Хороший актёр. Мы сильнее

– Я не знаю. – в своей самоуверенной манере говорил Дэниел. – Поставьте вместо меня Кинга. Или проведите кастинг заново. Не знаю. Не мне же вас учить. – с пренебрежением и нерасторопностью произнёс он. Дэниел выглядел расслабленно. Он медленно водил рукой, забыв или даже не зная о субординации. – Вы же изначально не хотели давать мне роль Ромео. Так дайте её достойному человеку. Я хочу получить главную роль честно. Без помощи отца.

– Ли. – твёрдо сказал Зиммерман. Орлы стояли за спиной Дэниела и слушали его. У Эшли перемешались чувства. Она с трудом сдерживала улыбку, глядя на Чарльза, уверенная в нём. Роль его. Безусловно. Для чего Дэниел поступал так? Отказ от главной роли, естественно, трудное решение, а для самовлюбленного и амбициозного студента с большой любовью ко всему простому – подавно. Эшли была благодарна Дэниелу, хотя и чувствовала себя и Чарльза победителями, его – побеждённым.

– Отец думает, что я бездарь, не могу сам добиться успеха, раз покупает мне роль даже в выпускном спектакле. Так знайте. Мне это не нужно. И проявлять ко мне снисхождение тоже не нужно. Я его чувствую за километр. Если вы считаете меня заурядным, то так и скажите. Дайте шанс достойному.

– Здравствуй, Кинг. – сказал Зиммерман, проигнорировав монолог Дэниела. – Работайте оба. – закончил режиссёр и удалился, оставив всю компанию в недоумении. Хотя больше всех был поражён Дэниел, ожидавший, что его непременно лишат роли без всяких раздумий.

– Джульетта, – улыбнулся Дэниел и поздоровался с девушкой очень театрально, пафосно.

Эшли улыбнулась. Как часто люди менялись, оказавшись между небом и землей? Многие утверждали, что не боялись смерти. Б

Слова Дэниела расположили Орлов к нему. Эшли это чувствовала. Парень сделал шаг навстречу Эшли, но Чарльз нахмурился, разрушив весь дружеский настрой.

Отойди от Эшли. – коротко сказал Чарльз. Его голос был ниже обычного – он ещё не угрожал, лишь предупреждал, но девушка совсем не понимала его реакции. Разве он не был удивлён, благодарен за такой поступок?

– Я с миром. – улыбнулся Дэниел и поднял руки, «сдаваясь».

– Даже не подходи к ней. – ещё спокойнее сказал Чарльз, покачав головой. Эшли безумно не нравилось, что парень вместо неё решал, общаться ли ей с Дэниелом или нет. Ещё одно его слово, и она точно не смолчит… В какой-то момент они оказались втроём. Орлы разбрелись по всему актовому залу. – С Клэр урок не усвоил?

– Что? – выдохнула Эшли. Она ничего не знала про эту девушку, но по тону Чарльза поняла, что история мрачная, до конца не изведанная, хоть предельно ясная.

– Бывшая. – опередил Дэниел и улыбнулся. – Забрала мои деньги и улетела в Европу.

– По их словам. – враждебно прервал Чарльз. Он не пытался доказывать что-то Эшли. Всё время он не отводил серьёзного взгляда от Дэниела. – Ноешь, что нет той единственной. А ты посмотри, как ваша семья поступает с твоими спутницами.

Дэниел продолжал улыбаться. Точнее выдавливать из себя улыбку. И его попытки казались жалкими. Он прикусил губу и посмотрел на свои ботинки. От Ли девушка часто слышала о его стремлении найти настоящую любовь. Во всех его словах было море наивности, высочайших требований, и капля реалистичности.

– К чему ворошить далёкое прошлое?

– Не хочешь о далёком? Можно о недавнем вспомнить. – сказав это, Чарльз механически прикоснулся к своему шраму у виска, и только сейчас обратил внимание на Эшли. – Если тебе не плевать на Эшли, то не приближайся к ней. Без тебя ей безопаснее.

