буду стараться, вот только рукам этого не объяснишь, так сами и лезут туда, – ныла я.

– Руки лезут, а мозг тебе на что? Заставь их не лазить, куда не просят! – Постараюсь, – сдалась я и снова скривилась от боли.

– Может обезболивающее?

– Я уже пила, мама приносила.

– Какая ты шустрая, – сменила гнев на милость Тася.

– Ага, – согласилась я и кивнула.

Сестра рассмеялась, – Ладно, сейчас тоже позавтракаю и займусь тобой.

– А скотина? – удивлённо спросила я.

– Сегодня ты моя скотинка, – фыркнула она и ушла.

Спустя некоторое время, Тася вернулась и помогла мне привести себя в порядок, затем, снова куда-то ускакала.

Я пыталась самостоятельно встать, и передвигаться прыжками, но это у меня не получалось, боялась зацепить обо что-нибудь больную ногу. Тут в комнату заглянул Горин, с костылями в руках.

– Привет. Ты как? – усмехаясь, спросил он. Наверное, видел все мои неудачные и комичные попытки.

– Пытаюсь передвигаться, не сгибая коленку, – пояснила я и села обратно на кровать.

– Понятно. Держи, – он протянул мне костыли, – Так проще будет.

– Откуда они у тебя? – изумилась я, взяла костыли, не понимая что с ними делать.

– Помнишь, я ногу топором разрубил?

– Да.

– Вот, – показал он рукой на костыли.

– Спасибо огромное, – продолжала вертеть их в руках я.

– Смотри, – он подошёл, взял костыли у меня из рук и показал, как ими пользоваться. – Теперь ты. Давай, не бойся, я рядом.

Я пробовала ходить на костылях по комнате, но у меня получалось не очень. Горин ходил за мной, ловил меня, когда я падала, всячески подбадривал, объяснял ещё раз. В конце концов, у меня стало получаться.

– Ну вот, освоила. Теперь я спокоен, – искренне обрадовался он. – А сейчас мне пора, я побежал. Пока, – он махнул мне рукой, буд-то отдал честь и исчез за дверью.

Я тоже махнула ему, но не уверена, что он видел. А потом, уставшая от тренировок, но в конце концов, довольная собой, улеглась обратно в кровать. Как хорошо, что есть друзья, в беде не бросят, всегда помогут, поддержат. Супер! И снова заснула.

Разбудил меня стук табуретки, которую мама поставила рядом с кроватью.

– Пора обедать, – сказала она, протягивая мне тарелку с окрошкой и ложку. Хлеб здесь. Дотянешься? – показала на тарелку с хлебом стоящую на табурете.

– Спасибо. Я бы могла и к столу подойти. Смотри, Антон Горин принёс, – показала я на костыли, которые я прислонила к кровати и прикрыла халатом, от лишних глаз.

– Молодец, Антошка, – взглянула она. – А теперь, ешь, – и ушла.

Я подкрепилась, собрала посуду на табурет, и продолжила читать «Гордость и предубеждение».

Как же тянулось время. Ничего не происходило. Никто не приходил. Скукотень. Как я устала лежать. Колено не гнулось, сильно ныло. Блин. Заживай скорее.

Пока Тася отсутствовала, я ходила на костылях по комнате, выходила на кухню, пыталась даже спуститься с крыльца, но не получилось, чуть не загремела. Хорошо сестра не видела, иначе бы мне был капец.

Девчонки пришли только вечером. Они расцеловали меня в щёки и рассказали все последние новости. Слава Богу, я не одна. Ура, люди!

Они помогли мне спуститься с крыльца и сесть на скамейку у дома. Затем появились и парни, но Алекса, Кости и Дена с ними не было. Зато пришёл Горин. Его порадовало то, как я всем показывала свои навыки ходьбы на костылях.

Заметив перепад в моём настроении, Лара спросила.

– Крис, ты из–за Кости с Алексом так расстроилась?

Я кивнула.

– Брось. У Дена дед в больницу попал с давлением, вот они за животными там и ухаживают.

– Так у него ещё бабушка есть, – напомнила я.

– Да. Но живности очень много, она одна не справится, успокаивала подруга.

– Понятно, – вздохнула я, но от этих новостей настроение у меня не наладилось, стало ещё хуже. Значит, они вообще неизвестно когда вернутся, кто знает, когда деда выпишут.

Дальнейший вечер прошёл за игрой в карты.

