Хроника Эвилиона. Сильф

После открытия мы поспешили укрыться в нашем шатре. Я заметила растущее беспокойство и поняла, что причина в мужчине, получившему мою вуаль. Они с Эйрин долго обсуждали сложившуюся ситуацию, пытаясь найти выход из неё.

Всё оставшееся время я проводила в их компании, но это не останавливало рыцарей, которые стремились быть представленными мне. Они следили за каждым нашим шагом, поэтому Персиваль и Эрдвин постоянно находились рядом. Самым тяжёлым стали вечерние пиры. Помимо навязчивого внимания, отвлекающего от веселья, было ещё одно удручающее обстоятельство. Ланселот. Он почти не появлялся на торжествах, а в те моменты, что всё же присутствовал, то за ним по пятам следовала толпа юных девушек и дам постарше. Это заставляло ещё больше сторониться его общества, потому что каждый раз, когда я видела, как он разговаривает с другой, моё сердце горело от ревности.

Так проходили дни, до финала, в котором встретились два самых сильных рыцаря — сероглазый и Ланселот. Стоило им выехать на площадку, зрители затаили дыхание, предвкушая напряжённую и зрелищную битву.

Противник был опытным воином, но Ланселот не уступал ему в искусстве боя. Однако то, как сероглазый проявил себя в первых днях, меня пугало. Я не могла ясно мыслить и просто вцепилась в мамину руку. Секунды казались вечностью, пока они неслись навстречу друг другу, их копья были нацелены, готовые пронзить сердце. На мгновение я поймала взгляд Ланселота, он улыбался мне. Но в следующий миг раздался треск дерева, и я увидела, как он падает с коня. Я была в ужасе и, закрыв лицо руками, не могла смотреть на то, что происходило на площадке.

Однако трибуны взорвались ликованием, и послышался лязг железа. Сквозь полуприкрытые веки я наблюдала, как Ланселот с невероятной ловкостью отражает удары меча своего противника. За короткое время он исполнил такой трюк, что второй рыцарь с шумом упал с коня.

Бой перешел в схватку на мечах. Я была заворожена, видя, как Ланселот постепенно истощает оппонента. Тот был гораздо массивнее и вскоре запыхался, но продолжал сражаться с яростью разъярённого медведя, тесня Ланселота к трибуне, лишая того возможности для маневра.

Казалось, что у него нет шансов, но когда противник занес меч для удара, он ловко проскользнул между расставленными ногами противника. Скорость меча Ланселота была ошеломительной, сероглазый сам не понял, как лезвие остановилось на волосок от приоткрытой шеи.

Ноги предательски дрожали, когда я поднялась поприветствовать Ланселота. Его имя эхом разносилось по трибунам, пока я направлялась к перилам, чтобы вручить заслуженную награду. Но внезапно земля качнулась, а свет начал меркнуть. Мир вокруг закружился, и я потеряла сознание. Так, на своём первом турнире, прекрасная дама упала в обморок, не успев передать приз победителю.

После того случая я старалась держаться подальше от всех. Эрдвин регулярно отправлял рыцарей восвояси, а Ланселот, как я слышала, сразу покинул край. Персиваль последовал за ним. В замке стало очень тихо.

Однажды летним днём, спустя пару месяцев после моего триумфального позора и отъезда Ланселота и Перси, я, как обычно, направилась к дубу у озера, чтобы отдохнуть от суеты. Там я заметила великолепную ветку, которая показалась мне идеальным местом для уединения. Ловко забравшись на неё, я устроилась там с книгой в руках.

Во дворе зазвучали горны и лай — кто-то снова приехал в замок. Я пожала плечами и решила появиться только к ужину, возможно, так мне удастся избежать очередного поклонника. Я продолжила изучать основы магии. Примерно через час мои глаза закрылись, и я задремала.

Меня разбудил громкий спор. Я услышала голос мамы. Она вернулась? Неделю назад она быстро покинула замок, и никто не знал, куда она отправилась.

Она говорила резко и бескомпромиссно, не выбирая слов. Это было так неожиданно, ведь обычно она представляла собой воплощение утончённости и спокойствия. Её собеседник отвечал тихо, и я не могла понять, кто стал причиной внезапного гнева.

— Ты совершил огромную ошибку! Если бы не перо... — Она шумно выдохнула, словно пытаясь справиться с эмоциями. — Поверь, я бы нашла способ вернуть тебя оттуда, куда ты направлялся, и... — Её голос становился всё тише, как и звук их шагов.

