![История Попаданки](/covers_330/67964547.jpg)
Полная версия
История Попаданки
«Если я смогу тут переночевать и что-то узнать, то почему бы и не потерпеть», – с этой мыслью она продолжала стоять, пока этот человек открыто пялился. Пауза затянулась, и с некоторым опасением она всё же решила спросить:
– Могу ли я войти в дом?
– Д-да, ты не тень. Ты можешь. Ты можешь… заходи, – поспешно произнёс мужчина, делая шаг в сторону, тем самым делая путь в дом открытым.
Внутри дом оказался таким же обветшалым, как и снаружи. Деревянные балки поддерживали потолок. Большой очаг, в котором весело потрескивали дрова к сожалению, давал не так много света, но в отличии от улицы тут было достаточно тепло. В середине комнаты грубо сколоченный стол, и две длинные лавки. Именно сейчас девушка ощутила, насколько сильно устала. Сделав пару шагов, она всем своим весом рухнула на лавку, ощущая ноющую боль в уставших конечностях. Боль и при этом облегчение.
– Рассказывай, как здесь оказалась, – потребовал он, став напротив.
– Я даже не знаю с чего начать, – замялась Лена. Происходящее начинало казаться уже не просто сном, а бредом.
«Может, я сейчас в коме и думаю, что оказалась в книге, которую прочитала перед сном. Ведь бывает, так что человек абсолютно нормально живёт, и в один момент просто не просыпается. Лёг спать и не разбудить его уже».
В этот момент ей стало действительно страшно. Пробуждение в лесу, весь этот путь, усталость. Всё это показалось такой мелочью.
Перед глазами появилась картина, как она лежит в кровати, наступает утро, её пытаются разбудить мелкие, но не могут. Как мать трясёт за плечи, кричит, просит проснуться. Как вызывают врача и по приезде скорой, человек в белом халате просто разводит руками и говорит, что только в больницу, под аппараты и медикаменты, чтобы поддерживать жизнь. Жизнь, на которую нет денег.
От этого видения последняя струна лопнула, и Лена разрыдалась. Прямо перед этим суровым мужчиной. Разрыдалась как маленькая девчонка, потерявшая куклу.
Мужчина был ошарашен в прямом смысле этого слова. Он просто не ожидал, что эта девочка начнёт рыдать, а что делать с женщиной в слезах, он не представлял. Такая истерика разворачивалась на его глазах впервые.
Были разные женщины в его жизни, и слёзы в основном служили оружием. Одни говорили «утешь меня», другие «ты так суров», третьи «я на тебя обиделась» и всегда было понятно, что делать. Либо что-то подарить, либо тащить в постель, утешать огорчённую леди.
А тут пойди разбери, ведь перед ним никогда не рыдали ТАК. Тяжёлые капли скатывались по щекам, оставляя размытые полоски грязи на лице, нос сразу же покраснел, как и глаза, которые эта девочка вдобавок ко всему тёрла грязными и израненными руками. Вдобавок ко всему она начала заикаться.
На пару минут он просто впал в ступор, впервые столкнувшись с такой истерикой. Но воинская выучка взяла верх, и мужчина сделал единственное, что мог в данной ситуации. Взяв ведро воды, просто выплеснул его на свою новую знакомую. Рыдания тут же прекратились, теперь девушка просто сидела и круглыми от удивления глазами и ошарашенно смотрела на него.
«Чёрт, вода же была холодная», – тут же сообразил воин.
– В углу есть одеяло. Мокрую одежду сними. Я отвернусь, – сказал он, указав рукой в сторону, где кучей была свалена груда ткани. И не теряя ни секунды, повернулся спиной к девушке. – Постарайся не копаться слишком долго.
Услышав, что девушка направилась в сторону, где лежали одеяла, он едва сдержался, чтобы не обернуться. За время, проведённое в лесу, он отвык поворачиваться к кому-то спиной, ведь в таком положении врагу будет удобнее нападать.
– Можешь поворачиваться, – услышал он дрожащий голос через некоторое время.
Повернувшись, он увидел, что девушка, завернувшись в одеяло, как в кокон, сидит на лавке. Наружу торчала только голова с копной огненных волос. Одной рукой она придерживала одеяло, и было ясно, что под ним она слегка подрагивает от холода и шока.