Дэниел сглотнул слюну, медленно наклонил голову, изучая Чарльза и обдумывая их разговор, и рассмеялся. Он смеялся, закрывая лицо руками, натягивая кожу. Блондин коснулся ладони девушки, намереваясь взять её за руку, а она её одёрнула. Эшли почувствовала тяжесть, неприятный груз. Она делала глубокий вдох и долгий выдох. Она молча оставила парней. Сделала несколько шагов от них и остановилась, не соображая, в какую сторону ей пойти.

– Дорогая, ты что такая бледная? – спросил Джонатан.

– Что между Дэниелом и Чарльзом? Я уверена, ты знаешь. – спросила Эшли, оборачиваясь на Рэя, подошедшего с другой стороны. Тот почесал свою шею. Он неловко бросил взгляд на Джонатана и, взяв девушку под локоть, увёл её подальше от барабанщика. Джонатан растерянно улыбнулся, выдохнув, издав звук взрыва, и угловато отвернулся от них, а затем переключил внимание на знакомых.

– Дэн, Джошуа и Чарльз были как братья. – протягивал каждую гласную Рэй.

– А что случилось? – настойчиво спрашивала Эшли.

– Он точно меня убьёт, если я расскажу тебе. – искривился парень. – Хотя тебе он никогда об этом не расскажет, правильно? Конечно, из добрых побуждений. – оправдывал себя Рэй. – Он вообще к тебе всегда хорошо относился. Грубил, но из уважения. – тихо тараторил он. – А так ведь всегда защищал. Даже побольше Мейса. Хотя сам в этом не признается…

– Рэй. – приостановила его Эшли. – Что произошло между Ли и Кингом?

– Ты в курсе, что миссис Ли – крёстная Чарльза? – собрался с духом музыкант. Эшли, услышав это, прикрыла глаза. Как это? – Их мамы были лучшими подругами. Дэн, Чарльз и Джошуа чуть ли не всё время проводили вместе. Потом миссис Кинг умерла. – последнее слово Рэй не смог произнести, а просто пошевелил губами. Он так подробно знал эту историю… Мейсон тоже был посвящён в неё, несомненно. А вот, что Джонатан не имел ни малейшего понятия об этом, для Эшли было открытием. Даже неприятным. – Мистер Кинг начал пить. Забил на бизнес. Многое делал Чарльз. Ты не представляешь, как ему… – Рэй прервался на полуслове, не желая полностью раскрывать все карты. Даже он не хотел показывать слабости Чарльза… Разве это было стыдно? – Семьи Ли и Кинг долгое время были успешными бизнес-партнёрами, пока не пришла Клэр (она была девушкой Дэниела). – снова она… Эшли затаила дыхание, готовая услышать тайну, секрет. – Она рассказала Чарльзу, что Ли собираются забрать долю в бизнесе. Миссис Ли в курсе всех афер не была. А на следующий день Клэр пропала. Ни записки, ни связи с ней, ни активности в соц.сетях – ничего. Только сухая информация от Ли-старшего, что она забрала деньги их семьи и сбежала в Европу. Ты веришь? Мы нет. Чарльз тогда требовал объяснений от Дэна и Джошуа, но те сказали, что они ничего не знали. А затем прекратили с ним общение. Полностью. Спустя несколько лет от миссис Ли он узнал, что близнецы не только знали обо всём, но даже и помогали их отцу. Иначе бы их лишили денег, наследства. Дэн даже извинялся перед Чарльзом, но бесполезно. Чарльз не прощает предательства. Никогда.

Эшли по-новому смотрела на Дэниела. Она изучала его профиль, стараясь найти на лице отпечаток прошлого. Затем так же на Чарльза.

– Не смотри на них. – отвернув голову Эшли, сказал Рэй.

Началась репетиция.