Я замерла, выжидая несколько минут, чтобы не попасть под горячую руку матушки. Её гнев был подобен буре, готовой обрушиться на любого, кто осмелится приблизиться. Я знала, что сейчас лучше держаться подальше.

«Как неловко», — подумала я, стараясь бесшумно спуститься вниз. Но моя нога предательски соскользнула с ветки, и я потеряла равновесие. Сердце замерло, когда я начала падать с высоты нескольких метров. Но вдруг, в последний миг, я почувствовала, как сильные руки подхватили меня. Разомкнув веки, я встретилась с изумлённым взглядом сине-зелёных глаз.

— Сильф, спасибо! — прошептала я, заикаясь.

Молча он склонился и запечатлел на моих губах нежный поцелуй. Я была поражена и попыталась освободиться, но он крепко держал меня в объятиях, не позволяя вырваться.

Он прижался своим красивым лбом к моему и тихо произнёс:

— Я всё же получил свой приз. Но сладость лишь усилилась от того, что мне пришлось ждать.

Все чувства, что накопились за время его отсутствия, потоком хлынули наружу, поглощая меня.

— Ещё, — прошептала я, неловко касаясь губ Сильфа своими.

Он улыбнулся.

— Как пожелает моя прекрасная дама, — ответил он, в голосе прозвучала та самая нотка, от которой всегда перехватывало дыхание.

Пробуждение льва.

Пот струился по спине Арти, словно горячие капли, падающие с раскалённого металла. Он уже несколько часов подряд отрабатывал технику боя с мечом на манекене, установленном на спортивной площадке детского приюта Кэмкастла.

Его мысли были заняты внезапным появлением Ланселота в их доме и тем, почему именно Вив оказалась первой, кто столкнулся с ним. Удар за ударом — он пытался дать выход своему гневу, который мучил его с прошлой ночи. Раздался треск, и сломанный деревянный меч отлетел в сторону. Арти подошёл к скамье и жадно начал пить воду, чувствуя, как холодная жидкость освежает пересохшее горло.

«Чёрт, надо было быть спокойнее», — подумал он и закрыл глаза, вспоминая, как сестра смотрела на него. Она боялась, но, не колеблясь, встала на защиту этого мерзавца. В тот момент он был готов отбросить её со всей силы или, что ещё хуже, ударить за неповиновение. Он не знал, хорошо это или плохо, что у Вивиан проявился дар Нимуэ. Он содрогнулся, не желая воскрешать ту тёмную часть истории, которая обрывками всплывала в его памяти. Он помотал головой, отгоняя мрачные мысли. Нет, он не мог с ней так поступить.

Воспоминания начали возвращаться к Артуру по достижению им семи лет. Они приходили во снах, после того как он переживал сильные эмоции.

Первое возникло, когда одноклассник назвал его «безотцовщиной», желая выделиться перед другими мальчишками, задирая тихого Арти. Над ним потешались, ведь он не был знаком со своим папой, а лишь слышал о нём от Грэйни и Вив, которая читала ему сказки, когда-то поведанные ей Уильямом. Единственным напоминанием о нем были фотографии, бережно хранимые Грэйни. Статный черноволосый мужчина, о котором все говорили с уважением, даже после его смерти. Но в тот день он дрожал от нахлынувших чувств, видя, как обидчиков забирали отцы, что приезжали за ними на парковку начальной школы Кэмкастла. Артур провожал взглядом удаляющиеся машины, пока его не забрала Грэйни.

В ту ночь Артур особенно остро ощущал отсутствие поддержки отца. Когда он погрузился в беспокойный сон, то увидел себя во внутреннем дворе замка, который был построен в Средние века. В его руках был настоящий меч, а напротив него находился высокий человек, одетый в простую рубаху из грубого материала и кожаные штаны. Он жестом пригласил Артура напасть.

Мальчик попытался нанести удар, но противник лишь слегка взмахнул своим клинком, и Артур оказался на земле, лёжа на спине, без своего меча, который был отброшен на несколько метров. Мужчина недовольно поморщился.

— Артур, — произнес он, — если ты будешь продолжать в том же духе, то не доживешь и до двенадцати лет. Вставай и пробуй ещё раз.

Арти, наблюдая за тем, как его противник готовится к бою, поднялся с земли, вытер лицо рукавом и снова взял меч в руки. Учителем его был сэр Эктор, которому Мерлин поручил заботиться о юном Артуре.

