Книжный тетушки Винни

– Круто.

– Может ей нужны работники, – задумавшись прошептала бабушка. – Если тебе конечно интересно с книжками возиться, то почему бы и не спросить. Верно?

– Верно.

Работать в книжном было бы хорошо, но не получится ли так, что я по «знакомству» найду работу? Хотя с другой стороны, даже если так, то филонить я не собираюсь. Если работать, то как полагается.

– В магазин то сходишь? – вырвала меня из мыслей бабушка.

– Да, конечно.

– Не заблудишься?

– У меня хорошая память, поэтому не должна. Если что, то я позвоню тебе.

Про хорошую память я не соврала. Хотя, пробелы в воспоминаниях из детства заставляют сомневаться в этом всем. Лиза правда говорила, что отсутствие детских воспоминаний, или их «не реалистичность» это нормально. Ах, Лиза! Я должна написать ей, что добралась и со мной все хорошо.

Взяв список продуктов и деньги, зашла в комнату за телефоном и ключами, прихватив свои остатки средств, на всякий случай. Запишу подруге голосовое по дороге в магазин.

Глава 6

Выйдя из магазина, я отошли в сторону, продолжая смотреть в телефон, где была открыта переписка с Лизой. Подруга просила меня не пропадать, и сильно не утопать в деструктивных мыслях, написав кучу слов поддержки. Улыбнувшись, я быстро напечатала ответ. Не успев отправить его, поежилась от прохладного прикосновения ветра. Подняв глаза, с трудом сдержала рвущееся наружу ругательство, случайно нажав на «отправить».

Огромные свинцовые тучи угрожающе висели над головой. Послышался сильный раскат грома, и где-то вдалеке блеснула молния, заставив все мое нутро сжаться от страха. Нет, я никогда не боялась грома и молний, но оказаться в такую погоду на улице не самое желанное «приключение».

– Черт, в прогнозе же не было дождя, – пробубнила себе под нос, открыв на телефоне приложение с погодой.

Зонтика у меня с собой нет, да и одета я достаточно легко. И если верить прогнозу, в ближайшие пять минут ожидается сильнейший ливень с грозой. Ну просто замечательно. Рановато я как-то расслабилась.

Убрав мобильный в карман, покрепче сжала пакет и быстро спустилась по лестнице вниз. Если я потороплюсь, то может успею преодолеть большую часть дороги и не попаду под ливень.

Мой настрой разбился о сильный порыв ветра, ударивший в лицо, растрепав волосы, которые сразу же попали мне в рот. Кожа моментально покрылась неприятными мурашками от холода. Пение птиц больше не слышалось. Шелест листвы угрожающе затих вместе с ветром. Окружающие торопились скрыться в ближайших зданиях.

Очередной раскат грома заставил тело сжаться, а ноги, следуя инстинкту самосохранения, понесли меня под козырек большого здания. Как только я скрылась в безопасном месте, дождь начал набирать обороты, барабаня по асфальту с огромной силой, быстро превратившись в сплошную стену из ледяного ливня. Если бы я попала под него, то в один миг вымокла бы до нитки.

До боли прикусив нижнюю губу изнутри, поежилась от очередной волны холода, решив снова посмотреть погоду в телефоне. Достав мобильный и открыв необходимое приложение, застыла, как и ругательство в горле. В течение часа ливень не закончится. Просто замечательно. И что мне делать?

Неприятный холодный ветер, вместе с влагой, коснулся кожи, вновь заставив ту покрыться мурашками. Волосы от сильной влажности начали завиваться, прилипнув к лицу и шее.

Внутри велась борьба рациональности и безрассудства. Первое предлагало зайти в кафе, взять горячий напиток. Или же подняться в книжный, позвонив при этом бабушке, дабы сказать, что я пережду непогоду и вернусь. Второе требовало поспешить домой, сыграв с судьбой в рулетку на вероятное заболевание, после того как я неизбежно промокну.

