Край собачьих следов

— Я так и не говорила.

Тряпка с всплеском упала в ведро. Антис скрестила руки:

— Да, мне повезло, и что теперь? Это оправдывает отца? И вообще. — Она глянула в сторону. — Все от чего-нибудь убегают. Тебе ли не знать.

Эри вспомнились слова Корда. «Человек никогда не бежит от кого-то, но всегда от самого себя». Она кивнула и, не став спорить дальше, вернулась к уборке.

* * *

Даррен прикрыл за собой дверь и скинул грязные ботинки, чтобы не марать вымытый девушками пол.

Из ванной показалась Найт. Мокрая челка закрывала лоб и едва не лезла в глаза. У нее так быстро росли волосы, или это он раньше не обращал внимания?

— Привет. — Лицо девчонки просияло.

— Привет, — Даррен улыбнулся в ответ и, остановившись перед комнатой Антис, два раза постучал.

— Да? — отозвались изнутри.

Красавица-брюнетка сидела на кушетке, кутаясь в шерстяной плед, который недавно купил Денни. Последние пару дней у нее случались недомогания, возможно, отравилась рыбой. Поэтому первым делом Даррен поинтересовался:

— Как ты себя чувствуешь?

— Уже лучше, — откликнулась Антис и, вскинув подбородок, спросила: — А что?

Даррен не стал ходить вокруг да около.

— Есть задание на завтрашний вечер, — сообщил он и с показным сомнением добавил: — Справишься?

— Смотря, о чем речь. — Она склонила голову.

Даррен подцепил ногой табуретку и, притянув к себе, сел напротив кушетки.

— У меня есть подозрения, кто стоит за убийством Хинта и нашими неприятностями.

— Неужели? — Прозвучало недоверчиво.

— И если я прав, — продолжил Даррен, — то уже через пару месяцев мы будем свободно гулять по улицам.

— Это хорошо бы, но чем я могу помочь?

— Ты знаешь Филиппа Змея?

Лоб девушки разрезала морщинка.

— Я видела Рыцарей на суде, но кто из них кто...

— Филипп невысокого роста, жилистый. Волосы каштановые, жидкие. Не красавец, робок, хотя дело свое знает.

— И что? — Антис все еще не понимала, куда он клонит.

— Мне нужно, чтобы ты встретилась с ним и кое-что передала. Сегодня он будет в «Падшей сове».

— Ну нет, — фыркнула она. — Я в эту дыру ни ногой. Представляешь, что будет, если меня там увидят?

В дверном проеме показалась мокрая голова Найт. Даррен скользнул по ней взглядом и продолжил:

— Слушай, я всего лишь прошу встретиться с человеком. Это трудно?

Поставив локти на колени, он подался вперед и заглянул Антис в глаза.

— Всего лишь? — возмутилась она. — Это Охотник! А если он схватит меня? Если меня посадят? Ты об этом подумал?

— Именно поэтому это должна быть ты, — пояснил Даррен. — И будет лучше, если он узнает тебя.

— Не поняла… — Антис нахмурилась.

— Иную женщину Филипп мог бы арестовать, тебя не станет.

— Почему?

— Как почему... — Улыбнувшись, Даррен заговорил чарующе: — Сама знаешь, что перед твоей красотой мало кто устоит, а быть в объятьях фаворитки — значит чувствовать себя королем. Потому что такие, как ты, достаются только королям.

Теперь на лице Антис читалась только растерянность.

— Что...

— К тому же Филипп не пользуется успехом у женщин в отличие от Вирта или Доминика, к примеру, — продолжал Даррен. — Ему будет приятно вдвойне. Да и повод для встречи у тебя есть: волнуешься о ходе расследования.

— Я никуда не пойду.

— Чего ты хочешь, Антис? — Даррен выпрямился. — Помочь нам или покапризничать?

— Я не собираюсь рисковать жизнью и соблазнять кого-то там даже ради ценных сведений.

— Его зовут Филипп, — напомнил Даррен. — И я не прошу...

— Да хоть Рованский Оракул! — Антис всплеснула руками. — Иди к нему сам. Я хочу помочь, но это уже перебор.

Она встала. Даррен поднялся за ней:

— Подожди.

— Что? — Антис обернулась.

Он посмотрел поверх ее плеча на прислонившуюся к косяку Эри.

— Найт, выйди, пожалуйста.

— Я мешаю? — не поняла она.

— Мне нужно кое-что сказать Антис наедине.

— Ну и ладно. — Эри скорчила недовольную гримасу и прикрыла за собой дверь.

Подслушивать она не стала, хоть и очень хотелось. Но что бы Даррен ни сказал, оно подействовало. Через полчаса в коридоре послышался уже совсем другой голос Антис.

— Мне нужно новое платье, — заявила она. Даррен отвязал от пояса мешочек с монетами.

— С тобой сходить? — предложил он.

— Сама справлюсь.