Прямо на него смотрели красные от слёз глаза, выделяющиеся на фоне белой кожи, подобно двум крупным изумрудам. Она всё ещё шмыгала носом, но выглядела вполне спокойной, и было не похоже, что в ближайшее время она снова сорвётся в слёзы. А это был хороший знак.
– Как я могу к тебе обращаться? – спросил он, сообразив, что она так и не назвалась.
– Аулет, – немного подумав, ответила девушка. Идея представиться своим любимым именем пришла неожиданно. В этой идее было нечто иррациональное, но поскольку всё происходящее и так казалось бредом, она решила поступить именно так. – Могу ли я узнать ваше имя?
– Тимель.
Глава 3 «О долгом пути на Север»
Девушка и воин сидели друг напротив друга. Мужчина с интересом рассматривал свою гостью, которая совсем недавно появилась в его жизни. Она была красива, но совсем необычной для его понимания красотой. Всё в её образе было СЛИШКОМ.
«Не похожа она на придворную даму. Слишком яркая. Да и что тут делать придворной даме. На крестьянку тоже не похожа, уж больно бледная. Может дочь какого-нибудь землевладельца или купца. Хотя…Что она тут делает? Не понятно», – подумал он, пытаясь понять, как она могла оказаться в этом проклятом месте.
– Есть будешь? – без лишних церемоний спросил Тимель. Решив, что всё-таки с сытой женщиной говорить будет намного легче.
Девушка только кивнула. С тяжёлым вздохом мужчина направился в подпол. Надо было посмотреть, что осталось из съестного. Пустые полки не радовали взор, осталась половина пойманной утром птицы, пара банок с солёными листами и немного пряной настойки. Запасы стремительно заканчивались, как бы он ни экономил и как бы не старался их пополнить. Подхватив несколько мисок, Тимель вернулся к девушке.
На стол опустились две чашки с чем-то похожим на квашеную капусту и жареным мясом. Через пару минут к ним присоединился кувшин.
– Советую начать с еды, а то захмелеешь, – сухо произнёс мужчина, после чего занял скамью напротив.
Осторожно принюхавшись к содержимому кувшина, девушка брезгливо поморщилась и резко отпрянула. Пахло чем-то кислым и вместе с этим прелым, будто кто-то забыл в воде прошлогоднюю листву, а когда всё растворилось, добавил спирта. Этот запах напомнил Аулет воду в старой ванне на даче. Желудок громогласно заявил о голоде, и несмотря на то что мясо было холодным, девушка без лишних церемоний буквально набросилась на еду.
«Нет, точно не аристократка. Слишком уж они чопорные», – подумал Тимель, наблюдая за тем, как стремительно пустеют тарелки. – «Как же её зовут? Аулет вроде. Необычное имя, но ей подходит».
Несмотря на выказанную брезгливость, она всё же попробовала настойку. Первая кружка была опустошена достаточно быстро. Подождав, когда девушка хоть немного придёт в себя, он всё же решил вернуться к своему первоначальному вопросу.
– Рассказывай, как ты тут оказалась.
– Я не знаю. Я дома была, перед сном почитала книгу, а потом не помню. Проснулась среди леса, шла по дороге, свет увидела и вот. Пришла сюда, – громко икнув, поведала она.
– Где ты проснулась?
– Не знаю где точно, но не далеко от оградки, – приговаривая вторую кружку настойки, ответила девушка. Напиток уже ударил в голову, и поэтому обещание самой себе помалкивать было благополучно забыто.
Тимель задумался. Он мог конечно предположить, что её кто-то просто выкрал прямо из дома, чтобы силой жениться, или она ушла по доброй воле и потеряла память. Вариант с тем, что она врёт, мужчина откинул сразу, ведь её испуг не был ложью, такое не сыграешь. И наблюдая, как она сжимает в своих израненных руках кружку, он испытал впервые за столь долгое время тепло.
Одиночество съедает изнутри, как вода подтачивает разум капля за каплей. Безмолвие и опасность этого места, тени которые приходили каждую ночь. Ему удавалось сдерживаться, не подпуская их к себе и не уходя за ними. Удавалось выживать, в то время когда все товарищи поддавались искушению и уходили во мрак один за другим. Сейчас он был не один. Спустя долгое время он находился в обществе живого человека, и поэтому просто не хотелось верить в плохое.
Тем временем девушка понемногу приговаривала третью кружку. Её пальцы так нежно и при этом крепко сжимали тёмно-коричневые глиняные бока. Мужчине хотелось смотреть на это вечно. Одной рукой она по-прежнему придерживала тяжёлую шерстяную ткань. Белая кожа в импровизированном вырезе выглядела очень соблазнительно.
