Нефритовый тигр

– Это же государственное зерно! – отчаянно возмутился хозяин хижины, будто говорил самую простую истину, но глупая чужачка его не понимала. – Мыдолжны защититьполя!

– Вам разве есть чем защищаться? Выйдя против армии или оставшись дома, вы только погибнете. Всем известно, что после разорения страны нужно опять запасаться и для этого понадобятся крестьяне, так что отдать зерно – не преступление! – видя, что старик продолжает следить пустым взглядом за виднеющимся в зазорах кухонной плиты огнём, Сона опустила голову: – Я правда не знаю, поможет ли это вашей деревне, но хотела отблагодарить за своё спасение хоть как-то. В любом случае, лучше отсюда уйти.

Подождав ещё немного, девушка вышла из комнаты, и отправилась к холму в одиночестве.

Глава 3

Шпион

Судя по расположению солнца, наступил полдень, и потому стало довольно душно. Сона успела пройти через поле с невысокими ростками, обойти холм и перейти реку по деревянному мосту, построенному, видимо, жителями деревни. Впереди сквозь бамбуковый лес простиралась широкая тропа.

Испуг сменился волнением, но тревожные мысли не покидали голову. Было слишком много непонятного. По пути девушка размышляла о пережитом: как она здесь оказалась, да и где она вообще.

«Почему мы друг друга понимали? Они же явно говорили на иностранном. А я? Откуда я знала, что говорить? Кохас и впрямь какой-то ангел. Как это получается?»

Казалось бы, вот оно: Сона видела своими глазами окружавший её бамбук, слышала звуки леса, ощущала жару в воздухе и землю под ногами. Всё было реально, но в то же время она не могла этого принять.

«И как может человек ещё минуту назад быть на паре, а потом в какой-то деревне? Где я? Что происходит? Мамочка, что мне делать-то? – Слёзы сдавили горло. – И что это за бедная деревня, где люди так живут? Хотя чему удивляться… А день сейчас какой? Дезориентация с ума сводит! А если заблужусь? Ктоменяспасёт? Я совсем одна…»

Бамбук становился реже, а тропа кончалась. Путница увидела обещанную просёлочную дорогу между лесом, из которого вышла, и невспаханным полем напротив. Она осторожно осмотрелась по сторонам. Вокруг не было ни души:

«Наверно, я в безопасности».

Сона почувствовала, что пережитые потрясения не прошли бесследно. Раньше она не особо обращала внимание на боль, усталость и голод, но теперь, когда шок постепенно ослабевал, не привыкшее к подобным перегрузкам тело в полной мере дало о себе знать.

«И таблеток нет… Голова раскалывается», – девушка несколько раз ударила себя в лоб.

Сона перешла через поляну и села возле могучего ветвистого дерева у дороги, достала из мешка пресную на вкус паровую булочку, именуемую маньтоу[10], и снова мысленно поблагодарила стариков.

«Вещи свои у них забыла, а в этом неудобно, да и странно как-то, – гостья деревенской хижины ещё раз осмотрела подарок старушки. – Здесь всё странно… Почему я вообще должна об этом думать? Это не моё место! Не мой дом, не мой ребёнок и не мои проблемы! – она легла на землю в тени. – Но если происходящее реально… Одна, в незнакомой стране, без денег, документов, телефона, и всё потому, что кому-то так захотелось».

Обида стеснила грудь.

«А одежда той знатной женщины? Я давно не смотрела дорамы, чтобы мне такое снилось. Да и не снилось, скорее всего, я же тут, – девушка скривилась. – Бред, даже если правда. Невозможно!

Сона понимала, что, не зная многого, загоняет себя в тупик.

«Хочу домой, – по щекам скатились две крупные слезы. – Не знаю, что мне делать… Не знаю…».

Ветер поднял пыль пустой дороги – единственного известного Соне пути. Всё вокруг чужое, опасное, и лишь тихий островок у могучего дерева кажется ей родным.