Потом все разбрелись по парочкам, а Горин помог мне взобраться на крыльцо.

Последующие три дня прошли почти так же, только ходить на костылях я стала лучше – увереннее.

Тая, взяла на себя большинство домашних дел, даже готовила сама, я только немного помогала.

Девчонки навещали перед походом на пляж и вечером. Парни тоже забегали. На произвол судьбы – не бросили.

Колено потихоньку заживало, рана уже затянулась, пятого нужно показаться хирургу, а от Дена и парней ни слуху, ни духу. Что делать, буду просить Тасю, проводить меня в поликлинику, хорошо, она не далеко.

С дневником я по-прежнему делилась самым сокровенным.

4 июня 1998 год.

Дорогой дневник. Вот уже три дня я не видела Алекса, ужасно соскучилась. А вдруг он совсем уехал домой в Москву, и я его больше никогда не увижу. Нет. Не буду об этом думать.

Этой ночью я впервые увидела его во сне. Хоть во сне, и то хорошо. Мы гуляли, держались за руки, обнимались и очень много целовались. Всё как наяву, особенно поцелуи. Как же было классно. Не хотелось просыпаться.

Скорей бы он приехал. Очень скучаю.

День тянулся и тянулся.

Я сидела на кухне, пила чай. В дверь постучали.

– Открыто, входите, – крикнула я.

В кухню вошёл Алекс, я чуть со стула не упала, рот открылся от удивления, и я не смогла вымолвить ни слова.

– Привет, – поздоровался он.

– Привет, – сглатывая слюну, прошептала я. – Проходи. Ты один?

Алекс сел напротив, – Да, один.

– А где все? – удивилась я.

– На пляже, – ответил он и опустил голову, как нашкодивший ребёнок.

Я как ошарашенная смотрела на него, – А ты чего на пляже не остался? – наконец выдавила я.

– Тебе правду? – посмотрел он на меня.

– Конечно. Что за глупый вопрос, – я напряглась и застыла от ожидания ответа.

– Хорошо. Два часа назад мы вернулись из деревни и поехали на реку, кстати, там уже все и Тая, – пояснил Алекс.

– Я знаю. Они забегали, – с нетерпением ждала я.

– Так вот. Парни как всегда уплыли на другую сторону, а я остался на берегу. Плаваю я как топор. Спросил о твоём самочувствии, и выяснил, что ты дома одна – скучаешь. Вот и решил тебя навестить. Собрался и пришёл. Всё.

– Теперь понятно, – я выдохнула, это конечно не то, чего я ожидала услышать, но тоже ничего. Хоть обо мне вспомнил. Я успокоившись спросила, – А как дедушка Дена себя чувствует?

– Уже лучше. Его выписали, нас сменила мама Дена, тётя Надя.

– Может чаю или кофе? – предложила я.

– Кофе чёрный, если можно.

– Тогда сам. Я как видишь, не очень транспортабельна.

– Понял.

Мы пили чай и кофе, Алекс рассказывал о своих приключениях в деревне на ферме. Как корову пробовал доить, кур кормил, удивлялся, что у только вылупившихся цыплят тень – яйцо на ножках. Делился впечатлением о местной бане, самогоне, кровяной колбасе и ещё многом.

Мы много смеялись, я рассказала о том, как училась ходить на костылях и как выла одна в четырёх стенах.

За разговорами мы не заметили, что подъехала машина Дена, и парни появились в дверях.

– Привет, разговоры разговариваете? – в своей манере спросил Ден.

– Крис, как дела? – спросил Костя, внимательно посмотрев на Алекса. Мне показалось с какой-то злостью и недоверием.

– Уже лучше, скоро буду бегать, – улыбнулась я.

– Завтра к врачу? – уточник Ден.

– Да.

– Мы заедем в 9, – объявил он.

– Хорошо. Буду готова. Спасибо.

– Ну, ладно. Гони этого болтуна, – подытожил он. – Нам пора, вечером увидимся.

Парни ушли. А у меня на душе, как будто огонь зажёгся, стало так тепло, приятно. Наконец пришёл Алекс – сам.

Где мой верный друг – дневник, мой утешитель и хранитель самых сокровенных чувств и мыслей. Я перенесла все мысли и события на его страницы. Нарисовала много сердечек и цветочков, даже не поленилась накрасить губы красной помадой и оставить отпечаток на листе с именем Алекс. Вот я влюблённая идиотка… или влюблённые все такие.

