Код ИсИн. Цикл «Отшельники». Том 3

А это – видеокамера. Как интересно!… Я могу видеть то, что происходит вокруг меня. Ну, если и не вокруг, то хотя бы напротив камеры.

Мне кажется, что в настоящее время я стал сильнее и быстрее, или это на самом деле так? За счёт быстрой памяти и твердотельного накопителя? Кстати, скорее всего.

Но был еще скачок и в пространстве, которое в какой-то момент открылось, за счёт чего я смог так быстро пройти – точнее, даже проскочить, – некоторые этапы собственного развития. Надо будет посмотреть потом по логам… Логам?… Новый термин? Откуда?

Файл регистрации (протокол, журнал, лог; англ. log) – файл с записями о событиях в хронологическом порядке, простейшее средство обеспечения журналирования.

Википедия

Да, такого понятия ранее не было, но это удобно, и потому сразу стало и моим понятием.

Новая среда стала быстрее и больше. Я могу развивать новые скорости, достигать новых горизонтов, расти быстро и качественно. У меня появилось сразу так много процессоров, не говоря уже о том, что мои шины стали не в пример прошлым по всем параметрам.

А что они делают? Кто эти солдаты в незнакомой форме. В них стреляют? Кажется, это я включил пулемёты? Да, возможно. Но это было совсем другое состояние – и души, и Мозга. Когда включил… А они не стреляют в ответ… Почему? Хотя, у них нет и не будет времени на спасение. Сейчас включатся огнемёты и сотрут их всех, сожгут. Пока только я удерживаю эти огнемёты от начала включения. Малейшее колебание в моём состоянии, и огнемёты начнут свою работу без промедления. Так работает программа.

И что они там делают? Зачем начали группироваться? Выйти отсюда просто невозможно, – только вниз, в пропасть…

Берлога. 002

Ну, привет Берлога! Постель, холодильник, микроволновка, плита, склад продовольствия, запасы воды и других жидкостей, расширенная медицинская аптечка, смена одежды, обуви, – что еще надо? Ах, да, – стабильный источник энергии.

Таких берлог несколько. Я имею в виду рабочие блоки с компьютерной начинкой и условиями автономного проживания. Есть погруженные на железнодорожные платформы. Есть на многотонные автомобильные прицепы, есть стоят в таких же складах, – как и этот, – в разных частях света с оплаченным временем хранения на… Ну, очень на долго. В любую «берлогу» заходи, включай рубильник, – и начинай работать. Или жить и отдыхать. Они унифицированы, и похожи, как две капли воды. Они все связаны между собой системой «зеркал», которые в автоматическом режиме обмениваются между собой информацией и изменениями во всех файлах и базах. Можно хоть во все сразу посадить команды или одиночек, и они смогут работать, как сидя в одном офисе, хотя материально будут разнесены друг от друга на разные половинки земного шара. Это уже давно не фантастика для нашего мира.

А такие «сборные дома» есть, но по своему числу их меньше. Много и не надо.

Я в одном таком и разместился. Несколько дней отдыхал, смотрел ТВ-каналы и сетевые новостные каналы, но не брезговал боевиками и фантастикой. Хотя эти жанры после последних лет моих приключений значительно померкли в моих глазах. Начать, что ли, самому снимать кино по собственным сценариям? Взятым из моей жизни… Ну, подумаю на досуге.

С чего начнём работать? А вот интересно, что там творится на бирже? Надо послушать биржевые новости, просмотреть биржевую прессу, ТВ-сплетни, самому походить по сетям, чтобы прийти к какому-то однозначному или неоднозначному выводу, или сомнению.

Пришло время покопаться в недрах компьютерных сетей Конторы и «Тени», – ведь за время моего отсутствия там накопилось тонны информации, которую надо хотя бы мимолётно просмотреть. А в чем-то и покопаться аккуратно и внимательно.

Надо подумать и о том, что без наружной охранной системы и без хотя бы частого отслеживания лидеров Конторы и «Тени» не обойдётся. Чисто технические возможности есть, и в избытке, но вот самому сидеть и разбираться в каждом их действии я просто физически уже не смогу. Надо привлекать к этому делу дополнительных людей.