— Как скажешь. — Он проводил ее взглядом и повернулся к Эри. — Нам с тобой тоже есть чем заняться, Найт. Пойдем?

Она кивнула, но от замечания не удержалась:

— А я бы сразу согласилась.

— Просто я неудачно подобрал слова, — уклончиво ответил Даррен и, нагнувшись, поднял с пола завернутый в мешковину посох. Он брал его, когда притворялся нищим. Но на этот раз рядом с палкой было что-то еще, Эри не могла разглядеть.

— Куда мы? — спросила она, набрасывая на мокрые волосы платок.

Даррен сунул ноги в ботинки и открыл входную дверь. На улице становилось по-летнему тепло и даже душно.

— Скажи, Найт, ты умеешь драться? — спросил он, запирая квартиру на ключ.

— Как? На кулаках? — уточнила она.

— Знаю, ты ранила из лука того Охотника...

— Не я. Я стрелять не умею, а из оружия только немного тренировалась с кинжалами.

Через переулок Даррен вывел ее на квадратный пустырь, закрытый от глаз глухими стенами домов и густым кустарником.

— Давай попробуем. — Он сбросил мешковину. Рядом с посохом нищего оказался небольшой меч. Сужающееся к концу лезвие, аккуратная гарда. Металл блестел в лучах полуденного солнца.

— Ух ты, — не удержалась Эри. — Где ты его взял?

— Неважно. — Даррен протянул ей меч, а сам остался с посохом. — Готова?

— Готова. — Она крепко сжала рукоять и выставила меч перед собой. Штука оказалась тяжелее, чем выглядела.

В пятках защекотало не то от страха, не то от волнения.

Даррен шагнул в сторону, замахнулся палкой и сделал выпад. Уверенность слетела с Эри вместе с выпавшим из рук мечом. Сталь глухо ударилась о землю.

— Это с непривычки, — оправдывалась она, поднимая оружие.

— Давай еще раз.

При следующей атаке меч кое-как удержался в руках. Эри показалось, что парень бил уже слабее. Она так сильно сжала пальцы, что те побелели, а ладони покрылись испариной.

— Теперь нападай ты, — предложил Даррен.

Эри подалась вперед, как ей казалось, стремительно и уверенно. Тигр шагнул вбок, взмахнул посохом, словно веточкой, и непостижимым образом конец палки оказался у ее шеи.

— Никогда не поймешь, что такое оборона, если не узнаешь, что такое нападение, — наставительно произнес он. — Надо понимать, что в голове у атакующего. Как он делает удар? Какие у него слабые стороны? В какой момент надо отвечать?

Эри широко улыбнулась. Эта тренировка напомнила ей и занятия с Ульрикой, и беседы с Кордом, и совсем не к месту — Тирка.

— Начнем со стойки, — продолжил Даррен. — Встань вот сюда. Так. Локти согни. Плечи вот так. Теперь делаешь взмах.

Он подошел сзади и, почти обняв, взял за запястья, помогая направлять оружие. Сердце Эри заколотилось в полузабытом ритме.

— Найт, ты здесь?

— Прости, я отвлеклась.

— Продолжим. Так. Еще раз. Теперь попробуй с шагом вперед.

Эри послушно повторяла за новым учителем. Огромная фигура Тигра была на удивление пластичной. Даже с палкой и в лохмотьях он смотрелся ловчее акробата и красивее принца из сказки. Может, он и был благородным по происхождению. Она никогда не спрашивала. Все случая не предоставлялось, да и голова не тем занята.

От упражнений с мечом начала гореть кровь. Тело оживало. Эри чувствовала приток силы. Она способна постоять за себя и не только постоять, но и что-то изменить...

— Знаешь, что мне в тебе нравится, Найт? — сказал через некоторое время Даррен. Сердце ухнуло, она замерла. — И тогда у Кебарда, и сейчас. Ты рассчитываешь только на себя. Принимаешь помощь, но не ждешь ее.

«Так было не всегда», — пронеслось в голове.

— Я бы хотела и сама что-то делать. — Эри остановилась и, повернув голову, посмотрела на Даррена просительно, снизу вверх.

— Уже делаешь, — заявил тот уверенно. — Одним своим присутствием.

— Хотелось бы делать что-то значимое... — начала было она.

— Вот натренируем тебя, совсем другой разговор пойдет. — Даррен говорил строго, но глаза улыбались. — Чего смотришь? Давай, вперед!

* * *

Рикки глянул на себя в зеркало, висевшее между койками Лиса и Волка. Синяк под глазом благополучно рассосался, губа зажила, а шрам на брови зарубцывался. Быстро на нем заживало.

— Эй, красотка, почем даешь? — широченной ладонью Буйвол хлопнул его по спине. Рикки сжал кулаки.

— Оставь его в покое, Марк! — крикнул, заходя в казарму, Кристофер.

— Дай голубкам поворковать, — подал голос со своего места Вирт.