Артур проснулся в холодном поту, сердце бешено колотилось. Сон был настолько реалистичным, что он до сих пор ощущал запах сырой земли и слышал звон металла. Тело ломило, словно он действительно тренировался.

Лежа в постели и пытаясь успокоить дыхание, он осознал, что это не просто сон. Это было напоминание о том, что в глубине сознания мальчика скрывается нечто великое.

На следующий день в школе, когда тот мальчик решил закрепить свою шутку, Артур уложил его на заднем дворе под всеобщее улюлюканье остальных детей. С тех пор авторитет юного Линна возрос до небес, и больше никто не пытался вступать с ним в конфронтацию.

Сны приходили с завидной регулярностью, раскрывая ему прошлое. В них он поочередно знакомился с событиями, произошедшими много веков назад, и с людьми, что находились подле него. Будь это друзья или враги. Сэр Эктор, Кай, Мерлин, все напутствовали его на протяжении нескольких лет. Он пережил все утраты и подъемы. Но некоторые сновидения были лишь сплошным серым туманом. И в них он не видел Вив. Только черноволосую Моргану, чья коварность была ему известна из преданий в книгах.

Каждое утро, просыпаясь и видя Игрэйну живой и здоровой рядом, он был полон решимости не допустить повторения трагедии, случившейся более шестисот лет назад.

Арти внимательно наблюдал за Вив, но не мог обнаружить в ней никаких признаков магических сил. Его терзала тревога при мысли, что она может оказаться той, с кем он боролся на протяжении многих лет, правя в Эвилионе.

И вот, когда он наконец расслабился, этот мерзавец вновь появился в его жизни, а у Вив проснулись чародейские способности. Артур простонал. Сегодня он сбежал, как последний трус, выместить свою злость на манекене, вместо того чтобы поговорить с сестрой, которая, возможно, тоже не понимала всей глубины происходящего. Он оставил её наедине с ним.

А если он помнит? Что, если он расскажет ей? Нет, не должен, Мерлин наложил мощное заклятие на память Ланселота, отправив того к Моргане. Но с тех пор всё пошло не так. Хотя Ланселот не мог вспомнить, он всё же сумел проникнуться чувствами к Гвиневре, которая была похожа на ту, что когда-то пленила его сердце, но затем исчезла навсегда.

Арти покачал головой, прогоняя образ Гвиневры, вероломно растоптавшей его чувства. Любовь… Он сплюнул на землю. Как же ему хотелось, чтобы она любила его. Но всё оказалось ложью.

Ярость, которую он пытался подавить в себе тренировками, снова вспыхнула в душе, полностью завладев разумом. Отшвырнув останки деревянного меча, он решительно направился к оружейной стойке.

— У тебя горячая голова, — донесся до него голос Валериана.

Арти обернулся и увидел на входе учителя, облокотившегося на перила. Он стоял и внимательно смотрел на действия Арти.

— Давно ты здесь?

— Достаточно, чтобы понять, что твоя тренировка бесполезна.

Одним прыжком мужчина перемахнул через ограждение.

— Двадцать кругов вокруг площадки, а я пока разомнусь.

Сказав это, Валериан начал выполнять комплекс упражнений на растяжку.

— А ты себя нормально чувствуешь? Вчера тебе было плохо.

— Не переживай, Сюзанна влила в меня огромное количество пойла от Анны. А теперь бегом, разогревайся.

Арти с довольной ухмылкой приступил к забегу. Сегодня выпал редкий шанс провести спарринг с Валерианом — мастером меча, чьи поединки были настоящим удовольствием. Никогда нельзя предугадать, как этот человек поведет себя на поле боя: лицо и тело не выдавали никаких лишних движений, не позволяя прочитать дальнейшие атаки.

Арти бежал последний круг, когда заметил, что Микаэль с ухмылкой наблюдает за разминкой Валериана.

— Привет, Мик, — подбежал Арти к мужчине и остановился, чтобы отдышаться.

— Счастливчик ты сегодня, — усмехнулся Микаэль. — Валериан с утра был очень возбуждён. Возможно, потому что не увидел Сюзанну рядом.

Арти удивлённо посмотрел на него, пытаясь понять, не померещилось ли ему это двусмысленное поведение. Микаэль, всё ещё улыбаясь, подмигнул ему и неторопливо направился к скамейке, явно намереваясь насладиться зрелищем.

— Артур, на площадку, — позвал его Валериан, завязывая свои светлые волосы в хвост.

