bannerbanner
Жестокий трепет
Жестокий трепет

Полная версия

Жестокий трепет

Язык: Русский
Год издания: 2024
Добавлена:
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
На страницу:
2 из 6

Наверное, даже хорошо, что мы столкнулись. Я целиком и полностью убедилась в том, что излечилась.

Единственное, что меня волновало – это ощущение его прикосновений все еще оставшихся на моей коже. А еще то, что его запах хоть и еле ощутимо, но все же остался на мне.

От этого хотелось избавиться. Сию секунду. Даже, если те участки кожи, к которым он прикасался, придется расцарапать ногтями.

Как это пустое место посмело прикоснуться ко мне?

Ранее я направлялась в уборную, но решила вернуться на балкон. Там свежий воздух и ветер. Мне следовало проветриться. Убрать запах Брендона.

Уже будучи там, я достала телефон и позвонила Лестеру. Он ответил практически мгновенно и я спросила:

– Ты рядом со зданием?

– Да, госпожа.

– Войди внутрь. Присматривай за мной.

– Что-то случилось?

Лестер Прайм. Огромный альфа. Пугающий. Тот, кто был подобен самой смерти. Причем в самом страшном ее проявлении.

Некогда Лестер служил Алане, но на мой девятнадцатилетие она передала его мне. Алана сказала, что это подарок. Самый ценный из того, что она может дать. Изначально я не поняла ее слов. В конце концов, не на каждый день рождения мне дарили верзилоподобных альф.

Ценность Лестера я осознала немного позже. За последние пять лет происходило многое, но кто бы мог подумать, что основной проблемой для меня станут альфы. Их внимания у меня было предостаточно. К счастью, большинство принимало вежливый отказ или, как минимум, продолжая пытаться ухаживать, они придерживались граней.

Но за все прошедшие годы были четыре критичных случая. Вплоть до того, что один альфа пытался меня похитить. Позже, когда мы с мамой разговаривали об этом, она сказала, что тоже проходила через подобные ситуации. Что некоторые альфы просто не понимают слова «нет». Предполагая, что и со мной будет происходить нечто такое, она и решила передать мне Лестера.

Алана в таких случаях явно была более опытной, нежели я. Учитывая то, что первые восемнадцать лет своей жизни я вовсе никому не была нужна и альфы на меня вообще не смотрели, у меня в сознании не укладывалось то, что однажды их внимание может оказаться слишком навязчивым. Порой даже чрезмерно.

Спустя годы я к этому привыкла. Отрастила настолько толстую кожуру из льда, что через нее уже не пробраться, но одной кожурой защитить себя я не могла. Для этого был Лестер. И он безупречно выполнял свою работу.

– Ко мне прикоснулись и я не желаю, чтобы это повторилось, – сказала, отвечая на вопрос мужчины.

– Кто, госпожа?

– Альфа, которого зовут Брендон Дилан.

– Нам с ним разобраться?

Мне это и нравилось в Лестере. Его не интересовало, кем являлся человек, который мог причинить мне вред. Если бы я отдала приказ, он бы его выполнил. Причем приказ мог быть любым.

– Нет. Просто наблюдай за тем, чтобы он больше меня не трогал.

Мне не нужно было уточнять, где именно я нахожусь, ведь я прекрасно знала, что Лестер найдет меня по запаху. И мне не требовалось объяснять, кем именно являлся Брендон Дилан. Лестер сам найдет эту информацию. Свою работу он выполнял быстро, точно и без лишних вопросов.

Я не думала, что мне понадобится телохранитель в самом здании, из-за чего оставила Лестера на улице, но, наверное, будет лучше, если он пока что все время будет находиться рядом со мной.

А все потому, что Брендон тронул меня.

А я терпеть не могла, когда ко мне прикасались. Особенно, это касалось его. Я бы спокойнее восприняла бы прикосновение грязного бомжа.

– Лестер, есть еще кое-что, что меня волнует. Я не могу понять запаха этого альфы. Он странный, но, судя по симптомам, у него приближается гон. Я не понимаю, почему его в таком состоянии пустили в здание и почему его до сих пор не вывели отсюда, но, пожалуйста, уточни этот момент. Будет ужасно, если он навредит какой-нибудь омеге. К тому же, скандал нашему фонду не нужен.

Лестер перезвонил мне буквально через десять минут. Я в это время еще находилась на балконе. Чертов запах Брендона никак не выветривался.