«Чёрт, а я уже давно без женщины. В этом и причина всех этих мыслей. Она ведь даже не в моём вкусе. Слишком тощая и бледная, больше на мальчишку похожа. Мне же всегда больше пофигуристее нравились бабы, чтобы всё на месте было», – тут же попытался себя отрезвить Тимель. В штанах вполне ожидаемо стало тесно, а перед глазами сразу же возник образ Берты. – «Интересно, как она там? Нет, не думать. Надо срочно сменить тему разговора, поменьше смотреть на девушку, а лучше проветриться».
– Поговорим об этом завтра. Можешь постелить одеяла на полу поближе к очагу, так тебе будет теплее. Я буду спать на лавке.
Давая ей время приготовиться ко сну, он вышел из дома. Перед сном надо было проверить костры и подкинуть дров.
«Нужно успокоиться, близость женщины это слишком. Сколько я уже тут?» – Тимель и не помнил, сколько времени провёл в этом ужасном месте. Он бы и ушёл, но отмеченный Тенью не сможет покинуть её чертоги. Это вынужденное одиночество начинало сводить с ума. Перед глазами сразу возник обнажённый образ девчонки зовущей его во мрак.
– Я на это не поведусь, – прошептал он, отвечая на это бесстыдное видение.
Глядя на огонь, внутри зрела безумная, но правильная мысль. Он давно ждал подходящего момента и видимо это знак. Это место исчерпало себя. Запасов не осталось, а живности тут не много. Всегда хочется верить в хорошее, но реальность такова, что зиму не пережить.
Раньше уйти возможности не было. Путешествие в одиночку было бы самоубийством, но с попутчиком шанс был. Сквозь лес нужно идти быстро, а ещё ему нужен был сон. Аулет могла бы покараулить пока он спит, почуяв опасность она его разбудит, а это дорогого стоит.
С этими мыслями он направился обратно в дом. Нужно было хорошо выспаться, ибо утром им предстоит дорога.
***
Старый клён, раскинувший ветви над площадью, создавал огромную тень. Солнечный свет, с трудом пробивающийся сквозь листву, придавал кроне сходство с пламенем. Но за этим поражающим воображение деревом было не менее внушительное здание из светлого камня, больше похожее на храм.
Белые статуи невероятно красивых людей, образовывали идеальный круг, центром которого был этот огромный клён. Позы, в которых они застыли навеки, преисполненные жизни лишь подчёркивали несовершенство смотрящего. Они словно, танцевали. Только мастер мог создать нечто настолько реалистичное. Взгляд цеплялся за мельчайшие складки на одежде, развевающиеся на ветру волосы, морщинки в уголках глаз. Единственным ярким всплеском были глаза, алые рубины, на гранях которых играл свет и делал их живыми и вместе с тем пугающими. Всего шестнадцать фигур, безмолвно застывших в своих странных позах.
Застыв в немом изумлении, девушка не могла отвести глаз от представшего её взору великолепия. Это место было самым красивым из всего, что она видела за всю свою жизнь. Среди серых панелек и безликих кирпичных застроек подобной красоты не найти. Это место словно бы помогало девушке, даже от лёгкого ветерка, веяло невероятной энергией. Стоя здесь, в тени этого огромного дерева, Аулет ощущала восторг, как ребёнок в магазине сладостей.
Неожиданно всё начало трястись, один из толчков рассёк каменную площадь. Отскочив в сторону, девушка упала, больно ударившись бедром, и только сейчас поняла, что может только воспринимать увиденное. Земля расступалась под натиском неведомой силы, и эта тьма стремительно подбиралась к храму. Словно послушная марионетка, следуя указке кукловода, она понялась на ноги.
Ярко алая вспышка, похожая на молнию, пронзила небо и врезалась в крышу храма, раскалывая мрамор. Девушка хотела обнять себя, но руки словно бы отказывались слушаться свою хозяйку. Прекрасное строение прямо передо ней разрушалось. В состоянии безмолвного наблюдателя Аулет видела, как тяжёлые камни падают в разные стороны. Первобытный ужас пронзил сердце, вызывая непреодолимое желание бежать всё дальше от этого места.