Выбор не велик, да и свободных денег у меня не так уж и много. Бездумно слоняться по книжному магазину около часа, или же сесть в кафе купив что-то самое дешевое, не самый привлекательный вариант. Деньги нужно тратить с умом, и страх ошибиться не давал мне понять, как вернее поступить в этой ситуации.

Выругавшись, решила рискнуть и попробовать добежать до дома. Телефон я могу положить в пакет и завязать его, надеясь, что это как-то поможет. Положив мобильный к продуктам, я была уже готова шагнуть под ливень, как кто-то коснулся моего плеча.

Вздрогнув и невольно вскрикнув, инстинктивно выставила руки вперед, пытаясь защититься от неизвестного, зажмурив глаза. Первое, о ком я подумала был отец, или же кто-то из его людей, кого он мог послать за мной. Ничего не услышав, как и, не ощутив больше прикосновений, я уже подумала, что моя паранойя слишком уж разыгралась и мне просто показалось.

Неуверенно открыв глаза, я встретилась с гипнотически приятным взглядом незнакомки. Она кого-то мне напоминала. Темно-карие глаза смотрели на меня с интересом. Виновато улыбнувшись тонкими губами, незнакомка сделала шаг назад, как бы намекая мне, что она не враг.

– Здравствуй, Аня, – произнесла она знакомым голосом, еще больше вводя меня в ступор.

Мало того, что эта женщина казалась мне знакомой, так еще и мое имя знала. Это озадачило, и в очередной раз заставило подумать об отце. Могла же в его подчинении быть женщина, которую он мог прислать сюда по мою душу.

– Видимо ты меня не узнала, значит богатой буду, – произнесла незнакомка, заметив на моем лице непонимание и страх, из-за чего я лишилась речи. – Я Виктория, но ты меня любила в детстве называть тетя Винни, – пояснила она, заправив прядь за ухо.

Облегченно выдохнув, почувствовав, как страх на прощание окатил меня порцией льда, поежилась. Виктория изменилась за эти годы, что не удивительно. Прошло больше тринадцати лет, и ей сейчас около тридцати семи, хоть и внешне она выглядела все же моложе лет на десять. Темно-шоколадные волосы собраны в хвост с несколькими прядями впереди, легкий макияж подчеркивал глаза, а тонкие губы выделялись благодаря нежно-розовому блеску.

– Простите, я просто… испугалась, – пояснила я, не желая выглядеть глупо.

– Я все понимаю, дорогая. И обращайся ко мне на ты. Все же когда ты была маленькая мы были очень дружны, – тепло улыбнувшись, Виктория окинула улицу утопающую в дождевых каплях, взглядом. – Может зайдешь? А то на твоих руках скоро места для мурашек не останется.

Слегка замешкавшись, тупо уставилась на нее. Безусловно, я очень рада этой встрече, но меня ждет бабушка. А дождь… Могу ли я?

– Я позвоню Людмиле Михайловной и предупрежу ее, – назвав бабушку по имени отчеству, которое я почему-то помнила с детства, крестная открыла дверь приглашая меня зайти внутрь.

Сдавшись, прошла через открытую дверь, оказавшись на первом этаже здания, которое занимало кафе. Приятный аромат хорошего кофе и сладкой выпечки окутал меня, заставив рот наполниться слюной. Виктория прошла мимо, остановившись у одного из пустых столиков.

– Что предпочитаешь из горячих напитков? – поинтересовалась она.

– Мне нравится латте, – умолчав про добавки, произнесла я.

Виктория кивнула, направившись к стойке. Сев, положила рядом с собой пакет с продуктами, при этом все же достав из него мобильный. Воспользовавшись ожиданием, решила немного осмотреться.

Первый этаж полностью занимало кафе. Помимо различных напитков, здесь можно было приобрести десерты и полноценные блюда. Кухня находилась в скрытой части помещения, в отличие от кофемашин, что располагались за стойкой. Меню разнообразное, цены приемлемые, совершенно не кусающиеся нежели в многих заведениях столицы.