Эшли поочередно работала с Чарльзом и Дэниелом. Прикасаясь к каждому, она словно знакомилась с парнями заново. Девушка была собранна. Она выполняла поставленные задачи. С мыслями она решила повременить, они не были помехой для репетиций. Но она два раза получила замечание от Зиммермана. Во второй раз как будто с нотой разочарования.

– Не верю я! Не. Ве. Рю. – отчеканил режиссёр, сняв и надев очки.

Одни и те же сцены отрабатывались раз за разом. Разумеется, замечания были и к другим актёрам, но Эшли это не волновало. Она слышала только свои минусы.

– Между тобой и Чарльзом пропала искра! Где она? – уже злился Зиммерман. – К Ромео нет вопросов. Джульетта – сухая.

Всю репетицию Чарльз пытался помочь девушке: поддерживал, брал за руку, подсказывал, поднимал настроение и настрой, но кроме гнева Эшли ничего не испытывала. Такая помощь её только злила. Разве она просила помогать? Зачем он это делал?

После окончания репетиции Эшли убежала раньше, чем Чарльз предложил ей провести время с ним, Орлы позвали в кафе. Она нашла в парке уединённые скамейку и села на неё, вставив наушники в уши. Ей нужно расслабиться. Ей нужно выпустить пар… Но почему тогда она, наоборот, себя сдерживала? Она закрыла глаза, накрыла уши руками, поджала ноги, поставив их на скамейку.

В пять конкурс.

Впереди целый день.

У каждого случаются такие дни… Но ведь она – не каждые. Она должна быть лучше. Что если её уберут из главной роли? Как она в лицо Габриэллы посмотрит?

Эшли открыла сценарий и принялась читать его.

За оставшийся учебный день девушка пришла в себя. Она не забыла о репетиции, но уже не фокусировалась на ней, чтобы не сбивать свой настрой и настрой парней. Рэй, Моника и Эшли поехали к Чарльзу. Пока парни возились с инструментами, обсуждая абсолютно не интересные мужские темы, как выразилась Моника, девушки пили кофе на кухне. Банка кофе открывалась только тогда, когда в гостях была Эшли. Франц провела аналогию: для одних показателем серьёзных намерений была зубная щётка девушки в квартире парня, а для Кинга банка кофе.

– Джо говорит, в этом году мы поженимся с Рэем. – резко сменила тему Моника. Так кардинально, неожиданно. Сначала Эшли молчала, потому что пыталась перестроиться. Затем, потому что не понимала, как такое могло прийти в голову Джонатану. А потом, потому что Моника и Рэй даже полгода вместе не были… Это неразумно. Нелогично. – А что? Он знаком с моей семьей, я с его. Сыграем свадьбу, а там уже дети…

Они ведь были ровесницами. Но мысль о детях… Невозможно.

– Не смотри на меня так ошарашенно. – рассмеялась Моника. – Точно. У нас же певица вся в карьере. – иронизировала она.

– Не вижу ничего смешного. Мне нужно построить карьеру. Появится возможность – я ей воспользуюсь. У меня принцип. – «номер четыре», – про себя подумала Эшли.

– А если эти возможности помешают вам с Чарльзом? – хитро улыбнулась Моника.

– Между ним и карьерой я выберу карьеру. – твёрдо ответила девушка, не подумав. Она точно знала, чего она хочет, и не собиралась что-то менять. – Парень, семья – ещё успею.

Из спальни Чарльза зазвучала музыка. Парни играли на гитарах, то громко, то тихо напевая. Моника с осуждением посмотрела на Эшли и пошла к ним. Впрочем, подруга часто на неё так смотрела. Но это происходило от непонимания друг друга. Они были разными, и обе прекрасно это знали. Моника каждый раз осуждала Эшли, а спустя время принимала её точку зрения со словами: «но я бы так никогда не сделала».

***

– Ангелочек, расслабься. Получай удовольствие. – усмехнулся Чарльз, стоя за кулисами.