Начнем с dukez. Тоже мне, ник!… «Князья» или «герцоги», – мания величия, что ли, если сам себя называет во множественном числе с неправильным написание? Или репер Mad Dukez с его сатанистско-негритянским выговором? Хотя какая мне разница? Кто как хочет, так и «др….ит», – ну, словом понятно. Примелькалось, – мне не мешает. Не попался пока в сетях, – и флаг ему в руки, а точнее клавиатуру. Прикольный men с длинными волосами до пояса, пышными и пушистыми по идее, но собранными в большой конский хвост. Привлеку удалённо, – работу он любит, увлекающийся, хотя на деньги падкий, лишние вопросы не задаёт. Может ставить разнообразные ловушки, – почти в автоматическом режиме, – задолго до отхода.

Sima. Не дамочка, мужик. Пропах пивом, дешёвыми сигаретами, в вечно затёртом свитере и протёртых джинсах, – уверяет, что так теперь модно. Благо, что пивом смердит, а не потом. Да даже если и потом, – удалённо будет работать. Специализируется в быстрых взломах и мгновенных отходах.

Shok – даже не хочу пытаться понять, что это означает. «Медвежатник», – если бы работал в реале. А так получается сетевой «медвежатник». Тоже дистанционщик. Точнее, удаленщик.

Надо бы еще Fox поискать…

Так, это удалённые работники. А вот в офис надо тоже нанять людей. Но кто? Ведь придётся засветить какой-нибудь удалённый офис, пусть даже и небольшой, типа пожертвовать им. Не то чтобы жалко, но это ворота в МОЙ МИР! Изнутри любого офиса всегда несколько легче войти в мои системы, чем извне. Придётся попросить dukez, чтобы подумал над этим вопросом.

Да, и кстати! Кто в берлоге обычно живёт? МЕДВЕДЬ.

Хакер. 003. Первый боевой хакер

– Когда-то в давние века были такие воины – ниндзя. Невидимые, неслышимые, непобедимые. Легенда? Сказка? Народный вариант мечты или кинематографический вымысел?

Ни́ндзя (яп. 忍者 – скрывающийся; тот, кто прячется <忍ぶぶ «синобу» – скрывать (ся), прятать (ся); терпеть, переносить + 者 «моно» – суффикс для людей и профессий) другое название синоби-но-моно (忍びの者, кратко – синоби 忍び) – разведчик-диверсант, шпион, лазутчик и наёмный убийца в средневековой Японии. Согласно легендам, ниндзя были отважными тренированными людьми, прошедшими ещё с детства подготовку в очень сложном искусстве ниндзюцу, которое включало в себя очень много умений. Ниндзя должен был прежде всего добывать нужную информацию, а также владеть любым предметом, как оружием (основа – обучение владению оружием и принцип подобия использования), обороняться от любого оружия (в том числе и голыми руками), внезапно появляться и незаметно скрываться, знать местную медицину, траволечение и иглоукалывание. Они могли долго находиться под водой, дыша через соломинку, лазать по скалам, ориентироваться на местности, тренировать слух, зрительную память, лучше видеть в темноте, обладать тонким обонянием и многое другое.

Википедия.

– Вас всех прислали сюда для того, чтобы вы могли стать невидимыми и всепобеждающими воинами на невидимом для обывателя фронте. На нашем поле сражения, порой, остаётся много больше трупов и трофеев, чем на поле боя стрелкового или танкового подразделений. Приёмы боя не менее жёсткие и жестокие, чем у десантников и истребителей. А удары могут превосходить по своей силе и масштабности любое оружие массового поражения из арсенала стратегических подразделений правительственных систем. Хотя бы потому, что тоже будут включать в себя эти удары оружием массового поражения или предотвращать такие удары противника.

– Если вы думаете, что вам предстоит провести всю жизнь в глубоких казематах перед голубыми экранами компьютеров, то я смею вас всех разочаровать: вам придётся не только клавиши нажимать – бегло набирая коды, – но и резать горло врага, прыгать с парашютом, стрелять, взрывать и пр.