Скинув куртку, он остался в одной чёрной майке и серых спортивных штанах. Значит, сегодня он будет драться в полную силу, мелькнуло в голове у Арти. Странно, что же такое произошло у них с утра пораньше?

Краем глаза он заметил ещё одно движение в сторону Микаэля. Эту фигуру он узнает из миллиона — Сноу приехала с отцом и дядей. Она подошла к скамейке, дала пять Микаэлю и села рядом. Она помахала им. Светлые волосы сверкнули на солнце. Она улыбалась и о чем-то разговаривала с Миком, изредка кидая взгляды в их сторону.

— Соберись, ты готов к бою или предпочитаешь витать в облаках? — недовольный голос Валериана прервал размышления Артура.

Про себя чертыхнувшись, Арти сосредоточился на противнике. И сделал это как раз вовремя, успев отразить первый удар.

Со стороны движения деревянных мечей казались едва уловимыми, настолько молниеносными они были. Валериан, словно дикий лев, припадал и маневрировал, обманывая Артура и заставляя того раскрываться. Пропустив пару серьезных атак, Арти наконец сконцентрироваться на бое.

Вэл ясно давал понять, что настроен решительно. Меч в его руках двигался, как кобра, готовая к броску. Атаки происходили и менялись настолько быстро, что Артур едва успевал их блокировать. Мозг лихорадочно работал. Тактика на изматывание Валериана бессмысленна — физическая выносливость того была на высоте.

С тех пор как Арти начал свои занятия, Вэл и Мик всегда находились на площадке, когда бы он ни приезжал. «Чёрт, — подумал он, — я начинаю уставать». И в этот момент Микаэль пришёл ему на помощь, отразив выпад Валериана, направленный в грудь Арти, своим коротким мечом. — Теперь моя очередь.

Валериан, не в силах сдержать свой гнев, с рычанием набросился на Микаэля. Поединок между ними стал совершенно иным, и Артур, наблюдая за схваткой, с восхищением отмечал искусность проводимых атак обоими участниками боя.

Неожиданно он почувствовал, как что-то холодное коснулось его шеи.

— Не открывайся, пока не выйдешь с площадки, — сказала Сноу, эти слова, проникая в его мысли, заставили смениться адреналин на возбуждение.

Арти резко развернулся и, принимая вызов, попытался нанести удар по новому противнику. Однако Сноу, подобно своему отцу, обладала удивительной гибкостью. Легко отскочив, она блокировала его выпад вторым мечом, и в тот же миг Арти ощутил укол в солнечное сплетение.

— Попался! — с улыбкой произнесла Сноу и провела лезвием вдоль груди Артура, до самой резинки его штанов. — Идеальный разрез, — задумчиво добавила она.

— Перестань! — резко прервал ее Арти и быстро покинул площадку, оставив девушку изумленно смотреть ему вслед.

Дверь раздевалки с треском захлопнулась, и одежда полетела на скамью. «Да, блять!» — кулак Арти с силой ударил по первому, что подвернулось под руку, и шум дребезжащего металла разнесся по всему помещению.

Душ помог Арти собраться с мыслями. Он вышел из душевой и подошёл к своему шкафчику. Открыв его, он достал сумку с одеждой. Положив её рядом, Арти уже хотел было снять полотенце, которое небрежно висело на бёдрах, как вдруг движение привлекло его внимание и заставило обернуться.

— Что ты здесь делаешь? — спокойно спросил он.

— Я думала уточнить, почему ты ведёшь себя так странно? — ответила Сноу, сидя на скамейке и разглядывая свои ногти.

— Мы можем поговорить об этом, когда я оденусь, — Арти достал из сумки комплект белья и бросил его рядом с ней.

— Раньше тебе это не мешало.

Арти резко выдохнул: — Мы тогда были детьми, и то, что мои плавки уплыли в тот день, не значит, что ты можешь свободно приходить в мужскую раздевалку, когда я переодеваюсь.

Сноу рассмеялась: — Да что я там не видела?

Это был удар под дых. Артур пытался понять смысл её слов, пока Сноу вставала, чтобы уйти.

— Ну как знаешь, на твоё целомудрие я посягать не собираюсь.

Он схватил её за руку и резко притянул к себе: «Ябыл не единственный?» — с угрозой в голосе спросил он.

Её карие глаза, усмехаясь, прямо смотрели на него. Она мягко освободилась и спокойно произнесла: «Мне семнадцать, и не думай, что я по вечерам пишу в розовом дневнике, как прошёл день».