Эшли ещё в начале мероприятия заметила среди зрителей Райана Белла. По её коже пробежали мурашки. Волнение от неё в ту же секунду отступило. Она стала сосредоточеннее, целеустремлённее, решительнее. Пока Орлы между собой оценивали выступление конкурентов, комментируя их шутками, девушка наблюдала за музыкантами, отмечая их высокий уровень подготовки. В прошлом туре они были менее уверенными и слаженными. Теперь же смотрелись на сцене достойно.

Милые обманщицы ушли за кулисы под громкие аплодисменты. Магнолия и Элла сразу спустились в зал, а Одри осталась вместе с Мейсоном. Брюнетка даже не рассчитывала на победу и не особо к ней стремилась, зато горячо болела за Орлов. Она даже сказала что-то Эшли, но та пропустила всё мимо ушей.

Орлы вышли на сцену.

Прожектора направили на девушку. В полном зале тишина. На сцене фиолетово-синяя подсветка. Эшли слышала своё дыхание, не видела ничего. Рэй коснулся клавиш…

Cross my heart, hope to die

To my lover, I’d never lie12

Нежный и мягкий голос Эшли, струны гитары Чарльза. Слова Эшли подхватил Мейсон. Он запел громко, смело, сильно. Девушка дополняла песню своим звучанием. Она приблизилась к солисту и взяла вверх в припеве. После. Прожектора осветили Чарльза.

Лишь барабаны Джонатана и рэп. Песня набирала мощи. Одновременно с Чарльзом, строки протягивал Мейсон. Девушка ощутила приятную дрожь в теле, её щёки покраснели. В центре оказалась Эшли и по обеим сторонам от неё – Чарльз и Мейсон. Зал как будто замер… Противостояние огня и льда. Мейсона и Чарльза. Тепла и холода. Девушка посмотрела на Чарльза. Всё это время он смотрел на неё. Он читал, пел для неё.

Спокойная и собранная, она сохранит хладнокровие,

И она будет разъезжать со мной, пока всё не закончится.

Calm and collected, she keeps her composure

And she gon' ride for me until this thing over

В конце концов, только он и я…

Оставалось пару аккордов. Эшли, завороженная, смотрела на парня. В его ледяные глаза, сейчас излучающие теплоту и восхищение девушкой. Последний звук фортепиано… Свет погас. Остался только контровой, описывающий лишь силуэты музыкантов.

Чарльз взял девушку за шею. Приблизил её к себе и поцеловал. Это было быстро, пылко, безудержно. И зрительный зал озарился бурными овациями, криками «браво», свистом.

– Прости. – отрывисто прошептал Чарльз.

Эшли улыбнулась и прильнула к губам парня.

Это их песня. Песня про них. Только он и она…

Победа была присуждена единогласно Орлам. Не было громких криков, ярких эмоций, слов. Всё и так был ясно. Такого исхода ожидал каждый. Только наивный дурак мог надеяться на иной исход. Мейсон только сказал: «молодцы». Другого говорить не стоило. Теперь группа должна была представлять университет на уровне штата.

Но это позже. До первого этапа ещё долгий месяц. А пока в доме Одри снова была вечеринка. На ней даже были те, кого Одри бы сроду не позвала раньше. Вначале Эшли удивилась этому, а потом тому, что сама стала делить людей на «первый» класс и «второй».

Весь вечер Эшли проводила в компании Джонатана и Чарльза. Мейсон и Одри официально объявили, что встречаются, как будто без этого никто не догадывался. Келли и её подруги долгое время выпытывали подробности отношений Эшли и Чарльза, а блондинка отвечала и довольно развёрнуто. Ей почему-то нравилось рассказывать однокурсницам о том, как они постоянно спорили, как впервые поцеловались, как соперничали, хотя думала, что от этих подробностей она устанет или разозлится. Ещё веселее стало, когда Чарльз стал давать свои комментарии и выводить девушку.

