Император из двух времен

Она кивает и вновь погружается в свои мысли, механически пощипывая изящными пальчиками виноградную кисть. Наконец, вздохнув, она произносит:

– Это хорошо. А то я уже начинаю беспокоиться. Я хочу большую семью, но что-то у нас с тобой пока не получается.

Я слегка опешил.

– Погоди, а Сашка с Викой? Да и, вообще, о чём ты? Разве Улезко-Строганова не установила оптимальный график беременностей раз в два года? Прошёл только год!

Кивок, но упрямый ответ:

– Да, помню. Но не год, а уже год и один месяц. Так что второй год уже близится. И я хочу, понимаешь? Очень хочу!!! Но не получается у нас. А я так молюсь об этом Богородице…

Даже не знаю, что тут сказать. Иной раз понять логику женщин я отказываюсь. Лишь соглашаюсь примиряюще:

– Ну, бог даст – получится.

Её серьезный кивок был мне ответом.

– Мы постараемся. Я обещаю.

ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. ВОСТОЧНАЯ РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. РЕСТОРАН «ЦАРЬГРАД». 3 июня 1919 года

– Баронесса, вы назначили мне встречу.

Берголо склонил голову в галантном поклоне. Мостовская, улыбнувшись, приняла из его рук шикарнейший букет и благодарно кивнула.

– Маркиз, право не стоило.

– Что вы, сударыня, это честь для меня. Прошу вас не отвергать этот маленький знак признательности за саму возможность встречи с вами.

Ольга рассмеялась.

– А вы, маркиз, оказывается ещё тот сердцеед!

Тот делано поднял руки перед собой, как бы обороняясь.

– Ах, сударыня, помилуйте! Разве ж я таков? Не думайте обо мне так дурно!

Официант мгновенно предоставил ей дорогую вазу под букет и, получив искомое, тут же установил вазу с цветами на отдельный столик.

Ольга кивнула и сказала по-русски:

– Ступай, братец. Смею полагать, что маркиз поухаживает за дамой сам. Как придут приглашенные гости, проводи их в наш кабинет.

Официант склонил голову в поклоне.

– Непременно-с. Если чего ещё изволите – всегда рад услужить. Всё сделаем в самом наилучшем виде, да-с. Колокольчик на столике. Приятного вам вечера. Ваше сиятельство. Ваше благородство.

Поклонившись, он выскользнул из кабинета.

Баронесса, смеясь, указала на накрытый стол и вновь перешла на французский язык:

– Прошу, сударь.

Берголо помог Ольге сесть и занял место напротив. Наполнив бокалы, он произнес первый тост:

– За очаровательную и восхитительную хозяйку, пригласившую меня в этот вечер в ресторан. Корю себя за то, что не сделал это первым. Каюсь, не хватило смелости, а моя природная скромность не позволяла мне даже мечтать…

Оля рассмеялась.

– Право, маркиз, пустое.

Она пригубила вино.

– Маркиз…

– Сударыня, умоляю вас обращаться ко мне по имени. Для вас я всегда буду Джино.

Ответная улыбка.

– Тогда для вас я просто Ольга.

– Благодарю вас, Ольга. Я счастлив буду так к вам обращаться.

Маркиз встал и склонил голову в светском поклоне. Мостовская кивнула.

– Ладно, Джино, полноте. Кстати, а почему вы сказали, что вам не хватило смелости меня пригласить?

– Помилуйте, прекрасная Ольга! Вы же мать старшего сына императора Единства! Кто я такой по сравнению с вами? Да и как тут сравнивать?!

Мостовская пригубила вино и сказала серьезно:

– Я уверена, что вы смелый человек, раз решились лечь под прямое переливание крови. Это был безумный по своей отваге поступок. И я пригласила вас сюда, чтобы выразить свою личную и искреннюю благодарность. Вы спасли от смерти моего сына. Я этого никогда не забуду, поверьте.

Берголо изумленно посмотрел на неё.

– О, Дева Мария! Какие тут могут быть благодарности, прекрасная Ольга? Я не сделал ничего такого. К тому же я спасал не только вашего сына, но и дочь своего императора, которому я присягал в верности. Я просто рад, что моя кровь подошла, вот и всё. Вот, кто герой, так это ваш император, я лишь последовал его мужественному примеру. В бою всегда тяжело и страшно вставать в атаку первым, зная, что сотни и тысячи стволов направлены будут именно на тебя. Идти вторым всегда легче – все как-то стреляют в того, кто поднялся первым. Так что, милая Ольга, позвольте к вам так обращаться?

Баронесса кивнула.

– Да, прошу вас, Джино.

Тот склонил голову.

– Благодарю вас. Так вот, у меня перед глазами был геройский пример первого, так что я встал, когда в атаку были готовы идти уже все. Даже папа Римский Бенедикт Пятнадцатый предлагал свою кровь для переливания. Так что никаких заслуг у меня нет. Я просто солдат и дворянин, вот и всё.

Ольга подняла бокал.

– Вы настоящий дворянин, Джино. И я благодарю вас за всё.

– Всегда счастлив служить вам, Ольга.

Они отпили. После чего Берголо вновь наполнил бокалы и спросил:

– Как поживает ваш сын? Уже отошел от болезни?