Гнев стремительно нарастал, сметая всё на своём пути. Арти снова схватил её и, резко притянув к себе, прижал к шкафчику:

«То, чем ты занимаешься, это только твоё дело. Меня оно не касается, пока ты не входишь в мою раздевалку и не демонстрируешь свои познания в мужской анатомии. Тебе никогда не приходило в голову, что я могу не устоять и воспользоваться моментом? К примеру, овладею прямо здесь, на этой пропахшей потом скамейке? Или юной леди такое нравится?»

Он слышал, как вздох вырвался с губ девушки, он наклонился и провел языком от ключицы до уха: «Запомни, сестричка, меня несовершеннолетние не интересуют. Но, надеюсь, ты усвоишь урок».

Он отстранился и отвернулся, давая возможность Сноу покинуть раздевалку. Сквозь стиснутые зубы он продолжил одеваться.

***

Мерлин, прислонившись к дереву, с грустью смотрел, как чёрный мотоцикл, громко рыча, удаляется по дороге, увозя с собой его воспитанника из приюта Кэмкастла. Он вспомнил, как несколько мгновений назад из дверей выбежала молодая девушка, вытирая слёзы тыльной стороной руки.

— Как был идиотом, так им и остался, — с сожалением произнес он.

С щелчком пальцев он растворился в воздухе и направился на тренировочную площадку, откуда доносились звуки поединка. Ему было необходимо убедиться, что там находится не кто иной, как позабытый Сэр Ланселот, чью энергию он почувствовал, исследуя Кэмкастл. Он уже обнаружил Луга, а теперь нашел и его, пропавшего ещё задолго до смерти Артура.

К своему удивлению, прочитав заклинание поиска, Мерлин понял, что дерущиеся мужчины и есть Ланран, который ушёл за своей любимой, покинув двор без сожаления. Ах да, та женщина оказалась фейри, да еще не самой простой. Глядя на рыцаря, разделённого пополам, он пытался понять, что произошло и как они обнаружили портал.

— Отец, Мик, — раздался голос совсем рядом. — Я отправляюсь в город.

Мерлин, едва успев спрятаться в тени дерева, с удивлением осознал, что эта девушка, ранее убежавшая от Артура, — их дочь. Такой неожиданный поворот событий! Она зачата от обоих мужчин, и он, погруженный в раздумья, задумчиво потёр подбородок.

Сноу, стараясь не встречаться с родными взглядом, направилась к своему скутеру. Маг не мог оторвать от неё глаз. Красива и необычна. В ней чувствовалась сила, унаследованная от родителей, но дитя ещё не осознавало её в полной мере. Пока не осознавала.

Она совершенно не походила на Гвиневру, но Артур, очевидно, был неравнодушен к ней. Мерлин усмехнулся. Эта, возможно, сможет держать Артура в ежовых рукавицах. Но будет ли она с ним — вот в чём вопрос. Он не мог предвидеть её будущее, и это очень интриговало. Совсем как тот ублюдок Нимуэ. В его глазах разгорелось холодное пламя, и он позабыл об осторожности. Чары невидимости спали.

— Не люблю, когда подглядывают, — тихо произнёс кто-то за его спиной. — Особенно если это делают за моей дочерью.

Мерлин обернулся и увидел рядом светловолосого мужчину, чей взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Поведай, что за изврат так яростно пялится на нашу дочь, — со спины в Мерлина упёрся короткий деревянный меч.

Они оба подкрались бесшумно.

— Простите, я задумался о том, насколько необычен ваш случай, сэр Ланран. Или, точнее, сэры. Мерлин с искренним раскаянием поднял руки:

— Лучше расскажи нам, кто ты такой, прежде чем я решу, что ты опасен. В тот же миг у горла оказалась острая холодная сталь. Колдун внимательно осмотрел оружие, рукоять которого была выполнена из дерева и служила ножнами для выдвигающегося клинка.

Глаза Микаэля полыхали, и именно его нож сделал небольшой надрез на шее Мерлина. Валериан же, в свою очередь, достал пару мешочков, и Мерлин уловил аромат сбора из девяти трав, который нейтрализует чары.

— Я Мерлин, господа, наставник и советник Артура. Явился по зову, поскольку потомки Пендрагона в опасности.

— Не может быть. Этот старик давно помер, как и прославленный король. Кроме того, мы сейчас явно не в том времени и не в том месте. — Нож Микаэля вонзился ещё глубже. — Я знаю только одну личность, которая могла узнать о нас благодаря колдовству — Моргану ле Фэй. И если ты связан с ней, боюсь, мы закопаем твой труп под этой осинкой.