Атмосфера тут царила приятная. Большие окна, много растений, теплый свет не бьющий в глаза. Все столешницы из светлого дерева, диваны и стулья темные. Несколько стеллажей (на которых виднелись книги, мелкие растения и статуэтки) скрывали лестницу ведущую на второй этаж. В другой части зала, которую не было видно со стойки, находился детский уголок у окна, несколько столиков, и судя по вывеске, там же, недалеко, была уборная.

Второй этаж полностью занимал книжный магазин. Через прозрачные стенки виднелись заполненные стеллажи, баннеры с новинками и анонсом ближайших встреч. Увы большего, с того места где я сидела, невозможно разглядеть.

Посетителей в кафе сейчас было не так много. Рассматривая буклет, лежащий на столе, я заметила интересные пункты, касающиеся сразу двух заведений в этом здании. У кафе и книжного были свои сайты, доставки и достаточно активные телеграмм каналы, где можно найти больше информации об акциях, новинках и прочих мероприятиях.

Подписавшись на каналы, сама не знаю зачем, заметила, как в мою сторону шла крестная с подносом в руках. Поставив поднос передо мной, Виктория, улыбнувшись села напротив, забрав небольшой чайничек с зеленым чаем и пустой чашкой. На самом же подносе остался мой латте и лимонный пирог.

– Но я… – слегка смущенно начала, указав на сладость. – Я же не просила.

– Прости меня за такую вольность, – в темно-карих глазах тети виднелось нечто теплое и нежное. – Мне просто захотелось побаловать тебя, как в детстве. Надеюсь ты все еще любишь лимонный пирог. Конечно он никогда не сравнится с тем, который делает Людмила Михайловна. Но все же, в такую погоду лучше всего побаловать себя сладким.

– Спасибо, – слабо улыбнувшись, ощутив внутри нечто забытое и уже такое незнакомое, произнесла. – Вы… то есть, ты уже позвонила бабушке?

– Да. Она попросила тебе передать, чтобы ты не торопилась и воспользовалась случаем предоставленным самой судьбой.

Кивнув, взяла чайную ложку и отломила небольшой кусочек пирога. Закинула его в рот, с блаженством прикрыла глаза. Я так давно не ела столь любимую сердцу сладость, избегая ее, как болезненные воспоминания. Мне всегда казалось, что я просто не достойна подобного.

– Аня, мне бы хотелось кое-что у тебя узнать, но, если вдруг я зайду на запретную территорию, останови меня, – попросила тетя Винни.

Молча и не совсем понимая к чему вообще ведет этот диалог, я кивнула, внимательно следя за действиями женщины. Виктория, заметно нервничая, опустила взгляд на свою кружку, поглаживая ту кончиками пальцев по краю.

– Твоя бабушка поделилась со мной тем, что ты сбежала от отца. Почему? Как… – она запнулась, и облизнув губы, подняла взгляд, продолжив: – Как ты жила эти годы?

Отложив ложку в сторону, все еще чувствуя приятный вкус пирога во рту, ощутила неловкость от мысли, что я собираюсь сейчас все рассказать. Крестная, по сути, была для меня мало знакомым человеком из прошлого, и этот факт немного напрягал. Да и все, что произошло за эти годы так давило, будто я сама в этом всем виновата.

– После… после смерти мамы, – в горле появился ком, прогнать который я смогла лишь выпив безумно вкусный кофе. – В общем, когда все произошло, стало очень тяжело. Отец и до этого не отличался душевной теплотой, – я не могла смотреть на Викторию, мне до ужаса было неловко и страшно говорить об отце такое. – После случившегося с мамой, он еще больше начал избегать меня. В школе у меня не было друзей, свободного времени и хобби как такового, тоже. Все мои порывы попробовать себя в чем-то новом тут же карались… наказаниями, – сама не знаю зачем, подняла взгляд на крестную, увидев в ее глазах сожаление и слезы, готовые вырваться наружу. Только сейчас я почувствовала, как жгло в глазах и зудело в носу. Шмыгнув, опустила взгляд, не желая больше вспоминать о прошедших днях боли и страха. – Прости, я не особо хочу вспоминать про то время. Было очень плохо, и это еще, мягко говоря. Я сбежала, потому что устала и не могу больше переступать через себя. Не могу выполнить его последнее требование. Он…