Из колонок доносились песни The Weeknd. Горели красные, оранжевые, жёлтые огни. По всему дому гулял жар. Чуть алкоголя, чуть любви фанатов, чуть тепла от Чарльза – рождалась новая глава в истории Эшли.

Вдруг заиграла музыка из мюзикла. Как по волшебству, гостиная опустела. В центре оказалось несколько танцоров-парней. Они встали в позы, а со стороны послышались восторженные аплодисменты. Чарльз и Эшли переглянулись, и он подал ей руку. Они выбежали в центр. К остальным танцорам приблизились их партнёрши. На припеве они танцевали выученную комбинацию. На лицах были искренние улыбки, не сравнимые не с одной на сцене. Чарльз закружил девушку. Места почти не было. Но чувство наполненности, будто находилась в одной дружной семье, будоражило кровь. Неужели все просто решили станцевать?

Эшли встретилась глазами с третьекурсницей, та со всеми эмоциями – величием и грацией напевала и пританцовывала. Она рассмеялась. Все соприкасались спинами, руками, ловили взгляды друг друга.

Песня закончилась. И студенты громко зааплодировали и закричали. Необъятное счастье захлестнуло всех. Девушка крепко-крепко обняла парня, удивив Чарльза. Тот даже замер. Дальше началась медленная композиция. Лирический кавер “This love” – Maroon 5. Парень взял Эшли за руку, а второй обнял её за талию. Она вспомнила их первый танец. Тогда она злилась на него за все его выходки. И с нетерпением ждала окончания песни, а теперь она была на вечеринке, в толпе, в объятиях Кинга, и слегка заливалась краской. Её руки казались невесомыми, словно ей не принадлежали. Она прикоснулась к волосам Чарльза и улыбнулась. Они были вместе, и по-другому быть не могло. Эшли просто не представляла иначе. Но как так вышло, что два человека, больше всех бежавших от любви, оказались теми, для кого отношения стали главным стимулом, главным смыслом? Очень просто. Такие люди больше всех нуждались в крепком плече и понимающем взгляде. Теперь они не могли друг без друга.

Конечно, могли, но так звучало романтичнее.

This love has taken its toll on me

She said Goodbye too many times before13

– Ты веришь в судьбу? – спросил Чарльз. Девушка усмехнулась и выгнула бровь. – Почему?

– Если судьба существует, то, значит, люди могут не работать, не расти над собой, ведь ничего от них не зависит. – ответила она. С Моникой ей не раз приходилось задумываться о таких вещах, поэтому Чарльз не застал её врасплох. – А я считаю, каждый сам может и должен контролировать свою жизнь. Верить в судьбу – полагаться на неё. А я выучилась полагаться только на себя.

Чарльз хоть и продолжал незаметно улыбаться, его тяжелый выдох выдавал его истинное настроение. И дело было не в вере девушки, а в её неспособности положиться на людей, на него, в частности. Она не была дамой в беде, но сколько раз он её выручал? Сколько раз она его? Они раз за разом доказывали друг другу свою надежность, внутреннюю силу, преданность. И раз за разом этого было недостаточно.

– Спорим на желание, что судьба существует, ангелочек? – предложил он.

– Ты не сможешь никак доказать. – прищурилась девушка.

– Знаю, что смогу. – ухмыльнулся Чарльз. – Окей. Спорим, что я заставлю тебя поверить в судьбу?

– Я уверена, ты пьян. – победно улыбнулась девушка, но ответила на рукопожатие.

– Я уверен, ты проиграешь.

Скелеты в шкафу

And you can run to the hillside,

And you can close your eyes,

But you're not gonna, not gonna deny,

No, you're not gonna, not gonna deny my love,14

“Can’t deny my love” – Brandon Flowers

День изначально стал складываться путано, как-то бессвязно, будто части пазла были из разных наборов. Будто синими карандашами выводились красные линии. До пары оставалось чуть меньше десяти минут, когда Эшли открыла двери университета и не заметила Чарльза, обычно приезжающего за час до начала. От таких раздумий девушку отвлёк рингтон телефона. Она увидела имя звонящего и оглянулась по сторонам, прикусывая губу и неохотно приподнимая брови. Габриэлла.