– У этого альфы гон не скоро, – сказал Лестер. – Судя по запаху, он будет минимум через неделю. Может больше.

– Ты уверен?

– Да.

Я нахмурилась. Уже теперь ничего не понимала, ведь такое поведение Брендона могло быть объяснено только приближающимся гоном. Более того, симптомы целиком и полностью подходили. Жажда омеги. Ощущение того, что он хотел порвать одежду. Нечто неконтролируемое в его взгляде.

Альфа в здравом сознании так себя не ведет.

Позже, я, проходя по коридору, через окно увидела Брендона. Он был на улице. Курил. Разговаривал с другими альфами и неподалеку от него находились омеги, но он на них даже не смотрел.

У меня имелось опасение, что он был бесконтрольным и мог кому-то навредить, но, судя по всему, я зря переживала.

Поэтому решила закрыть для себя этот вопрос и благополучно забыть про Брендона. После этого даже дышать стало легче.

Остаток вечера я провела за общением с другими гостями этого мероприятия, но имелось то, что не давало мне покоя. Разговаривая с одной пожилой дамой, тема нашего разговора неожиданно коснулась Диланов. Эта женщина сама ее начала, после того, как издалека увидела Айрис.

– Видите ту омегу в красном платье? – спросила она у меня. – Это Айрис Дилан. Замечательная женщина. Вам следует познакомиться с ней.

– Правда? – я спросила это нейтральным тоном. Привыкла внешне не выдавать эмоций и не показывать окружающим то, как я реагирую на тех или иных людей, но создавалось ощущение, что даже если я бы скривилась, эта женщина подобного не заметила бы. Она была занята восхищением Айрис.

– Уж поверьте мне, – пожилая дама кивнула. – Айрис Дилан организовала несколько кружков для омег из высшего общества и активно их ведет. А еще она великолепная жена и мать. У нее пять сыновей и дочь. Правда… была еще одна дочь. Вторая. Но не родная по крови и это в итоге сказалось.

– Вы имеете ввиду, что у нее была приемная дочь? И чем же это сказалось? – я отпила немного вина из бокала, который держала в ладони.

– О, это вообще дикая история. Подобного и врагу не пожелаешь. Дело в том, что некогда дочь Айрис в роддоме случайно перепутали с дочерью наркоманов. И десять лет они ее воспитывали. Кормили и одевали. В то время, как их родная дочь, бедняжка, все это время провела в детдоме. Но потом ее нашли и вернули в семью, но Диланы и от этой дочери наркоманов не отказались за что позже поплатились.

– Правда? Она сделала что-то ужасное?

– Ну, во-первых, ее дурная кровь сказалась в том, что эта девчонка не пробудилась. Представляете? Но Айрис все равно продолжила ее любить и воспитывать пока та, не плюнула ей в лицо и не сбежала. А ведь этой девчонке тогда не было и девятнадцати. Я всегда говорила, что не стоит брать детей из детдома. Если кровь дурная, это уже не исправить. Даже если очень сильно стараться. Вот Айрис пыталась делать для нее все. А что в итоге?

– Неизвестно почему она сбежала, – я приподняла бокал. Посмотрела на алую жидкость.

– Ходит много слухов. Вплоть до того, что она связалась с какой-то плохой компанией и убежала именно в гетто. Иначе бы ее нашли.

– Есть основания считать, что она связалась с плохой компанией? – в доме Диланов я всегда вела себя правильно. Без исключения. Оступилась лишь раз – этим являлась моя связь с Брендоном.

– В нашем городе это не утихающая тема. Да и вообще в кругу дам из высшего общества. Дело в том, что мы волнуемся за Айрис. А вдруг та девчонка опять появится и начнет у нее что-то требовать? Айрис ведь слишком добра. Столько усилий потратила на то, чтобы воспитать дочь наркоманов и, все мы уверены, что она попытается опять направить ее на правильную жизнь, если та вновь появится. А это деньги, силы и, главное, нервы. А еще я слышала, что возникали некоторые конфликты с ее сыновьями. Поэтому мы надеемся, что она не вернется и не будет трепать душу Айрис. И время от времени мы осторожно спрашиваем у нее, нет ли вестей от той девчонки. Не появлялась ли она на горизонте. И вот пару раз Айрис говорила, что та точно не приедет, так как у нее своя жизнь в гетто и после всего этого она не посмеет появиться Айрис на глаза. То есть, Айрис считает, что ей будет стыдно, а вот мы все думаем, что у такой девчонки с дурной кровью совести быть не может.