Взгляд скользнул по помещению. Хоть я и говорила тихо, но мне все равно страшно, что кто-то может подслушать. В нашу сторону глядел парень бариста, и почему-то, мне показалось, что он смотрел именно на меня. Поймав мой взгляд, он заметно смутился, и неловко отвернулся, делая вид, что якобы проверяет кофемашину.

– Могу ли я надеяться, что бабушка не узнает о нашем разговоре? Я не хочу волновать ее по таким пустякам, – переведя взгляд на крестную, попросила я.

– Обещаю, я ничего ей не расскажу, – Виктория протянула мне раскрытую ладонь, пробуждая в моей голове забытые воспоминания из детства.

Она так делала и раньше, когда я была маленькой и совершала мелкие шалости. Тетя Винни прятала в своей ладони мою маленькую ручку, обещая ничего не рассказывать родственникам. И правда, никто из них так и не узнал ни одного из наших секретов. Вложив свою ладонь в руку крестной, другой вытерла выступившие слезы, чувствуя тяжесть ноши накопившееся за эти годы разлуки.

– Отец решил выгодно выдать меня замуж, за сына своего партнера по бизнесу. Его совершенно не интересовало мое мнение, да и много неприятных вещей он мне наговорил, – многие подробности я решила опустить, стараясь держаться. В горле щипало, голос предательски дрожал, а внутри, в области груди, что-то очень давило и жгло. – Я не смогла с этим смириться, впервые взбунтовалась и он пригрозил мне, заблокировал карты, вынуждая согласиться. Если бы не Лиза, я бы, наверное, и не решилась бы бросить все.

Обжигающие слезы покатились по щекам. Много вещей из прошлого я умолчала, то ли боясь, то ли, просто не желая их вспоминать. Как и отношения с Ваней, его предательство и наше расставание. Катя и ее… зависть. Единственным светлым пятном за эти годы была Лиза. Виктория аккуратно сжала мою ладонь, нежно поглаживая большим пальцем по тыльной стороне. Ее взгляд был наполнен грустью, сквозь которую все же пробивалось тепло, отчего-то ободряющее меня.

– Аня, я обещаю, что не дам тебя в обиду. Ты всегда можешь ко мне обратиться, и я помогу. Если бы Георг, – имя моего отца тетя Винни произнесла с отвращением, словно, только что коснулась чего-то мерзкого и грязного. – Если бы он не изолировал тебя от нас, то я бы сделала все, чтобы забрать тебя и дать нормальную жизнь. Мне искренне жаль, что я не смогла быть рядом эти годы. Но сейчас, я тут и помогу чем смогу. Прошу, не позволяй страху победить. Он тебе больше ничего не сделает, особенно здесь.

– Спасибо, – прошептала я, чувствуя, как боль и тяжесть покидает тело вместе со слезами. – Мне ценно слышать эти слова, и важно понимать, что я кому-то… нужна.

– Дорогая, ты бесценна и любима, помни это, – с теплом произнесла Виктория, улыбнувшись глазами, и отпустив мою руку, она кивнула на поднос. – А сейчас давай ешь и пей кофе, пока он не остыл.

Пока я ела, тетя решила немного отойти от болезненной темы.

– Знаешь, я тебя узнала сразу, как увидела в окне, – она посмотрела на улицу, словно вспоминая что-то. – Ты очень похожа на маму, а этот цвет волос нисколечко не скрывает ваше поразительное сходство, – тетя Винни посмотрела на меня. – А глаза, хоть они у тебя от отца, но все же другие. Добрые и нежные, как в детстве.