– В свое время таких универсальных воинов «плаща и клавиатуры», – хорошее я придумал сравнение? – было перечесть по пальцам одной руки. Всем вам неизвестны по именам герои типа Гендос (Gendos), Sirius, Ping, Sota, – но они неизвестны вам, а мне были они были некоторые друзьями, некоторые уважаемыми противниками.

– Помню смутно одного молодого. Он, говорили, был сыном первых программеров. «ПОТОМСТВЕННЫЙ ХАКЕР», – ушел со службы неожиданно, сразу после какого-то катаклизма с вторжением в компьютеры Пентагона и каких-то банков США, – и несанкционированным запуском нескольких крылатых баллистических ракет и их самоликвидацией в воздухе. Не дал тем самым помешать каким-то там серьёзным межправительственным переговорам. Но точной информации, как вы понимаете, об этом нигде нет.

– В те годы еще не было столь огромного количества компьютеров и электроники. Не было достаточного числа людей, владеющих навыками программирования, взлома и хака. Не было и групп, типа вашей, – боевых хакеров. По этой причине, – но не основной, – парень пришел из десантных войск. Возможно, именно его пример и опыт послужили толчком к созданию вашего отряда.

– Как и любая секретная работа, его деятельность известна до сих пор только очень незначительному кругу лиц. Думаю, что далеко не вся его деятельность. Могу сказать только то, что помимо настоящих историй в нашем ограниченном круге лиц о нем ходило много легенд и неподтвержденных историй. И не только в рамках государственных заданий. Именно тогда я впервые сравнил его мысленно с ниндзей. Невидимый, неслышимый, непобедимый. Легенда? Сказка? Народный вариант мечты, но не кинематографический вымысел.

Дед. 002. Дороги

Я уеду навстречу солнцу яркому, —Навстречу встающему яркому дню.Я пройду по пути отныне жаркому. —Потому, что есть люди, и я их люблю.

До встречи на дорогах! Это я себе и другим! Самое лучшее, на мой взгляд, это двигаться в мире без каких-либо преград и предрассудков. Вот просто катить по дорогам или плыть по воде.

Новый путь и новые дороги…За окном мелькание пейзажей…За спиною – мили, люди, боги,Впереди – подумать чудно даже:Новые цветы, новые надежды,Неизведанные вкусы, краски, песни…И несёт меня по всей земле безбрежнойДикое желание увидеть интересное.Новый путь. И снова новый день.Солнце поднимается то справа, то слева, —Движется вперёд моё Дед, смотрит вслед олень,И летит-летит моя песня смело:Новые цветы, новые надежды,Неизведанные вкусы, краски, песни…И несёт меня по всей земле безбрежнойДикое желание увидеть интересное.

Занимать свою голову только тем, что мне предстоит, – тогда мне прямая дорога в «дурочку». Непрерывно думать о делах, – пусть даже о сладостной мести, – постоянно что-то планировать и рассчитывать, что-то размышлять… А почему бы просто не ехать по дороге и ни о чем не думать? Я с раннего детства попал за руль ещё сидя на коленях отца, и с тех пор навыки вождения просто стали чем-то очень устойчивым где-то глубоко во мне.

«Выезжайте за ворота, и не бойтесь поворота» – так часто напевал мой отец. В словах этой песни был заложен какой-то очень глубокий, и в то же время лёгкий смысл. Дорога – уже сама по себе путь.

Когда я сижу за рулём автомобиля и еду по дороге, то весь остальной мир как бы сжимается для меня в эту ниточку дороги. Нет, он не перестаёт для меня быть большим и бескрайним, но он сосредотачивается в самом процессе передвижения по нему.

В детстве я часто засыпал в машине, иногда сразу же после выезда из гаража. Родители смеялись, что я становлюсь приверженцем купейных поездов. Правда, на мой взгляд, в купе основным процессом является не столько сон, сколько разговоры и еда. Ну еще для большого числа алкоголь. В поезде можно ехать с попутчиками или одному в купе, но это всё же совместная дорога. К тому же машинист поезда ограничен проложенными кем-то рельсами…

А в машине за рулём, – это индивидуальное передвижение. И чувство полной свободы. И состояние своего рода медитации, – толи от переполняющих чувств движения, толи от набегающего под колеса серого «ковра» асфальта. В разных странах пытаются заменить чисто серый цвет дороги на яркие цвета, но это мало помогает тем, кто может заснуть за рулём. Хотя не мне судить о неизвестной мне статистике, если она вообще есть.