Когда от купольного свода ничего не осталось, алые молнии стали бить по другим зданиям. Словно очнувшись, девушка сорвалась с места. Она бежала, не разбирая дороги, спотыкаясь о камни и не обращая внимания на боль. Везде царил хаос, алые молнии сверкали то тут, то там, разрушая некогда безумно красивый город. В очередной раз, споткнувшись, она упала прямо на землю. Оглянувшись назад, туда, где был храм. Аулет увидела, как нечто чёрное растекается в разные стороны подобно дыму, скрывая под собой развалины города.
– ПРОСНИСЬ ЖЕ! – грубый мужской голос ворвался в сознание болью, а спустя мгновение щёку обожгло ударом. Не дожидаясь следующей оплеухи, девушка тут же открыла глаза.
«Что за бородатый мужик в моей спальне? Что ему надо?» – подумала она, попытавшись отстраниться, но он держал её за плечи и тряс с такой силой, словно хотел вытрясти всю душу.
– Я проснулась! Прекрати меня трясти! – завопила она, пытаясь привлечь к себе внимание.
– Да, сейчас, – резко отпустив, ответил он. В том месте, где секунду назад были его пальцы, появилась ноющая боль. – Ты кричала во сне, будто тебя кто-то убивает, вот я и забеспокоился.
Потирая рукой плечо, Аулет обратила внимание, что под одеялом совсем голая. Из-за того, что мужчина так неистово её тряс, ткань сильно сползла и сейчас едва прикрывала грудь. Вспомнив о том, какими глазами смотрел на неё новый знакомый прошлым вечером, девушке стало не по себе. И если вчера из-за количества выпитого это не воспринималось так остро, то сейчас было очень неудобно.
«Мало ли что в голову взбредёт этому извращенцу. Сейчас бы мне паранджу, чтобы закрыться и глаза оранжевым скотчем заклеить!» – подумала Аулет, стягивая края одеяла на груди. Идея с паранджой и скотчем была навеяна рассуждениями троюродной сестры о проблемах в отношениях с кавказцами, которых она так любила поругать за средневековые взгляды, но при этом продолжала встречаться.
– Отвернись, – тут же потребовала девушка. Кровь прилила к щекам, заставив цвет лица приблизится к цвету волос.
Без лишних слов отойдя на пару шагов, он отвернулся.
«Не хочет смущать больше необходимого или это какая то уловка?»
– Неужели ты думаешь, что я ни разу в жизни не видел голой женщины? – с усмешкой спросил Тимель.
– Дело не в том, что видел ты, а в том, как отношусь к этому я!
За ночь вся одежда успела высохнуть. Однако, свежести ей это не прибавило. Будучи весьма чистоплотной, девушка просто не привыкла надевать на себя откровенно грязную одежду. Втянув воздух над рукой, Аулет поморщилась. Разило потом и немытым телом. Последние надежды на то, что всё это кошмар или бред таяли на глазах. Еда, тепло и сон сделали своё дело. Сейчас девушка была в состоянии оценивать ситуацию критически.
«Ну, не может быть сон таким долгим и таким реалистичным. Чтобы это ни было, но я оказалась в этом дерьме и из него нужно как-то выпутываться. Может быть, я действительно попала в другой мир и на всякий случай лучше про это молчать. Ведь неизвестно как тут к попаданцам относятся. Но как тогда понять, как вернуться? Мда уж, ну и задачка».
– Ты уже всё? – из размышлений девушку вывел голос Тимеля, полный нетерпения.
– Да.
– Тогда пошли.
Мужчина направился к двери, и Аулет по-прежнему было не совсем понятно, что делать и как реагировать. Требовалось время что бы всё обдумать.
– Куда? – спросила она, но вопрос наткнулся лишь на его спину.
Подхватив мешок со своими нехитрыми пожитками, Аулет поспешила за ним. Яркое солнце на пару секунд ослепило девушку. В этом месте действительно было более светло из-за отсутствия деревьев у дома. Чуть было не споткнувшись о порог, она вцепилась рукой в дверной косяк и повторила вопрос:
– Ты хоть объясни, куда мы идём?
– Мы выйдем из леса. – Тимель явно был не настроен подробно рассказывать о своих планах.
– Не получится, там забор, который очень больно бьёт.
– Про это я знаю. Магическая граница существует только со стороны Аллории. Если идти к Истару, там границы не будет.
– СТОП! То есть ты хочешь сказать, что мы сейчас в спорных землях? – воскликнула Аулет, всё ещё надеясь, что просто ослышалась.