– Да, благодарю вас. Он сейчас в моем особняке в городе вместе со своим братом Георгием. В Звездном лицее сейчас летние каникулы, так что они могут некоторое время валять дурака и шалить, как это водится у мальчишек. Если всё получится с отпуском, то хочу свозить их на свою новую дачу в Ликии, там прекрасные пляжи, пусть порезвятся на море.

Маркиз одобрительно кивнул.

– Это прекрасная идея, сударыня. Уверен, что им там понравится.

Ольга невесело усмехнулась.

– Надеюсь, хоть там Мишка развеется от своей грусти…

Берголо удивленно поднял брови:

– Грусти? А что стало причиной, если позволено мне будет спросить?

– Джанна. Точнее сказать, расставание с принцессой Джованной Савойской. Они в Риме так сдружились, что…

Собеседник понимающе кивнул:

– Да, сударыня, я сам был свидетелем, как они были неразлучны в больнице. Только и шептались между собой.

Ольга неодобрительно вздохнула.

– Ах, сударь, я очень переживаю на сей счет. Откуда такое стремление друг к другу. Они каждый день пишут друг другу письма! Но им всего-то по десять лет! Лично у меня это в голове не укладывается. Я думала, что, расставшись, они быстро остынут, но не тут-то было!

Маркиз развел руками.

– Милая Ольга, для родителей их сын или дочь всегда будут детьми. Принцессе Джованне осенью исполнится одиннадцать, а той же Джульетте, когда она познакомилась со своим Ромео, было целых тринадцать. Так что оглянуться не успеете, как придется воспринимать всё очень серьезно.

Видя, что разговор покатился куда-то не туда, а его собеседница явно не настроена радоваться этой теме, он поспешил перевести его в иную плоскость:

– Вы упомянули о своей новой даче в Ликии. Я слышал, что по всему побережью Ромеи идет большая стройка?

Баронесса кивнула и ответила, впрочем, без особого энтузиазма, всё ещё погруженная в свои мысли и переживания.

– Да, это правда. Стройка идет не только в Константинополе и в Новом Илионе, но и всё ромейское побережье готовится к весне 1921 года. Вместе с открытием Всемирной выставки откроется и туристический сезон. Государь настроен очень серьезно на сей счет. Как и на проведение олимпиады на следующий год в Москве.

Берголо покосился на стоящие приборы и поинтересовался:

– Ольга, простите за любопытство, столик накрыт на четверых. Мы кого-то ждём?

Она кивнула.

– Да, Джино, я хотела познакомить вас с моими хорошими друзьями, как раз приехавшими в город. А, впрочем, вот и они.

Давешний официант распахнул дверь кабинета и пропустил гостей – молодую женщину и статного подполковника.

Ольга и маркиз поднялись, встречая прибывших. Мостовская, как хозяйка вечера, взяла на себя труд представить присутствующих друг другу.

– Джино, разрешите вам представить инженер-подполковника господина Александра Тимофеевича Маршина и его очаровательную супругу – Елену Николаевну Маршину, в девичестве Иволгину. Александр, Леночка, разрешите вам рекомендовать маркиза ди Берголо, одного из спасителей моего сына.

Маршин кивнул и протянул руку для рукопожатия.

– Простите, я плохо говорю по-французски.

Берголо крепко пожал руку прибывшему и с готовностью поинтересовался:

– Какой язык предпочитаете?

– Английский. Я жил некоторое время в Североамериканских Штатах.

Маркиз закивал и тут же перешел на английский:

– Прошу вас, не утруждайте себя с французским. Я свободно говорю на четырех языках, не считая итальянского. Вот сейчас принялся учить ещё и русский. Сложный язык, хочу я вам сказать. Но я стараюсь.

Александр Тимофеевич улыбнулся, а затем сказал со всей серьезностью:

– Мы все наслышаны об этой истории с переливанием крови в Риме. Вы смелый человек, маркиз.

Тот лишь покачал головой.

– Нет, сударь. В той ситуации не требовалось смелости. Я даже не знал, чем мне это грозит. Так что давайте оставим эту тему.

Все расселись. Берголо разлил по бокалам вино и произнес первый всплывший в сознании банальный тост:

– За прекрасных дам! Офицеры пьют стоя!

Маркиз и Маршин поднялись, однако вместе с ними встала и Ольга, отсалютовав сидящей Леночке, которая аж зарделась от смущения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

События книги «Империя. На последнем краю».

2

События книги «Империя. Исправляя чистовик».

3

События книг «1917: Да здравствует император!», «1917: Трон Империи» и «1917: Государь Революции».

4

События книги «Император двух империй».

5

События книги «Император мира».

6

События книги «1917: Марш Империи».

7

События книги «1917: Да здравствует император!»

8

Чьяпас – штат, в Мексике, с 1919 года разделен: запад – штат в составе Мексиканской Федеративной Социалистической Республики, восток – Свободная территория Чьяпас Народной конфедерации Мезаамерики.

9

Марусьа (Мария Григорьевна Никифорова, или Маруся Никифорова, 1885–1948) – предводительница анархистов в России, офицер французской армии в Великой войне, военный и государственный деятель Мексики и Мезаамерики, соратница и преемница Нестора Махно.