Рикки развернулся как механическая игрушка и проговорил:

— Я буду драться с тобой, пока не прекратишь.

— Рад это слышать. — Марк отступил и уселся на койку Лиса. — Пойдешь сегодня с нами?

— Куда? — Рикки нахмурился.

— Сегодня день рождения у Филиппа, — сказал, останавливаясь рядом, Кристофер. — Мы хотим отметить в «Падшей сове».

— А Лангдюр тоже пойдет? — Вирт приподнялся на локтях.

— Филипп его брат, — не поворачивая головы, ответил Орел.

— А как же высокопарные речи о супружестве? — не унимался Сокол. Кристофер дернул головой.

— В «Падшей сове» можно и просто неплохо поужинать.

— Для этого не обязательно идти туда, — парировал Вирт.

— А тебя никто не заставляет, — прервал их Марк. — Хорош уже. Идем или как?

— Идем. — Вирт скинул ноги с кровати и поднялся. — До полуночи весь ваш.

— Да-а, какая честь, — протянул Кристофер.

В казарме повисло неприятное молчание. Буйвол подошел к двери.

— Кстати, мал... Хартон, — заговорил он, обернувшись. — Есть предложение, как тебя назвать.

— И какое же? — поинтересовался Орел, подбирая со спинки кровати свой плащ.

Марк пояснил уже в коридоре:

— Я родился на севере. У нас среди снегов бегает один такой юркий зверек — горностай. Когда дрались, я почувствовал в тебе подвижность и ловкость. Тренировать только, и будет самое оно.

— Зверек маленький? — решил уточнить Рикки, хотя и знал ответ наверняка.

— Небольшой. — Марк подмигнул.

— Настоящая сила не в форме, а в содержании, — вступился Кристофер. — По мне, так Рикки Горностай звучит неплохо.

— Согласен, — поддержал идею Вирт.

— Вот и решили, — хохотнул Марк.

Рикки улыбнулся. Ему уже придумывают прозвище, значит, скоро и в свои ряды примут. И чего он тут боялся, грустил и размышлял?

Надо меньше думать и больше делать.

* * *

— Ты сказал жене, куда идешь? — Вирт откинулся на спинку стула и, согнув руку в локте, прочертил указательным пальцем круг в воздухе, как будто обводил помещение.

Это был дорого отделанный зал с высоким куполом и стенами, увешанными картинами. Впереди была сцена с алым занавесом. По бокам и над входом тянулся балкон. За резными перилами виднелись одинаковые дверки в комнатки, где и проходила вторая часть представления.

Спешить наверх здесь было не принято. Рыцари расположились за овальным столиком у края сцены и, получив напитки, ждали, когда принесут ужин. Последний раз в полном составе Рикки их видел на смотре у королевы, но сегодня чувствовал себя куда увереннее.

— Сказал, — неохотно ответил Лангдюр Окунь.

— Неужели? — удивился Сокол. — И она отпустила?

— Ты любил кого-нибудь, Вирт, хоть когда-нибудь? — вмешался в разговор Орел.

— Я часто кого-нибудь люблю, Крис, так что не завидуй.

— Ладно, мужики, — перебил их Доминик, заметив, что беседа перетекает в ненужное русло. — Мы здесь, чтобы Филиппа поздравить. Ну, чтобы все удавалось, парень! — он сжал его предплечье.

— Чтобы жизнь била ключом! — Марк Буйвол стукнул по столу кружкой.

— Чтобы было много женщин! — пожелал Вирт Сокол.

— И чтобы среди них ты нашел свою! — добавил Лангдюр Окунь.

— Чтобы твои друзья были рядом! — присоединился Арок Ворон.

— Чтобы ты был лучшим! — сказал Кристофер Орел.

— Чтобы ни в чем не сомневался! — пожелал Рикки, отныне Горностай.

— Чтобы умер своей смертью, — замкнул круг Андрей Волк.

Все на мгновение замолкли.

— Спасибо вам, ребят, огромное! — Филипп Змей поднялся. Другие Рыцари тоже встали. Кружки гулко ударились друг о друга. Смеясь, парни снова сели за стол.

Только Волк остался стоять.

— Так скоро? — удивился Доминик.

— Некоторые дела не могут ждать, — ответил Андрей. — Извини, Филипп. Ты сам сегодня Лидера слышал. Приятного вечера!

Он кивнул и, подобрав плащ, направился к выходу. Рикки проводил его взглядом до самой двери. В голову снова закралась невеселая мысль, что тело короля едва остыло, а они тут веселятся и не ищут настоящего убийцу.

— Волк давно хочет выслужиться. Не обращай внимания, Филипп, — ободрил Лангдюр младшего брата.

— Но в чем-то он прав, — возразил тот. — Прошло шестнадцать дней, а от нас никакого толка.

— Здесь не место для таких разговоров, — нахмурился Орел. — Да и не время.

— Ящерицы сбрасывают хвосты быстрее, чем мы шевелимся, — заметил в сторону Доминик.