Я опять поднесла бокал к губам, не понимая каким образом еще не раздавила его в ладони. Значит, вот как?

Айрис никогда не была слабохарактерной женщиной, но еще в тот момент, когда я, находясь в больнице, узнала, что Диланы явно собирались не рассказывать о том, что они были намерены отправить меня в детдом, я предположила, что таким образом они желали не очернять свою репутацию из-за меня.

Чтобы их не осудили от того, что они избавлялись от меня из-за такой мелочи.

Это еще один признак того, насколько сильно они желали убрать меня из своей семьи.

И вот это уже рушило мое спокойствие. Выводило в ярость. То, что за счет меня они отелили себя.

Уже некоторое время Алана готовит передачу мне одной из корпораций Фокс. Все последние годы я работала над тем, чтобы это было заслуженно. Чтобы я в полной мере могла развить семейное дело. И я была уверена в том, что справлюсь, но, если до сих пор Алане удалось держать меня в тени, то после передачи мне корпорации, это уже будет невозможно.

Во всем мире я стану второй омегой, которая займет такой пост. Первой является Алана.

И, естественно, журналисты тут же перероют все мое прошлое. В том числе дойдет и до Диланов. А еще до этих грязных слухов, которые возникли из-за них. А еще меня нестерпимо доводило до ярости то, что меня называли дочерью наркоманов. Лучше моих родителей во всем мире нет никого. За такие слова в их сторону я могла глотку перегрызть.

Алана очень помогала мне, но Диланы являлись моим делом. В моих обязанностях было закрыть им рты.

Я могла бы отложить разговор с ними до завтра, но когда я проходила по коридору и случайно через открытую дверь увидела, что все прибывшие сюда Диланы находились на балконе, я решила, что стоит подойти к ним. Поприветствовать их.

Лестер шел немного позади меня, но я жестом указала ему оставаться в коридоре, после чего толкнула дверь и вошла на балкон.

Айрис и Алес стояли практически в центре. Держались за руки, пили шампанское, что-то обсуждали и смеялись. Выказывали необычайно близкие отношения матери и дочери.

Хорас, Дастин и Лойд находились неподалеку от них. Тоже разговаривали. Как и раньше казались сплоченными братьями. Теми, чьи отношения ни что не разрушит. Скорее, они разрушат кого угодно.

Но вот Брендон стоял в стороне. Опершись локтями о высокие перила, курил. Смотрел на улицу. Но еще до того, как толкнуть дверь, я уловила то, что он повернул голову и посмотрел в мою сторону. Вот только, потом поднес сигарету к губам и отвернулся. Словно не желая на меня смотреть.

Войдя на балкон, я этим привлекла к себе внимание. Так, что Диланы замолчали и посмотрели на меня.

И с первых же мгновений я поняла то, что они меня не узнали. Хорас и Лойд смотрели на меня оценивающе. Дастина за ними я не видела. Айрис окинула меня взглядом и улыбнулась. Дружелюбно и мило. Нечто такое было и с Алес. От нее так и исходила доброжелательность. Открытость. Будто бы желание подружиться.

– Проходите, – Алес сделала шаг в сторону. – Вы вышли подышать свежим воздухом? Мы заняли балкон, но места тут еще много. Думаю, тесно не будет. А вы ведь не местная? Я бы вас запомнила.

– Почему же? Я выросла в этом городе, – ответила с обворожительной улыбкой.

– Правда? – Алес приподняла бровь. – Я часто бываю на разнообразных мероприятиях, но раньше вас не видела. А из какой вы семьи?

– Раньше была из вашей, Алес, – произнося эти слова, я опустила уголки губ вниз. Моя улыбка исчезла так, словно ее и не было.

– А? – девушка посмотрела на меня так, словно не поняла того, что я сказала. Нечто такое было и с Дастином, Лойдом и Хорасом. А так же с Айрис.

– Приветствую, Диланы, – холодно произнесла. – Мы с вами давно не виделись. Почти пять лет.

Я заметила то, как лица Диланов поменялись. На губах Хораса и Лойда вовсе возникли улыбки, словно они посчитали, что мои слова шутка. Но так же я краем глаза уловила то, что Брендон медленно обернулся и посмотрел на меня. Вернее, на мое лицо. Черты. Буквально впиваясь в них взглядом. И так же я уловила то, что сигарета выпала из его ладони.