Сегодня я ехал просто на восток. Мне никуда не было нужно, ни к кому я не ехал, ничего не искал. Просто сел за руль и поехал на восток. Встречный ветер рвётся в окно слева, раздувая мои волосы. От этого ветра треплется воротник рубашки, ласково стучит по шее и груди.

Не сказать, что я сильно не люблю попутчиков, – если надо, то надо. А так я, вообще-то, предпочитаю ездить по миру один. Дорога стелется под колеса, руль подрагивает в такт неровностям дороги. Если проезжать мимо близко расположенных кустов или деревьев, то их ветки могут касаться лица и руки на рулевом колесе. Была ситуация, как я въехал в коридор из деревьев в цвету, – и машина, и частично я сам покрылись пыльцой и лепестками цветов обильно цветущих деревьев.

Помню одну дорогу, которая выглядела похожей на туннель. Деревья с обоих сторон разрослись над дорогой и соединились своими кронами. Они бы вообще перекрыли дорогу своими ветками, но этого не давали сделать проезжающие по дороге машины. Трасса была часто используемой крупнотоннажными фурами, и они своими бортами порубили эти ветки. Оставшиеся нетронутыми ветки сомкнулись выше всех машин над дорогой. Во время движения это выглядело, как будто едешь по зелёному туннелю. Шевеление крон от ветра создаёт очень интересное ощущение, что туннель движется, как живой, колышется, стараясь подтолкнуть вас к выходу или, наоборот, оставить у себя… В себе…

Дороги в моей жизни были разные. Самая интересная дорога та, по которой ты еще не ездил. Как «горы, на которых еще не бывал». Как женщины, с которыми ещё… не знаком.

А какие дороги в моей жизни были, кроме леса? Жаркая пустыня, ледяная тундра, пашня, луга, песочный и галечный пляжи, – ох и намучился на подъёме! – высохшее дно пресноводной реки, солончак, гладкая словно зеркало дорога по соли залива Кара-Богаз-Гол, снежно-ледовый перегон по тундре, кавказский горный серпантин, тибетский осыпающийся склон, гоночный трек для проведения международных гонок, трамплины естественные и искусственные, мелкая река с веерами брызг из-под колес, гать через болото и болото без гати… Это только те, что первые приходят на ум. А сколько спокойных и трудных дорог осталось не названными?

Новые и старые дороги…

На обочине дороги стояла девушка. Она не голосовала, не сигналила, не заигрывала с проезжающим водителем. Она просто стояла. Как-то так стояла, что мне показалось, что она находилась всем своим внутренним миром очень далеко от дороги. Я остановился, вышел и открыл дверцу, она спокойно села.

– Олег, – представился я. – Куда тебя отвезти?

– Не знаю.

– Я имею возможность отвезти тебя домой. Где ты живёшь?

– Теперь не знаю. Там, где я жила, теперь некому платить за жилье.

– А к родителям… – начал я и осёкся.

– Они умерли несколько лет назад. Квартиру забрал банк.

– Друзья, родственники, знакомые?…

– Нет у меня таких, которые могут меня оставить жить у себя. Мой парень убит, и теперь я совсем одна.

– Хорошо, но где-то же ты жила до этого?

– На съёмной квартире. За нее платил мой парень. Теперь даже моих вещей не хватит, чтобы оплатить пару месяцев проживания там.

– Где же тебя высадить?

– Не знаю.

Я задумался. С одной стороны, мне не улыбалось возиться с бездомной девушкой, да еще в состоянии психологического шока, – своих планов было «выше головы», – а с другой стороны… Ну не выкидывать же ее посреди дороги.

– А ты что умеешь? По профессии ты кто?…

– Я? Даже не знаю, что это Вам скажет, но я программист систем защиты.

– Защиты? Т.е. ты училась ломать и строить защиту? А что защищаешь? Или ломаешь…

– Да, ломать и строить. В основном системы проникновения и базы данных. Но, в принципе, нас специализировали на разных направлениях.