– Дакота, – вместо приветствия возмущённым тоном начала она. – Почему ты не рассказывала мне, что с вами работает Зиммерман?

Габриэлла стала рассказывать про совместные работы с Зиммерманом. Эшли медленно мерила шагами расстояния от аудиторий и смиренно выслушивала её, подмечая, что про режиссёра и их работу она отзывалась эмоциональнее, чем о дочери. Наверное, в тринадцать лет Эшли расстроилась бы, но ей было не тринадцать. И одобрение матери было последним, чего она жаждала.

– Я обязательно приеду на спектакль.

Эшли остановилась. Затаила дыхание. В мгновенье она почувствовала тяжесть телефона. Вот-вот он мог выпасть из рук. В этот момент Эшли ощутила, будто она прыгнула в воду. Всё вокруг помутнело, голоса стали приглушенными, и самым громким звуком был стук её сердца. Мама никогда не ходила на выступления.

– Дакота. Эшли. Слышишь меня?

Девушка хотела произнести что-нибудь, но рот словно заклеили. Она промычала и затихла. Снова попробовала сказать что-то, но слова застряли в груди.

– Приезжай.

Закончить разговор побудила Келли, которая явно спешила. Она выглядела настороженно-любопытной и оживлённой. Она схватила Эшли за руку и повела в парк со словами: «тебе нужно это видеть». Блондинка предположить не могла причину спешки, но это пробуждало в ней азарт и интерес.

На одной из дальних скамеек, спрятанной за кронами деревьев, сидела милая парочка. Это был Чарльз в компании красивой девушки, которую Эшли никогда не видела раньше.

– Ты знаешь её? – пытливо спросила Келли, постепенно меняя выражение лица с растерянного на осуждающее. Она хотела пойти к ним вместе с Эшли, но та её остановила.

Приближаясь, блондинка всё яснее видела две вещи. Первая: девушка смущённо-заигрывающе смеялась и трепала Чарльза по волосам. Вторая: эта девушка была удивительно красива. У неё была настоящая, широкая, заразительная улыбка, русые длинные вьющиеся волосы, загорелая кожа. Она кротко встретилась взглядом с Эшли. У девушки были глаза изумрудного цвета, излучающие уверенность и добродушие ко всему вокруг. Девушка перестала смеяться. На её лице осталась спокойная улыбка, с которой она прощалась с Чарльзом, говоря «увидимся» и касаясь его предплечья.

Чарльз только сейчас заметил Эшли. Он кивнул на прощание и поднялся на ноги, поправляя волосы. Он мимолётно поцеловал Эшли и сунул руки в карманы, направившись в сторону университета. Чарльз не избегал разговора, а точно ждал вопросов от девушки.

– Кто это?

– Она? Фанатка. – усмехнулся он и снова запустил ладонь в светлые пряди.

Эшли прищурилась, глядя в спину Чарльза, и хитро ухмыльнулась. Подобная история не была первой. Такое происходило постоянно: и со стороны Чарльза, и со стороны Эшли. Только в этот раз всё как-то отличалось. Парень молчал, а когда она увидела его профиль, то уловила его задумчивый, даже потерянный взгляд.

В танцевальном зале они встретились с остальными Орлами. Те в один голос высказали:

– Джонс плохо влияет на Кинга. Впритык пришёл.

Чарльз и Эшли неестественно улыбнулись.

Мистер Купер, прежде чем приступить к основной части урока, уделил внимание Орлами и сделал лёгкий поклон головы, поздравив их с победой в конкурсе и выразив гордость. Зал был оглушён аплодисментами. Эшли поправила прядь волос.