Глава 4 Элис

– Я немного не понимаю, – улыбка Айрис дрогнула. – Это шутка такая? Она совершенно не смешная.

Алес напряглась и, широко раскрытыми глазами посмотрела на меня. Но уже в следующий момент она, прикусив губу, нахмурилась. Было прекрасно видно то, что моя бывшая «сестра» пыталась вернуть внешнему виду непринужденность, но получалось плохо. В то, что я Элис она явно не поверила.

Как говорится? Не пробужденные омеги никогда не пробуждаются. Без исключения. Это все равно, что отрубленная рука никогда заново не отрастет.

Даже если не брать в счет мою значительно изменившуюся внешность, в понимании Диланов, я все так же оставалась калекой, а сейчас перед ними стояла полноценная омега. Поэтому мои слова они явно серьезно не приняли. Лишь реакция на них у каждого была разной.

Айрис и Алес напряглись. Им нечто такое не понравилось. Почему? Потому, что они решили, что таким образом кто-то решил поиздеваться над их семьей? Или помимо этого имелись еще какие-то причины? Но пока что они пытались сохранять спокойствие. Держать головы высоко поднятыми и не выказывать слишком сильную враждебность. Не выходить на конфликты.

Лойду, Хорасу и Дастину нечто такое показалось забавным. Я даже услышала, как они перекинулись парой фраз, в которых прозвучало «недоразвитая». И за мной они наблюдали с интересом. По большей степени, судя по всему, считая меня омегой, которая хочет найти с ними общий язык, раз я начала разговор с шутки. Пусть и со странной.

На Брендона я не смотрела. Не видела в этом смысла, но более чем отчетливо ощущала нечто странное. Он стоял в той части балкона, которая плохо освещалась. Там царил полумрак и в эти мгновения порывами ветра оттуда донеслось нечто буйствующее. Животное. До жути не сдержанное и похожее на миллиард разрядов тока. Хотя сам альфа стоял неподвижно. Будто превращаясь в стальную статую. Разве что он делал глубокие вдохи я все так же ощущала его горящие в полумраке глаза. Вернее их взгляд, впившийся в мое лицо.

И я уже в следующее мгновение уловила движение. То, что он пошел ко мне. Делая глубокий вдох и так же не отрывая взгляда от моего лица, хрипло спросил:

– Элис?

– Брен, ты что реально поверил в то, что это она? – Дастин усмехнулся, но его вопрос остался без ответа. Брендон проигнорировал его, все так же взглядом скользил по моему лицу. Настолько пристально, будто оставляя на коже ожоги. Рассматривая меня так, как никто другой в моей жизни. Буквально пожирая взглядом.

Но он так и не подошел ко мне. Не смог.

На балконе возникла тень.

Лестер.

Становясь передо мной и таким образом закрывая от Брендона, он своим появлением изменил ту атмосферу, которая царила на балконе.

Лестер вообще находился за пределами понимания. Слишком огромный. Настолько, что порой даже смотря на него, не веришь в то, что альфы вообще могут быть такими. И он являлся жутким, страшным в любом своем проявлении. Такого один раз встретишь и больше не забудешь. Хотя бы потому, что от него незримо исходило отсутствие граней. Для него их не существовало.

На Диланов Лестер произвел неизгладимое впечатление. В прочем, на него так реагировали абсолютно все и всегда, но учитывая обстановку и мои предыдущие слова, воздух тут же пропитался тяжестью.

– Миссис Дилан, разве я выгляжу, как та, которая любит шутить? – я спросила у Айрис. – И разве вы не хотите поприветствовать меня в ответ? Мы ведь столько лет не виделись.

Она оторвала взгляд от Лестера и растерянно посмотрела на меня. Сделав глубокий вдох, она произнесла:

– Я понятия не имею, зачем вы это говорите, вот только, может вы не слышали, но Элис была не пробужденной омегой.

– Я прошу вас прекратить, – в разговор вмешалась Алес. – Шутка это или еще что-то, но Элис для нашей семьи больная тема. Упоминая о ней, вы делаете больно моей матери. Она до сих пор не пришла в себя после того, как Элис сбежала, а вы берете и давите на рану.

– Неужели? Я давлю вам на рану, миссис Дилан? – я посмотрела на Айрис. – Я слишком хорошо помню то, что вы мне сказали в нашу последнюю встречу, чтобы поверить в то, что у вас могли появиться какие-то там раны.