«Ладно. Найду людей, и всё станет ясно. Вот только идти ли в город? Насколько я поняла, это богатый торговый город на границе страны. Если армия Ю Ху – захватчики, то они, скорее всего, нападут на него. В случае атаки или осады лучше там не находиться. Вдруг мне удастся найти другую деревню на время? Смогу ли я продержаться одна? Хотя можно охотиться и ловить рыбу… Но я же не умею, – вяло ухмыльнулась своим мыслям Сона. – У меня ещё три дня. Сначала отдохнуть. Просто полежать… Потом куда-то идти…»

Девушка устало осмотрела по-прежнему пустую дорогу и закрыла ноющие глаза:

«Кто ты, Кохас?Тыменя перенёс? Когда я вернусь? Мама, сестра… Увижу ли я вас? Что за бред происходит? Кохас, помоги мне…»

…Мерное покачивание, тяжелое дыхание лошади и неразборчивые мужские голоса заставили её проснуться. Сона обнаружила себя на полу какой-то комнатки, застеленном одеялом явно из дорогого материала. У стен располагались сидения в виде перекинутых балок, возле них стояли массивные опечатанные сундуки, несколько расписных шкатулок и свёртков. Самой Соне оставалось не так много места. Рядом с ней лежала фляга из кожи животного и еда, вероятно, оставленные для неё. Комнатка двигалась.

После сна самочувствие значительно улучшилось, поэтому попутчица смогла осторожно подтянуться к ставням узкого окна в боковой стене и, приподняв их, заглянуть в щель. Солнце клонилось к закату, за окном частили субтропические деревья. Сона посмотрела вниз и увидела большое колесо, катившее комнату по дороге.

Внутри пассажирка заметила, что у кареты есть дверцы, в противоположных сторонах. Она подползла к одной из них и затаила дыхание. Стена возле дверцы была выполнена из деревянных реек, обтянутых грубой, разрисованной темой неизвестного праздника бумагой, проделать «глазок» в которой было не сложно.

«Мне теперь не спать, что ли? Только проблемы от этого!» – Сона увидела мужчин. Один из них, скорее всего, был слугой и управлял каретой, другой, похожий на небогатого господина, и ещё двое наёмных провожатых ехали верхом чуть впереди. Сона прислушалась к голосам снаружи:

– Господин, стены города! – громко произнёс слуга.

– Теперь можем не спешить… заката… …ретят, – и чуть громче: – Ян Це, сообщи!

Слова принадлежали господину, ехавшему верхом. Карета замедлилась.

«Кто они? – Страх камнем ударил по голове. – Если судить по увиденному, то как такие люди могут позволить себе всё, что есть внутри кареты? Торговцы? Или грабители?»

Откуда-то сбоку послышался галоп, и ещё один всадник, в простых одеждах, направился в сторону стен.

«Но зачем я им? Помочь? Или продать хотят? Слишком рискованно выяснять. Если чему меня и научили в этой жизни, так это тому, что не все незнакомцы добрые. Тем более если это несколько мужчин», – внутренний голос замолчал, будто боясь накликать беду.

– Господин, девушку возьмём в город? – поинтересовался слуга.

– Боги не ошибаются, уверен, нам предстоит узнать её цену, – сидя вполоборота, отозвался торговец.

«Да почему я?!» – в который раз за сегодня ей пришлось испытать обжигающее чувство обречённости…

Сона подползла к противоположной дверце и проделала то же самое, что возле первой. Дорога позади была пуста. Девушка попыталась приоткрыть дверь, но та оказалась запертой. Тогда Сона, не обнаружив замочной скважины, плеснула немного воды из фляги на бумагу с противоположной петлям стороны. Благодаря маленькой хитрости удалось избежать звука рвущейся бумаги. Теперь кисть руки, хоть и с затруднением, но проходила между частых реек. В одной из шкатулок Сона отыскала подходящую длинную шпильку с заострённым концом и с её помощью, превозмогая дрожь, смогла нащупать со стороны улицы колышек, служивший замком.

«Чего опять?! Давай, вытаскивайся! – Страх граничил со злостью. Нарастающая паника мешала осуществлять план. – Помогите, кто-нибудь!»