— Нет, нет, мы на одной стороне. Я действительно Мерлин, и могу это подтвердить. Из-за твоей красоты королева пыталась преследовать тебя, но, не добившись своего, обвинила в мужеложстве. Я и твоя фея защитили твою честь перед Артуром. После оправдания ты покинул Эвилион вместе с ней.

Микаэль убрал нож и взглянул на Валериана, который кивнул в ответ. Только они знали, что это Мерлин нашёл его возлюбленную и привёл её в Эвилион на суд.

— Зачем ты здесь? — спросил Микаэль.

— Боюсь, мне нужна ваша помощь, — ответил Мерлин. — Моргана действительно здесь и ищет возможность вернуться в Эвилион. В то же время она хочет избавиться от единственного наследника короля Артура, который является препятствием для её замыслов.

— Наследника короля? — с удивлением переспросили мужчины, посмотрев друг на друга.

— Да, того, кто только что уехал на чёрном мотоцикле, — кивнул Мерлин.

— Не может быть! Или… Или может… — Валериан и Микаэль обменялись взглядами.

— Идём, встретимся со Сьюзан, и там ты всё расскажешь, — предложил Валериан. — Она точно сможет подтвердить твои слова. Но если ты действительно Мерлин и говоришь правду, то мы оказались в серьёзной опасности. А если нет, то мы без колебаний прикончим тебя.

***

В моём сознании прозвучал голос, который не был похож на человеческий. Он казался отдалённым эхом в конце туннеля.

«Вы меня слышите, маленькая леди?» — настойчиво повторял кто-то, пытаясь пробиться сквозь завесу воспоминаний.

Открыв глаза, я почувствовала сильное головокружение и инстинктивно схватилась за кофту Ланселота, чтобы не упасть. Но это было бесполезно, потому что я оказалась в его объятиях, точнее, сидела на нём верхом.

— Ланселот, можно задать вопрос? — тихо произнесла я, стараясь справиться с приступом дурноты. — Почему я слышу этот странный голос в голове? И почему я верхом на тебе?

— Это Лиярд, — ответил он. — Что касается нашей позы, то не могу сказать, кто из нас её выбрал. Но, думаю, это не самое интересное произошедшее сейчас.

— Что ты имеешь в виду? — Я попыталась подняться, но запуталась в чьих-то длинных локонах цвета золота. — У тебя расплелась коса? — недовольно пробормотала я, продираясь сквозь них, чтобы увидеть его лицо.

— Нет.

— Тогда чьи это лохмы? Или на нас ещё кто-то свалился?

Ланселот вздохнул:

— От времени и мира ничего не меняется, ты всё та же глупая девчушка, которая ходила хвостом и вечно жаловалась матери.

Он убрал золотые пряди с моего лица и быстро поцеловал в нос. — Не молчи, ответь ему. Иначе он с ума сойдёт.

«МАЛЕНЬКАЯ ЛЕДИ!» — разорвалось в моей голове.

Я повернулась и увидела Лиярда, сидевшего рядом со скамьёй. На белой мордочке блестели слёзы.

— Лиярд? — спросила я, нежно погладив по мягкому меху между ушами. Он прильнул к руке.

— Да! — Его хвост яростно бил по земле.

— И с каждой секундой Алиса думала, что вокруг становится всё чудесатее и чудесатее.

Две пары глаз недоумённо уставились на меня, когда я процитировала одну из известных детских книжек.

— Не обращайте внимания, — произнесла я, пытаясь встать, но моё тело не слушалось. — За последние двое суток не было и минуты, чтобы я не чувствовала себя беспомощной.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказал Ланселот, вставая со скамьи и поднимая меня на руки. Лиярд шёл чуть впереди, открывая двери.

— Ты вспомнила? — спросил Ланселот, укладывая на кровать в моей комнате.

— Немного. Как ты уехал учиться, мой первый турнир и полёт с дерева в твои объятия. А ещё — матушку, Лиярда и Эйрин с Эрдвином. Они были в моих воспоминаниях.

— Это всё? — На секунду в синих глазах отразилась печаль.

— Да, — ответила я, нежно поправляя прядь у его лица. — А ты? Что ты вспомнил?

— Ровно столько же, — он на мгновение отвёл взгляд. Затем продолжил:

— Первые нахлынули на меня у озера. Тогда я подумал, что это морок демона. А потом я очень разозлился, когда ты назвала нас сном. Не знаю почему, но мне было невыносимо это слышать.