– Да, я думал ты догадалась по наличию границы, – обернувшись, ответил он.
Раскрыв рот, девушка принялась жадными глотками хватать воздух, которого внезапно оказалось так мало.
«То есть я сейчас нахожусь в мире, о котором читала перед сном. Меня выкинуло на границу спорных земель с Аллорией, а это Тимель ан Сварг – капитан, пропавший, судя по книге где-то тут?!»
– ТЫ ТИМЕЛЬ АН СВАРГ? – в неверии воскликнула Аулет. Возможно от количества выпитого, а может от усталости, но девушка не обратила внимания на то, что его имя показалось знакомым.
Вынужденная перейти на быстрый шаг, чтобы не сильно отставать, она буквально врезалась в широкую спину воина. Кольчуга неприятно царапнула нос. Тимель остановился так резко, что избежать столкновения было невозможно.
– Откуда ты знаешь моё полное имя? Я его тебе не называл.
«Походу я ляпнула лишнего.»
– Ну кто же не слышал про доверенного Арсверга. Всем известно Тимель ан Сварг бесследно пропал в спорных землях.
Мужчина едва заметно расслабился, решив, что слова девушки звучат вполне убедительно. Высокое положение – это всегда известность, а история с его исчезновением должна была наделать немало шума в народе.
– Меня интересует только одно, – немного напряжённо протянул он, окинув спутницу взглядом.
– Что же?
«Что такое он хочет узнать от меня, если я сама в этом мире всего лишь один день?» – любопытство вспыхнуло ярким огнём.
– В столице получили моё послание?
Эта чистота помыслов сильно удивила Аулет. Он думал не о себе, он думал о государстве, которому служил. Это было очень искренне, и так же было видно, что он не лукавит, его действительно волновал данный вопрос. Осторожность боролась с жалостью, он мог продолжить расспросы, но мог и принять ответ. Человеческое отношение всё же оказалось сильнее.
– Да, твоё послание было получено.
– Хорошо, – улыбка озарила его лицо, сделав словно бы моложе.
***
После разговора прошла половина дня. Судить об этом можно было исключительно по солнцу, свет которого едва пробивался сквозь густые кроны. От молчания Аулет начала думать что, сходит с ума. Дорога, несмотря на некоторые неровности, была достаточно удобной. Ведь одно дело идти через заросли и буреломы, грозя подвернуть или сломать ногу. И совсем другое, идти по более-менее утоптанной земле, без лишних сюрпризов.
Но даже лёгкость пути никак не смягчала мрачных мыслей девушки. Ей отчаянно хотелось нарушить эту тишину, дабы хоть на мгновение отвлечься.
«Как же не хватает телефона. Сейчас бы музыку послушать. Да хоть радио! Всё что угодно, кроме этой тишины!»
Недовольство стремительно перерастало в злость и раздражение. А отсутствие отдыха только подливало масло в огонь.
Тимель шёл быстро, настолько, что девушка едва поспевала за ним. А капитан в свою очередь явно не обращал внимания на это. Всегда оставаясь позади, Аулет сменяла быстрый шаг, мелкими перебежками, кое-как пытаясь нагнать его. За всё время, не было сделано ни одного привала. И когда она уже готова была плюнуть на всё и потребовать свой законный отдых, мужчина остановился.
– Немного отдохнём и снова в путь. Мы должны, как можно больше пройти до темноты, – сказал он оглядываясь.
– Ну, слава богу. Я жутко проголодалась, а ещё больше хочу пить, – тут же сообщила она, демонстративно уперев руки в бока.
– Воду сейчас наберём у ручья неподалёку, а с едой придётся подождать до вечера, – спокойно ответил он и тут же быстрым шагом направился в кусты у дороги.
«Нет ну что такое?! Сказал, что привал, и мы снова идём. Зачем так делать?»
Обсыпая мужчину всеми известными ругательствами, Аулет всё же я пошла за ним. Тимель пусть и выглядел странно, но хотя бы похож на человека, который имеет представление о выживании. И что самое приятное, он представлял, куда идти, чтобы выбраться из этого проклятого места. В глубине души, Аулет не хотела признаваться, что попала в другой мир. Всю дорогу предаваясь размышлениям, она ловила себя на странном ощущении. С одной стороны, видела, что всё реально, но с другой, задавалась вопросом: «Как такое возможно?»