Уже в первые минуты разминки девушка почувствовала жар по всему телу. Чуть позже проступили первые испарины на лбу. Всё шло по одному и тому же сценарию, пока преподаватель не остановил музыку, хлопнув в ладоши:

– Сегодня в качестве эксперимента я дам вам задание, которое обычно даю на своих мастер-классах. Наверняка, кто-то на них присутствовал. – после этих слов возникла пауза. Несколько студентов подняли руки. В их числе была Эшли. Чарльз, стоявший рядом, закатил глаза и покачал головой, с издёвкой глядя на блондинку. – Тем легче. Попрошу разделиться на пары: парень-девушка. Благо, вас равное количество.

Эшли сразу вспомнила мастер-класс и осознала с восторженной боязнью и подступающей тревогой, какой эксперимент замыслил мистер Купер. Не успел он договорить, как посыпались вопросы. Чарльз и Эшли негласно взялись за руки.

– Он попросит придумать связки, а потом импровизировать. – сосредоточенно принялась объяснять она, пока остальные студенты искали себе партнёра. – Я уже однажды выполняла такое задание от мистера Купера. – говорила Эшли, а Чарльз смотрел по сторонам, качая головой в ритм музыки, которую он прокручивал у себя в голове. – Эй!

– У вас есть несколько минут, чтобы придумать какие-нибудь связки, поддержки, взаимодействия. Затем, я буду включать различные мелодии, под которые вы будете импровизировать. – давал указания мужчина, в ответ выслушивая недовольные стоны. – Что замычали? Я на ферме или в танцевальном классе? – энергичнее произнёс он. – Настоятельно не рекомендую цепляться за жанр. Сегодня прозвучат классика, рок, поп-музыка, хип-хоп.

Эшли победно хмыкнула, глядя в глаза Чарльзу. Время пошло. Краем уха девушка услышала заведомые извинения Джонатана перед своей партнёршей и хищно улыбнулась. Они должны были стать лучшими…

Девушка старалась придумать что-то трепетное, романтичное с искрой. Она следила за своим отражением в зеркале. Выходило довольно неплохо. Чарльз скучающе и безынициативно делал то, что просила партнёрша, лишь изредка ухмыляясь. После того, как объявили, что остаётся пять минут до конца подготовки, уверенность Эшли полностью испарилась. Сошла на нет. Иссякла. Хоть как скажи, от этого её не прибавиться. Она стала оборачиваться, смотреть на остальных.

Мейсон и Одри пробовали сложную поддержку, Рэй и Оливия, соприкоснувшись спинами, медленно садились на пол. У них должно было получиться очень эмоционально. Даже Джонатан с Райли выглядели лаконично. Они использовали приём-зеркало. Девушка делала движение, а парень за ней повторял. Из этого рождался уже сюжет. У всех было так интересно, красиво, необычно… А у Чарльза и Эшли ужасно. Просто ужасно. Блондин выглядел совершенно спокойным. Он посмотрел на девушку и выгнул бровь, спрашивая, когда же она успокоится. Как её раздражала постоянная самоуверенность Чарльза. Хоть бы поделился! Будто бы прочитав мысли, он прищурился:

– Не жуй волосы, ангелочек. – сказал он и убрал с её лица передние пряди. – Просто скажи, что тебе страшно, и мы будем последними. – до раздражения приторно-заботливым тоном говорил Чарльз.

– Мне не страшно. С чего ты взял? – усмехнулась и выпрямила плечи. – Кто из нас двоих боится… – закивала головой Эшли и резко перестала. Он же специально её выводил.

– Мы первые! – бесцеремонно заявил Чарльз.

– Кинг! С ума сошёл? – громким шёпотом спросила она и покрутила пальцем у виска.

– Слушай, будут выбирать лучший дуэт. Моя и твоя гордость не позволит отдать это звание кому-то другому. – стал говорить Чарльз и скрестил руки на груди. – Кто-то говорил, что Джонс никогда не проигрывает. – договорил он и повёл Эшли в центр зала.