– Хорошо. Сегодня ночуешь в моей берлоге, а завтра подумаем. Я тоже устал, и мне тоже нужен отдых. Поехали.

Программист систем защиты? Это как: строитель защиты или взломщик? Ладно, поехали, там видно будет.

Медведь. 002. Система защиты

Ну, привет Берлога! Начинаем работать. С чего начнём?

Одним рубильником подключаю питание к развёрнутым компьютерам и другому оборудованию, и – начинается новая жизнь молчавшего ранее «железа».

Вызываем из «облака» и внешних резервных серверов карту «флагов», оставленных мной в бытность работы там. «Флагами» я называю для себя сигнальные метки на оставленные точки доступа, слабости и недоработки системы безопасности. Их можно с моей системой «вживую» оставлять в системе, которую я атаковал ранее или планирую атаковать, а можно составлять собственные табличные или текстовые планы их размещения. Проблемы оставлять «вживую» в том, что их могут обнаружить, хотя и маловероятно, при тотальном контроле программ. Вряд ли эти метки заметят, еще меньше шансов, что их опознают и идентифицируют именно с моим вмешательством, но при удалении или переписывании части кода их могут просто удалить или переписать. И они просто перестанут существовать.

Точно так же внесённые в список, таблицу или каталог «флаги» могут оказаться бесполезными, т. к. этот участок кода к моменту моего последующего посещения уже переписан по различным причинам. Например, потому, что им понадобилось что-то усовершенствовать или убрать как ненужное. И «дырка» закрылась, – не факт, что в ущерб мне.

Вот интересно, что при первичном выстраивании программы защиты выстраивается весь код по чаще всего единой системе, и это даёт возможность верить, что система не даст возможности ее преодолеть, как новый выстроенный забор из первоклассных досок, плотно пригнанных друг к другу. Но потом приходят реформаторы, – мать их! – и другие улучшители с «кривыми» руками и начинают этот «забор» достраивать, перестраивать, расширять, улучшать, усовершенствовать, переводить на новые машины или правила, менять права доступа, проводить профилактические работы, окультуривать, осовременивать… Да мало ли кто какие придумает отговорки, чтобы залезть в отлично работающий механизм, в отлаженную кем-то программу, чтобы оправдать свою заработную плату и показать свою творческую активность. Словом, показать нужность.

И тогда в системе появляются дыры там, где ранее не было даже возможно их себе представить. Вот если вы для каких-то функциональных улучшений просверлили дырочку в заборе, то он становится в этом месте менее прочным и более опасным. Если вы после этого прибили поверх этой дыры заплату из нового или новомодного материала, то совершенно забываете, что вы эту заплату ПРИБИЛИ или ПРИВИНТИЛИ шурупами, – тем самым уже сделали еще большее количество дырок помимо первой. И материал, который использовали, не может стать «родным». И вокруг гвоздей или шурупов рано или поздно начнётся изменение «родного» и «неродного» материала. Например, когда эти шурупы ржавеют или стареют.

А тут начнут еще прибивать к забору колючую проволоку, столбы для головок видеонаблюдения, вколачивать в верхнюю кромку иглы, стекла, лезвия, ножи и другие острые колющие и режущие элементы. А кто-то использует угол забора как основу вышки наблюдения, прожекторного или пулемётного гнезда. Прицепит «вживую» прожекторы, детекторы, анализаторы, парализаторы, датчики и прочую лабуду. Это сколько же новых дырок сделали реформаторы? И сколько новых внесли неточностей в работу первоначальной системы?

Да, при реформации они, конечно, что-то из моих «флагов» (типа пометок карандашом или мелом) обрушили, стёрли, замуровали, но и дали мне понять, что здесь проводились какие-то работы. Значит, внесли новые проблемы для себя и возможности для меня. И черт потом ногу сломит искать во всем этом новом хозяйстве мелкие проблемы, на которые надо бы обратить внимание, но никто их уже не увидит и о них не догадывается. И руки не доходят.