Ещё через какое-то время у неё всё же получилось сделать небольшое углубление и постепенно вытянуть колышек вверх. Путь свободен.

«Хотя они еду оставили, и одеяло не пожалели. Может, помогают? – она зажмурилась со смешанным чувством надежды и страха. – Как бы я хотела, чтобы кто-то меня защитил! – Сона обернулась в сторону попутчиков. – А если нет? Зачем меня запирать?»

Она нашла свой свёрток, положила в него еду и флягу с водой. Ноша стала тяжелее, но это была вынужденная мера.

– Если вы хотели мне помочь, то спасибо, – прошептала Сона.

Аккуратно открыв дверцу настежь, Сона выглянула и ещё раз убедилась в том, что никто не помешает запланированному побегу. Затем перебросила свёрток через плечо так, чтобы он оказался спереди, встала на ноги и ухватилась рукой за крышу кареты с внешней стороны. Адреналин сбивал дыхание. Напуганная Сона молилась лишь о том, чтобы её не увидели. Удостоверившись в том, что лошадь идёт достаточно медленно, Сона свесила одну ногу из повозки, другой сделала слабый толчок и отпустила руку. Приземлившись на ноги, она присела и сделала кувырок вперёд через плечо, таким образом избежав серьёзных травм и не издав лишнего шума. Сона немного подождала. Карета продолжала своё движение в том же темпе.

«Не заметили, – беглянка быстро, гуськом спустилась с дороги в сторону леса, где могла скрыться. – Вот тебе и тройка по физкультуре», – отряхивая платье, тихо хихикнула она.

«Идти ночью в лес – тоже не вариант: я не знаю, кто здесь водится. А значит, нужно двигаться вдоль него. Но куда?» – девушка внимательно осмотрела окрестности. По обеим сторонам пыльной дороги густо разросся лес, похожий на субтропический.

«Куда меня увезли? Наверно, к тому городу, про который говорила жена лекаря, – Сона взяла палочку и начала выводить символы на земле. – Старики говорили, что их деревня находится на севере, а двигаться нужно в город на западе, – она поставила соответствующие сторонам света крестики. – Далее, старик сказал, что армия перешла границу между государствами. В ней пятьдесят тысяч человек, и они будут в районе деревни через три дня. Исходя из этого, можно предположить, где находится граница. Её не должно быть на западе и на юге, – она заштриховала эти части света, – ведь не могут пятьдесят тысяч человек за три дня пройти всю территорию от юга до севера. Так же, если бы граница была на западе, там есть крупный город, и в сторону деревни они вряд ли бы пошли».

Солнце почти село, но импровизированную карту ещё можно было разглядеть.

«Остаются только восток или север, граница должна быть там, – она поставила знаки вопроса. – Вероятно, безопасными являются юг и запад. И опять же, на западе город. Если он достаточно значим, то армия осадит его. – Западный знак был перечёркнут. – Найду дорогу на юг и буду двигаться вдоль леса!» – заключила Сона. Покончив с расчётами, она достала из свёртка флягу, очередной маньтоу и направилась в назначенную сторону.

Прошло часа два-три, может, и больше. Луна освещала окрестности тусклым светом, а Сона продолжала плестись по дороге, которой не было конца.

– Кохас, почему со мной это происходит? – тихо возмущалась Сона, потирая больные плечи. – Если я помогу, ты меня вернёшь? И что за вечные сложности с объяснениями у всех мистических существ?! Кому я должна была помогать и как? Хоть бы адрес дали или фото. Кто он вообще?! – разозлённая Сона пнула ни в чём не повинный камень.

Самочувствие улучшилось, однако она понимала, что нужно беречь силы, воду и еду, поэтому расходовала провиант экономно и старалась шагать небыстро. Пройдя ещё примерно с полчаса, Сона заметила небольшие огоньки в лесу.

«Люди? Обычно ночью в лесу добрые дела не делаются, но что в данной ситуации «обычно»?! Это может быть и охотничья деревня, например, – девушка по привычке потянулась в карман за отсутствующим навигатором и, не обнаружив того, чертыхнулась. – Проверить или не стоит?»