Выражение лица Айрис мгновенно изменилось. Глаза округлились, выказывая непонимание и шок. Прикрыв рот ладонью, она издала судорожный выдох. Это заметили все.

– Уйди.

Я услышала голос Брендона. Он говорил это Лестеру.

Среди всех Диланов Брендон на моего телохранителя отреагировал иначе. С тем, что безошибочно можно было назвать кровожадностью. Той, которая ощущалась даже в его запахе и в потемневших зрачках пустых глаз.

– Он никуда не уйдет, мистер Дилан, – я сказала это Брендону. Впервые за последние пять лет обращалась ему от своего лица и ловя себя на мысли, что мне совершенно не хотелось этого делать. Возможно, это от того, что я понимала – нам не о чем разговаривать. – Он мой телохранитель и он выполняет четкий приказ не подпускать ко мне всяких ничтожеств.

Брендон повернул голову и посмотрел мне в глаза. Наши взгляды встретились. Мой ледяной. Его все такой же мертвый и жесткий, но в этот момент там промелькнуло то, что было похоже на боль. Жаль, что я, скорее всего, ошибалась. Брендон не был способен испытывать нечто такое. А ведь мне хотелось, чтобы он страдал. Чтобы горел в аду.


Глава 5 Брендон

– У Элис не может быть телохранителя и, повторяю – она не пробудившаяся омега, – Айрис несколько раз качнула головой, вновь бросая взгляды на Лестера, после чего переводя их на меня. Но, несмотря на произнесенные, казалось бы громкие слова, выглядела она растерянной и притихшей. – Кто вы такая? И зачем все это говорите?

Мне нравилось наблюдать за Айрис. За тем, как она постепенно начинала терять почву под ногами. Все еще держалась, но в моих планах было хорошо ее колыхнуть.

– Я никогда не была не пробужденной омегой, – я говорила это настолько спокойно, словно вовсе безразлично. – И вы бы это поняли, миссис Дилан, если бы отвели меня на нормальное обследование, а не чисто формальное, чтобы мне вынесли диагноз.

– О чем вы? – голос Айрис дрогнул. Моя догадка подтвердилась. Она знала, что мне тогда нужны были определенные обследования, но явно не посчитала нужными их проведение. Зато, когда болела Алес, ей делали все анализы. И нужные и не нужные. В больнице, по велению Диланов, за ней толпами бегали врачи. Даже если речь шла про обычную простуду.

– Вас ведь интересовало лишь официальное закрытие вопроса, а не мое здоровье, – это я тоже произнесла сухо. Устраивать из этого скандал и, тем более бросаться обвинениями, я не собиралась. Просто ставила перед фактом.

– На этом можно прекратить разговор, – Алес, взяла Айрис за руку. – Мама для Элис сделала все анализы. Отвезла ее в больницу сразу же, а вы такое говорите.

Я еле заметно наклонила голову набок. Спросила:

– Неужели?

– Да, я все это помню, – Алес кивнула. – Я тогда была с ними. Как я могла не присутствовать на обследованиях своей сестры? Поэтому, я в очередной раз прошу вас прекратить говорить то, чего быть не может.

Мне захотелось усмехнуться. Она пыталась поймать меня на лжи? Алес тогда осталась дома и даже, когда меня привезли из больницы, она ко мне не вышла. Никто этого не сделал. На ужине тему больницы не затрагивали. В дальнейшем – тоже. Всем было это безразлично.

– Врать не хорошо, Алес, – она действительно этим позабавила, из-за чего я посмотрела на нее, как на нелепое существо. – Но это интересно. Правда. Я запомню.

Алес шумно выдохнула. Переступила с ноги на ногу и, кажется, хотела что-то сказать, но я решила обозначить:

– На самом деле, со словами стоит быть осторожными. Я как раз пришла сюда по той причине, что вы этого не делаете.

Я ощущала то, как атмосфера возникшая на балконе постепенно менялось. Прошло достаточно времени для того, чтобы они меня рассмотрели. Чтобы увидели те черты, которые остались прежними.

Теперь им было труднее отрицать то, что я Элис, но и принять это, судя по всему, так просто они не могли. А я начала уставать от этой игры в «верю – не верю». Тем более, я не собиралась распинаться, на словах доказывая, кто я. Лучше сделать это фактами. Мы взрослые люди. Находимся не в детском саду и уж точно не в цирке. Так и разговаривать следовало по-взрослому.