Разум требовал объяснений, желательно логических. Раздавшееся вдалеке журчание вселило надежду. Пить хотелось жутко, пусть было не так жарко, но столь долгий путь, заставил девушку почувствовать себя забытым на подоконнике цветком.
«С попаданцами из книг всё понятно, там у них сразу и миссия и инструкция, а что мне делать? Где мои проводники, принцы, подруги? Хоть кто-то? Такое фэнтези мне не нравится!»
Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы не скатится в истерику, девушка решила принять для себя одну истину. С Тимелем у неё есть шанс выйти в цивилизацию, без него – нет. А там пусть каждый своей дорогой идёт. Но в чём Аулет была абсолютно уверенна, так это в том, что хочет домой. Обратно, в цивилизацию. К кондиционеру, мягкому дивану, к вкусной еде и напиткам, к безопасности. Список благ, разрастался с ошеломительной скоростью.
«А может быть я напилась с ролевиками, заблудилась, стукнулась головой и теперь ничего не помню? Да не, бред какой-то. Но как тогда и почему этот человек назвался именем книжного героя. КАК ЖЕ СЛОЖНО?!»
Воспоминания прошлой ночи были всё ещё свежи. Оказаться в этой тьме в одиночку, было слишком страшно. Вопросы из разряда навевали чувству безысходности: «А если ночью кто-то нападёт, у меня же нет оружия, а бегаю я не очень быстро!»
Прочитанная книга была весьма похожа на обычный такой фэнтези-роман, и запомнились девушке только ключевые события. Единственное, в чём не было сомнений, так это в том, что Тимель – воин, его преимущество в умении сражаться. В кольчуге и лёгких латах наперевес с пикой и с внушительным таким кинжалом на поясе.
«Этот отобьётся. Не то, что я», – тяжело вздохнула девушка, отодвигая ветку.
Настоящий ручей, Аулет видела только в паре фильмов и на картинках учебника по природоведению в 3 классе. В знакомом лесу было только небольшое озеро, которое именовали не иначе как «вонючка» или «лягушатник». Достаточно глубокое, но абсолютно непригодное для купания, оно было центром всех мистических историй местных жителей. Но теперь Аулет довелось своими глазами посмотреть на нетронутую человеком природу. И увиденное не сильно впечатлило.
Бурный поток воды, который уже давно сам себе проложил дорогу в земле был не слишком большим. Речка шириной не больше метра частично скрывалась за густой травой. Опустив руки в холодную воду, девушка набрала немного в ладони и плеснула себе на лицо. Ощутив, как ледяная вода, обожгла разгоряченную кожу, она испытала какое-то извращённое удовлетворение и тут же повторила процедуру.
«Мда уж, могла ли я неделю назад предположить, что когда-нибудь окажусь в лесу и буду рада ледяной воде», – скривив губы в улыбке, подумала она. Из-за течения водная гладь была меньше всего похожа на зеркало. Но девушке не сильно то и хотелось рассматривать себя.
Возможность хоть немного привести себя в порядок заставила на пару секунд забыть о проблемах. Закончив умываться, она открыла сумку, что бы достать флягу. Следовало набрать воды, пока есть такая возможность.
– Пора возвращаться к дороге, – оглядевшись, сказал Тимель, отрывая спутницу от вожделенного отдыха. Растянувшись прямо на траве, девушка наслаждалась драгоценными минутами спокойствия.
– Давай хоть немного посидим. Я так устала, – попытавшись воззвать к жалости, протянула она. Но по брошенному воином взгляду, сразу поняла, что жалости от этого человека ждать не стоит. И тяжело вздохнув, всё же поднялась на ноги, заставив себя идти за капитаном.
Без передышки они шли до глубокого вечера. Пару раз Аулет просто падала не в силах двигать ногами, но несмотря на усталость ей приходилось снова подниматься и идти дальше. Многое может вынести человек, если будет следовать за какой-то мыслью. Вот и девушка держалась только благодаря одной простой истине, которую постоянно себе повторяла: «Без Тимеля мне в этом лесу не выжить и уж тем более не найти дороги. Я ничего не знаю о мире, в который попала. Без Тимеля я умру!»
Невозможность убежать от своих мыслей заставила девушку признать, что это всё-таки другой мир. Пытаясь припомнить, что было в книге, Аулет пришла к неутешительным выводам, как минимум тут средневековье. Временной период, про который она мало что знала. В памяти сразу возникали сериальные образы, что-то про Камелот и крестовый поход за лимонами.