Она подняла глаза к небу:

– Если принять решение неслучайным образом нельзя, то примем случайным. Направляй меня! Если короткая, то проверю, длинная – пойду дальше, – Сона закрыла глаза, присела на корточки и на ощупь сорвала две травинки, по одной в каждую руку.

Ещё немного постояв, она выбрала травинку в левой руке и сравнила с правой. Короткая.

На всякий случай вооружившись ножом из багажа, Сона спустилась с дороги и начала осторожно пробираться сквозь высокую траву в сторону света. Сона не могла понять, трясется она от ночной прохлады либо же от волнения. Внутри всё сжималось, и подступала тошнота. Медленно, скользящими шагами девушка прошла вглубь леса, стараясь издавать как можно меньше шума.

«А может, вернусь и пойду дальше? Будет досадно, если в моей смерти обвинят травинку, – попытки успокоить себя были тщетными. – Ну, а если уйду, то что дальше? На одном пайке долго не продержишься, а сколько мне тут ещё быть – неизвестно. В любом случае, чтобы вернуться домой, скорее всего, надо найти этого паренька, для чего придётся говорить с людьми. Как же бесит безвыходность!»

Сона спряталась на достаточном расстоянии от источника света за пышными листами веерной пальмы[11], каждый из которых был размером в половину человеческого роста. Отсюда можно было видеть происходящее, оставаясь незамеченной. Образовав в естественном укрытии зазор, она смогла разглядеть факелы, несколько лошадей, костёр и человек шесть, облачённых в доспехи и собравшихся возле огня.

«Военные! – Свет пламени играл на недобрых лицах. – Почему они уже здесь? Я ошиблась? Или это местные?» – Внутри всё опустилось, девушка почувствовала, как по телу пробегает холодок. Она попятилась назад, однако было поздно: её засекли.

После команды «Поймать!», раздавшейся где-то за спиной, двое дозорных, не замеченных бедняжкой ранее, рванули к ней.

«Это случилось…» – всё вокруг точно замедлилось, тело отказывалось слушаться. Загнанная, она попыталась бежать в сторону дороги, но лишь получила размашистый удар в живот от третьего часового, из-за чего выронила бесполезное оружие и упала в траву. На адски долгие мгновения боль забрала возможность дышать.

Её притащили в лагерь и привязали к дереву настолько туго, будто забыли, что перед ними человек.

– Ты кто? – солдат кричал прямо в лицо.

Среди военных, остановившихся на привал, нарастала суета. Сона хотела что-то ответить, но язык и челюсть предательски онемели.

– Кто ты, я спрашиваю? Что ты высматриваешь?

Донеслось откуда-то сзади:

– Цышэн[12], мы поймали шпиона!

– Не трогать. Дождёмся приказа смотрящего, а пока пусть не шумит.

Всё потемнело.

Глава 4

Лагерь

Зов барабанов. Крики с военными лозунгами. Тишина. Ровный мужской голос воодушевляет солдат. Ликование. Чёрное знамя с невиданными ранее иероглифами «Ю» и «Ху». И слова знатной женщины:

– Кохас не оставил тебя, девушка.

Боль. Неизвестно, сколько ещё может выдержать её тело. Живот не переставал ныть от удара, голова кружилась, ужасно хотелось пить. Конечности двигались с трудом, хотя теперь были свободны. Сону опять куда-то везли.

– Как же я от этого устала, – застонала она и выругалась.

– Пайджан[13], она очнулась!

– Позже, сейчас нельзя останавливаться.

Рассвело. В холодном воздухе отмечался чёткий запах росы. Пленница подняла голову, желая понять, что происходит. Она лежала в телеге, вместе с какими-то мешками. Со всех сторон повозку окружали ехавшие верхом военные, человек тридцать в выглядывающей из-под доспехов, посеревшей от пыли и лесной грязи форме. Своим внешним видом они напоминали древнекитайских воинов, что укрепило мысль Соны о том, что более она не в своей стране, да и не в своём времени тоже. Хотя верить в это по-прежнему не хотелось.