– Тем, что я настолько поздно пробудилась, я обязана вам, миссис Дилан, – я подняла бокал с вином и посмотрела на алую жидкость. Колыхнула ее, смотря на то, как искусственный свет красиво играл на стенках бокала. – И я могу легко использовать это против вас.

– Зачем и как? Что я такого сделала? И вы не Элис. Вы не можете ею быть. Она не пробужденная и я в этом не виновата.

Отрицание. Я чувствовала, что Айрис рассматривала меня, скользила взглядом по знакомым чертам, но отвергала их. Возможно, делала это на интуитивном уровне, так как в ином случае, какой бы не была эта ситуация, ни в одном своем проявлении она не значила для Айрис ничего хорошего.

Нечто такое происходило и с остальными. Но пока что они просто внимательно слушали наш разговор. Неотрывно смотрели на меня и эмоции на их лицах были самыми разными. Только Брендон опять отличался. Своим взглядом он буквально пожирал. С каждым мгновением все сильнее и сильнее. Как-то странно дышал и мне он в этот момент слишком сильно не нравился. Омежьей сущностью я ощущала нечто такое, что твердило – человеческого в нем становилось все меньше и меньше. Начинал преобладать зверь.

Я бы могла задаться вопросом, что с ним такое. Может, он перестал пить свои подавители? Или просто свихнулся? Но на самом деле мне было все равно.

На этом моменте я поняла, что разговор следует закончить. Пока что.

Я поприветствовала Диланов. Для начала этого достаточно. Следующий наш разговор будет совершенно другим.

– Дело в том, какие слухи вы распускаете миссис Дилан. А, как я уже сказала, со словами следует быть осторожными. За каждое держать ответственность.

– Я никакие слухи не распускаю, – она растеряно закачала головой.

– Гости этого мероприятия говорят об обратном. Миссис Дилан, я хочу прояснить один момент, – я опять посмотрела на свой бокал. Во мраке ночи, лишь слегка рассеиваемым искусственным светом, алая жидкость выглядела великолепно. – После того, как я покинула ваш дом, я узнала о том, что Норма Емвер не моя мать.

– Это невозможно, – Айрис судорожно выдохнула и поджала губы. Мне даже показалось, что в ее глазах мелькнуло облегчение. Словно она посчитала мои слова тем, что уж тем более не может быть, а, значит, я точно лгу. Причем, возможно, во всем. – Алес числилась, как ее дочь. Матерью Элис определенно была Норма Емвер.

– Но, тем не менее, тест ДНК между мной и Нормой Емвер вы не делали, а, как оказалось, в роддоме перепутали не двух омег, а трех. То есть, помимо Диланов и Емверов была еще одна семья. Моя родная. И я не буду терпеть то, что очерняя меня вы так же очерняете их.

– И кто же это? – Айрис приподняла подбородок. Уже теперь чувствовала себя более уверено. Явно вообще не верила мне.

– Вы с ними обязательно познакомитесь, миссис Дилан, – это единственное, что я сказала, так как услышала голоса, доносящиеся из коридора. Уже в следующее мгновение на балкон вышло четыре женщины. Две из них пожилые. Они были в прекрасном настроении и что-то обсуждая, задорно смеялись, но, заметив тяжелую атмосферу, возникшую на балконе, одна из них спросила:

– Простите, мы помешали?

– Конечно, нет, проходите, – я улыбнулась им и жестом указала, что они могут пройти вглубь балкона. И, как только дамы туда направились, я тихо сказала. Так, чтобы меня услышала только Элис: – Тут слишком людно. Предпочту, чтобы мы поговорили в более уединенном месте, но давайте так, чтобы больше не было этого «Вы не Элис». Я устала это слышать. Свою личность я могу подтвердить по отпечатку пальца.

Поскольку альфы и омеги после пробуждения менялись, именно отпечаток пальца у нас значился главным доказательством личности. Это можно было сделать и в электронном формате. В каждой семье имелись специальные планшеты с документами. Прикладываешь палец и он обозначает этого ли человека отпечаток стоит на документе.

У Диланов точно остались некоторые мои старые документы. Нечто такое не удаляется. Поэтому подтвердить мою личность можно было просто. Лишь приложив палец к планшету. Имелось и множество других вариантов, но этот самый простой и быстрый.

На страницу:
2 из 6