Время до вечера тянулось очень долго. Я снова читала, пыталась нарисовать портрет Алекса по памяти, но у меня плохо получилось. Даже пробовала сочинять любовные стихи, влюблённые девушки этим увлекаются, по крайней мере, я так считала. Вот одно записала в дневник.

04.06.1998 год.

Красивый, стройненький брюнет,

Парнишка с чайными глазами.

Прошу, скорее дай ответ,

Гулять мы будем вечерами?

Когда ко мне вернёшься ты,

Скажи скорей, я умоляю,

С тобою все мои мечты,

Я очень жду, я так скучаю.

Получилось вроде ничего. Мне нравится.

Наконец наступил вечер, и все собрались на фазенде, я даже сама пришкандебала на костылях и заняла самое суперское место.

Остальные довольствовались тем, что осталось.

Мы снова вместе смотрели фильм, на этот раз «Лучшие из лучших». Оказалось, что это любимый фильм Алекса. Досмотрев, мы все вышли на улицу, я села на скамейку, а Костя сел рядом.

Он взял мою левую руку и положил на свою ладонью вверх, – Какая маленькая рука. Хочешь, я тебе погадаю?

– А ты умеешь? – поразилась я.

– Конечно. Слушай, – он провёл пальцем по линии на моей ладони и сказал, – Это линия жизни, она у тебя длинная, долго жить будешь. Затем провёл по соседней линии – это линия любви, ты выйдешь замуж за высокого голубоглазого блондина.

– За тебя что ли? – рассмеялась я и толкнула его в плечо.

– А почему бы и нет, – он провёл ещё по одной линии и сказал, – А это линия ума. Ты, похоже, очень умная, – прищурил правый глаз и собрался продолжить, но к нам подошла Тая, – Я бы так не сказала. Была бы умной, фигнёй бы не страдала и на костылях бы сейчас не прыгала.

– Тая, не мешай, – буркнул Костя. – А, это, – продолжил он, проводя по большому пальцу, – Палец счастья.

– Что? – удивилась я.

– Он отвечает за женское счастье.

– Это как? – усмехнулась я.

– Без него невозможно держать сковородку в руке, – спокойно произнёс Костя.

И я закатилась смехом. Все обернулись.

– Слушай дальше, – собирался продолжить он, но его прервал Соловей анекдотом про Вовочку.

Все смеялись до слёз, хватаясь за животы. Рассказывание анекдотов продолжил Алекс. Оказалось он знает их уйму, на разные темы и ужасно смешные.

Слёзы от смеха размыли косметику у девчонок, тушь потекла, карандаш размазался. Алиса даже заикала от смеха, а я чуть не свалилась со скамейки, меня удержал Костя. Тася сидела на коленях у Димона и, смеясь, хрюкала ему в шею.

Как же было весело. Вечер пролетел незаметно, и пришла пора расходиться. Все медлили, пока Соловей не увёл Лару. Так потихоньку все парочки разошлись.

Остались я, Алекс и Костя. Костя, как обычно, чмокнул меня в щёку, Алекс пожал руку и они ушли. А я отправилась на костылях покорять крыльцо.

Глава 6

Утро наступило неожиданно.

Я открыла глаза и посмотрела на часы, ого почти половина девятого. Вот это я сплю, потянулась в постели. И осознала… блин, неделя летних каникул уже прошла, сегодня пятница – пятое июня. А потом – осознание пришло снова. Я безумно опаздываю к врачу, сейчас Ден с парнями заедет, а я не просто не готова, я ещё даже не встала.

Вскочив, я судорожно металась по комнате, собираясь, спотыкалась, боялась, что упаду и усугублю свою травму. Не дай Бог!

Услышав сигнал за окном, это приехали мальчики, я остановилась как вкопанная, пытаясь сообразить, что – забыла. Вроде ничего. Бросилась к дверям и тут меня осенило – костыли. Чёрт!

Я шкандыбая на костылях, вышла из дома, парни усадили меня в машину и повезли к врачу.

Тая спала и с нами не поехала, хотя если говорить правду, то я её забыла разбудить.

Доктор – хирург, отец моей одноклассницы – дядя Вася, встретил меня с улыбкой.

– О, бриллиантовая нога. Кристина, как это случилось?

Я усевшись на стул и прислонив к кушетке костыли, во всех деталях р