Сказка о зеленоглазой колдунье и семи богатырях

Неожиданно в разговоре мое участие не обсуждалось, оно подразумевалось, как само собой. Закончив обсуждать, все принялись за трапезу. На князя снова засмотрелась, как за столом себя ведет, как кушает, благородство чувствовалось в каждом его жесте.

Когда ужин закончился, парни с увлечением стали обсуждать подробности похода на Чернобога. Взяли в оборот Игоря и расспрашивали подробности. О количестве войска противника, о ведьмах ученых, об оружии. Иногда перескакивали с темы на тему.

Я помогала маме с бабушкой убирать посуду и с интересом прислушивалась к разговору.

– Иди, – отпустила бабушка. – Сами управимся.

Я не стала подходить к парням, которые с жаром стали спорить об оружии, которое надо взять в поход. Решила проведать Огонька, застоявшегося без меня. Хотя Матвейка и братья наверняка не забывали выгуливать его, но не подпустит к себе конь волшебный.

Огонек встретил меня радостным ржанием и по красной шерсти пробежали искорки. Радовались мы с ним вдвоем встрече и друг другу.

Вскоре понеслись по ночному полю. Огонек скакал, словно не касался травы копытами. Я выпустила клокочущую во мне силу ведьминскую. Вихрь огня тянулся шлейфом за нами. Мой красный конь не испугался, лишь радостно заржал и понес дальше, разминая застоявшиеся мышцы.

Когда Огонек сбавил ход, остановилась и соскочила с коня. Отошла немного от него и пустила огонь вверх, добавила ветер и пламя затанцевало в ночном небе. Отпущенная на свободу ведьминская сила изобразила пару. Мужчина кружил девушку, держа ее за руки. Перехватив за талию, подкидывал вверх над собой и снова ловил. Огненные фигуры осыпались искрами при соприкосновении друг с другом.

Я не управляла фигурами, просто позволила силе быть свободной, выпустила любовь, и теперь наблюдала ее танец на фоне звездного неба.

Опустила руку к земле и позвала свою помощницу. По земле сначала пробежала дрожь, потом волна, а потом из земли стали проклевываться зеленые ростки. Они быстро поднимались, набирая силу. Подняла обе руки, и с неба пролился дождь, орошая новые побеги. Отблески от танцующей пары заискрились в каплях дождя, окрашивая их в огненные краски. Над лугом разнесся аромат мокрых трав и благоухающих цветов.

Ветерок подхватил лепестки и закружил вокруг танцующих. Огненный вихрь и вихрь цветов над лугом заставили меня позабыть обо всем на свете. Я смотрела и не могла оторваться. Пара замерла, и мужчина поцеловал девушку. Они слились общим пламенем, рассыпались искрами, упавшими в землю. Лепестки медленно оседали вниз, дождик прекратился. Лишь легкий ветерок обдувал мои разгоряченные щеки. Выпустив свою ведьминскую силу, мне стало легче, но жар от чувства не перестал переполнять мою душу.

Огонек ткнулся в плечо, напоминая о себе, и я обняла коня за морду. Обратно к дому мы летели уставшие, но довольные.

У конюшни меня встретил Матвейка, забрал повод Огонька, помог спрыгнуть.

– Ты где была? Князь испереживался совсем. Хватал коней, хотел скакать, искать тебя. Только когда увидели танцующие фигуры в небе, поняли, где ты. Красиво получилось, – Матвейка улыбался.

– На лугу была. Раз видели, зачем спрашиваешь? – ответила ему недовольно. Не хотелось, чтобы видели танец моего чувства.

– Присох к тебе князь. И не может без тебя, – хохотнул Матвейка. – Пришлось выдать ему коня, чтоб мог пар выпустить.

– И вы его отпустили? – ужаснулась. – Одного? Он опять заблудится.

– За ним Гамаюн полетел. Уж больно хотел о чем-то с князем поговорить. – отмахнулся Матвейка.

Брат забрал Огонька и повел в конюшню. Довольный конь шел, всхрапывая и махая хвостом.

В светелке легла в постель, но, не смотря на усталость, никак не могла уснуть. Вспоминались глаза князя, его руки, легкий поцелуй при всех. Теплое чувство, робкая надежда на счастье стали потихоньку расти в душе. С этими чувствами незаметно уснула.