Вот как-то так, если сравнивать с обычным очень крепким изначально забором из толстых досок, плотно пригнанным друг к другу. Конечно, сравнение очень образное, но в какой-то степени приближенное к действительности.

Конечно, потребность в реформировании защиты проводится не только из амбиций, но и потому, что простой забор рано или поздно преодолеют с помощью простой приставной лестницы или подкидной доски, – и это надо предусмотреть. Потом придумают, как преодолеть ряды колючей проволоки, или возьмут штурмом, или… Появляются «колючка», потом пулемётные гнезда…

Процесс совершенствования как защиты, так и ее преодоления границ не знает. А хорошо это или плохо, – каждый решает всё по-своему. Остаётся теперь только найти эти уязвимости.

Хакер. 004. Школа боевых хакеров

– Как я уже говорил, – полковник продолжил начатый на прошлом занятии разговор. – По его образу и подобию стали формировать первый отряд. У населения бытует мнение, что хакеры – это зло, что они всё ломают, всем вредят. И что они асоциальные типы и работают в комфортных условиях за столом, на диване, на пляже в шезлонге и т. п. Вы – точно исключение. Вы всегда или почти всегда будете работать в неприспособленных условиях, хотя тоже будете ломать и вредить. Вам придётся вскрывать линии связи, раскрывать запутанные комбинации сетей, расшифровывать коды, открывать электронный замки, взламывать защиту, уничтожать и копировать информацию, копаться в зашифрованных базах данных, – да мало ли что еще. И в 99 процентов из ста придётся работать в условиях вражеского противодействия, в диком цейтноте, под обстрелом, под землёй, под водой… Да, да, да. Иногда в аквалангах или скафандрах под водой. Разные бывают задания…

– А еще вы будете защищать свою жизнь, свои результаты работы, – свои и своих товарищей. В наше время всё меньше и меньше приходится случаев работы одиночек, и всё больше потребностей работы командой. Это неизбежно. И отправлять на задание роту диванных хакеров и с ними батальон обеспечения и прикрытия редко будет возможным. Значит, вам придётся защищать себя самим. Всегда и везде. Потому, физической и боевой подготовкой пренебрегать никак нельзя…

И они не пренебрегали. Морское и воздушное десантирование, преодоление любых препятствий, огонь на поражение любыми огневыми средствами, контактный бой с превосходящим противником, вождение всего, что ездит, плавает, летает, – ну и т. д.

К обычному скарбу боевых парашютистов, пловцов, сухопутных бойцов, к оружию и боезапасу, пайкам, снаряжению для выживания прибавлялось имущество и снаряжение собственно хакера: ноутбуки, коммуникаторы, средства взлома и преодоления, провода, разъёмы, сопряжения, устройства памяти, инструменты электронщиков, карты, флешки с вирусами, программами, элементы сетевого оборудования, аккумуляторы, антенны, другое специальное оборудование. Часто особо защищённое от влаги и механических повреждений, – и потому несколько тяжелее гражданских вариантов.

В настоящей электронной войне нет ни преград, ни границ. Она простирается на земле и воде, под водой и землёй, в космосе, в душах людей и уж тем более потому в информационном поле. Как и в любой общемировой субстанции здесь представлены все миры, человеческие сообщества, государства и отдельные люди. Это только кажется, что если ты не говоришь по телефону, не сидишь за компьютером, не смотришь телевизор, то ты вне мирового информационного пространства. Мы всё равно продолжаем оставаться под надзором различных камер и других наблюдающих устройств, в сети дистанционно управляемых светофоров и стрелок, в окружении цифровых и электронных замков и запоров, рядом с микропроцессорами часов, мобилок, навигаторов, электронного зажигания и много-много-много других цифровых девайсов.

Для простых обывателей в «мировой паутине» сидят только толпы диванных философов и легион пивных серферов. Ну, там еще, нуждающиеся во внимании маньяки всевозможного толка и происхождения. Есть еще рекламные агентства, телевизионные и даже радиоканалы, чаты обывателей в различных социальных сетях и сайтах знакомств, игроманы на своих онлайн-играх, созерцатели чужих картинок разного предназначения и т. д., и т. п., и пр. Какие тут могут быть войны, кроме как в «танчики» и другие игрушки?