Каждый из них имел копьё, щит за спиной, лук и меч, приводившие девушку в ужас. В уме мелькнула сцена того, как кто-то из солдат вчера, этим самым копьём или выпущенной в след стрелой, обрывает её жизнь. Но почему она ещё жива?

Сону стошнило, однако это не помогло: состояние осталось паршивым. Она почувствовала, как чья-то широкая ладонь умыла измученное лицо водой. Хотелось спать, но Сона себе этого не позволяла. Она потёрла лоб и макушку, обнаружив на последней болезненное уплотнение.

«Значит, сотрясение, – вдруг нахлынула обида, и в горле встал ком. – Да что я вам сделала? За что? Почему им можно было со мной такое сделать?» – девушка заплакала. Рыдания становились громче, а головная боль сильнее, постепенно вынуждая успокоиться и вытереть слёзы опухшими руками.

В начале колонны, задавая темп, ехали всадники в чёрных накидках. Отряд двигался по дороге, но это была уже не та дорога, по которой Сона брела ночью. Теперь путь от ветра защищали невысокие горы. Слева через валуны неторопливо перебиралась река, а справа снова рос бамбуковый лес.

«Они везут меня обратно? Или здесь всё одинаковое?»

– Отправьте донесение, пусть выдвигают навстречу отряд.

– Слушаюсь! – один из всадников отделился от группы и поскакал вперёд.

– Спустя час прибудем.

Для пленницы этот час был кошмаром, ведь впереди только неизвестность. Сона лежала, боясь шелохнуться, и то безучастно смотрела на проплывающий пейзаж, то закрывала глаза, когда боль или головокружение становились сильнее.

«Надо было пройти мимо… А может, оно и к лучшему? Если меня убьют, то я смогу встретить Кохаса. Та женщина говорила, что рано… Рано умерла? Не исключено, что мы сможем увидеться толькотам, после смерти

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Цзаотай (кит. 灶台 zàotái) – традиционный китайский кухонный очаг, плита. (прим. авт.)

2

Шанцун (山村 shān cūn – «горная деревня»). На самом деле данная деревня находится не на горе, а вблизи горного хребта, однако является самым близким к нему поселением, а потому получила название горной. (прим. авт.)

3

Шэн Хэ (от 生 shēng – «жизнь» и 河 hé – «река, канал») – главная река Царства Южных равнин. Предполагаемый перевод – «живая река», названная так из-за ведущей роли в жизнеобеспечении городов и государства в целом. (прим. авт.)

4

Провинция Чин Чуань (от 清泉 qīng quán – «чистый источник, родник») – северная провинция Царства Южных равнин. (прим. авт.)

5

Шэн Гу (от 生 shēng – «жизнь» и 谷 gǔ – «долина»). «Долина жизни» – место, куда забирает своих невест Дух Дуань Чи. (прим. авт.)

6

Дух Дуань Чи (от 断气 duàn qì – «испускать последний вздох, умирать») – дух, почитаемый в Царстве Южных равнин. Считается, что он сопровождает невинных девушек в особом месте загробного мира – Долине жизни. (прим. авт.)

7

Ю Ху (от 玉 yù – «нефритовый» и 虎 hǔ – «тигр») – титул главнокомандующего армии соседнего государства. (прим. авт.)

8

Дахоши (斞打火石 dǎhuŏshí) – «кремень». (прим. авт.)

9

Дух Южных земель Му (от 母 mǔ – «мать») – дух-прародительница всего сущего в религиозном веровании Царства Южных равнин. (прим. авт.)

10

Маньтоу (馒头 mántóu) – «паровой пирожок, пампушка». Реально существующее блюдо традиционной китайской кухни. (прим. авт.)

11

Имеется в виду ливистона китайская – китайская веерная пальма, является разновидностью субтропической пальмы Восточной Азии. (прим. авт.)

12

Цышэн (от 资深 zīshēn – «старший по стажу, опытный») – звание старшего в группе разведчиков. (прим. авт.)

13

Пайджан (排长 páizhǎng – «командир взвода») – звание командующего отрядом разведчиков. (прим. авт.)